мародеры
В спальне мародеров уже десять минут звучал девчачий заливистый смех.
— Но как?! — почти что возмущённо воскликнул Блэк, срываясь с кровати, — Мы тщательно скрывались и никто, слышишь? Ни-к-то не мог нас заметить.
Сохатый участливо поддакнул, закидывая в рот третий кусок пирога, который успел утащить с кухни Эльфов.
— Что сказать, Бродяга, — еле слышно промямлил Джеймс с набитым ртом, — Лили всегда была умной.
— Это правда. — согласился Римус, наблюдая как Сириус тормошит смеющуюся Эванс за плечи. — Не могу сказать, что удивлен.
В спальне мародеров уже десять минут звучал девчачий заливистый смех.
— Но как?! — почти что возмущённо воскликнул Блэк, срываясь с кровати, — Мы тщательно скрывались и никто, слышишь? Ни-к-то не мог нас заметить.
Сохатый участливо поддакнул, закидывая в рот третий кусок пирога, который успел утащить с кухни Эльфов.
— Что сказать, Бродяга, — еле слышно промямлил Джеймс с набитым ртом, — Лили всегда была умной.
— Это правда. — согласился Римус, наблюдая как Сириус тормошит смеющуюся Эванс за плечи. — Не могу сказать, что удивлен.
Со стороны дальнего кресла послышался шорох.
— А я согласен с Бродягой, — вмешался Питер, — Как ты нас вычислила? Днём мы никогда не превращались в свои анимагические формы, а ночью уходили из замка под особой манти..Мхмх!
Красная пуховая подушка, пронесшаяся через всю спальню, с глухим стуком повалила его на пол. Меткость ловца в Поттере иногда и вправду впечатляла. Римус присоединился к хохоту Сириуса и Лили, наблюдая как Джеймс возводит глаза к потолку. В них читалась неприкрытая фраза: «Какой идиот!» и Лунатик был с ним полностью согласен. Мародеры держали в тайне наличие мантии-неведимки Поттера, а Хвост в очередной раз чуть не нарушил их договоренность.
— Ну вы и дураки! — все ещё смеясь заключила рыжая гриффиндорка. От веселья ее щеки сливались с оттенком волос. — Я не разу не видела вас в ваших анимагических формах! Но прекрасно знаю, что ты, Питер - крыса, а ты, Блэк - пёс. — Сириус насмешливо гавкнул над чем Джеймс незамедлительно заржал, — Поттер, как ни странно - олень. А ты Римус, — девушка тепло улыбнулась,— Я знаю, что ты оборотень. Достаточно, давно если честно. — более тихо добавила она.
Римус улыбнулся и кивнул ей, выражая признательность. Он давно догадывался, что Лили в курсе его «пушистой проблемки». Эти ее озабоченные взгляды после полнолуния, обезболивающии зелья оставленные в их комнате «не в значай». Когда Нюниус привычно пытался что-то разузнать и проследить за ним, явно подозревая, Эванс вовремя отвлекала его собой. Срабатывало это, к слову, на ура. Да и даже не беря эти факты в расчёт, Римус достаточно знал эту девушку, чтобы понять - она никогда его не осудит и не выдаст.
В спальне воцарилось молчание.
— Но как?! — теперь уже воскликнул Сохатый, неверяще и чересчур восхищенно глядя на Эванс. — Как ты все прознала, если не засекла нас?!
Лили скептично выгнула бровь.
— Серьезно, Поттер?
***
Зельеварение всегда давалось Лили довольно хорошо. Недавнее приглашение декана Слизерина на его личную вечеринку говорило само за себя! И хотя все эти пробирки, мало приятные ингредиенты и душные пары ей не особо то и нравились, она все равно старалась ради заветной хорошей отметки.
— Превосходно, мисс Эванс,— воскликнул профессор Слизнорт, рассматривая ее серо-зелёную жидкость в котелке. — Все посмотрите сюда! Клянусь бородой Мерлина, у юной Лили получилось идеальная настойка земляной коварки!
Девушка благодарно кивнула и тихо прихлопнула в ладоши под партой, скрывая восторг от этой незатейливой похвалы.
Она закончила работу первой и не могла этим не гордиться. Бросив последний восхищённый взгляд на гриффидорку, Гораций поплыл к остальным студентам, продолжая комментировать процесс готовки.
— Какой кошмар! — послышался огорченный вскрик Поттера. Девушка интуитивно обернулся к столу парней, которые снова корпели в четвером над одним единственным зельем. — Нам нужно уделить твоим предкам, безвременно покинувшим этот мир, минуту молчания…
Сириус бился в конвульсиях от смеха, раскрасневшийся Римус бил рукой об стол видимо стараясь хоть как-нибудь сдержать приступ веселья. Поттер же продолжал вещать замогильным голосом:
— Питер! Возможно, это была твоя дальная родственница… — он торжественно вручил Питеру хвост крысы, который был выдан каждому студенту для приготовления зелья, — Мне жаль. — Джеймс смахнул невидимые слёзы с лица под отчаянный полувсхлип Петтигрю.
Когда все четверо завыли на мотив похоронного марша многие студенты стали на них странно косится. Если кто-то и слышал их разговоры, то вникнуть не пытался, так как был это откровенный бред припадочного. Лили снова помотала головой на мотив: «Какие придурки» и поспешно отвернулась, чтобы не видеть как Блэк склонился над хвостом крысы с отчаянным: «Бедная, бедная тетушка Питера!»
***
Макгонагалл была в ярости.
Грозно восседая за дубовым преподавательским столом, она устрашающе поджимала губы и стреляла самым строгим взглядом из своего арсенала.
— Клянусь Мерлином, профессор, — взмолился Блэк, переминаясь с ноги на ногу. Чёрные волосы были в ужасном беспорядке, а красное лицо предательски выдавало причастие к недавней выходке. — С чего вы вообще взяли, что это сделал кто-то из нас?! Мы бы и не подумали! Хотя и признаём, что тот кто это сделал чертов гений.. Ай!
— Он хотел сказать, — быстро перебил его Римус, наступив ему на ногу, — Что это был абсолютно точно какой-то беспредельщик. Совсем не гений.
Поттер едва слышимо фыркнул за что тут же получил грубый тычок в плечо от Лили. Она стояла здесь по просьбе профессора, так как являлась вторым старостой, и слушала самую неправдоподобную за всю историю Хогвартса попытку отмазаться. Учитывая масштаб и почерк очередного розыгрыша было сомнительно, то, что профессор заподозрил бы кого-то еще.
— Я надеюсь, это осознают все, мистер Люпин, — гаркнула декан Гриффиндора, — Вопиющее нарушение всех правил. Затопить гостиную Слизерина! Вы хоть понимаете, что натворили?! Ученики будут вынуждены сидеть по своим спальнями в ближайшие две недели из-за вас. — тонкие брови женщины взлетели вверх, — И хотя у меня уже есть свои подозрения, мне все же нужно знать кто именно из вас решил, что будет умно подложить в портфель мистера Снейпа заколдованные водяные бомбы.
В кабинете воцарилась мертвая тишина, изредка нарушаемая томными вздохами Римуса. Блэк невинно выводил носочком ноги круги на полу, а Поттер, тем временем, чересчур внимательно рассматривал портреты на стене, которые, к слову, висели в этом зале уже с несколько веков. Питер же непонимающе переводил взгляд с одного друга на другого. Лили про себя предположила, что Петтигрю, видимо, не был включён в их «хитро-изощрённый» план и сейчас просто стоял здесь за компанию.
Какие идиоты, снова изрекла про себя гриффиндорка, покачав головой. Теперь этим придуркам точно не отделаться от месячных отработок.
— То что вы не хотите выдавать своих друзей весьма похвально, — разрушила тишину профессор,— было бы. Если бы это была иная ситуация! — воодушевленные мародеры снова поникли.
— В вас, мистер Люпин, я особенно разочарована! Староста факультета должен быть выше каких-то там ребятческих расприй!
Римус вздохнул ещё громче и ещё грустнее, чем прежде.
— При всем уважении, профессор Макгонагалл, — вышел вперёд Сириус, явно намереваясь вступиться за друга. — Он хороший староста. Посмотрите на него! Он сейчас от чувства вины буквально взвоет!
Из Поттера вырвался неуместный смешок. Люпин при всей своей печали расплылся в заговорческой улыбке, которую, правда, быстро скрыл за неловким кашлем. Лили еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Самое время пошутить, конечно.
— Мистер Блэк, вы хотите ещё что-то сказать? Или может все таки хотите назвать имя виновника? — осадила Макгонагалл с заметным менее агрессивным настроем. Лили удивлённо покосилась на декана, и подумала о том, что это явно очень хороший знак. Мародеры должны радоваться, что Минерва искренне восхищается их дружбой и делает невыносимо огромные поблажки.
— Нет, нет, профессор! — встрепенулся Поттер, хватая и оттаскивая Сириуса за плечи, — Он будет молчать... как хороший мальчик. А насчёт виновника, то не волнуйтесь, - Блэк обязательно разнюхает кто был этот негодяй!
Петтигрю смешливо хрюкнул. Ухмылявшиеся Сириус весело сверкнул глазами на лучшего друга.
Лили нахмурилась.
Минерва Макгонагалл вздохнула ещё более томно и грустно, чем Римус Люпин несколькими секундами раннее.
***
Урок маггловедения шел уже как час, изредка нарушаемый скрипом пера.
— Какой кошмар! — внезапно вскрикнул Блэк, энергично мотая головой и с силой жмуря глаза. — Мерлин, мои глаза! Мои глаза!
Профессор Берт удивлённо воззрился на гриффиндорца и пугливо заозирался по сторонам.
— Ч-что? Что случилось, мистер Блэк?! — молодой мужчина явно поверил в очередную комедию, разыгранную мародёрами.
Лили уныло вздохнула.
— Случилась моя психологическая травма! — бедный профессор, продолжая не понимать, неловко заерзал на месте. Видимо, он хотел и дальше развить эту тему если бы не заметил абсолютное спокойствие в кабинете. Когтевранцы продолжали строчить конспекты, а гриффиндорцы лишь пожали плечами. Мародеры всегда были шумными.
— Поттер, тут опять кто-то расклеил твои голые фотки, — уже тише пояснил Блэк, но не достаточно, чтобы это не услышали ещё несколько парт за ними. — Позор, Сохатый! Хоть бы прикрылся…
Активно тыча пальцем на фото маггловского оленя в учебнике, Сириус явно не собирался останавливаться.
— Тише, придурок! — шутливо шикнул на него Поттер, — И чего это кстати мне прикрываться?— он тыкнул на все тоже фото оленя и довольный откинулся на спинку стула, — Да, я красавец!
— Голые фотки Поттера! Всем отвернуться! — проскандировал неожиданно громко Сириус, после чего звонко рассмеялся.
Профессор Берт от вскрика пугливо подпрыгнул на месте. Люпин насмешливо замотал головой из стороны в сторону, а «Сохатый» улегся на парте уже похрюкивая от смеха.
— Порнография!— не унимался уже гогочущий во всю Бродяга, тыча в сотый раз на фото оленя.
Лили нахмурилась.
^~^
— И это я ещё молчу о ваших перепалках! — смешливо заключила Лили, смотря на ошарашенную компанию.— «Ты такой олень, Джеймс!», «Почесать тебя за ушком, Бродяга?!» или за завтраком, когда у Питера упал апельсин: «Бродяга, апорт!» Я правда удивлена почему об этом еще не прознали остальные!
Все пятеро тихо переглянулись. Питер задумчиво прищурился, оглядывая реакцию друзей. Сириус хмыкнул и вопрошающе посмотрел на Лунатика и Сохатого, и когда те многозначительно кивнули, откинулся на спинку кресла и приувеличенно томно вздохнул:
— Что сказать, Эванс… Тетушку Питера было и вправду жаль.
История не моя, но она шикарна)