2, план
Джисон едва ли весь экран не оплевал, читая эту ахинею. На середине текста он вдруг захотел метнуться в прошлое, ворваться в свою же комнату и осыпать Джисона-из-прошлого затрещинами. Ещё тогда, несколько дней назад, он едва ли подушку не кусал, перечитывая в энный раз историю Лавмейкера про небезызвестного красавчика школы — одноклассника Джисона — Хван Хёнджина и Кён Хаён из второго класса. Действие происходило в колонии на далёкой планете. Он был за оппозицию, выступал против тоталитаризма и тирании, а она была дочерью Председателя.
Жизнь на грани, адреналин, момент, за который всё может измениться и пойти не так! Ох, как верещал Джисон, колошматя ногами по матрасу и полностью игнорируя просьбы матери вести себя потише. О предпоследней истории, где главными героями были Чхве Юри и Пак Десок, Джисон всегда вспоминал с теплотой. Футуристичный Дикий Запад, стрельба из лазерных пушек, скоростные мотоциклы на электротяге вместо коней и они: отпетая разбойница, за голову которой назначена награда, и охотник за головами. Дикая по всем меркам история любви, после прочтения которой на языке оставался привкус жевательного табака, песка и терпкого виски. И пускай из всего этого Джисон пробовал только песок, не важно. В тех историях была жизнь, страсть, контраст, столь обожаемый Джисоном, но от истории, где главным героем был он, ему хотелось только отмыться. — Я бы никогда так не сказал! Джисон едва ли на стену не лез, стараясь быть как можно дальше от экрана ноутбука. — Да ну, бред какой! Он читал сквозь пальцы, ладошки нагревались от полыхающих щёк. Не соврал Сынмин, как в воду глядел. Не было описания постельных сцен, всё было в рамках, но поцелуй... Первый, испуганный, такой необходимый. Чёртово воображение Джисона зачем-то так ярко рисовало образ Ли Минхо. Почему Джисон так пристально разглядывал его на крыше? Чтобы сейчас сидеть и сгорать от стыда и нахлынувшего внезапно возбуждения? Возбуждения от того, что это он — Джисон — так яростно впивался в губы Минхо, словно силясь утолить жажду всего: прикосновений, ожиданий от долгой разлуки. Дурацкий Лавмейкер, зачем так ярко это писать? Джисону хотелось кричать. Тыкать в экран пальцем и верещать: «да ты только посмотри, Минхо, что тут происходит?!» Хотелось показать и покричать об этом безобразии именно ему — Ли Минхо, чтобы тот неодобрительно покачал головой и фыркнул. А может, Минхо вообще не фыркает и всё это — выдумка автора? Джисон так яро искал прорехи в сюжете, в поведении его и Минхо, что вчитывался в каждую дурацкую строчку и запоминал, запоминал, чтобы потом сравнить, чтобы убедить себя в первую очередь, что это — не они. Снова это «они» кольнуло Джисону язык. Есть Джисон, есть Минхо. Их нет и быть не может. Максимум на электронных страницах. Джисон прочитал две трети, а уже час ночи. Кто-то точно сегодня не выспится.
*
Джисон рад был узнать, что безумная бессонная ночка была не только у него. Половина школьников тихо брели по подъездной дорожке в школу с тёмными кругами под глазами и серыми лицами. Поделом вам, — думал Джисон, — нечего читать всякую чепуху. Сам он, правда, выглядел едва ли лучше, но он читал для дела, обдумывал план, пытался найти выход из ситуации, в которую даже, по сути, не входил. Не по своей уж воле точно, и старые мысли о том, что и ему хотелось стать когда-нибудь частью истории, были задвинуты за сотый план ещё вчера ночью. У самых школьных ворот его поймал, зажав голову в захват, Феликс с улыбкой во весь рот. Зуб, что ли, наконец, увидел свет? Джисон буркнул куда-то в подмышку Феликсу привычное «йоу» и лениво дёрнулся, выпутываясь из хватки. — Судя по лицу, ночка у тебя была ещё та. — Я до пяти утра читал это, блин, — ответил Джисон, смотря вперёд и понимая, что до класса ещё как до луны гуськом. — Лучше бы вообще не ложился. — А план-то придумал? Феликс в своей привычной манере скакал спиной вперёд уверенно, будто пара глаз выросла на затылке. Как он ещё не убился — загадка. Джисон неоднозначно кивнул: — Ну, типа. Сегодня с Минхо должны обсудить. — О, первое свидание? У Сынмина точно суперспособность влезать невовремя с неуместными комментариями. А у Джисона попросту не было сил хорошенько треснуть его чем-то тяжёлым. Он просто тяжело вздохнул и покачал головой, в надежде сохранить остатки энергии. — Так что делать... П-планируешь? Феликс плечом утрамбовывал в свой и без того переполненный шкафчик стопку комиксов и свитер с шарфом, когда Джисон же засунул в свой голову и жестом призывал Сынмина хлопнуть дверцей посильнее, чтобы наверняка. Сынмин принялся закатывать рукава. — Да не знаю я, — простонал он куда-то в учебник геометрии. — Вообще без понятия. Ничего я не придумал. В коридоре толпились ученики, галдели и перебрасывались стенаниями о недосыпе, а Джисон с каждой секундой раздражался всё больше. Он уже подумывал стащить после школы мамкин валокордин, вступить, так сказать, во взрослую жизнь и познать все прелести медицины, как его мысли прервали. — Эй, страус, — Сынмин ткнул Джисона в бок. — Глянь-ка. Джисон нехотя высунулся из спасительного шкафчика и проследил за кивком Сынмина. В другом конце коридора он увидел Минхо, который впивался в Джисона взглядом и теребил в руках свой рюкзак. Джисону вновь стало не по себе. Он, чтобы удостовериться, посмотрел по сторонам в надежде найти другой источник внимания Минхо, но вряд ли того интересовал Феликс, что сражался с дверцей шкафчика, или Сынмин, который по-напускному изучал свои ногти и изо всех сил старался не хихикать. Прекращай пялиться! — про себя кричал Джисон и глазами показывал Минхо понятные только самому Джисону сигналы. Тот в ответ только щурился. — Он от тебя явно что-то хочет, — кашлянул Сынмин в кулак. — Может, история ему понравилась? — Не смешно, придурок, — огрызнулся Джисон и захлопнул сначала свою дверцу, а потом и феликсову, едва при этом не отрубив тому пальцы. — Ты теперь до смерти будешь меня доставать? — Ага, — довольно улыбнулся Сынмин, обнажая брекеты. — Ближайшая неделя будет лучшей в моей жизни!
— Ты и до завтра не доживёшь, если не перестанешь! — Парни, прекращайте, — вклинился Феликс. — Он сюда идёт. Вся бывалая злость на Сынмина тут же сменилась внезапным страхом. Минхо и правда шёл к Джисону, но в его походке читалась неуверенность, а на лице присутствовала тень раздражения и явный недосып. — Мы, наверное, пойдём... — Феликс уже двинул от шкафчиков, как тут же был пришпилен молящим джисоновым «кудапошёлостанься!». Сынмину же Джисон взглядом приказал свалить восвояси, но тот даже и не думал двигаться. — Привет. Минхо остановился в метре от парней и тут же прочистил горло. В коридоре как-то резко стало тихо. — Йоу. Джисон оттопырил пальцы и кривовато улыбнулся. Где-то раздался звук щелчка камеры. — Я бы не подходил, — Минхо дёрнул бровями, обводя пространство взглядом, — но у меня нет твоего номера. Так бы написал. В общем, через пять минут, в том же месте. — А. Ага. Окей, — Джисона только и хватило на то, чтобы кивнуть на каждое своё утверждение. Все остальные силы были направлены на то, чтобы не покраснеть. — Окей. И Минхо едва ли не пулей унёсся прочь от любопытных глаз. Коридор будто бы по щелчку вывели из беззвучного режима, и Джисон наконец-таки смог вдохнуть. — У вас уже и ваше место появилось? — толкнул Сынмин Джисона в плечо и поиграл бровями. — Твоя могила будет нашим местом, — прошипел Джисон в ответ и, закинув руку на плечо Феликса, двинул с ним по коридору. Сынмин же ухмыльнулся, увидев вмиг раскрасневшееся лицо кузена.
*
Джисон топтался возле больших серых дверей, ведущих на крышу, так и не решаясь толкнуть их и войти. Всё его нутро по непонятной для него причине скручивало, поднималось к горлу и ухало вниз, будто Джисон по невнимательности пропустил ступеньку. А, может, план им с Минхо и не нужен вовсе? Школа перебесится недельку и забудет. Кто-нибудь ещё начнёт встречаться или у кого-то из раздевалки утащат одежду. Школа всегда была полна на такие нелепые события, они случались с завидной частотой, и что школе просто очередной вброс какого-то любительского чтива? Джисону почти получилось убедить себя в этом, как вдруг кто-то ткнул его в спину и сказал негромкое: — Почему не заходишь? Каким-то чудом Джисону удалось не закричать. Он просто чуть дёрнулся и обернулся, сразу же столкнувшись с округленными глазами Минхо. — А я только пришёл, — ляпнул первое, что в голову пришло, Джисон и указал на двери. — После вас. Минхо на этот жест только бровь вздёрнул, но, поправив лямку чёрного рюкзака на плече, зашёл на крышу. Сегодня было на удивление ветрено, будто бы вот-вот должна разразиться гроза. Минхо всё тем же маршрутом, что и вчера, прошагал к краю крыши и небрежно сбросил рюкзак на пыльный бетон. Джисона это позабавило. В фанфике Минхо был выставлен как заядлый перфекционист и чистюля, не пренебрегающий санитайзером при любом удобном случае, а тут нате: облокотился на ограждение, ничуть не боясь заляпать школьный пиджак. Джисон самодовольно улыбнулся этой промашке писаки и зашагал следом. Он сбросил с плеча свою сумку рядом с рюкзаком Минхо и опёрся копчиком на ограждение. Минхо тут же отвлёкся от созерцания Намсана вдалеке и уставился на Джисона немигающим взглядом. Джисон слегка зарделся. Вот опять он — смотрит и ничего не говорит. Будто в голову влезть пытается и покопошиться в мозгах, только найдёт он там разве что тупые факты из фильмов и дикое желание перекусить. Как назло, желудок Джисона завыл, и Минхо опустил взгляд ниже. Джисону резко захотелось прикрыться. — Не завтракал, что ли? Оно умеет говорить, боже. Джисон едва ли руки к небу не вздёрнул. — Ел, — ответил тот и скрестил руки на груди. — Не наелся только. — Поесть, значит, любишь. В фанфике ты тоже каждую главу что-то точил. — А вот тут бы я попросил, — воскликнул недовольно Джисон, поворачивая корпус к Минхо и тыча пальцем тому в лицо. — То, что там написано, не соответствует действительности. Наглая ложь и провокация. Я протестую! Минхо не сводил с возмущающегося Джисона взгляда и улыбался краешком губ. Едва заметно, так, будто бы щурился от солнца, которое с утра было занесено серой пеленой облаков. — Я люблю еду, — вдруг вставил Минхо и подпёр кулаком подбородок. — Готовить особенно. — И к чему этот рандомный факт? — Джисон удивлённо скривил брови. — Да просто. Минхо пожал плечами и выпрямился рядом с Джисоном. Они были практически одного роста, почти одинаково широкими в плечах и диаметрально разными во всём остальном. Джисон не мог перестать сравнивать: тех Минхо и Джисона и их настоящих; того Минхо и реального, который почему-то продолжал пялиться на Джисона. — У тебя и правда она есть, — на выдохе сказал Минхо, упираясь взглядом в одну точку на чужом лице. — Чего? — Джисон был на грани истерики. Он уже вообще не понимал, что происходит. Они вроде как пришли план обсуждать, а не перебрасываться бесполезными фразочками. — Родинка, — Минхо поднял руку и указательным пальцем ткнул Джисону в щёку. — Будто шоколадная крошка. — Так, пацан. Выдыхай. Джисон истерично отпрыгнул назад и выставил перед собой руки, словно защищаясь. Минхо, продолжая пялиться во все глаза, шагнул к нему.
— Джисон, — сказал он тихо, почти что томно. — Джисон, ты такой красивый. У Джисона глаза из орбит полезли, а пятиться было уже практически некуда. Он упёрся в угол — дальше только топориком вниз. Сердце парня резко скакнуло к горлу, а краска растеклась по щекам. Минхо наступал и наступал, практически не моргал и тянулся к Джисону всем собой. Тот готов был закричать, но его сбил с толку резкий заливистый смех. Минхо, уперевшись ладонями в колени, стоял рядом с Джисоном и гоготал изо всех сил. Смех был полувизжащий, истеричный. — Видел бы ты, — он запнулся, выпрямился и запрокинул голову к небу. — Своё лицо, боже. Ты реально... Я сейчас умру! Дошло до Джисона не сразу. Тихой поступью приходило озарение и вот, увидев, как Минхо в истерике едва ли не по полу катается, Джисона будто бы обухом по голове оприходовали. — Ты обалдел, что ли? Джисон даже в стойку неумелую встал, готовый вот-вот с разворота прописать этому Минхо по челюсти. — Жаль я не сфоткал, — продолжал Минхо, вытирая уголки глаз от скопившихся там слёз. Он всё смеялся и смеялся, растягивая в каждом подходе полуживое «а», а Джисон не знал куда деваться. — Весело тебе, да? Весело, блин! Он принялся лупить Минхо ладонями по плечам и спине, заставляя того ойкать, икать и смеяться ещё громче. — Ну я не сдержался! Всё, прекращай. Ай, блин! Эй! А Джисон лупил и лупил этого противного пацана, подпинывал под его пыльный зад и очень сильно хотел оттаскать за уши как провинившегося кота. Не сдержался он, приехали! У Джисона истерика уже в двери стучится, стресс от приближающихся промежуточных экзаменов, этой истории дурацкой и родителей, которые денно и нощно спрашивают у Джисона о его будущем. А планы у Джисона такие же расплывчатые, как речи политиков. Вроде, всё по делу, но никакой конкретики. Джисон по жизни как сквозь туман пробирался, то и дело впечатываясь лбом в деревья в виде университета, профессии, работы в конце концов. А Минхо этот и без того разрозненную жизнь Джисона легче не делал. Издевался, собака. — Вот, получай! Весело, блин, тебе? — Ладно-ладно! Минхо, упираясь спиной в ограждение, вскинул руки, капитулируя. Он тяжело дышал и довольно улыбался. Широко, обнажая зубы в очаровательном изгибе раскрасневшихся губ. Джисона это злило ещё больше. Минхо, кажется, патокой облей и избей перьевой подушкой, он останется до жути привлекательным. Джисону не нравились такие люди. Они его в некоторой степени даже пугали. — Мы тут план обсуждать должны, а ты чем занимаешься?
Джисон пнул крошки бетона в сторону Минхо и запихнул руки в карманы брюк. Он и сам был всполошенный, раскрасневшийся от внезапной активности, раздразнённый и желающий навалять этому парню ещё. — Да на кой он нам? Минхо оттянул ворот рубашки вместе с красно-горчичным галстуком и зарылся рукой в волосах. Жест казался привычным. Он откинул намокшую чёлку назад, чуть запрокидывая голову, и сместил её вправо. Джисону захотелось толкнуть его с крыши, так он спокойно это сказал и сделал. — В смысле на кой? Джисон вынул руки и растопырил их в стороны, как бы показывая масштаб развернувшегося пиздеца. Джисон один видел тут проблему? Немалую, вообще-то, а самую что ни на есть колоссальную! — Алло, очнись, Минхо! — Джисон даже ладошкой у его лица помахал, чтобы тот в себя пришёл, а не продолжал стоять с довольным видом у ограждения. — Ты чё, правда не понимаешь? — Нет, — без раздумий ответил тот. — Это ты ищешь проблему там, где её, оказывается, нет. — Да в смысле, блин! Ты что, жопой читал? Мы же парни, а там... Такое! Минхо резко отлип от стены и вновь шагнул к Джисону. На сей раз он не шелохнулся, а наоборот: напряг каждую клеточку тела, чтобы противостоять этой дурости, которую, по-видимому, Минхо будет нести. — Я прочитал всё, как и ты. История как история, подумаешь. Минхо дёрнул плечами и запихнул руки в карманы школьных брюк. У Джисона же вспотели ладони, он пытался незаметно вытереть их о штаны сзади. — Я до этого истории этого чудика не читал. Да и эту прочёл только потому, что там я. Да, вчера я сказал, что прочту, чтобы понять, с чем столкнулся и как этому противостоять. Оказалось, что противостоять нечему. Там же ересь одна. Тут Джисон с Минхо был согласен. Он немного расслабил тело, видя, что Минхо вмиг посерьёзнел, и обратился весь в слух. — Мне кажется, эту историю помусолят неделю-другую и забудут, когда кто-нибудь с кем-нибудь замутит или стащит чьи-то шмотки из раздевалки. Джисон встрепенулся. Как это Минхо мог думать о том же? — Поэтому, предлагаю следующее. Минхо вынул руки из карманов и встал прямо. Почему-то Джисон сейчас ощущал себя много меньше перед таким уверенным в себе и своих словах Минхо. У Джисона резко зачесался затылок. — Что именно? Голос не подвёл Джисона, когда тот с некой надеждой произнёс эти слова. Ему и правда хотелось знать, к чему идти и чего добиваться. Начать хотя бы с малого, чтобы потом достичь большего. — Ничего, — сказал Минхо и пожал плечами. — Оставить всё так, как было. Ну, может только... — Что? Минхо прищурился и склонил голову вбок. Джисон устало заломил шею и прикрыл глаза. — Здороваться в коридорах? Если будем чинно вышагивать рядом друг с другом, делая вид, что незнакомы, это только больше всех раззадорит. А будем вести себя так, будто ничего не произошло и не обращать внимание на подколы и шёпот из углов — всем это надоест. Игнор и равнодушие — лучшие средства в таких ситуациях.
— Что-то подсказывает мне, — начал Джисон, чуть щурясь и смотря на вмиг ставшее хитрым лицо Минхо, — что ты в этом спец. Тот криво ухмыльнулся и деланно развернулся к горизонту с горой Намсан. Его чёлка трепетала на ветру, а до носа Джисона долетал едва уловимый запах Акс. — Я в этом профессионал, — сказал он пустому небу. — Даю неделю, и все забудут. — Я вот в этом не так уверен... Ни через неделю, ни через две эту историю никто не забыл. За две недели после выхода истории Минхо и Джисон стали не просто #новым_пейрингом, а #главным_пейрингом_школы_Сэран, а всё из-за ситуации, которая произошла на третий день после публикации истории. Джисон без зазрения совести винил в случившемся Минхо. Тот, к слову, эту вину не признавал.
——
2704 слов всего