Глава восьмая
Ноги перестают меня слушаться совсем. Повисла в руках Чонгука.
— Эй, Лиса, только не надо притворяться…
— Меня сейчас стошнит.
Вот и первый позыв. Обошлось. Чонгук выругался и куда-то меня потащил. Вышли из ужасной комнаты.
— Потерпи еще чуть-чуть, — говорит мне парень, и вскоре я оказываюсь в ванной рядом с унитазом. — Успели, — со смешком комментирует происходящее Чонгук.
И тут меня скрутило. Ощущения, будто меня выворачивает наизнанку, а этот… стоит сзади и заботливо придерживает мне волосы. Ужасная ситуация. И что самое странное, я испытываю стыд и смущение от того, что Чонгук лицезреет меня в таком состоянии, хотя скорее должна была бы чувствовать злорадство.
— Уйди, — прошу я парня, когда появляется возможность нормально дышать и говорить. Мне стало чуть легче, но слабость и головокружение никуда не делись.
— Если что, я буду неподалеку. Глупости не совершай, дверь смогу открыть снаружи. Надумаешь топиться или еще что-то подобное сделать — этим только всех насмешишь, но ничем себе не поможешь.
— С какого я должна топиться?
— Вот и я думаю, что не с чего. Просто некоторые люди такими впечатлительными бывают и категоричными.
Чонгук вышел. Я умылась, прополоскала рот. Надо бежать отсюда. На ватных ногах иду к двери, открываю ее дрожащими руками. Так, комната. Большая. Не оглядываясь, ковыляю к первой запримеченной мной двери.
— Далеко собралась? — настигает меня веселый голос.
Оборачиваюсь. Чонгук вольготно лежит на королевского вида кровати, такой большой, почти с половину моей спальни, еще и на постаменте со ступеньками.
Огляделась. Похоже, я в спальне, но такой просторной и с нереально высоким потолком — тут двухэтажный дом поместится, не меньше. К тому же тут не только спальня, комната поделена на различные зоны. Одна часть спальни, например, больше похожа на комнату какого-то хакера. Большой полукруглый стол уставлен всевозможной техникой и мониторами, и не только стол, но и стеллажи рядом стоят так, что получается почти отдельная комната.
— Домой.
— Я тебя не отпускаю. Иди ко мне.
— Что тебе от меня нужно? — кажется, я близка к истерике.
— В таком состоянии я тебя одну не отпущу. Здесь переночуешь. И не заставляй меня повторять приказы дважды. Я этого очень не люблю.
Развернулась и ковыляю к примеченной мной двери. Не любит он. Я тоже много чего не люблю.
— Лиса, вот скажи, зачем ты так упорно идешь к моей гардеробной комнате? — насмешка в голосе Чонгука так и чувствуется.
Остановилась. Врет или нет? Все-таки проверю. Дошла. М-да. Действительно больше похоже на комнату с одеждой, нежели коридор. Закрыла дверь.
Не спеша иду в сторону Чонгука, внимательно оглядываясь в поисках нужной мне двери.
— Лисичка ты моя смешная. Даже выйдя из комнаты, из замка, без моего на то желания, ты не уйдешь.
Скинула с ног туфли, от которых уже давно ужасно болят ноги. Взяла обувь в руки. Шпильки длинные, туфли достаточно увесистые. Если что, сойдет за оружие.
— А ты что, уже передумал учить меня жизни?
— Глядя на твое состояние, решил, что на сегодня с тебя достаточно, но если ты не начнешь меня слушаться, могу и вновь передумать.
Нехотя подошла к кровати Чонгука, с трудом преодолев две ступеньки вверх. Да, побег мне вряд ли удастся. И спать так ужасно хочется, глядя на кровать. О, а вон там, в стороне, кажется, еще одна дверь, отсюда ее хорошо видно.
— Ложись.
— Что ты мне приказываешь постоянно?
Чонгук тяжко вздохнул, приподнялся и быстрым движением добрался до меня, повалив на кровать.
— Я почти всем приказываю. И представляешь, обычно все слушаются.
— А есть те, кому ты не приказываешь? — я оказалась лежащей возле Чонгука. Это надо исправлять. Потихоньку отползаю.
Чонгук, заложив руки за голову, с насмешливым прищуром наблюдает за моими телодвижениями.
— Есть. Мой отец, например, ну и… пожалуй, всё. Нет, я не исключаю, что есть люди, равные мне по положению, но их я пока не встречал.
Чонгук одним слитным движением переместился, оказавшись на мне и придавив к кровати так, что и не сдвинуться.
— Лиса, когда ты убегаешь, ты провоцируешь мои охотничьи инстинкты. Не надо так делать. А то ведь не посмотрю, что ты такая несчастная, уставшая, преданная друзьями, обиженная, нежная, красивая… — руки парня проникают мне под юбку.
Чонгук тяжко вздохнул и убрал руки, но с меня не скатился, приблизил свое лицо к моему, потерся своим носом о мой висок, поцеловал щеку.
— Знаешь, Лиса, я все еще хочу с тобой дружить, но не могу. Наличие Тэхёна в непосредственной близости от тебя меня жутко раздражает.
— Странная у тебя дружба.
— Это да. Время позднее, пора спать, — Чонгук все-таки слез с меня и начал раздеваться. Сняв рубашку, парень кинул ее мне. — Вот. Чтобы было, в чем спать. Ты ведь вряд ли любишь спать голой, как я.
Широко распахнув от удивления глаза, наблюдаю за тем, как Чонгук снимает штаны, носки, берется за черные трусы…
— Шучу, — парень вновь ложиться рядом со мной. — Но если хочешь, так и быть, сниму все, что осталось.
— Нет, спасибо, — взгляд мой поневоле притягивается к телу одноклассника. Чонгук не качок, но тело рельефное, тонкое, загорелое, талия и бедра узкие, плечи широкие, ноги длинные — вообще, парень высокий. Мужское нижнее белье тоже приковывает к себе внимание, поскольку там солидно так кое-что выступает.
— Ну как, довольна осмотром? — поинтересовался теперь уже мой сосед не только по парте, но и по постели. Отвела взгляд. — Раздевайся, — и это уже прозвучало как приказ, жесткий и не терпящий возражений.
— Я, наверное, в платье посплю, — как на меня посмотрел Чонгук, не передать. Ну, что поделать, как бы мне сейчас страшно ни было, на приказы Чонгука у меня иммунитет. К тому же сил даже пальцем пошевелить у меня нет, но не признаваться же в этом наглому волку.
Парень печально вздохнул.
— Ты такой провокатор, Лиса.
Я?!
Чонгук вновь подобрался ко мне, по-хозяйски перевернул на живот и все-таки расстегнул окончательно молнию на платье, а потом ловко стянул мою одежду через ноги.
— Можно было бы, конечно, и порвать, но так и быть, оставлю эту тряпку в живых, она тебе очень идет. Хотя вот это красное кружевное белье тебе идет еще больше. Признавайся, эту ночь планировала с Тэхёном провести?
Ну не то что бы планировала, но немного позаигрывать и пособлазнять своего бывшего парня была не против.
— Не твое дело, — стараюсь завернуться в черное шелковое покрывало, которым устелена кровать, но Чонгук с легкостью вытаскивает из моих ослабевших рук ткань. Парень выглядит жутко довольным и уже не злым и отчужденным, как было раньше.
— Лиса, ты мой самый лучший подарок на день рождения.
— Который ты сам себе сделал.
— А хоть бы и так. Кстати, что-то я не заметил, что бы ты сильно расстраивалась и убивалась по поводу измены своего крутого парня. Где слезы, проклятия в адрес изменника? Что, не такая уж сильная была любовь?
Возможно. А вообще, как увидела Тэ и эту его… подругу, все светлые чувства к Тэхёну как отрезало. Встречаться с этим парнем и давать ему себя целовать я больше не смогу. Тем не менее, не упущу возможность позлить Чонгука. Пусть не думает, что такой гениальный злодей.
— Сначала мне нужно поговорить с Тэхёном. Не исключаю, что ему, как и мне, тоже что-нибудь подсыпали, — может, не стоило этого говорить? Что-то, глядя на Чонгука, мне вновь становится нереально страшно.
Мой мучитель наклоняется надо мной, подушечками пальцев проводит по моему животу, вызывая тем самым мурашки. Круговыми движениями Чонгук гладит, при этом ведя руку все ближе к кромке моих трусиков, и вот уже кончиками пальцев парень приподнимает край трусиков. Все мое внимание сосредоточено на руке Чонгука, я жутко напряжена, и тем не менее касания моего тюремщика мне очень приятны, вызывают сладкую дрожь, и все будто сжимается внизу живота от удовольствия.
— Ты больше не будешь разговаривать с Тэхёном и к нему подходить, — в ультимативной форме признес Чонгук.
— Иначе что? — у меня такой голос хриплый…
— Иначе я сейчас продолжу то, что недавно начал в той комнате.
— То есть все-таки с Тэ дело нечисто? — как-то сумела произнести я.
— Ты невыносима! — Чонгук убрал от меня руку, завернул в черное покрывало по самый нос, как куколку, лег сам и уложил меня к себе под бок. — Выпить любит твой ненаглядный Тэ, отсюда и все его проблемы — сразу тянет на баб и поиски приключений. Он даже в твой день рождения, когда ты ушла из нашей компании, уединился, чтобы позажигать с Айрин, потому так долго и не реагировал на твои танцы — просто не видел, что ты там творишь.
— Я тебе не верю.
— Твое право, — Чонгук уложил свою голову мне на макушку, крепко обнял, причем не только руками, но и ногами. — Будешь у меня вместо плюшевого мишки сегодня.
— Как интересно. Ты спишь с игрушками?
— Да. В детстве с плюшевыми, а теперь вот с живыми стал. Правда, надо заметить, ты первая, кто спит в моей постели. Именно в свою комнату я пускать не люблю.
— То есть мне еще и честь оказана?
— Небывалая.
— Ага, спасибо. Теперь буду знать. Может быть, я все же дома переночую?
— Нет.
— А что значат слова Намджуна про стандартную схему наказания, и что бы со мной было, если бы Джун не привел меня сначала к тебе?
— Хм. Об этом тебе лучше не знать.
— Значит, я уже не первая, кто перед тобой в чем-то «провинился».
— Все несколько иначе, но в целом, я не спускаю обычно людям их глупость и неправильные поступки, если это как-то задевает мои интересы. Вот сейчас я бы на твоем месте поскорее уснул и не говорил лишнего, чтобы не получилась очередная глупость.
Намек понят. Закрыла глаза. Надо только пережить эту ночь скорее, выбраться из замка, и ноги моей больше не будет в этой долине. Родители поймут, я знаю. Главное, чтобы Чонгук не стал действовать через них.
Засыпаю практически мгновенно. Чувствую, как рядом ворочается Чон, его тяжесть на себе и то, как парень щекотно дышит мне в ухо. Может, это все дурацкий сон?
Утром просыпаюсь от того, что кто-то меня беззастенчиво лапает.
— Чонгук, что ты делаешь? Руки убрал.
— Это утро, Лиса, — голос парня хриплый и сонный. — А ты знаешь, что друзья должны друг другу во всем помогать?
— Значит, я плохой друг, поскольку помогать тебе ни в чем не собираюсь, — пытаюсь сбросить с себя парня. Силы ко мне вернулись, чувствую себя достаточно хорошо, только во рту сухо и неприятно. Чонгук тяжелый, зараза, не снимается. — Слезь с меня!
— Порой ты такая скучная, Лиса, — мой «друг» скатился с меня.
— Зато твоего веселья и шуток на двоих хватит. Я в душ.
— Конечно-конечно, — что это, Чонгук улыбнулся? — Как себя чувствуешь, кстати?
— Если забыть про вчерашний день? Нормально.
— Ну и замечательно.
Ничего замечательного не вижу. Встала и вдруг обнаружила, что на мне рубашка Чонгука, когда только надел?
Душ придал мне бодрости и заставил смотреть на мир с большим оптимизмом. Надела свое вчерашнее платье за неимением чего-то более подходящего. Рубашку Чонгука бросила в бак с бельем. Хорошо этот наследничек живет. Ванна огромная, душ шикарный — большой, стеклянный, напичканный современной сантехникой.
Вышла.
— Я следующий! — провозгласил Чонгук и прошел мимо меня в свой санузел.
Пока парня не было, быстро обошла территорию. Дверь, что предположительно выходит в коридор, заперта. Выглянула в окно. Этаж четвертый, если не пятый — точно не скажу, поскольку земли в ближайшем рассмотрении нет — вид просто шикарный на океан внизу. Я так понимаю, этой стороной замок стоит прямо на краю скалы, если не врезан в нее. Быстрый побег отменяется. Надо затаиться.
Чонгук вышел из душа в одном полотенце, повязанном на бедрах. Еще и плохо вытерся — волосы и тело мокрые. Самое смешное, что я видела у Чонгука в душе сложенные аккуратной стопочкой белые махровые халаты, так что… это явно попытка либо покрасоваться, либо смутить.
Делаю вид, что очень заинтересовалась потолком.
— Можно я уже пойду? — с надеждой интересуюсь у Чонгука.
— Куда?
— Домо-о-ой.
— Сначала завтрак, потом я тебя отвезу.
Сейчас зарычу.
Чонгук оделся, подошел ко мне, опять же «по-дружески» взял меня за руку и повел на выход. Дверь открыл, вежливо в нее постучав, мужчина, видимо, охранник, стоявший снаружи. Да, тут у моего дорогого друга действительно все схвачено.
Пришли в просторную столовую, в которой из мебели только один длинный стол со стульями. Мы не первые с Чонгуком появились на завтраке. Во главе стола сидит седой мужчина, и не скажу, что сильно старый с виду, но волосы белые, словно у старика.
Мужчина посмотрел на меня с удивлением, очень быстро переросшим в интерес.
— Привет, пап, — поздоровался Чонгук со своим родителем, отодвигая мне стул. Сам Чонгук сел напротив меня, так что мы теперь сидим по обе стороны от его отца. — Лиса, позволь представить, это мой папа мистер Чон Чонхён. Пап, это Лиса, моя подруга.
Что за подстава? Я не хочу знакомиться с предком одноклассника. Во всяком случае, не в мятом несвежем коротком красном платье, с плохо причесанной головой и явным подтекстом, что пришла я в столовую после проведенной вместе ночи с сыном одного из самых влиятельных людей нашего мира.
— Здравствуйте, — улыбнуться получилось с трудом. Чувствую себя еще более униженной, чем раньше. Хочется плакать и куда-нибудь убежать, но я держусь.
— Здравствуйте, Лиса, — отец Чонгука подарил мне доброжелательную улыбку, но взгляд серьезный, изучающий. — Лиса… а какая у вас фамилия? Что-то не могу вас вспомнить. Просто я знаю почти всех коренных жителей долины. Вы недавно здесь?
— Лиса Манобан. Да, недавно, — сижу прямая, как палка, напряжение невероятное. Вот это испытание с утра пораньше, и ведь Чонгук, гад, даже не предупредил.
— Манобан… хм. Ваши родители архитекторы, не так ли?
С большим удивлением смотрю на отца Чонгука. Вот это память у человека, на него работают тысячи людей, и он как-то умудряется запомнить их имена.
— Все верно.
Чонгук наблюдает за моим разговором с его родителем с веселой ухмылкой, явно наслаждаясь всем происходящим.
Чон Чонхён стал расспрашивать меня о моей семье, обо мне самой, спросил, нравится ли мне в долине. В целом, нормально поговорили. Отец Чонгука был со мной вполне вежлив и учтив. Все оказалось не так страшно, как мне в начале представилось. Чонхён закончил трапезу, пожелал нам хорошего дня, сказав, что будет рад увидеть меня в гостях еще, и ушел.
— Ты ему понравилась, — отметил Чонгук. — У меня отец на раз людей раскусывает. К тебе он хорошо отнесся, значит достойна.
— Достойна чего?
— Быть моей подругой, а иначе ты бы уже тут не сидела.
— Знаешь, твой отец тоже показался мне вполне достойным мужчиной. Отсюда вытекает вопрос.
— Да-да?
«В кого ты такой… недостойный?».
Озвучивать не стану, а то Чонгук меня точно отсюда никогда не выпустит.
— Зачем ты меня познакомил с ним?
— Вообще-то я привел тебя на завтрак, отца могло здесь и не быть. Ты кстати, поешь, а то еще ни крошки в рот не положила.
— Я не хочу есть. Я хочу домой.
— Ешь, — не терпящий возражения тон. Чонгук меня бесит все больше и больше. — Иначе я сам тебя накормлю.
Сейчас бы запустить яичницей в эту наглую волчью морду…
— А мама тоже должна завтракать прийти? Или меня минёт счастье познакомиться со всеми твоими родственниками? — язвительно поинтересовалась я.
— Можешь быть спокойна. Ни с кем больше знакомиться не придется. Из родственников у меня были еще мама и младший брат, но они умерли.
Ох.
— Извини.
— Все нормально, — на Чонгуке маска спокойствия и безразличия.
Наступила неловкая пауза. Для вида поковыряла яичницу в своей тарелке.
— Ладно, поехали, — сказал минут через десять хозяин дома.
Спускаемся с Чонгуком вниз, проходим через двор к воротам. Служащие замка активно все чистят после вчерашнего нашествия. Обратила внимание на одну из пристроек.
— Чонгук, вон там, — указала в нужную сторону. — Это конюшня?
— Да. Хочешь посмотреть?
— Нет.
— Хочешь. Лиса, а ведь я понимаю тебя лучше, чем ты сама, — усмехнулся парень и, схватив меня за руку, потащил в сторону конюшни.
— Не выдумывай.
— Да? Ну посмотрим. Спорим, я угадаю все твои планы на сегодня?
Насторожилась. Вообще-то на сегодня у меня побег запланирован.
— И? Какие же у меня планы?
— Пока нет смысла об этом говорить, — отрезал Чонгук.
Мы подошли к конюшне, зашли. В стойлах все лошади как на подбор: лощеные, породистые, ухоженные.
— Ты по выходным выезжаешь на конные прогулки, я катаюсь каждое утро, — произнес Чонгук. — Приезжай лучше ко мне. Здесь ближе и бесплатно. Можно будет покататься вдоль берега. Я тебе покажу пару интересных мест.
— Хм. Нет, спасибо.
— Почему?
— Чонгук, давай откровенно. После вчерашнего ты мне не друг.
— Видишь ли… тут особо не важно, считаешь ли ты меня своим другом. Здесь важно, что считаю я.
— Люди не твои игрушки.
— Уверена?
— Более чем.
— Тем не менее, это так. Ты и сама, хоть это умом не принимаешь, но твое подсознание уже приняло меня, как старшего и своего хозяина.
— Да ну? — я усмехнулась.
— Ты меня теперь боишься, как и все остальные. Страх заставляет подчиняться. Вместо того, чтобы ударить меня, ты покорно следуешь за мной, не так ли?
— Нет, не так.
— Поцелуй меня.
— Что?
— Ты ведь хочешь отсюда скорее уйти. Поцелуй меня, иначе останешься тут жить.
— Да это чистой воды шантаж и ничего больше, — возмутилась я.
— Если ты подчинишся, это означает, что принимаешь правила моей игры, если нет — остаешься жить у меня.
— Так себе выбор.
— Какой есть. Решай сама.
Глупо, наверное, но я все-таки попыталась сбежать. В платье, в туфлях на шпильках, от волка в его логове. Ну а что?
Чонгук. поймал меня, я еще и пару шагов не успела сделать. Изловчилась и быстро чмокнула парня в щеку.
— Все, поцеловала. Отпускай меня, мой господин, — произнесла с иронией.
— Хитрая упрямая лисичка.
Чонгук действительно меня отпустил. Ну как отпустил. Взял за руку и повел на выход из конюшни, правда, у одного из стойл задержался.
— Вот, это мой, Аспидом зовут. Тот еще характер у него. Но все равно мой любимец.
Тот еще? Да этот конь бешеный. Косится угольно-черный красавец на меня своим лиловым глазом так, словно я закуска. Бьется о стены загона боками, головой и копытами, ржет, как… конь сумасшедший. Лошади точно травоядные? Не удивлюсь, если конкретно этот экземпляр хищный.
— Какой ми-и-илый, — улыбнулась я и на меня удивленно посмотрели и Чонгук, и конь.
— Ты первая, кто так считает. А тебе я, пожалуй, закажу новую лошадку для прогулок.
— Я не соглашалась с тобой ездить. И зачем именно мне новая лошадь, если тут целая конюшня чудесных лошадей?
— Я так хочу.
— А, вот оно что. Это все объясняет.
Из конюшни мы переместились на подземную парковку. Да, тут у семьи Чон и такое есть. А сколько машин! Одна круче другой. Есть раритетные авто, но куда больше современных.
— Это что, все ваши машины? — с моего места видно не меньше двадцати автомобилей, но это явно еще не все авто.
— Да, папа увлекается их коллекционированием.
Чувствую себя очень неуютно. Пришло вдруг понимание, насколько влиятельна и богата семья Чонгука. Если захотят — раздавят и не заметят одного бедного человечка в моем лице. И о родителях нельзя забывать… похоже, побегом в соседний клан тут дело не обойдется. Надо садиться на самолет и переселяться на другой континент.
Сели в машину Чонгука. Парень отвез меня домой. Не прощаясь, выскочила из машины, как только та затормозила на обочине возле моего дома. Чонгук пару раз посигналил мне на прощание, перебудив этим невероятно громким звуком, наверное, всю улицу. Мощный какой гудок. Вон, недовольные соседи из окон начали выглядывать… ну отлично просто. Теперь все знают, с кем я провела ночь.
Матерясь сквозь зубы, зашла в дом. Нашла самый вместительный и удобный рюкзак, быстро собираю вещи. Позвонили родители, "обрадовали", что приедут через пару дней меня навестить. Пока не стала говорить предкам, что лучше им этого не делать. Попозже, когда буду на другом краю мира, позвоню и все объясню. За папу с мамой откровенно страшно, только и остается надеяться на хоть какое-то благородство.
Собралась. Так, документы при мне? Отлично. Прощай дом, ты был мне мил, но не сложилось.
Села на байк и сходу разогнала его до невероятной скорости, вскоре вылетев из города. Рискую, конечно, так гнать нельзя, но в моем случае просто необходимо.
Пропускной пункт. Только завидев издалека мой транспорт, охрана быстро закрыла шлагбаум, а несколько человек встали по периметру дороги, а один из них своим телом закрыл прогал, через который я проехала в прошлый раз. Подготовились. Плохо.
Не снижаю скорости. Кажется, ждущие меня люди занервничали. Я и сама жутко нервничаю. В самый последний момент резко торможу и выкручиваю руль, отчего под наклоном, боком, практически пролетаю под шлагбаумом.
Невероятно! У меня все получилось, только занесло и байк поцарапала, высекая искры об асфальт во время резкого наклона. Сделала круг, разворачиваясь под крики охранников, ко мне пытаются подбежать. Дала по газам. Ха! Я облапошила охрану уже второй раз, надеюсь, третьего не понадобится.
Мчусь в сторону ближайшего большого города, где есть аэропорт, по моим расчетам приеду туда часа через четыре. Надеюсь, Чонгук меня не найдет.