Глава 4
Попов проснулся в двенадцать часов дня, и пошел в ванную, сегодня он должен выглядеть идеально. Поэтому где-то часов в четырнадцать он уже начал свою сборку, а в пятнадцать тридцать вышел из дома, ведь до парка нужно еще дойти.
Когда парни встретились, они долго гуляли и что-то обсуждали, но диалог был легким, и совсем не напряжённым.
Тут они уже подустали, они решили присесть на лавочку. И сначало молчали, но Антон решил развеять тишину.
— Знаешь, я до безумия влюблен в карие глаза, — произнес он весело, потянувшись за очередной затяжкой.
Арсений, словно вздрагивая от странного заявления, повернулся к нему с любопытством.
— В карие? — спросил он, стараясь скрыть, что его сердце подсказывает совершенно другую историю.
— Ну да, — с энтузиазмом подтвердил Антон.
— Мг, — ответил Арсений, но внутри уже кипели потаенные чувства.
— И даже не спросишь, в чьи карие глаза я влюблен? — обернулся к другу Антон, искренно улыбаясь.
— И в чьи же? — выдавил из себя Арсений, хотя все внутри него металось в сумасшествии.
— Ирки, — сказал Антон твердо и с радостью в голосе.
Арсений застыл, не веря своим ушам. Он всегда знал Ирину, они общались в школе, но думал, что связь с Антоном ещё сильнее, ведь без него бы не стал ни человеком, ни учеником.
— Ирки? — переспросил он, чувствуя, как потоки горячего шоколада, разом слились воедино, заполнив его сердце горечью.
— Ну да, что с тобой сегодня, Арсений? — смеясь, спросил Антон, обняв друга. Этот жест напоминал ритуал, который они повторяли сотни раз, но сейчас он приносил лишь обострение боли.
Арсений улыбнулся, хотя не чувствовал радости. Он знал, что в глубине души сыграл свою последнюю карту, что теперь все слова, которые он никогда не произнес, остались за пределами его разумной игры. Он вернулся домой, усталый и подавленный, искал ответы на свои мучительные вопросы.
Смотря в зеркало, Арсений задал себе один вопрос: "Почему я не могу быть тем, в кого он влюблён?" Перед ним отражались кристально голубые глаза, наполненные печалью. Темного в их глубине не было и быть не могло, как и его чувства. Он понимал, что через месяц уедет в Петербург, так и не сказав Антону о своей любви, о том, как многие шаги он сделал именно ради него, как с восьмого класса прятал щемящее в душе чувство.
Погруженный в свои мысли, удерживая лишь холодные слова "невзаимность", Арсений медленно терял себя. На следующее утро его нашли мертвым на кухне, а в руках лежала записка, адресованная Антону с простыми, но мучительными словами: "От невзаимности..."