Психолог
Том проснулся от чьего-то дыхания, а дальше, не успев открыть глаза, почувствовал легкий запах фиалок. По лицу мужчины поползла теплая улыбка, он сильнее сжал в своих объятиях молодое тело и вновь удивился тому, насколько удобным оказался Билл.
– Ты уже не спишь? – парень открыл глаза, сонным взглядом оглядывая любимого мужчину.
– Только проснулся, ты такой удобный!
– Это комплимент? – улыбается. – А ты горячий...
– Завтрак приготовить?
Билл кивнул, подаваясь вперед, целуя мужчину. Том ответил, сжимая в своих руках тонкое тело.
***
С этой ночи они перестали быть друг другу простыми знакомыми. Теперь Том ему не преподаватель, а Билл не просто студент Маерсу. Они запретили друг другу хоть как-то проявлять чувства в университете. Том однажды признался Биллу, что с нетерпением ждут конца последней пары, когда ему можно будет в открытую пялиться на своего мальчика. Мужчина уже признался сам себе, что ему до невозможного нравится тискаться с парнем где угодно: в студенческом общежитии, в машине на заднем сидении, в запертом на ключ кабинете, в собственной квартире. Ему нравилось гладить молодое тело, касаться его пальцами, приглаживать вечно взъерошенные после душа волосы. Но в сексуальном плане все было по-старому: Тома не возбуждало его тело, он, может быть, и любил уже каждую его частичку, но никак не воспринимал его как объект для сексуальных утех. Билл почти смирился с этим, но во время их нечастых ласк, в которых они до сих пор не заходили далеко, парень по-прежнему мечтал именно о сексе. Настаивать он не мог – против природы не пойдешь.
Иногда они позволяли друг другу редкие прогулки где-нибудь в опустелой части города. Их излюбленным местом был старый парк на окраине одного из районов. Тут они могли позволить себе немного больше, чем где-то в другом месте, вне дома. За руки держаться не хотели, но толкаться, изредка целоваться и просто много и громко смеяться – как раз то, что было нужно.
Том все чаще ловил себя на мысли, что Билл – единственный, кто мог вселить в него уверенность, поднять настроение или наоборот – испортить его всего одним лишь словом. Парень не искал причины своим касаниям, просто трогал Тома, но для поцелуев все так же просил разрешения. Маерс же до сих пор не совсем понимал, когда можно целовать это своенравное создание. В его голове до сих пор не уложились все те чувства и думы о однополой любви. Мужчина признался себе в том, что парень привлекает его, но вместе с тем он заметил, что ни один другой представитель своего же пола его не притягивает. Даже те, что были чем-то похожи на Билла: худые, в чем-то женственные, с искренним взглядом. Его притягивал только брюнет. Том понимал, что испытывает к парню что-то, названия чему и не пытался подобрать. Боялся, что у чувства этого будет слишком громкое название – любовь.
С Браяном отношения так и не наладились. По мнению Тома друг не понимал самых простых вещей: нельзя смешивать или сравнивать любовь и дружбу. Там, где всё началось с дружбы не должно быть любви. Влюбившись в дорогого друга, ты точно потеряешь его, а следом за ним и ту самую любовь. Есть, конечно, исключения, но Том не верил вот в такую любовь. Для него Браян был незаменимым человеком, и ему было не совсем понятно, почему сам Браян не может понять такой простой вещи: Томас не желает терять своего друга. Сам Браян старался не встречаться с мужчиной, которого любил. Он даже некоторое время жил у своего знакомого, чтобы просто остыть, понимал ведь, что действовать на эмоциях нельзя. Но по возвращению в квартиру, чего он и сам объяснить не мог, напряжение между друзьями только увеличилось. И хоть Браян чувствовал, что Том пытается заговорить с ним, объяснить что-то, может даже попросить помощи, но поделать со своими чувствами ничего не мог. Слушать их с Биллом разговоры, смех, а иногда и стоны – было невозможным. Столько лет в Браяне теплилась надежда на любовь этого человека, но он успокаивал себя тем, что Том не выберет никого из мужского рода. И то, что случилось уже почти месяц назад, его просто выбило из колеи.
***
Том налил себе кофе, прошел по кухне, недолго постоял у окна, а когда сзади послышались «шаркающие» шаги, мужчина оглянулся. Браян медленно вошел в помещение, зевнул, одной рукой прикрывая рот, а другой, почесывая живот. Он потянулся, просыпаясь до конца. Маерс прошел по кухне, остановился возле табурета, сел, опуская руки, в которых была зажата кружка на стол. Он в сотый раз сейчас попробует заговорить с другом.
– Мне тебя не хватает, Браян... – тихо произнес он, глядя куда-то в окно.
Браян застыл у кофеварки, Том впервые признался в подобном. В их дружбе никогда не было места подобным признаниям.
– Мне тебя тоже, – вздохнул, продолжая готовить себе завтрак.
– Сильно злишься на меня? – Том перевел взгляд от окна на напряженную спину друга.
– Уже не очень... – пожал плечами, укладывая на тарелку бутерброды.
– Ты мне нужен...
– Том, ты эгоист, знаешь? – развернулся к столу, кинул взгляд на печального друга. – Разве так сложно понять, что не в злости дело? – сел на табурет. – Налей мне кофе.
– Ну, тебе лучше знать, в чем дело? – поднялся, чтобы исполнить дружбу друга.
– Дело в том, что ты поступаешь несправедливо.
– По отношению к тебе? – достал чашку, следуя к кофеварке.
– К нам, Том. Я знаю, что ты миллион раз говорил мне, чтобы я даже не думал о чем-то таком. Но я думал, черт тебя дери! Том, я мечтал!
– Перестань... – возвращается к столу, отдавая соседу кофе. – Неужели ты не понимаешь, что есть вещи, которые изменить никак нельзя.
– Вот именно! Мои чувства к тебе, например! Долгие годы я ломал их в себе, пытался стать только другом, но так и не смог! Всё, что я говорил или делал в отношении тебя, все происходило под воздействием любви.
– То есть, дружбы и не было никогда?
– Не говори ерунды, Том! Она была, есть и будет, но нельзя не брать в расчет мои чувства.
– Браян, я не могу без тебя, как без друга. Дружба для меня важнее любви, разве непонятно?
Психолог от удивления открыл рот, впервые задумываясь о подобном. Он даже немного растерялся, не зная, как реагировать. Том сейчас так смотрит на него, странно смотрит. Раскаивается? Сочувствует? Что?
– О чем ты?
– Браян, я не хочу отпускать тебя, я не представляю своей жизни без тебя, да я беспомощен без тебя. Да, я не могу ответить на твои чувства, ну, на такие чувства. Но у меня к тебе есть нечто другое, может даже намного больше, чем обычная любовь или сексуальное влечение. Ты для меня всегда был братом, единственным человеком, который ни разу не предавал. Мне сейчас тяжело! Ты, как никто другой, знаешь, как я относился ко всему подобному, к таким отношениям. И только ты понимаешь, насколько мне тяжело все это переживать... Я ведь совсем ничего в этом не понимал, а ты так и оставил меня...
– Билл – гей, я оставил тебя в руках того, кто неплохо разбирается во всем этом.
– Браян, Билл не был моим лучшим другом на протяжении пятнадцати лет, если что! Как ты понять не можешь, что ты мне ближе и роднее, чем Билл... И ты мне нужен. Всегда нужен...
Браян впервые за несколько последних недель по-настоящему улыбнулся. В душе начало светлеть, ведь он наконец-то понял то, что до него пытался донести друг. И это было так приятно. Каждое слово, произнесенное Томом, каждый звук, интонация, вздох, движения губ... Мурашки по коже.
– Браян, помоги мне разобраться со всем этим? – попросил Том, видя, что его слова возымели свой успех. Конечно, он изначально знал, что и с какой интонацией надо сказать, но это не было ложью.
– Ладно, давай попробуем... – он до конца успокоился и принял ситуацию только что, когда понял, что этот Билл сможет стать в некотором роде трамплином для их с Томом отношений. Пусть этот «серенький» сделает из Тома «голубенького», а потом, в самый подходящий момент, Браян воспользуется ситуацией и все-таки завоюет расположение друга. Но для того, чтобы его план осуществился, надо немного подтолкнуть Тома в нужном направлении...
– Что у вас сейчас с ним? – Браян наконец-то взялся за один из своих бутербродов.
– Все хорошо, мне порой даже кажется, что я хотел бы с ним встречаться.
– А сейчас вы не встречаетесь? Вы же столько времени вместе проводите.
– Я не знаю, как это называется, но точно не... Хотя, конечно, это все очень похоже на отношения...
– Значит так, эгоист, вы встречаетесь и точка, – серьезно проговорил психолог, – прими уже это как факт! Это первое, второе – поменьше иллюзий, увидь реальность. Ты на самом деле встречаешься с парнем, ты чувствуешь к нему определенные чувства, тебе с ним хорошо и так далее. Оставь свое мужское: «Я не знаю как!». Знаешь ты, скорее даже чувствуешь, как надо, просто действуй, какие-то мелочи узнаешь в процессе.
– Тебе легко говорить, – как-то грустно усмехнулся, – а я... Блин, я не знаю, как тебе объяснить...
– Говори, как есть, ладно?
– Ну... Я ведь мужчина. Я априори не могу делать такое с мальчиками. Он ведь даже меня не возбуждает. Мы, конечно, ласкаемся, но это максимум, что можно позволить, – с надрывом говорил он, пытаясь передать все свое смятение и все переживания. – Я же вижу, что он хочет... Ну, большего...
– А ты?
– Что я? – удивляется.
– Ты хочешь большего?
– Чего? – Том не думал, что он тоже должен этого хотеть.
– Секса, Том! – Браян видел, что друг на самом деле растерян и много просто не понимает. – Ты же не думал, что это должно быть только его желание?
– Ну, я понимаю, что чтобы мы занялись сексом, у меня должен стоять член! Но хотеть с ним секса? То есть, мне кажется, что у нас с ним нечто большее, чем простое желание. Ну, знаешь, есть ведь такая любовь, платоническая, или как там ее?
– Ты его ласкаешь? – Браян изогнул бровь.
– Ну, мы целуемся, я глажу его... – потупил взгляд.
– Нет, как с девушкой... Делаешь с ним тоже самое?
– Зачем с ним это делать? То есть, он ведь просто секса хочет, я не понимаю, Браян! – начинает злиться.
– Ооо, как же тут все запущено... Том, помнишь, когда ты говорил о том, что настоящая любовь приходит с опытом и точно не в твоем возрасте? – Маерс кивнул, не совсем понимая, к чему клонит друг. – Так вот, до платонической любви ты еще не дорос, чтобы понять всю ее суть тебе необходимо быть более мудрым, что ли. Любовь, которая приходит в нашем возрасте она требует нескольких составляющих: ярких чувств, верности, секса. Эти три компонента должны быть в любых отношениях. И в ваших с Биллом тоже...
– У нас не...
– У вас отношения и точка, Том!!! – повысил голос. – Чувства у тебя к нему есть, верность – тоже. Секс является обязательным... И, чтобы он у вас получился, тебе необходимо захотеть его тело. Увидь в его теле красоту.
– Браян, тебе легко говорить! Ты сам это все делаешь, ты можешь видеть...
– И ты можешь, – снова перебил его, – знаешь, почему у тебя с ним получилось это всё? Почему он смог тебя завоевать, а я нет?
– Почему? – Том был немного удивлен резкому повороту в их беседе.
– Ты – мужчина, я – тоже. И я обращался к твоей мужской сущности, предлагая то, чего ты не мог принять. Теперь-то я понимаю, что ты не просто принять этого не мог, ты понять был это не в силах. Я лез напролом, пытаясь тебя принудить, заставить... Только всё было напрасно – ты мужик до мозга костей. А Билл, сам того не понимая, усыпил твою мужскую сущность – обрядился в бабу. Он, скорей всего, ни на что конкретное не рассчитывал, только получил больше, чем мог предположить. Билл нарушил твое равновесие, влез в твою душу в облике девушки, отметился там своими глазами, губами или чего ты там еще в «ней», – показал пальцами кавычки, – запомнил? Ты влюбился в девушку, и сейчас пытаешься найти ее в Билле.
– Не пытаюсь я в нем что-то женское найти...
– Не суть! Дело в том, что Билл обманул твое подсознание, влюбил в себя в женском обличии, заполучил тебя тем самым. А ты теперь мучаешься, потому что на самом деле до сих пор толком и не понимаешь, почему ты себе все это позволяешь!
– Ты говоришь какую-то муть! – взвился Том, поднимаясь со стула, чтобы вылить в раковину давно остывший кофе. – Я не мог влюбиться в одного человека, а перенести это все на другого.
– Мог! Но в твоей ситуации случилось не это. Ты влюбился в один образ, а сейчас пытаешься ужиться с другим образом. И оба образа принадлежат одному человеку. Вот!
– Ты вынес мне мозг!
– Если ты хочешь, чтобы у вас на самом деле что-то получилось, тебе необходимо увидеть красоту его тела, Том. Смотри на него и отмечай про себя, а можешь и вслух то, что привлекает тебя в нем. В твоем случае одной оральной стимуляции твоего члена – мало. Все-таки ты мужчина и трахаться с парнем для тебя... Ну, чуждо, что ли.
– Захотеть его... – бормочет, вновь садясь на табурет.
– Он тебе поможет, я думаю. Билл в чем-то явно тебя возбуждает, теперь просто осмысли свою тягу. А еще, знаешь, ты должен стараться понравится ему...
– Билл и так меня любит...
– Но тебе надо подогревать его любовь, ты должен показать себя с самых лучших сторон.
– Вот еще...
– У тебя все получится, Том... – Браян даже улыбнулся, но постарался побыстрее скрыть улыбку со своего лица. Во время того, как он убеждал друга пойти на такой решительный шаг, в своей голове он уже строил новый план по завоеванию друга. Двуличная скотина.
– Ладно уж... Ты на меня больше не злишься? – Том наивно полагал, что друг отпустил свою злость и все остальные неуместные в этой ситуации чувства.
– Нууу, свидание с последующим сексом лишили бы меня остатков злости...
– Идиот... – смеется, отводя взгляд в сторону.