4 глава.
Я понимала, какую ошибку совершила, но было поздно.
Какое-то время я просидела в ванной комнате, потому что боялась выйти, боялась Никиты, друзья которого сейчас находятся в нашей квартире, и которые могут сделать со мной всё, что угодно: от мелких упреков до жестокого изнасилования.
Как же я была рада, когда стадо дебилов, включая моего братика, покинуло пределы квартиры. Сделав глубокий вдох, я вышла из ванной. И да, я была права, дома никого не было. Но радость моя длилась недолго...
- Думал никогда оттуда не выйдешь... - за спиной раздался тихий голос, от чего я вздрогнула.
- Зачем пугаешь? - кинула я.
- Разве? - парень вскинул брови.
Я промолчала. Подойдя к тумбочке, я взяла телефон, и, обернувшись, увидала Никиту, стоящего впритык ко мне.
- Сейчас он тебе не понадобится... - сладкий голос эхом отдаётся в моих ушах.
Я сглатываю. Никита толкает меня на кровать и тут же оказывается сверху. Его длинные пальцы тянутся к той же тумбочке, доставая из неё наручники.
- Никита, пожалуйста, не надо... Прошу... - мой голос похож на скулеж.
- Прости, но я долго терпел твои выходки. Порядком, это надоедает. Сегодня я тобой доминирую, так что, будь хорошей девочкой.
Одной рукой он пристегивает меня к изголовью кровати, вторая делает тоже самое со второй рукой. Мои просьбы о пощаде становятся похожими на вой псины, который Киоссе не хочет слышать.
Губы парня касаются моих, составляя мокрый, в некой степени даже противный поцелуй, но я жажду ещё. Руки опускаются к талии, разрывая майку. Голая грудь очаровывает парня, и тот, словно с цепи сорвавшись, начинает кусать набухшие соски. Крики постепенно перерастают в сладкие стоны, что служат наркотиком для Никиты.
Поднимая мою юбку, парень сгибает мои ноги в коленях, раздвигая их. Ощущаю эйфорию, но не хочу трахаться с ним! Или хочу?.. В любом случае он доминирует и я ни имею права сказать ему "нет!" Никита пристроился между моих ног, покрывая тело мокрыми поцелуями, оставляя багровые засосы. Постепенно он поднимается к моим губам, снова целует, на этот вопрос более нежнее, с некой ноткой трепета.
Ощущаю, как его пальцы начинают ласкать клитор, а затем медленно и аккуратно входят, по одному. В темноте могу увидеть ухмылку Никиты, но после моего не столь громкого крика его лицо искажает гримаса злобы.
Он вытащил пальцы, и, засунув мне их в рот, заставил облизать. Покорно выполняя задание, я наблюдала его не только прикрытые от наслаждения глаза, но и хорошо стоящий член.
- Умница...
Никита медленно снял с себя одежду, и, продолжая дразнить меня, начал снова целовать.
- Никит, пожалуйста, не делай этого, умоляю. - на глаза наворачивались слёзы. Слёзы боли.
Он игнорировал мои мольбы; я чувствую, как головка члена медленно разрывает целку. Крик разносится по всей квартире. Он даже не дал привыкнуть к новым ощущениям, как сразу начал двигаться с бешеной скоростью; из глаз текли слёзы.
Никита очень грубо входит, делая мне как можно больнее. Я не понимала, чем заслужила такое обращение к себе. Под конец он сделал пару тройку толчком и кончил мне на лицо. Было ужасно противно - никакого другого действия от него я не ожидала.
- Хорошая девочка... - он отстегнул наручники и я сразу начала вытирать лицо простынёй, - Кстати, Владик тобой интересуется...
Напоследок этот козёл подмигнул мне.
Скрутившись в кружочек, я тихо плакала, проклиная мать, которая могла бы сделать аборт. Хотя мать-то тут при чём?..