Глава 19. Вопреки разуму.
Она открывает дверь почти сразу, и одаряет меня своей неподдельной лучезарной улыбкой.
-Сегодня без выламывания двери? - притворно удивляется девушка, и я хватаю дверь, чтобы закрыть её обратно.
-Я шучу! - вскрикивает Эми, хватаясь за ручку.
Я захожу в дом и кладу коробки с пиццей на стол. Джон сказал купить цветы и сунул пачку денег мне в карман куртки, отчего настроение моё сегодня особо "праздничное". Я сажусь за стол и даю ей коробку с её пиццей.
-Четыре сыра.
Я могу заставить её помочь мне, могу подчинить себе, но не смогу купить, как это думает Джон. Эмили не станет брать деньги, а я не стану подчинять её своей воле. Эта странная девчонка загубит и мою жизнь.
-Что-то случилось? - спрашивает девушка и я заглядываю в её карие глаза полные странной тревогой.
Интересно с каким лицом она будет наслаждаться вынесения суда?
-Я для тебя что, лучшая подружка, чтобы тебе что - либо рассказывать?! - вырывается из меня и я вижу как она теряется от моей резкости.
Она разглядывает меня, заглядывая мне в глаза. Я достаю кусок пиццы и заталкиваю почти её всю в рот, чтобы не отвечать больше на её вопросы. Малышка Грин выхватывает кусок из руки и доедает.
- Ты же веган? - спрашиваю у нее и она лишь улыбается, слегка щурясь, смакуя во рту мясную пиццу.
- Кто тебе сказал? - она открывает коробку и набрасывается начинает с жадностью поедать содержимое.
Эми хихикает, небрежно вытирая стекающее масло с подбородка и облизывает пальчики, нарочито чавкая. Такое ощущение, что девушка впервые в жизни так вкусно ест. Кидая на меня свои веселые взгляды, она заставляет меня чувствовать себя неопределенно.
"Скажи ей, Кинг", - твердит разум. - Расскажи про Сарру, сделай так, чтобы она тебе помогла.
Она корчит мне рожицы, приговаривая, что оставит меня без еды.
Скажи ей
Я нащупываю пачку денег у себя в кармане и представляю как меняется ее лицо, когда ей говорю про полицию и про маму. Если сяду в тюрьму, Эмили не узнает...
-Я закрываю наш спор, мне ничего от тебя не нужно.
Мне хочется уйти, стены душат меня, ее взгляд бесит меня, я бешу самого себя.
-Да брось, я больше не буду есть твою пиццу, - она пытается говорить позитивно, но я слышу как дрожит ее голос. Мои руки начинают трястись.
-Еще увидимся, Эмили,- говорю я и ухожу.
Джон звонит. Каждая раздражающая секунда мелодии моего телефона бьет меня кувалдой поддых, будто выдаёт мне протяжное "ты лузер". Отец надеется услышать от меня приятные новости. Сегодня утром он был взволнован и почти все время молчал, а я, как ни в чем не бывало, уплетал отвратительную яичницу, которую приготовила Стефани.
-Остановись, Кинг, что ты творишь,- со злобной горечью говорю сам себе вслух и бью по рулю.
Но нога лишь сильнее сдавливает педаль газа. Я мчу машину к полицейскому участку, и моё самое большое желание - впечатать свою тачку прямо в его двери, разбить к чертям их парадный вход, а потом поджечь канистру бензина в своём багажнике. Я сделал много хрени в своей жизни, но никогда бы не подумал, что понесу наказание не за свой поступок. Они все будут "за". Присяжные с каменным лицом будут отсиживаться на лавках делая умный вид. Будут гордиться тем, что вершат правосудие. И им даже не важно что это за преступление. Среди невозмутимых лиц я увижу миссис Филлс, и пожалею о том, что в тот день мне под ноги не попалась банка потяжелее.
Может стоит попрощаться с Саррой? Не думаю, что она протянет в психушке весь мой срок. Папаша Тома скормит ей за это время добрую дюжину экспериментальных препаратов. Она будет, как живой мертвец, ходить из стороны в сторону, пуская слюни и долбиться головой об стены.А Эмили будет неподалёку трахаться с Томом, утирая ему сопелки.
Мои друзья могут сесть со мной. И в этом будет только моя вина. Я закрыл глаза на выпадки Тома, в то время как мои ребята уговаривали меня принять меры. Мне было противно осознавать тот факт, что мой лучший друг превратился в долбанутого шизика и я просто закрыл глаза.
-Да, - говорю я в уже горячую от звонков трубку телефона.
-Ты поговорил с девушкой?
Джон не успокоится. Ему нужно удостовериться что мой зад не будет упрятан за решетку до того как я не окончу обучение.
-Она не согласится, - зажимаю плечом трубку и прикуриваю сигарету. - Я не буду ни под кем прогибаться, особенно под этой... - мне хотелось сказать фамилию, но я вовремя прикусил язык. На том конце провода слышится глубокий вздох.
-В участок поедем вместе, жду тебя дома.
Я кидаю трубку на пассажирское сидение и даю по тормозам. Свист шин оглушает прохожих и на мою машину падает десятки раздраженных лиц.
Все проходит, сынок. Рано или поздно любая рана сможет затянуться, а шрамы лишь будут служить нам трофейным воспоминанием, что мы это пережили.
Голос мамы проносится в сознании и я выхожу из машины, чувствую нарастающую головную боль.
-Эй ты, татуированный, - слышу неподалёку от себя грубый голос, доносящийся из машины. - Дорога не тебе одному принадлежит, свали отсюда со своей машиной.
Это как раз то, что мне сейчас нужно.
Из салона напыщенного индюка слышится женский отвратительный смех, больший похожий на воронье гаркаете, перерастающее в крик птеродактеля. Одним быстрым рывком я подбегаю к его окну и перетягиваю его тушу через дверь. Женский смех перерастает в вополь страха. Парень отмахивается и выпрыгивает из машины. Размахивает руками, кричит, матерится, ему даже удаётся все таки задеть меня кулаком по лицу. И когда я смахиваю ладонью капли крови с губы, то краем глаза замечаю знакомую мне наклейку с эмблемой "SCS", и на моем лице появляется улыбка.
Мой телефон начинает вновь разрываться от звонков и какой-то частью ещё работающего сознания я понимаю, что лучше ответить. Но кулак уже летит этому ублюдку прямо в нос. Девушка начинает визжать сидя на сидении, но не торопится доставать телефон, чтобы позвонить в полицию. Она этого не сделать. Так как нерушимое правило уличных гонок Лафаета: "любые стычки на дорогах решаются без копов".