Глава 4. Ультиматум Демона.
— Нет, — резко отвечает Сара отрицательно качая головой, — Нет, нет и ещё раз нет, даже не думай этого делать, слышишь меня?!
Она встревоженно ходит по палате, мотая головой как Китайский болванчик. Моя идея привести Эмили сюда приводит её в панику. И пока Сара переваривает эту информацию я терпеливо сижу на кровати, ожидая когда её психоз закончится.
— Я все рассчитал, тебе не стоит ничего опасаться, — говорю ей и она резко поднимает на меня успешный взгляд.
— С чего ты взял?! — выплевывает она и начинает теребить пальцами манжет пижамы. — Я же тебе говорила, что не все так просто. Черт возьми, Адам, она же уже чуть не погибла, ты сам все видел, ты не знаешь с кем имеешь дело, я сама не знаю с кем имею дело!
— С моим отцом, — спокойно отвечаю я и она вопросительно приподнимает бровь.
— Джон? Никогда не поверю, что он может так поступить...
— Сара, мы имеем дело с моим биологическим отцом, — я раздраженно закатываю глаза и она молча садится на кровать с открытым ртом от удивления. — Я, надеюсь, ты в курсе истории моего появления?
— Более чем. Только зачем ему все это. Я ничего не понимаю.
То что я ей сейчас скажу, наверняка, шокирует её до глубины души. Более того, после этого пазлы в её голове рассыпятся.
— Моя мать причастна к твоему заточению сюда. Она заключила сделку с Диланом, чтобы избавиться от тебя.
Сара нервно вздыхает прижимая руки к груди и я не долго думая сразу добавляю.
— Она написала мне в письме перед смертью, что он помог ей быть с Джоном.
Сара ничего не отвечает, лишь опускает голову, хватаясь пальцами за волосы, через пару секунд слышится тихий всхлип.
— Он больше ничего не сможет сделать, а нашёл рычаги давления над ним. Остаётся дело за малым - вытащить тебя отсюда. И если ты не согласишься, я приведу Эмили сюда.
Но Сара будто не слышит меня, хватая ртом воздух так, будто каждое моё слово бьет её под дых. Она собирает пальцами град слез, стекающий по её щекам пытаясь собраться с силами, но каждая её попытка заканчивается приступом удушья.
Впервые в жизни мне становится интересна её история с Джоном, судя по реакции Сары, она до сих пор его любит. Отец никогда мне про неё не говорит, а это означает лишь одно, что их чувства взаимны. Джон всегда умалчивает о сокровенным, закрывая свои чувства в себе.
Я всегда считал Сару разлучницей своей семьи, но по сути все оказалось не так наоборот. Моя мама заворотила всю эту кашу, и теперь Эмили и Саре грозит опасность из-за неё.
— Я могу сделать так, чтобы Дилан оставил вас с Эмили в покое.
Майки вовремя предоставил мне интересную информацию про Дилана. Теперь я знаю его уязвимое место. И пока Эмили осталось еще пару дней лежать в больнице, я сразу решу вопрос с его вмешательством в мою жизнь.
— Ты можешь уйти, Адам? — всхлипывать Сара, прикрывая лицо руками.
— Что?
— Я хочу побыть одна...
Ещё пару секунд я внимательно слежу за её поведением, но Сарра не обращая на меня внимания продолжает нещадно ронять горькие слезы обиды. И когда я пытаюсь подойти к ней, чтобы ободрительно приобнять, она выставляет передо мной руку, давя понять, что поддержка ей не нужна.
Я ухожу молча, оставляя её наедине со своим горем. Молча прохожу через приемную, не обращая внимания на голодный взгляд медсестрички и сразу сажусь в машину. На пассажирском сидении лежит небольшая но ценная папочка с парой документов и фотографии, не долго думая я беру телефон и набираю номер Ортиса.
— Ты решил обговорить детали нашей сделки? — за гудками почти сразу последовал ответ. Голос Дилана был с легкой хрипотцой и в нем были нотки приторной наигранной любезности. С первых секунд он стал меня раздражать.
— У меня есть весомый аргумент для своей победы.
— Правда? — в трубке слышится шум а за ним слышится его тихий смех.
Ща посмеёмся, папочка.
— Знаешь чем мы с тобой похожи, Дилан? Как бы сильно мы бы не скрывали, у нас есть уязвимые точки. Мою ты нашёл, теперь я знаю твою.
На том конце провода воцаряется гробовое молчание. Я открываю папку и достаю фотографию.
— Все оказалось проще простого. Я вот думаю как тебе теперь доказать, что ты слабый и ничтожный ублюдок, который боится потерять свое сокровенное дитя.
— Мы с тобой два сапога пара, — настороженно говорит Ортис. — Чего ты хочешь?
— Хочу чтобы ты забыл о моем существовании, оставил в покое Эмили и её мать. В противном случае я отправлюсь в Лейк-Чарльз.
— Ты в этом точно уверен, Адам? — голос Дилана становится серьёзным. — Я уеду из города, только ты потом столкнёшься с последствиями.
Единственное последствие мы уже прошли. Надеюсь больше никогда не услышу голос этого ублюдка.
—Думаю я рискну, — отвечаю ему и кладу трубку.
Настроение поднимается и груз ответственности становится легче. Остаётся теперь привести Эмили к её матери, но с этим придётся повременить. Девушка должна пройти реабилитацию и хорошенько отдохнуть. Не смотря на все уговоры врачей, она все же настояла на том, чтобы её выписали и поставили на домашний режим.
Меня не оставляют мысли о том, что за истеричным молчанием Сарры может скрываться что-то серьезное. Она будто наказывает себя за что-то, замыкаясь в себе. Сарра, рассказав всю свою историю, утаивает от меня самое главное. Если ей больше ничего не грозит, почему она хочет оставаться в стенах больницы и не видеться с Эмили?Сколько слов любви в сторону своей дочери я слышал от неё. Сколько слышал о том, как сильно она скучает, но не было ни одной попытки что-то предпринять. Она наоборот держит ее на расстоянии. Старшая Грин не спроста добровольно остаётся в стенах психушки.