Мученица

 ☽☭☾

Кира Баюнова была такой хорошенькой девочкой раньше, думали все вокруг. И училась хорошо, и подающей надежды спортсменкой была, дружелюбная и общительная. Мамке по хозяйству помогала, соседским бабушкам по просьбе из магазина что-то приносила, папульке не перечила, с учителями не закусывалась. Ну девочка-пай настоящая. Но в последние два года... Оторви и выбрось, честное слово. Что повлияло на такую смену поведения резкую, никто не понимал. Соседки за спиной обзывали прошмандовкой. Некоторые школьные друзья перестали с ней дружить. Тренер орал за то, что стала прогуливать тренировки и разжирела на целых пять килограммов! Что не простительно для "спортсмэна", как говорил Михаил Алексеевич. Ещё и застукивал её часто за курением, бессовестную такую, за что та получала таких затрещин по затылку, от которых искры из глаз сыпали. Учителя диву давались, как она так скатилась по учёбе, ведь у неё такие хорошие родители. В чём проблемы тогда?

Проблемы были. Колоссальные. Вот только девчонка никогда об этом никому не поведает, унося свои тайны за собой в могилу. Остальные целее будут. Лёгкую атлетику не бросила и ладно. Пусть радуются.

Бедные родители Киры уже не знали, как найти управу на старшую дочь. Шестнадцатилетняя Кира стала неуправляемой. Переходный возраст, чтоб его, ага.

Ладно бы связалась с плохой компанией, было бы логично. Да вот только в школе плохой компанией являлись трое из ларца — Пятифанов, Петров и Будаев. Но с ними Кира не то чтобы не дружила. Она на дух их не переносила, в особенности Рому, который по стечению обстоятельств тоже терпеть не мог её. А раз уж Антон и Игорь его друзья, то для неё они такие же гадкие, надоедливые и омерзительные гопари.

Кира шла вместе с младшей сестрой по просёлочной дороге в Дворец Культуры — она на тренировку, а Рита на танцы, после которых последует занятие по вокалу. А бедной Кире придется ждать сестру, когда та наконец-то закончит. Беспардонная Кира курила свои стрёмные, по мнению Риты, сигареты, ничего уже не стесняясь и совсем обнаглев. Признаться, она иногда делала это демонстративно, чтобы вывести из себя взрослых, в особенности своих дражайших маму и папу. Свою любимую марку "Космос" Кира скупала по несколько штук раз в месяц. Ну как скупала... подкупала местных восемнадцатилетних шалопаев, которым подгоняла пузырёк украденного самогона за услугу. За просто так ей бы только под зад дали. И то, это в лучшем случае.

— Ты уже достала! Паровоз грёбаный! — ругалась Рита, откашливаясь от противного дыма.

Сигареты, кстати, хорошие, не вонючие. Зря она так, думалось Кире.

— Нос закрой, — будничным тоном сказала она, даже не взглянув на двенадцатилетнюю сестру. Девочка была на голову ниже Киры, так что не мешала её обзору. — И, если ещё раз от тебя услышу такие поганые словечки, я тебе язык отрежу, поняла? Откуда только нахваталась.

— От тебя и нахваталась, — буркнула Рита, потупив взгляд голубых глаз. — Я маме расскажу всё!

— Да пожалуйста, — Кира пыхнула дым в лицо сестре, которая от злости готова была расплакаться уже.

— Какая ты противная! Надоела, Кира! — взвизгнула Рита и побежала вперёд, хныча, от чего белобрысая коса до пояса болталась во все стороны. Кира и бровью не повела. До ДК всё равно недалеко, негде мелкой потеряться.

Засунув руки в расстёгнутую тёмно-синюю олимпийку, Кира докурила без рук и выплюнула непотушенную сигарету в лужу. Ночью была гроза, свет повырубило, на ухабистых дорогах уже высыхали грязные лужи от летнего зноя. Пускай и утро, а всё равно пекло макушки. Скоро август закончится, ни позагорать, ни покупаться. Так что надо навёрстывать. После тренировки Кира решительно настроилась отвести сестру обратно домой, взять купальник и умчать на речку.

На пороге перед входной дверью в ДК девушка обтерла грязные подошвы кроссовок и отправилась в раздевалку для спортсменов. Проследив за убегающей в противоположном направлении фигуркой сестры, Кира преспокойно зашла в раздевалку. Внутри переодевались девочки, которые также занимались атлетикой и не только. Три гимнастки выбежали, чуть не толкнув Киру, ещё три гимнастки точили лясы на скамейке под своими кофтами на крючках. Четверо девочек из атлетики поприветствовали Киру и ушли разминаться. И ещё несколько девочек с разных направлений зашли вслед за ней, торопясь переодеться. Кира лениво стащила одежду, переоделась в спортивную форму, глотнула воды из бутылки и направилась в огроменный спорт зал, на ходу завязывая обрезанные по середину шеи волосы. Завязала как могла. Но всё равно несколько прядей повыпадали, лезли в глаза и щекотали шею.

— Баюнова, ты опять за своё?! — рявкнул ей тренер, когда она приблизилась к манежу. Михаил Алексеевич, невысокий и уже пузатый мужик лет пятидесяти, давно не был в форме своих лучших годов. Однако тренер был замечательный, несмотря на вспыльчивый характер. Препятствия были выставлены на дорожках, что означало — никакой тренировки на улице. Скользко и грязно. — Я тебе эти твои сигареты в нос запихаю все разом, будешь думать в следующий раз! Чтоб больше не смела дымить перед тренировкой, и так уже отстаёшь от девчонок! У тебя из всей команды самая слабая дыхалка стала!

Сокомандницы по-доброму рассмеялись — каждую тренировку одна и та же картина.

— Да поняла я, — Кира жмурилась и тёрла звенящее ухо. Она оглядела любимый зал.

Спортивный зал в Дворце Культуры был хорош, он просторный, широкий, места хватает, чтобы несколько секций занимались в зале одновременно. Зоны были поделены на несколько частей: зона для гимнастов, для борцов и боксеров, очерченный белыми линиями манеж для легкоатлетов почти на всё пространство, шведские стенки, футбольные ворота и баскетбольные сетки над ними.

Настроение мигом испортилось. Грушу бил Пятифанов под надзором тренера. Бил мощно. Столько времени не ходил, а теперь решил наконец-таки явиться? Хотя какая ей разница.

— Хватит глазеть, иди и разминайся, бестолочь.

Кира пропустила оскорбление мимо ушей и подошла к Насте, которая тянула мышцы бёдер, стоя на одной ноге. Все девчонки стояли в одинаковых облегающих шортах по середину бедра, таких же облегающих майках и олимпийках, Кира была в таком же костюме. Девять бело-синих пятен стояли полукругом. Настя проводила разминку, пока тренер отмечал присутствующих и беседовал с тренером по гимнастике, у которого пока что перерыв.

— Так, на сегодня план таков. Три круга быстрым шагом, пять кругов бег на среднюю дистанцию, один через барьеры, потом на спринт подходим ко мне. Всем ясно? — услышав дружное "да, Михаил Алексеевич!", тренер довольно кивнул. — Всё, Воронцова, продолжай. Разминка как обычно, потом по готовности на старт. Сегодня мучить вас не буду, в зале душно. Обычная тренировка выносливости и свободны.

Тренера отправились в тренерскую. Михаил Алексеевич был уверен в своих спортсменках, так что уже давно перестал блюсти за ними, передавая бразды правления Насте Воронцовой. Мальчиков в команде не было давно, так что команда состояла только из прекрасного пола. И Баюновой, которая порой вела себя хуже пацана.

— Задолбал со своими нравоучениями, — пробубнила Кира.

— Так ты курить бросай, тогда отстанет, — пожала плечами Настя.

— Ну да, может хоть перестанешь в конце плестись постоянно, — хмыкнула Алёна. — И похудеешь.

— Ха-ха, смешная, — состроила недовольную гримасу Кира. И ничего она не толстая. Для своего роста в сто шестьдесят пять сантиметров весить пятьдесят шесть килограммов вполне нормально. Хотя раньше было легче бегать.

На разминку ушло ещё около пяти минут. Далее девочки неспеша пошли по манежу, переговариваясь то компанией, то друг с другом. А Кира действительно плелась позади. Но лишь для того, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Три круга прошли все, пускаясь в бег, а Кира всё шла и шла, невидящим взглядом уставившись в деревянный пол. Настя шлёпнула приятельницу по заднице, окрикнула её и стала подгонять. Кира тяжко выдохнула, но побежала. Всё равно осталось бежать четыре с половиной круга.

Лёгкой рысцой пробегая мимо Ромы, Кира засмотрелась на него. Влажная майка липла к спине, злой взгляд пожирал тренера, который отчитывал его как ребенка за слабую тренировку. С его-то ударами это было слабо? Рома со злостью швырнул перчатки в пол и отошел к скамье попить.

— Чё зыришь, буйная? — рыкнул он, громко сглотнув воду. Кира фыркнула и хотела гордо убежать, но споткнулась о собственные заплетающиеся ноги.

Рома заржал в компании нескольких боксёров. Кира покраснела ещё гуще, хотя, казалось бы, куда дальше. И так вся красная от духоты. На бегу показала Пятифанову средний палец, не оборачиваясь.

— Баюнова, а ну-ка сюда быстро! — гаркнул с сильным восточным акцентом тренер Ромы. Кира чертыхнулась и, не сбавляя темпа, добежала до Сурена Вартановича. — Это что за дела такие?! А?! Давно по спине палкой не получала? Я сейчас Михал Алексеичу доложу, вот он тебя отлупит, как сидорову козу!

— Так я не вам! — всплеснула руками она, продолжая бег на месте. Кира расстегнула олимпийку, когда стало невыносимо жарко, оголяя плоский пресс.

Парни-боксёры засвистели.

— Ещё бы ты мне это адресовала, паразитка! Остаёшься после тренировки, будешь маты оттирать!

— Но...

— Всё, шуруй!

Кира застонала и убежала.

Она была занозой задницей везде и почти для всех.

Тренировка была средней нагрузки, и всё же она устала как собака. Перед глазами плясали круги, настроение при этом приподнятое. Умыв лицо ледяной водой из-под крана в туалете, она отправилась в раздевалку. В коридоре её окликнул Пятифанов.

— Слышь, тебя Сурен вообще-то звал. Слинять по тихой решила? — Рома недобро оглядел одноклассницу, которая и забыла про наказание.

— А ты мне мамка или кто? — огрызнулась она. — Иди куда шёл, осёл.

Рома схватил её за шиворот, когда она проходила мимо, и развернул лицом к себе. Яростно оглядев Рому, Кира вцепилась в его руку, пытаясь вывернуться.

— Чё надо?! Отпусти руки свои мерзкие, еблан!

— Рот закрой, сучка, и слушай, — тихо прорычал он. Еле сдерживаясь, чтобы не втащить ей, он пытался поймать взгляд чернющих глаз девчонки. — Я тебе белобрысую шевелюру твою подпалю, будешь так пиздеть. Лысая будешь. Ахуела в край уже. Я тебе отвечать не велел.

— Будешь ты мне ещё повелевать что-то, повелеватель хренов! — Кира пыталась двинуть кулаком ему в челюсть, но Рома был ловчее и увернулся. — Да отпусти же ты!

— А то что? Жаловаться побежишь, как крыса? — усмехнулся он по-злому, но отпустил. — Вали давай, корова на льду.

— Что ты...

Рома уже отправился на выход из ДК.

— Гандон хилый, — громко произнесла она и унеслась в раздевалку, когда он обернулся на неё с горящим взглядом. Что-что, а вот её он не догонит.

Отработав наказание в десять спортивных потрёпанных матов, Кира вышла наконец на улицу, на свежий воздух. Пятифанов её нигде не поджидал, так что она со спокойной душой уселась на лавочку, достала сигарету и закурила, закинув ногу на ногу. Она принялась критично осматривать свои бедра, сжимать кожу, пытаясь найти хоть какой-то признак целлюлита, оглядывала крепкие икры.

— Ничего не корова, — прошептала она недовольно, стряхивая пепел под ноги. — Заебали.

Спустя несколько минут появилась Рита в дверях. Вприпрыжку спускаясь с лестницы, она дошла до сестры и всё её настроение улетучилось. Кира молча встала, бросила бычок в мусорное ведро у лавочки и отправилась домой, не оглядываясь. До дома от ДК пешком минут пятнадцать, так что Кира шла быстрым шагом, чтобы избавиться от компании сестры.

— Что, даже не спросишь, как прошли танцы и вокал? — съязвила Рита, плетясь позади.

— Мне всё равно. Ты же тем более никогда не спрашиваешь меня про мои тренировки.

— И ты что, от обиды не спрашиваешь меня?

— Пф-ф. Вот ещё.

До дома дошли дальше в молчании. Сестра побежала на кухню, чтобы закинуть в рот блинчик, приготовленный мамой. Отца дома не было, на работе. Мать шумела шлангом с водой в небольшом огороде. Кира сбросила красный рюкзак в своей комнате на втором этаже, переоделась в жёлтый купальник и поверх него натянула джинсовые шорты с майкой. На улице уже вовсю палило солнце, в кофте и спортивных штанах жарко. Спускаясь по деревянной лестнице, она столкнулась с сестрой, выходящей из кухни. Рита направлялась в зал, чтобы поискать мультики в телевизоре.

— Ты куда?

— Купаться, — лениво ответила.

— Я тоже хочу! — тут же оживилась Рита. — Я сейчас!

— Я тебя не звала.

— Ну, Кира, пожалуйста! Пожалуйстапожалуйстапожалуйста....

— Да отцепись! — Кира дёрнула рукой, сбрасывая ладонь сестры. — Не хочу я с тобой идти!

— Я всё маме скажу!

— Что скажешь? — поинтересовалась мама, которая зашла в дом, плотно закрывая дверь за собой.

— Кира не хочет меня с собой на речку брать!

— Кира, — твёрдо сказала Марина Баюнова. Этого жёсткого взгляда было достаточно. По спине старшей дочери прошёл озноб.

Девушка тяжело выдохнула, сверля мать взглядом исподлобья. Переглядки их длились бы ещё дольше, не желая уступать друг другу. Кира начала закипать уже готова была выдать очередную колкость, но Рита успела сбегать в свою комнату и переодеться, и уже прибежала обратно.

— Я готова!

Мама проморгалась, блекло улыбнулась младшей дочери, попросила быть аккуратнее и ушла на кухню. Кира тяжёлым взглядом проводила спину матери и вышла на веранду, громко хлопнув дверью. Мать ничего не сказала, прикрыв лоб ладонью. Рита грустно посмотрела на маму и вышла за сестрой.

Девчонки отправились на речку через перелесок. Речка находилась на окраине деревни. Она была достаточно глубокой и широкой, так что там покупаться летом — милое дело. Песочный берег был усыпан отдыхающими. Их не было так много, но всё равно людно. Кира закатила глаза от недовольства и принялась искать место, где положить плед. Рядом с травой под деревом было удобное место, пусть и без тенька, так что девушка поспешила туда. Рита быстро сбросила сарафан и с визгом забежала в холодную воду. Кира сложила свою и сестры одежду в стопку на крае пледа. Поправив адидасовскую кепку, она подошла к краю реки, касаясь ступнями воды. Кожа мигом покрылась мурашками. Кира огляделась, осматривая купающихся и галдящих школьников, загорающих бабулек, жарящих шашлыки мужиков. В такие спокойные моменты жизни она переставала думать о том, что происходило в её семье. Её голова отдыхала только так и на тренировках.

— Заходи! — крикнула Рита, обрызгивая сестру со смехом.

— Эй! Сейчас получишь! — Кира с хищной улыбкой забежала вброд, разбрызгивая ногами и руками воду. Рита бросилась с визгом в сторону от сестры и нырнула, пытаясь скрыться. Кира довольно наблюдала за сестрой, ведь такое взаимодействие сестёр — редкость. Чаще Рита огрызалась, Кира ругалась с ней. Отношения у них натянутые.

Искупавшись, Кира вылезла на берег и встала лицом к солнцу, обсыхая и впитывая остатки летних лучей. Загар прилипал к светлой коже слишком интенсивно, так что она намазалась солнцезащитным кремом и легла на плед загорать. Ей было вообще всё равно, сгорит ли сестра или окоченеет в ледяной реке. Она ей не нянька. Живот забурлил от голода, и Кира недовольно вздохнула. Забыла взять хоть какой-то перекус после тренировки. Привстав на локтях, она всё же оглядела берег в поисках сестры и щурясь от солнца. Рита затесалась среди своих одноклассниц, которые тоже пришли на речку. На том берегу она увидела шевелящиеся кусты, из которых вышли её закадычные недруги. Рома, Антон и Бяша толкаясь залетели в воду и друг за другом нырнули, распугивая купающихся девчонок. Кира наблюдала за тем, как Рома и Бяша гонялись за девочками, щипая их за бока и бедра. Девочки визжали и убегали от парней, но по лицам было видно, что им нравилось такое внимание. Кира закатила глаза и улеглась обратно. Из воды вышел Петров, который не хотел уподобляться друзьям. Он увидел одноклассницу и решил подойти поздороваться.

— Кира, привет! — дружелюбно улыбнулся он. Кира приподняла кепку с лица, хмыкнула и буркнула приветствие.

Петров кивнул и ушёл на свой плед, который оказался недалеко от Киры. Девочка проследила за ним и чертыхнулась. Тот пустой плед оказался их собственностью. Плюнув на этот факт, Кира отказалась переезжать от них подальше.

Спустя время из воды вышли Рома и Бяша, отряхиваясь и лохмача мокрые волосы.

— Какие люди, пха! — воскликнул Бяша, усевшись на корточки недалеко от пледа Киры. — Баянова, на! Чё, бока греешь?

— Не видно? — съязвила Кира и закатила глаза на исковерканную фамилию, в который раз приоткрывая лицо и скосив взгляд на парней. Встретившись с тёмным взглядом Ромы, она еле сдержалась, чтобы не передёрнуть плечами.

— Сиги есть? — без приветствия спросил Рома, подходя ближе вальяжной походкой, от которой всё в его прилипших к коже трусах затряслось.

Кира отвернулась, достала из кармана шорт только начатую пачку "Космоса" и бросила не глядя Роме, укладываясь обратно загорать. Пускай у них вражда, но почему-то сигаретами в курилке делились все. Рома поймал одной рукой, вытащил две сигареты себе и Бяше, Антон отказался, кусая зеленое яблоко.

Кинув Кире пачку на живот, Рома закурил, усевшись на корточки рядом с Бяшей. Завоняло дымом, от которого у Киры собралась слюна.

Рома искоса оглядел фигурку Киры. Поджарый пресс, спортивные не толстые ноги, слабые ручонки. Белобрысые короткие волосы были влажными. Тело было усыпано заметными родинками. Бедренные кости торчали, от чего трусы купальника не прилегали к коже плотно. На рёбрах из-за лямки жёлтого купальника выглядывал партак ножа дроп-поинт. Он его помнил. Тату не сказать, что было сделано плохо, но линии уже не такие чёткие и яркие. Оглядел несколько раз проколотые уши. Одноклассница не была уродиной. Кепка скрывала симпатичное лицо, фигура тоже ничего такая, по его мнению. Вот только скверный характер портил всё.

Бяша пихнул его в бок, когда заметил, что друг подвис. Рома проигнорировал и перевёл взгляд на купающихся деревенских девчонок.

Запах шашлыка добрался до ребят, и у Киры вновь заурчал живот, только намного громче. Парни одновременно оглянулись и заржали. Только Петров сдержался от смеха, доставая ещё одно яблоко из пакета.

— Эй, Кира, возьми, — Антон протянул яблоко приставшей на локтях девочке. Кира подозрительно оглядела протянутый фрукт. — Не отравлен, бери.

Кира с сомнением всё же взяла и откусила крупный кусок.

— Шпашыбо.

— Что, на диету села? — подколол Рома. — Тренер наконец порадуется.

— Иди нахер, — злобно глянула на него Кира. — Тебе бы не мешало подкачаться, а то Сурен как щенка отчитал за слабые удары.

Рома сжал челюсти, проступили желваки.

— За язык свой сейчас пиздюлей получишь.

— Только и можешь угрожать, — устало вздохнула она, теряя интерес к парню.

Из воды выбежала радостная Рита, но резко остановилась, когда увидела одноклассников своей сестры. Кира напряглась и глянула на Рому, который тут же заинтересовался. В голове возникла картина, как она топит его в речке, если он хоть пальцем до сестры дотронется. Мало кто знал, что у Баюновой есть сестра.

— Кир, я есть хочу, — неловко произнесла она, невольно прикрывая живот сцепленными ладонями. Она старалась не смотреть на полуголых мальчиков, но всё равно изредка кидала взгляды на Рому. Парень пугал её, но она находила его красивым.

— И я здесь причём? — Кира подняла светлую бровь.

— Поделись яблоком, а?

Кира откусила большой кусок и передала яблоко сестре. Рита радостно вгрызлась и убежала вновь купаться.

— Баюнова, сестра есть, да?

— А ты слепой, Пятифанов?

Рома нахмурился, но потом хищно осклабился.

— Симпотная.

— Слышь, — Кира села, скрестив ноги и ссутулившись. — Не смотри даже на неё. Я не шучу.

Рома усмехнулся. В голове возникла мысль, что теперь есть ещё один способ доставать бесящую одноклассницу.

У них были странные отношения, если так можно выразиться. Конфликт их вдруг завязался с восьмого класса, они особо и не помнили, из-за чего. Просто тогда четырнадцатилетняя Кира резко испортилась, стала агрессивной и озлобленной. Раньше она не отсвечивала никак. Была и была, обычная одноклассница. Рома иногда издевался над ней, как и над всеми в принципе. Надоедал, писал на парте обидные словечки, с пацанами пинал её портфель. Но однажды осмелела и дала отпор. Это так не понравилось Пятифанову, что с тех пор его главной целью было заткнуть за пояс выпендрёжницу.

Рома осмотрел тонкие складки на животе девушки, её небольшую грудь и усмехнулся. Неприятно. У Киры от его взгляда напрягся живот. Кира нервно достала сигарету и закурила.

— Ты думаешь, меня твои слова остановят? — всё подначивал он её.

— Пятифанов, я убью тебя, клянусь, — Кира разозлилась не на шутку. Если бы он не знал её, то напрягся бы. Девушка сильно затянулась. — Я за неё тебе глотку перегрызу. Не смей дышать в её сторону. Не смей разговаривать с ней. Если я хоть раз увижу тебя рядом с ней, я тебе руки твои похотливые вырву.

— Силёнок не хватит, на, — заржал Бяша, с удовольствием наблюдая за их перепалкой.

— Не увидишь, Баюнова, не ссы, — Рома в конец обнаглел, чувствуя власть над ситуацией. Её злость и агрессия ему как бальзам на душу.

Кира вскочила на ноги, бросая недокуренную сигарету на песок, Рома так же встал. Они встали друг напротив друга. Он ухмылялся, не воспринимая её слова всерьёз. Её затрясло.

— Я предупредила тебя, — сдалась она под его взглядом. Кира неуверенно отшагнула и стала спешно одеваться. Затем обернулась в сторону сестры, натягивая майку. — Рита, домой пошли!

Рита застонала, попрощалась с подругами и вышла из воды. Под пристальным и неприятным взглядом Ромы девочка отёрлась полотенцем, натянула сарафан и ушла за сестрой, которая уже шагала в лес. Рита на ходу обернулась. Бяша махал на прощание, гаденько улыбаясь, Антон не смотрел на них, а Рома провожал спины Баюновых нехорошим взглядом.

— Почему мы уходим? — спросила Рита подпрыгивающим голосом, сестра шла слишком быстро.

— Рита, послушай внимательно, — Кира резко остановилась, жёстко схватив её за плечи. — Не связывайся с ними, особенно с Пятифановым.

— Мне больно, отпусти, — Рита испуганно оглядела сестру.

— Не подходи к нему, не разговаривай с ним, — продолжала Кира, не обращая внимания на заслезившиеся глаза сестры. — Он опасен для тебя. Мало ли, что у него в башке. Он сожрёт тебя с костями и не подавится.

— Кира, больно! — Рита вырвалась из цепких рук, затравленно глядя на сестру. — Не буду я с ним говорить, отстань уже.

Кира удовлетворённо кивнула, и сёстры молча ушли домой. Рита хотела упрекнуть сестру в том, что Кира сама с ним связалась летом, за что получила от родителей. Но промолчала.

Вечер прошёл более спокойно. Кира закрылась в своей комнате, читая книжку. Рита помогала маме на кухне. Чёрный лохматый кот крутился вокруг Риты, выпрашивая хоть что-то. Под ночь вернулся глава семейства — Иван Баюнов. Весь в опилках, грязный, уставший, злой. Жена сухо поприветствовала мужа, стараясь не попадаться под горячую руку. Мужчине надо было время успокоиться и расслабиться, так что он сразу пошёл в душ на первом этаже. Рита уже отправилась спать, устав после купания. Кира сидела на кровати дочитывая последнюю на сегодня главу "Белого Клыка".

Семья особо друг с другом не взаимодействует. Рита иногда помогает, так как Кира перестала назло матери. Отец смотрел телевизор, который показывал футбол, попивая пиво из стеклянной бутылки. Мать покормила кота, а затем подсела к мужу.

— Кира опять не помогала? — Иван погладил жену по спине. Получив отрицательное покачивание головы, что послужило ответом, Иван тяжко выдохнул. — Мелкая истеричка.

— Уже не знаю, что с ней делать. Она даже не разговаривает со мной. Ещё постоянно табаком несёт от неё.

— И ремнём не отхлестать уже.

Кира всё слышала, потому что тихо спустилась вниз в туалет. Девушка сжала кулаки от злости, щёки заалели. Она намеренно громко хлопнула дверью в туалет, давая понять, что она была здесь.

До школы оставалась всего неделя, тревога Киры нарастала с каждым днем, потому что уже предвкушала ежедневное надоедание со стороны одноклассников-гопников. Единственное, что спасало её во время учёбы — тренировки. Там она пар выпускала. С утра пораньше девушка убегала на тренировки вместе с сестрой, иногда гуляла с подругами с тренировки, купалась и загорала. Делала всё, чтобы максимально зарядиться энергией перед одиннадцатым классом. На удивление неделя прошла спокойно, не встречала она Пятифанова нигде, кроме спортзала. Родители были заняты с утра до ночи и не капали на мозг.

☽☭☾

Всё было спокойно до тридцать первого августа. В этот день было дождливо и прохладно, Кира вместе с сестрой возвращалась домой после ДК. Резиновые сапоги хлюпали по лужам. Кира курила, шагая позади сестры, задумавшись о своём. Рита разговаривала с подружкой и посмеивалась, они провожали её до дома, потому что та жила через пару домов от их собственного. Кира не услышала шума позади от мотора. Девочки обернулись и вовремя отпрыгнули, а Киру окатило грязной водой со ошмётками земли, когда Рома и Бяша проезжали мимо на Ромкином мотоцикле. Под заливистый смех они уже хотели укатить, но Кира, не помня себя, схватила булыжник и бросила им вдогонку. Она не ожидала, что попадет прямо по металлу коляски. Мотоцикл остановился. Рома повернул голову и свирепым взглядом оглядел одноклассницу.

Душа улетела в пятки. Рома соскочил с мотоцикла под визги девчонок и насмешливый крик Бяши, пустился в погоню за Кирой.

Трудно было сказать, кто быстрее. Спортсменка, которая пол жизни занимается бегом, или длинноногий хулиган. Кира молча, без лишних телодвижения улепётывала от Ромы, петляя по улицам и пытаясь загнать его, чтобы тот устал и отвалил. Рома орал и матерился на всю улицу, неумолимо преследуя цель и грозя башку оторвать за покалеченный мотоцикл.

Кира, забывшись, завернула не туда, куда хотела, и чуть не налетела на соседский забор. Тупик. Единственный выход — тот, из которого она только что прибежала. Но там уже появился Рома, разъярённый как бык. Она попыталась перемахнуть через высокий забор, но парень успел перехватить её за шиворот и повалить на мокрую землю. Кира глухо ударилась копчиком и громко выдохнула от прострелившей боли.

— Твою мать, — простонала она. Рома поднял её за грудки и прижал спиной к забору. Перепуганная и испачканная с ног до головы Кира, затравленно глядела на парня, не зная, чего от него ожидать. Как назло в голову лезли не самые приятные воспоминания в начале лета.

Горло охладило лезвие ножа-бабочки. Не на шутку заволновалась девушка, боясь сглотнуть от напряжения.

— Сука, тебе жить надоело? Так я сейчас мигом это порешаю, — прорычал он ей в лицо.

— Чего ты лезешь ко мне?! — она ещё умудрялась сохранять пыл от негодования. — Сам же облил, козёл!

— Закрой пасть! — рявкнул он, а Кира зажмурилась. — Ты заебала меня уже. Нефор ёбаный. Возомнила себя бессмертной?! Я тебя за мотоцикл урою, дура.

— Ну давай! — осмелела она, попытавшись шагнуть на него. Но Рома крепко держал и опасно прижимал лезвие к горлу. — Ты ссыкло, Пятифанов, тычешь везде своей зубочисткой и разбрасываешься громкими словами. А на деле нихуя из себя не стоишь.

Рома несильно тряхнул её, от чего светлый затылок стукнулся о забор. Навалившись почти всем телом так, что трудно дышать, он зашипел ей на ухо. Слишком близко.

— Это было последнее предупреждение, Баюнова. Не рыпайся. Не залупайся. Заколю как свинью, а потом и сестрой твоей займусь. Уж с ней-то поинтереснее будет...

Ярость застелила взор. Лицо Ромы поплыло перед глазами. Не раздумывая над последствиями, Кира запрокинула голову и ударила лбом его в нос. Рома отпустил и зарычал, хватаясь за разбитый нос. Кира от боли в голове осела на траву.

— За неё... — она тяжело дышала и пыталась проморгаться. — Я не пощажу тебя.

— Да слышал я это уже, — Рома хотел так сильно пнуть её в живот, что ударил кулаком в забор, моментально разбивая костяшки. — Новое что-то придумай.

Тишину округи разрезал неизведанный рёв, перекрывая шум от моросящего дождя. Такого они никогда не слышали. Даже подстреленные олени так не ревут, а звуки, что они издают, очень даже жуткие. Одноклассники переглянулись, позабыв о своей стычке.

— Что это было, — прошептала Кира.

— В душе не ебу, — тихо ответил Рома, с опаской озираясь по сторонам. Он глянул на лицо Киры. И в этот момент осознал: она знает. — Вставай. Валим.

Какая бы вражда между ними ни была, бросать девчонку одну он не мог. Всё-таки он не такой подонок. Кира окаменела от страха. Она действительно знала, что это. Но ни слова не могла из себя выдавить. А если бы и могла, ни в жизни не сказала бы ему.

— Идиотка, поднимайся! — рявкнул Рома, хватая её за предплечье и толкая вперёд.

Они пустились в бег. Рома бежал, чтобы не напороться ни на кого, не дай Бог. Кира бежала, чтобы спасти сестру. Она лишь надеялась, что та достаточно сообразительна, чтобы уже мчаться домой. Родители наверняка тоже слышали. Да вся деревня должна была это слышать!

Не разбирая дороги, Кира неслась, ведомая мышечной памятью. Рома следовал за ней и постоянно оглядывался, держа нож наготове. Они добежали до мотоцикла, в коляске трясся Бяша. Он заорал от испуга, когда Рома запрыгнул на сиденье мотоцикла.

— Куда ты бежишь, ебанутая?! — заорал он, заводя мотор. — Запрыгивай быстрее!

Кира сматерилась, но послушалась. Всё-таки так больше шансов спастись. Она прыгнула Роме за спину, обвивая его торс руками. Ни о какой вражде они не думали в данный момент. Рома чувствовал лишь ответственность за спасение лучшего друга и этой безмозглой идиотки.

— Бяша, где Рита?! — силилась она перекричать шум мотора.

— Они убежали вперёд, оставили меня, педовки!

Кира удовлетворённо кивнула, но тревога пожирала грудь изнутри. Подпрыгнув на кочке, мотоцикл чуть не сбросил пассажиров. Бяша вскрикнул, хватаясь за бортики. А Кира коротко взвизгнула, крепче прижимаясь к Ромкиной спине.

Спустя несколько минут они подъехали к дому Баюновых. Уже в начале улицы Кира видела, как на веранду взбегают Рита и Соня. От сердца отлегло. За ворота вышел Иван, высматривая старшую дочь. Заметив мотоцикл, он пошёл на встречу. У мужчины было ружьё.

— Блять, бандит натуральный, — испуганно произнёс Бяша.

Рома притормозил за несколько метров от их участка.

— Где вы шлялись?! — тут же заорал Иван, хватая в охапку дочь и озираясь бешено по сторонам.

Кира вывернулась из медвежьих объятий, неловко оглядев отца.

— Почему ты вся в грязи?! Что произошло? Не ранена?

— Все нормально, оставь это, — раздражённо буркнула Кира, не понимая такого беспокойства отца.

— Пятифанов... — прорычал Иван Баюнов, обратив на него внимание наконец.

Рома понял всё без лишних слов, он тронулся с места, боясь, что отец Киры наставит на них с Бяшей ружьё. Колёса завизжали и мотоцикл скрылся. Рома не на шутку сдрейфовал.

— В дом. Живо.

Все были в безопасности в доме Баюновых. В этой деревне на данный момент это самое безопасное место. Знали об этом лишь хозяева дома. Проводив соседскую девочку до дома, Иван мигом вернулся в дом.

— Что же это такое... — причитала Марина, раскачиваясь на диване и схватившись за голову. — Ещё же рано, Ваня... Мы же... вот только... недавно...

Кира всё поняла. Она стояла в проходе, не зная куда себя деть. Рита испуганно сжалась в кресле, чёрный кот силился успокоить её, потираясь то о плечи, то о руки.

— Знаю, что рано. Я и сам не пойму, — Иван мерил гостиную шагами, почёсывая нервно седую бороду и поглядывая на улицу через окно. — Надо сохранять спокойствие. Я схожу и узнаю, в чём дело. Что не так.

— Нет! — тут же вскочила Марина, хватаясь за плечи мужа. — Молю, не нужно! Я не могу позволить тебе идти одному...

— Меня не тронут, ты же знаешь.

Иван, не глядя ни на кого, вылетел на улицу, прихватывая куртку и на всякий случай ружьё. Марина рвано выдохнула, хватаясь за сердце. Повернув голову в сторону, она заметила перемазанную старшую дочь, под которой уже накапала грязная лужа. Взгляд ожесточился, лицо стало восковым.

— Марш в ванную. Свинота.

Кира, не реагируя, отправилась отмываться.

☽☭☾

— Да я клянусь тебе, она выглядела так, будто знает, что это за поебота! — орал Рома, круша деревянные ящики в гараже. — Эта сумасшедшая явно знает больше нас. Наверняка она и про Чёрный гараж в курсах больше нашего, блять. И про пропадающий скот. И про похищения, мать твою!

— Ромыч, ты мой друг, конечно, но ты такую хуйню несёшь, на...

— Да это ты хуйню несёшь! Неужели никто кроме меня ничего странного не замечает?! Она как инопланетянка! Или как робот! Я не ебу... И семейка эта её приторная... неправильные они все, Бяш, ну как ты не догоняешь-то... Как ненастоящие.

— Ты сошёл с ума, — заключил Бяша с умным видом. — Головой ёбнулся. Вон, она тебе носяру разбила, вот ты и бредишь.

Рома вспомнил про нос, и он тут же заболел.

— Да хуй с тобой... — махнул на него Рома и плюхнулся на диван рядом с Бяшей.

Ему не даёт покоя эта Кира не только, потому что она выскочка и заебала его в край. Он чувствует, что с ней что-то не так. От неё вечно эта аура странная... Она явно в курсе чего-то, скрывает. Вот только он сам не мог объяснить себе, что не так с ней.

— Ты уже столько лет эту пургу гонишь, Ромк, ну честное слово. Постоянно слышу от тебя про эти теории заговора. Обычная девка, шебутная. Чего ты прицепился с этим...

— Да потому что! Говорил всегда и буду говорить, потому что я уверен, что нечистая эта семейка какая-то. Я никогда их не видел в детстве, а мы живём через улицу. Никогда не видел, чтобы они к нам переезжали. Все почему-то вокруг уверены, что они всегда здесь были. Но я-то знаю, что это не так, блять! Не так!

— Да завали уже, надоел, — устало проворчал Бяша. — Как ты не помнишь-то! Она всегда с нами училась. Ну неужели не помнишь, как в началке она постоянно на физре тебя обгоняла по нормативам? Не помнишь, как она кисель на тебя вылила за то, что доставал её в столовке?

Рома молчал. В том-то и дело, что не помнил. Он помнил всех своих одноклассников. И даже тех, кто с деревни в город переехал. И новеньких помнил. А вот её... хоть убей, не помнил. У него нет никакого ощущения, что она присутствовала в школе раньше. До класса шестого уж точно.

Он злился на самого себя за непонимание. Злился на эту чокнутую за то, что он знал — она не та, за кого себя выдаёт. И семейка её тоже. Он даже сестру-то её не видел раньше! Как можно было не знать о её существовании? И никто его не понимает.

Но он добьётся своего. Докопается до правды, чего бы ему это ни стоило.

☽☭☾