Глава 2
К концу дня все посетители начали закругляться, благодаря и желая доброго вечера. По мере того, как пустели места за которыми сидели клиенты, я чувствовала как накатывает усталость всего рабочего дня. Из-за нехватки персонала, нам приходилось работать в два раза усерднее, так как успеваемость у нас была нестабильной.
Прошло всего два месяца с тех пор, как мы с Кассандрой устроились работать в этом заведении. В тот момент нам просто было необходимо найти хоть малейший финансовый доход, чтобы держаться на плаву, потому что окончание колледжа означало и то, что мы останемся без стипендии. Четыре года усердных занятий, бессонных ночей, срывов нервов, и это всё для того, чтобы нас не отчислили. Пока другие ребята забивали на всё, живя свою весёлую жизнь на полную катушку, нам с Кассандрой оставалось только протирать подушечки пальцев из-за ручек, ведь до завтрашнего дня должны были успеть записать все эти чёртовы конспекты.
Но сейчас с гудящими ногами, под которыми я почти уверена, что вылезли волдыри, хочется всё послать к чёрту. Иногда пугают моменты, когда меня досягает высшестепенная безразличность ко всему, мысли затапливают сомнения в своих силах, мечтах и целях. Подкрадываются даже мысли об увольнении, но я одёргиваю себя немедленно. Не жаловаться.
Дело в том, что на первой же встрече, босс обеих предупреждал обо всех должностях, что мы в любое время должны быть готовы на добавки смен и отработки, ведь взрослая жизнь уже не кажется такой красочной, как в детстве. Она заставляет нас пройти через самые трудные испытания, чтобы дать нам то, чего мы так хотим от неё. Без жалости, без передышки, падая и вставая мы познаем себя и то, на что мы способны.
Сколько раз я уже была на грани того, чтобы отпустить руки, и каждый раз, я каким-то чудным образом находила в себе силы, чтобы подняться и идти дальше, чего бы это ни стоило. Пыталась быть сильной, терпеливой, упрямо смотреть проблемам в лицо, потому что это уже и есть признак твоего настойчивого характера.
Быстренько заношу последнюю партию грязной посуды, и расставляю их возле горы других немытых. Тыльной стороной ладони провожу по лбу, вытирая капельки выступившего пота, и делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить и выровнить сбившееся дыхание.
— Иногда удивляюсь, как такая хрупкая девушка умудряется делать столько работы. Как ты всё ещё на ногах то держишься, милая?
Сзади меня появляется улыбчивое лицо женщины средних лет. Она подходит к раковине, параллельно натягивая жёлтые, резиновые перчатки, и берётся за мытьё.
— Приму ваши слова за комплимент, мисс Эмери. — воодушевленно произношу я.
— О, пожалуйста, называй меня уже по имени, девочка. Чувствую себя старой пенсионеркой, когда обращаются ко мне так формально. Или ты меня такой и видишь?
Она хмуро подглядывает на меня, продолжая мыть посуду, и я чувствую себя немного не в своей тарелке от того, что я могла как-то задеть её чувства.
Дело не в том, что она смахивает на пожилую женщину, а совсем наоборот, она выглядит очень бодро, и смотря на неё и не скажешь, что ей под пятьдесят. Имея не маленький рост, стройную фигуру и изумительно милое лицо, которую обрамляют тёмные локоны волос, от неё веет молодостью. Меня поражает тот факт, что такая невероятно любезная женщина не познала свою истинную любовь и не нашла свою вторую половину.
Я ощущаю на себе взгляд, и понимаю, что погрузилась в свои мысли, оставив вопрос витать в воздухе без ответа.
— Ни в коем случае ми..., — я торможу себя, чуть ли снова не назвав её фамилию, — Грейс. Да, Грейс, я не считаю вас старой, и с уверенностью могу сказать, что вы даже к подметке не годитесь к пенсионерке, — быстро произношу, не желая наводить её на сомнительные догадки.
— Так то лучше, теперь моя душа спокойна. — С улыбкой произносит она.
Чувствуя удовольствие от её сказанных слов, достаю телефон, чтобы взглянуть на время.
На середине экране высвечивается 19:54.
До окончания смены осталось всего лишь шесть минут. На мгновение хочется выдохнуть с облегчением, но навязчивые воспоминания о сегодняшнем разговоре всплывают, как из самых тёмных глубин моих страшных кошмаров. Как же не кстати. Вместо того, чтобы возвращаться домой после тяжёлого рабочего дня, зная, что тебя ждёт душ, свежая заправленная кровать с ароматом лаванды, которая обещает самый сладкий сон...
— Мия, помоги мне открыть дверь.
Слышу приглушенный голос за дверью.
— Господи, тебе обязательно нагружать столько всего на маленький поднос? Могла бы разделить их на две порции. — Подбегаю к двери, и придерживаю её, пока Кассандра пытается дойти до островка с приборами.
— У меня нет времени для ещё одного круга на собирание тарелок. А нам ещё предстоит пойти домой и привести себя в порядок для сегодняшнего вечера, — на одном дыхании перечисляет она.
— Вы собираетесь идти куда-то ещё, девочки? — Интересуется Грейс.
— На самом деле...
— Мы идём на день рождение своей бывшей одногруппницы, — перебивает меня Кассандра.
Я с негодованием смотрю на её абсолютно ничего не выражающее лицо. Она делает, какие-то странные движения бровями, и беззвучно шевелит губами.
— Эм... да, мы собираемся идти на день рождение.
— Точно. Мы даже уже опаздываем, так что хорошего вам вечера, Грейс.
Кассандра быстрыми шагами пересекает расстояние между нами, и хватает меня за руку. Охаю от её резких движений.
— Насладитесь там, и не забудьте повеселиться с парнями!
На пороге кухонной доносятся громкие наставления Грейс.
— Обязательно! — Весело кричит Кассандра.
Через пару минут, с подхваченными вещами, мы уже оказываемся на прохладной ночной улице, и мне, наконец удаётся набрать в лёгкие как можно больше воздуха.
Вечер в Бруклине начинается медленно, с тихими каплями дождя, которые стучат по асфальту, создавая монотонный ритм. Яркие неоновые вывески мерцают на фасадах зданий, отражаясь в лужах, словно мерцающие огоньки. Звуки города приглушены дождем, и лишь время от времени слышны шум проезжающих машин и голоса прохожих.
Несмотря на пасмурное небо, в окнах кафе и ресторанов горят уютные свечи, создавая атмосферу тепла и уюта. Дождливый вечер в центре Бруклина — это время для размышлений, вдохновения и умиротворения под песню дождя, который стучит по крышам и окнам, создавая особую атмосферу загадочности. Именно это является одной из причин моей влюблённости в этот город.
Лёгкий ветерок колышет мои волосы, обдавая кожу теплом. Я закрываю глаза, расслабленно позволяя ветру ласкать моё лицо, пока маленькие капельки дождя целуют мои щёки. Пасмурную погоду я обожала с детства, мне всегда нравились дожди, но точно не слякоть, которую они оставляли после себя. Громкий рокот грома заставляет сердце подпрыгнуть, от чего я хватаюсь за грудь.
— Чёрт, мы промокнем, пока будем ждать приезда такси, — мрачно выдаёт подруга.
— Может, нам просто нужно было подождать в кафе, а не бросаться головой на улицу под дождь?
— Перестань отчитывать меня, я не хочу слушать очередные, нескончаемые недовольства босса, поэтому ты обречена ждать вместе со мной тут.
— Если ты не заметила, это не я жалуюсь на погоду, а ты, — бурчу, оповещая её.
Она смиренно поджимает губы, чем очень удивляет меня, но беспокойно топчится на одном месте, и потирает свои руки, вероятно пытаясь согреться. Мда, прохлада осени даёт о себе знать. Следующие пять минут проходят в ожидании такси, с расхаживаниями по тротуару и, наконец, мы слышим долгожданный сигнал.
— Ну слава тебе, Господь.
Кассандра первой мчится к двери машины, и запрыгивает на заднее сиденье, а я следом за ней. Мы здороваемся с водителем, который, кстати, оказывается темнокожим мужчиной в возрасте. Называю ему адрес улицы, на которой расположена квартира.
— Принято, мэм. — С энтузиазмом сообщает он.
Когда автомобиль трогается с места и мчится по оживленной трассе, ловко лавируя между другими машинами, я локтем опираяюсь на дверь и подпираю щёку ладонью, глубоко погружаясь в свои мысли.
Испытывать невероятные чувства, когда под тобой шумят волны воды, лениво плеща о берега - это другой уровень экстаза. Ощущать вибрацию моста под колесами автомобиля или под шагами, если идешь пешком или катаешься на велосипеде. Вокруг тебя — потоки людей, транспорта, жизни, все это создает неповторимую атмосферу движения и суеты.
По мере того, как мы движемся всё дальше, нам открывается захватывающий вид на горизонты Нью-Йорка. Небоскребы Манхэттена высоко поднимаются в небо, создавая футуристический контраст с каменными зданиями Бруклина.
Не замечаю, как доезжаем до места назначения, как машина тормозит на знакомом переулке.
Водитель на сидении оборачивается к нам полубоком.
— Как будете оплачивать, дамы? — Спрашивает он старческим голосом, крутя между большим и указательным пальцем свои светлые усы.
— Сэр, вы не могли бы подождать нас тут, пока мы обратно не спустимся к вам? — Кассандра передвигается на середину салона и устраивается между двумя сиденьями, глядя прямо в лицо водителя.
— О-о-о, спешу вас огорчить, миледи, но так вы не сможете улизнуть от меня. Эта тактика уже давно устарела, разве вы не знали? Сначала оплата, а потом только вы выходите из этой машины, — постукивая по рулю, он косо подглядывает.
— Никто не собирается улизывать, просто в такую погоду будет трудно снова найти машину, а нам предстоит поехать ещё в другое место. Вам же лишние деньги не пробьют карман, мистер...
— Питт.
— Мистер Питт, прямо как Брэд Питт, да? —Хихикает она.
Лицо мужчины остаётся непроницаемым, от чего Кассандра прочищает горло, и более серьёзным видом переспрашрвает.
— Ну, что скажете, сэр?
Он опасливо оглядывает нас, вероятно в поиске какого нибудь жульничества с нашей стороны, но в ответ получает лишь улыбки чеширского кота. Боже, я не представляю, как мы сейчас выглядим со стороны, с обнажёнными тридцатью двумя зубами.
— Чёрт с вами, ладно. Только без каких либо хитростей, — наконец, сдаётся он, строго указывая на нас пальцем.
— Будем через десять минут, сэр.
Мы вылетаем из машины и бежим к подъезду, а дождь в это время усиливается ещё больше, рисуя на асфальте крупными каплями множество ряби. Я даже не обращаю внимания на насквозь намокшие кроссовки, из которых, кстати говоря, исходят приличные звуки шуршания.
Квартира находится на пятом этаже, так что, чтобы не терять много времени впустую, заходим в лифт, и поднимаемся до нужного места.
После третьего звонка, дверь открывает нам мама, и увидев нас её лицо озоряется улыбкой.
— Привет, мам.
— Добрый вечер, миссис Кук, — одновременно здороваемся с Кассандрой.
— Привет, девочки. Кассандра, как хорошо, что ты тоже тут, заходите, — она отходит от порога, пропуская нас.
Как только заходим внутрь, в нос ударяет вкусный запах запеканки из кухни.
— Пока готовится ужин, я накрою на стол, а вы переодевайтесь и приступим.
Мы переглядываемся с подругой, и я не знаю, говорить ли маме о наших планах на сегодняшний вечер. С одной стороны я не хочу врать, но с другой понимаю, что если сказать ей всё как есть, то она вряд-ли одобрит нашу затею. Раньше мне не приходилось скрывать такое, может, поэтому внутри так гложет?
— Сначала переоденемся, — тихо говорит Кассандра, и я киваю.
— Ладно, мам, мы быстро, — сообщаю ей.
Оказавшись в моей комнате, сразу же приступаем к выбору одежды, и только сейчас до меня доходит, что Кассандре тоже нужно сменить вещи.
— Слушай, хорошо, что у нас с тобой одинаковый размер одежды. Можешь выбрать по желанию любую из моих.
— Спасибо, подружка, но не нуждаюсь в твоей помощи, я подготовилась наперёд, — она поднимает свой рюкзак, демонстративно качая перед лицом.
— Ну конечно, как же я не догадалась, — закатываю глаза.
Порывшись в шкафчике, достаю чистые джинсы и свободную чёрную футболку с надписью "I want to believe". Хватаюсь за мокрый низ кофточки, намереваясь снять, как меня перебивают:
— Ты сейчас серьёзно?
— Что такое? Я не впервые раздеваюсь перед тобой.
Она подходит к кровати, и цепляет футболку кончиком ногтя.
— Ты не собираешься надевать это. Мы идём веселиться, а не обслуживать столы. На тебя никто даже внимания не обратит в этом.
— Мне то и не нужно ничье внимание. И я не думаю, что мы идём на какой-то весёлый праздник. Да?
Её лицо обретает раздражительное выражение, и с очередным тяжёлым вздохом она ставит руки на бедра, сверля меня чёрными глазами. Внутренне вся подбираюсь.
— Ты. Надеваешь. Чёртово. Платье. У нас осталось пять минут, и за это время мы должны успеть нанести и лёгкий макияж.
Дальше я уже словно под гипнозом, не помню как проскальзываю в платье, обуваю в ноги босоножки на низком каблуке. Распускаю волнистые волосы по спине, которые каскадом ниспадают до ягодиц, переливаеясь золотистым оттенком.
Несколько секунд остаюсь перед зеркалом, уставившись рассматривая себя, будто впервые вижу своё отражение. Припудренный нос, слегка пухлые, нанесённые розовым блеском губы, алые щёки и, наконец, круглые глаза серо-голубого цвета в обрамлении тёмных ресниц, а в придачу зелёный карандаш к моим цветам глаз, даёт оттенок сиреневого цвета.
— Боже мой, какая ты красивая, — восхищенно шепчет подруга за спиной. — Ну и держитесь мальчики, вас ждёт ночь полная разбитых сердец.
Хрюкаю от её наигранной речи, и она подхватывает мой истерический смех.
— Девочки, что вы там застряли в комнате. Ужин остывает.
Собрав весь беспорядок в одну кучу, выключаем свет, готовые идти. Увидев нас, мама застывает с тарелкой в руках.
Набираюсь смелости и произношу на одном дыхании:
— Мам, тут такое дело... эм... мы с Кассандрой идём на день рождение своей давней подруги, ну то есть... бывшей одногруппницы. Знаешь, для нас было неожиданно узнать это сегодня, так как у нас тоже не было этого в планах...
— Мия...
— Прости, что не можем остаться на ужин, но обещаю в следующий раз обязательно исправим свою ошибку...
— Мия, — на этот раз громче перебивает мама.
Захлопываю рот, опасаясь ляпнуть лишнее. Не могу скрывать что-то долго. До жути боюсь обидеть маму, но и не могу сказать ей правду. Я даже представить не могла, что всё это приведёт меня в такой тупик.
— Выглядишь потрясающе, девочка моя.
В изумление приподнимаю брови.
— Выкинь из своей хорошей головки такие глупости, и насладись с друзьями, — она переводит взгляд на Кассандру, — Присматривайте друг за другом.
Потом подходит ко мне вплотную, и сжимает двумя руками моё лицо.
— Я так горжусь тобой, детка.
В носу вдруг щиплет от её нежности, и я прижимаю язык к небу, стараясь прогнать слёзы, угрожающие выплеснуть из глаз.
Кассандра рядом слегка шлёпает меня по попе, заставляя разразиться смехом всех троих.
— Ну всё, бегите давай. А то и опоздаете ещё. За меня не переживай, скоро папа будет дома, задержался на работе, понимаешь. Вот с ним вместе и поужинаем, помяним старые добрые времена, — говорит и глаза как-то по другому заблестели, с искорком сожаления что-ли...
Внизу сажусь в машину немного со спокойной душой, насколько позволяют расшатанные нервы.
— Куда держим путь на этот раз, дамы?
Кассандра показывает адрес по телефону, и водитель бросает резкий взгляд через зеркало заднего вида. Жду, что он скажет что-то, но кажется передумывает, поэтому заводит мотор.
***
Мои безгранично красочные фантазии рисовали мне, какую-то старую заброшку с обшарпанными атрибутиками, или плакатами знаменитых бойцов на серых, сырых стенах, пока ехали. Однако место, перед котором я сейчас нахожусь, не похоже ни на что, что я напридумала в своей голове.
Ночной клуб в центре города, с ярко освещённой неоновой вывеской, под названием " Bloody Demon", окружен многочисленным народом. У дверей толпятся слишком много людей, чтобы разглядеть вход во внутрь как положено.
— Ты уверена, что мы пришли в правильный адрес? — сквозь шум толпы, спрашиваю подругу.
— Уверена! Скоро всё начнётся, нас ждёт незабываемая ночь, детка, доверься мне!
Оглядываюсь по сторонам на остальных девушек и парней. Некоторые громко смеются над своими шутками, некоторые собравшиеся в группу, передают друг другу сигарету по кругу, затягиваясь дымом.
Особенно вимание привлекает девушка в чёрном кожаном костюме, с такими же чёрными волосами и помадой. Рядом с ней парень, и у него соответствующий ей образ. Он сидит на байке, стискивая девушку между своими раздвинутыми ногами. Не знаю почему, но мой взгляд приковывается на их руках, длинные, маникюрованные пальцы медленно очерчивают дорожку вверх к... паху. Словно находясь наедине, они не видят и не замечают никого вокруг себя, приподая губами к губам.
Парень, жадно поглощает каждый вздох испускаемый девушкой, я вижу отсюда, как она вся запыхается, и это на меня действует каким-то странным покалыванием внизу живота. Он неустанно, грязно толкает язык в рот девушки. Отрываю внимание от губ, и в тот момент, когда поднимаю глаза на их лица, с ужасом отмечаю, что парень смотрит прямо на меня. Пойманная меня за разглядыванием, он подмигивает мне, и я вздрагиваю, отворачиваясь назад как юла.
— Чёрт, — тихо ругаюсь про себя.
— Время пришло. Пошли, Мия.
Прихожу в себя, следуя за Кассандрой. Так, больше никаких смотрелок на других пар. Мы пробиваемся через возбужденную толпу, протягиваем свои билеты охранникам, и спустя нескольких секунд разглядываний, нас пропускают внутрь.
При входе в клуб, атмосферу сразу заполняет громкая музыка и яркие огни. На танцполе собрались множество людей, танцующих под бешеный ритм джаза.
— Вот видишь, а ты мне голову морочила по поводу веселья! Разве это не стоило того? — кричит подруга.
— По моим данным, тут должен был расположен ринг, а не чёртов танцпол! Ты опять держишь меня за глупую девчонку?
— Да ладно, я не врала тебе. Просто нужно время, и ты увидишь всё сама. А это, — она раскрывает руки, указывая на помещение, — так, всего лишь безобидная обложка для галочки...
— Кассандра! А я уже весь клуб обошёл в поисках тебя, малышка.
Кассандра расплывается в улыбке при виде татуированного парня, который появляется словно из ниоткуда.
— Дан, где тебя носит? — они коротко обнимаются.
— Прости, малышка, задержался.
Его внимание переключается на меня и он оценивающе разглядывает меня с ног до головы.
— Привет, красота. Как дела? Наконец, теперь могу с тобой тоже познакомиться.
— Спасибо, но я не в том духе, чтобы знакомиться...
— Мия, не вредничай. Тебе всё равно придётся это сделать, потому что этот парень, наш козырь. Без него нас не пропустят на бой. Так что..., — она хватает мою ладонь и соединяет её с ладонью парня. — Мия, это Дан. Дан, это Мия. Моя самая лучшая подруга. Не то чтобы их у меня было много, но она единственная, кто сумела вытерпеть мой характер и остаться со мной до этого дня.
— Очень приятно, Мия. У тебя красивое имя, встать тебе, — он расплывается в доброй улыбке.
— Взаимно, Дан, ты мне льстишь. А у тебя очень... странное имя. Не в обиду, конечно, просто впервые слышу, — также с улыбкой отвечаю, на что он крепче сжимает пальцы на моей руке.
— Ох, это? Дан, сокращение от Эйдан. Разрешаю так обращаться ко мне только близким друзьям. Поздравляю, теперь ты одна из их числа, — стискиваю челюсть от его раздражительной напыщенности.
— Как мило. Эйдан. — нарочно делаю акцент на его полное имя, слегка покачивая наши соединенные руки.
Он хмыкает на моё заявление, с веселым видом, но я вижу, как это задело его самолюбие. Ну что, парень? Впервые не повелись на твою белокурую и смазливую внешность, со сладкой речью? Упс, видимо я у тебя первая. Он разжимает рукопожатие.
— Какая хорошая у тебя подруга, Кассандра. — подойдя к ней, произносит он. — Ну, ладно. Вы готовы идти?
— Ты ещё спрашиваешь. У нас терпение на пределе уже, так что веди нас, котик.
Закатываю глаза от её обращения к нему.
Эйдан приказывает нам следовать за ним. Мы вместе обходим всех танцующих ребят, опасаясь не задеть никого с напитком в руках.
Наконец, сворачиваем в сторону коридора, которая ведёт вглубь от основной части зала. Нас сопровождает невероятно длинный красный ковёр, с потолков светит приглушенный тёмный свет, будоража внутри меня беспокойство. Я понятия не имею, куда может повести нас эта дорожка, а стуки наших каблуков, которые издают жуткое эхо, ударяют по моим и без того натянутым нервам.
Всё таки доходим до конца коридора и сворачиваем на право. В обзор попадает массивная, деревянная дверь, на котором красуется надпись, и это всего лишь одинокая цифра 7.
— Что это значит? — тихо спрашиваю я.
— Что именно? — Эйдан поворачивает голову в мою сторону.
— Эта цифра на табличке. Почему именно семёрка?
— Ах, это знак их девиза,— краешек его губ приподнимется в злорадной улыбке, вгоняя меня в ещё больший дискомфорт. Затем он продолжает:
— "Споткнешься об порог, вину ищи в себе, до чего ж ты глупый, ведь семёрка значит - смерть."
Мрачно цитирует он, и нажимает на ручку двери в сопровождение с моим судорожным глотком.
На что. Черт возьми. Я только что. Подписалась.