Часть 12.2
Сначала я хотела разбить 12 главу на 4 части, но сделаю только на три.
Как вы думаете Валя станет инвалидом? Или умрёт пока Егор не видит?
Ваша Юлька
________________________________________________________
Весь следующий день Егор находится в радостном предвкушении, как будто в ожидании подарка. Это чувство греет его изнутри, и он почти не замечает усталости, которая стала его постоянной спутницей. Он даже улыбается посетителям в кафе.
«Вале сегодня снимут гипс с ног! Ещё на шаг ближе к выздоровлению, остался только бандаж на ребрах и всё!»
Вечером он пулей взлетает на седьмой этаж, распахивает дверь и... улыбка почти сразу сползает с его лица, когда он видит сколько людей в белых халатах собралось вокруг Вали.
Здесь терапевт, хирург, невропатолог, ревматолог и еще пара незнакомых лиц, которые Егор видит впервые. Они о чем-то спорят между собой, окружив Валю плотной стеной, и Егор не видит её . Нехорошее предчувствие воет внутри дурной сиреной и Егор бросается вперед:
- Пропустите! – он расталкивает людей локтями и протискивается ближе к Вале.
И пугается ещё больше, когда видит выражение её лица. Валя в панике. Её ноги открыты на всеобщее обозрение, гипса на них уже нет. Верхняя половина её тела закутана в одеяло так, что видны только глаза. И в этих глазах отражается такой ужас, что у Егора всё холодеет внутри. Примерно так на него и смотрела Валя во время приступа панической атаки. Егор смотрит на её судорожно вцепившиеся в одеяло трясущиеся руки и понимает, что та уже на грани. А врачи, как будто не замечая этого, продолжают рассматривать, трогать и поворачивать её ноги, переговариваясь между собой:
-...надо повторно взять все анализы, включая анализ на цианокобаламин.
- Да, согласна, Марин, и давай еще раз сделаем МРТ головного мозга и поясничного отдела позвоночника, может мы что-то пропустили при последнем осмотре?
- Может психосоматическое? Чувствительность ведь есть...
- Да что здесь происходит вообще?! – взрывается Егор и разговор резко обрывается.– Вы же её пугаете!
Врачи наконец-то замечают состояние Вали и как-то одновременно стыдливо отводят взгляды.
- Коллеги, предлагаю перейти в мой кабинет для дальнейшего обсуждения, - предлагает Людмила Петровна и все стремительно покидают палату. В помещении остаются только они втроем – Валя, Егор и Мария Сергеевна.
- Так что случилось? – ещё раз спрашивает Егор, чувствуя дрожь в голосе.Валя дрожит. Мария Петровна подавленно молчит.Егора накрывает ужасное ощущение неминуемой беды.Атмосфера в палате давит.
- Мы не знаем в чём дело, Егор, - терапевт покаянно качает головой и избегает смотреть ему в лицо.
– Мы не знаем...
-Валь... - срывающимся голосом тянет Егор. – Всё в порядке? Давай сюда одеяло, я прикрою тебя. У тебя же ноги голые, замёрзнешь ещё...Он легонько тянет ткань на себя, стаскивая её с дрожащей Вали.
И потом резко замирает, как от удара прямо в солнечное сплетение, вышибающего из лёгких весь воздух, когда та внезапно вскидывает на Егора взгляд.
И улыбается.
В её глазах сквозит отчаяние, а в улыбке – безумие.
- Какая разница. Я всё равно их не чувствую...
~~~***~~~
Последующие два дня превращаются в какой-то кошмар.Вале делают всевозможные исследования, повторно берут все нужные и ненужные анализы, прогоняют по всем специалистам, но точного диагноза так и не устанавливают.Анализы показывают, что всё в норме. Рентген говорит, что кости срослись нормально. Единственное, что удается выяснить так это то, что потеря чувствительности в конечностях только частичная и кое-что Валя всё-таки ощущает.Но это никак не меняет того факта, что она не может даже просто стоять.Все эти два дня Егор проводит в каком-то трансе.Он механически ходит на работу, потом приходит в больницу к Вале, и они просто молча сидят все два часа, пока не заканчивается время для посещений.
Валя не смотрит на него.
Не говорит с ним.
Не замечает его присутствия.
Она закрылась в себе настолько глубоко, что кажется, как будто она снова впала в беспамятство, как в самом начале пути.Но это другое.Психотерапевт Вали сказал, что у неё началась депрессия.В первый день Егор еще пытался как-то с ней заговорить, но Валя всё проигнорировала. На второй день она даже не показалась из-под одеяла, и все два часа Егор просидел, просто глядя на её силуэт, скрытый пледом. Егор так и не решился с ней заговорить.
«Это моя вина».
В восемь вечера он также молча поднялся и вышел из палаты. Когда он расписывался в журнале посещений, к стойке регистрации вдруг подошла Мария Петровна:
- Привет, Егор. Нет, результатов пока никаких нет, - сразу ответила она на немой вопрос в его глазах, и затем повернулась к медсестре.
– Вот повторные анализы Вали, перепроверь потом данные по её карте, пожалуйста. У тебя получилось дозвониться до опекуна?
- Нет, Марина Петровна, простите. Она бросает трубки, либо вообще игнорирует наши звонки.
- Тогда напиши ей сообщение, - раздражённо трёт виски терапевт. – Нам нужны документы и её подпись, чтобы нормально оформить инвалидность.Она неловко дёргается, когда рядом раздается громкий шум и поворачивается на звук.Егор стоит рядом и с силой сжимает кулаки, журнал посещений валяется у него под ногами:
- Валя не инвалид! – порывисто выпаливает он. – Она просто не может сейчас встать. Ей просто нужно больше времени для лечения! Вы же сами знаете, что у неё там несколько переломов и серьёзная травма колена! Вы же видели все снимки и заключения врачей! И... И...
-...и она не может ходить, - глухо констатирует факт Мария Петровна. – Поэтому, Егор, пожалуйста, поддержи её сейчас. Ты нужен ей. Я понимаю, что ты очень за неё переживаешь, мы все за неё переживаем. Но мы не знаем, в чём причина её состояния и как долго оно продлится. Это может занять неделю, может год, может десять лет. Единственное, что мы сейчас можем сделать – это оформить нужные документы, чтобы у неё были хоть какие-то гарантии и выплаты от государства, - потом она поворачивается обратно к медсестре и продолжает разговор.
Каждое слово звучит так, как будто она забивает гвозди в крышку гроба Егора.
- Как закончишь вводить данные, начни сбор документов. Мы оформляем Вале инвалидность.
______________________________________________________
Я просто не пойму...вам нравится?