7
В понедельник Никита не приходит в школу, поскольку у него болит вся левая сторона туловища, и он слегка хромает на левую ногу. Ну и рука сломана.
Моя злость на новенького растёт в геометрической прогрессии. А когда он заходит в класс с жирным синяком на правой скуле и опухшей губой, я окончательно убеждаюсь, что Кораблин и Свиридов все-таки подрались.
Примечательно, что у новенького подбита именно правая сторона лица: Никита левша, а значит, удар его левой руки пришёлся как раз на правую щеку Кораблина. А после, скорее всего, новенький схватил Ника за эту самую левую руку и сломал ее.
Я сажусь одна в противоположном конце класса от своей старой парты, которую по-прежнему оккупирует новенький. Без малейшего зазрения совести он усаживается на место Никиты и поворачивает голову ко мне. Приподнимает опухший правый уголок губ в скептической усмешке и кивком головына соседний стул предлагает сесть с ним. Просто поразительная наглость.
Показываю новенькому средний палец.
Кораблин начинает хохотать и тут же достаёт из кармана джинс мобильник. Я снова обращаю внимание на его одежду. При всей строгости моей мамы, у нас нет школьной формы. Сегодня на новеньком толстовка с логотипом известной марки и модные синие джинсы. Телефон у него тоже не самый дешевый.
И с чего мама взяла, что новенький из неблагополучной семьи? Ах да, ей же директор его прежней школы об этом рассказала. Может, она наврала? Кораблин выглядит не хуже всех нас.
Звонок прозвенел несколько минут назад, учительница по культурологии входит в класс, а мой телефон в пенале вибрирует. Достаю гаджет и вижу сообщение в ВК от Егора Кораблина:
«Вау, Белоснежка, ты меня удивила. Не думал, что ты способна показать кому-то неприличный жест. Ты же хорошая девушка»
В качестве ответа я отправляю ему смайлик: средний палец.
«Ты только что стала нравиться мне ещё больше.»
Несколько раз перечитываю эти слова и чувствую, как учащается мое сердцебиение. Он имеет в виду, что я стала нравиться ему еще больше как девушка? Или в каком смысле? Почему он вообще так легко об этом говорит? Он всем девушкам разбрасывается признаниями? Или это было не признание, а просто так?
Средний палец.
«Белоснежка, да ты, никакая не хорошая девушка, как я думал. Какие ещё ты секреты в себе таишь, прячась за образом отличницы? Прогуливаешь уроки и куришь за школой?»
Средний палец.
«Хочу узнать тебя»
Дыхание перехватывает. Почему-то я представляю, каким голосом Кораблин говорит это: низким, слегка хрипловатым. Кожа вмиг покрывается мурашками, а рука, держащая смартфон, начинает подрагивать.
— Валентина Карнаухова, — голос новенького в моей голове перекрывает недовольный тон учительницы.
Быстрым движением засовываю телефон обратно в пенал и поднимаю на нее раскрасневшееся лицо.
— И вы, молодой человек, — обращается к Кораблину.
Он тоже прячет мобильник в карман.
— Да?
— Как вас зовут?
— Кораблин Егор. Я новенький.
— Значит так, Кораблин Егор и Карнаухова Валентина, а ну-ка перескажите мне, что я только что рассказывала.
Я тяжело сглатываю. Культурология — совершенно бесполезный и никому неинтересный факультатив. Учительница понимает это, и очень обижается за то, что ее предмет никому в 11 классе не нужен. Поэтому сейчас она не упустит возможности самоутвердиться за наш счет.
— Ну все понятно, — выносит вердикт, когда ни я, ни Кораблин не произносим ни звука. — Могу поставить вам двойки за урок прямо сейчас или дать возможность реабилитироваться. Выбирайте.
У меня внутри все опускается. Как двойка? Просто за то, что я прослушала ее?
— Я бы хотел реабилитироваться,
— уверенно заявляет Кораблин.
— Я тоже, — вторю ему.
— Тогда поручаю вам сделать совместный проект, — и тут у меня все опускается во второй раз.
Совместный проект? Вместе с Кораблиным? Хочется побиться головой о стол.
— Вы должны взять любой западный фильм и проанализировать его на предмет идеологии страны-производителя, которая транслируется в массы за рубеж с помощью этого фильма.
Ваша задача — определить систему ценностей государства, которая путём показа фильма в других странах распространяет, сеет в умы зрителей чужую культуру, чужую идеологию. Жду от вас на следующем уроке в понедельник презентацию. Понятно задание?
Нет.
— Да, — уверенно заявляет новенький. — Мы с Валентиной подготовим презентацию, — обещает.
По классу тут же проносятся тихие смешки и шепотки.
— А ну тихо! — приказывает учительница.
Конечно, все знают, что Никита с поломанной рукой, и отнюдь не из-за того, что поскользнулся на тротуаре. Лиля награждает меня сочувственным взглядом и неодобрительно качает головой. Полежаева кривит гримасу и фыркает.
— А можно сделать проект по отдельности? — подаю голос.
Почему-то он выходит писклявым. Наверное, из-за нервов. Представляю, что теперь будут говорить у меня за спиной.
— Нет, потому что тогда ваши выступления займут весь урок, и я не смогу объяснить новый материал. А теперь прошу слушать меня внимательно…
Училка продолжает вещать. Я опускаюсь лицом в ладонь и закрываю глаза. Влипла так влипла. Никита будет очень зол, когда узнает. И ведь не объяснить ему, что я не при чем, что это учительница выдумала такое наказание. Ну не соглашаться же мне было на двойку! Хотя Ник скажет, что должна была согласиться. Боже…
Теперь придется выбирать вместе с Кораблиным фильм для просмотра, потом обсуждать его, выискивать какие-то ценности, клепать презентацию. И общаться с новеньким целую неделю. Никита будет в бешенстве. Да и сама я предпочла бы никогда не разговаривать с Кораблиным.
Телефон в пенале вибрирует.
Перевожу взгляд на новенького. Этот идиот держит смартфон под партой и печатает. Осторожно достаю свой гаджет и читаю:
«Не расстраивайся. Я знаю, какой взять фильм»
«Может, тогда сам всё и сделаешь, а я просто рядом постою в следующий понедельник?»
«Ну нееет, Белоснежка. Так не пойдёт. Это СОВМЕСТНЫЙ проект!»
Блокирую экран и убираю гаджет обратно. Не хватало еще одно наказание схлопотать.
И почему тот факт, что моя мама директор школы, не даёт мне поблажек?