Вундᥱρκинд

Комментарий к Трудные моменты в жизни
    Приятного прочтения 🤍
Добравшись до квартиры, Лиза, в торопях сняв с себя кроссовки, открыла дверь в знакомую спальню, в которой ранее почти что не появлялась. Аккуратно уложив блондинку на кровать, девушка сразу же поспешила за аптечкой и всем тем, что могло бы как-то ей пригодиться.
В голове у темноволосой в тот момент была лишь Кристина, что скулила от боли, просто не сумев сказать чего-то. Лиза очень винила себя, ведь в трудную минуту жизни блондинки её не было рядом, хоть она и обещала Кристине, что будет с ней всегда рядом. Брюнетка поступила подло и эгоистично, в какой-то степени. Да, она пыталась обезопасить Захарову, отстраняясь от неё, но совсем позабыла, что расположила к себе Кристину, и что эта блондинка нуждается в её поддержке и помощи.
Найдя и взяв всё нужное, девушка пошла к Кристине, что лежала на кровати без сознания, иногда что-то бубня и морщась от боли.
На улице было ужасно холодно, поэтому Лиза волновалась по поводу здоровья блондинки, ведь она не пойми сколько лежала на этой лавочке в домашней одежде.
Темноволосая, сев на край постели, дрожащими руками приподняла край футболки девушки, увидев множество синяков по животу. Эта картина заставила Лизу выпасть из этого мира на несколько секунд. Из глаз Андрющенко начали непроизвольно литься слезы... Она не помогла девушке в столь трудную минуту. Лиза никогда не простит себе этот проступок.
Проведя пальцами по ссадинам девушки, Лиза прикусила губу, пытаясь успокоиться. Сейчас нужно помочь блондинке, а не реветь. Ничего уже не изменить, поэтому нужно помочь хотя бы в этом. Девушка понимала, как сейчас трудно Захаровой, ведь её стоны, что иногда доносились изо рта блондинки, всё выдавали. Обрабатывая раны светловолосой, Лиза буквально каждые десять секунд смахивала и размазывала слезы, ведь они не переставали течь из её глаз, скатываясь на щеки, иногда падая и ударяясь о ткань простыни.
Когда брюнетка обработала синяки, стёрла всю кровь, помазала раны мазью, дабы те быстрее зажили, поставила всё принесённое на подоконник, а сама же села обратно к девушке, что, похоже, начинала приходить в себе.
Лиза, сидя на краю кровати и смотря на свои пальцы, тихо всхлипывала и ревела, не переставая думать, что могла бы помочь и уберечь Захарову от всего этого, если бы не оттолкнула. Рассматривая свои тонкие пальцы и думая о произошедшем, брюнетка совсем не уследила за тем, что Кристина пришла в себя, увидев, что Андрющенко плачет. В тот момент, как бы странно это не звучало, блондинка выдохнула, поняв, что Лиза и вправду не хотела как-либо прекращать с ней общение. Захарова знала, что темноволосая никогда бы не стала реветь из-за человека, что безразличен ей.

– Лиз... – прохрипела блондинка, заставив Лизу, что явно не ожидала услышать светловолосую, вздрогнуть, – не плачь, – проговорила в пол голоса Кристина, взяв девушку, что перевела на неё свои красные заплаканные глаза, за руку.
– Как ты, – всхлип, – себя чувствуешь? – спросила брюнетка, трясясь внутри. Девушка пыталась успокоиться, но это никак не выходило.
– Более-менее, – голос был очень осипшим. Похоже, девушка заболела. Это было ожидаемо. – Ты же не хочешь общаться со мной... Почему тогда помогла? – блондинка прикрыла глаза, пытаясь не заплакать. Всё тело ныло и болело.
– Я не могла оставить тебя, – темноволосая, естественно, не могла сказать Захаровой про свои чувства, и про то, что они поспособствовали такой заботе.
– Лиз... – этот тон заставил брюнетку напрячься. Кристина открыла свои небесные глаза, проведя ими по лицу брюнетки, – если я что-то сделала, то прости, – как только девушка начала говорить, из её глаз потекли слезы, которые она просто не могла контролировать. Эта темноволосая была очень дорога ей. – Я просто не понимаю, почему ты так неожиданно решила прекратить со мной общение... – Лиза сжала руку блондинки, видя, что та вновь начала плакать.
– Крис, – темноволосой было трудно смотреть на то, как ревёт дорого ей человек, и как он сжимается, когда всхлипывает.
– Пожалуйста, прости меня. Я не знаю за что, но прости. Если я чем-то обидела тебя или сделала что-то плохое, – сказала блондинка, уткнувшись лицом в живот Лизы, обнимая её. Захарова не могла подняться, поэтому обняла девушку так. Блондинка не хотела отпускать Лизу как из своей хватки, так и из своей жизни, ведь девушка была очень дорога ей. Признаться, даже дороже чем Кира, с которой они дружат уже почти пять лет.
– Крис... – брюнетка прикусила губу, пытаясь унять свои чувства, что вновь начали кружиться вихрем внутри девушки, – ты ничего не сделала. Не проси прощения, – сказала темноволосая, откинув голову. Нельзя, нельзя, нельзя. Нельзя показывать свои гребанные чувства. – Это мои тараканы в голове, – девушка прекрасно понимала, что Крис хочет общения, и очень сильно. Блондинка дорожит ей, а Андрющенко так поступает с ней...
– Я понимаю, Лиз, – проговорила девушка, всё ещё прижимаясь к Андрющенко. – Давай бороться с твоими проблемами вместе? Мы же договаривались делиться проблемами, помнишь? – девушка и представить себе не могла, почему Лиза себя так странно ведёт. Точнее из-за кого она себя так странно ведёт.
– Потом, – естественно, брюнетка не собиралась рассказывать истинную причину внезапного отстранения от Кристины, ведь девушка и так пыталась избавиться от этой причины.
– Ладно, – прохрипела Крис, понимая, что сейчас может вернуть человека, в котором сильно нуждается; человека, который очень дорог ей. – Давай общаться, как раньше? – спросила блондинка, затаив дыхание. Захарова очень хотела всё вернуть, и боялась, что Лиза все-таки не сумеет переступить через себя. Конечно, Кристина знала, что брюнетка отстраняется от человека, с которым ранее общалась, лишь по одной причине. И этой причиной являлась – безопасность.
– Я... – начала было девушка, оборвавшись.
– Мне очень не хватает тебя, Лиз, – произнесла в пол голоса блондинка, всё ещё прижимаясь к черноволосой. Она думала, что если сейчас отпустит девушку, то больше никогда не увидет её; что она словно растворится в воздухе.
– Хорошо, – закрыв глаза, проговорила девушка. – Давай общаться вновь, – прикусывая губы, говорила брюнетка. Ей было очень сложно. Сложно принимать такое серьёзное решение, которое могло в последствии сильно повлиять не только на неё, но и на Кристину, что и вправду нуждалась в девушке. И брюнетка прекрасно это понимала, и только поэтому решила возобновить общение с девушкой. Она обещала Кристине быть рядом, но не сдержала слово...
– Расскажи мне, что у тебя случилось? – спросила девушка, отстранившись от Лизы, вновь уложив голову на подушку, не без стонов, что непроизвольно вырывались из её рта, конечно. Всё тело ныло. Кристина иногда думала, что, посмотрев чуть ниже, она увидет сплошной фарш, а не тело.
– Я не могу, – покачая головой, сказала девушка, смотря на Крис, что кивнула, понимая как сложно Андрющенко. – А... – девушка вновь оборвалась, заставив Крис вопросительно посмотреть на неё, – что произошло у тебя? – девушка боялась о таком спрашивать, ведь неизвестно как бы отреагировала Захарова.
– Опять отец, – ответила Крис, отвернувшись от девушки, что внимательно оглядывала её, явно пытаясь увидать реакцию, – и брат, – добавила Захарова, переведя взгляд на Лизу, что нахмурилась. – Они опять набухались... Я пришла от Киры и они начали нести хуйню. Мол я хожу и трахаюсь с кем-то, – проговорила девушка, закрыв глаза, из которых начали литься слезы.
– Эта тема больна для тебя, – произнесла в пол голоса темноволосая, зная, что попала в цель. Всегда, когда в присутствии Кристины говорили о чём-то интимном, она сразу же напрягалась, причём очень сильно.
– Есть такое, – грустно усмехнулась блондинка, смахивая слезы. Девушка ненавидела плакать, особенно при ком-то.
– Почему? – голос дрогнул. Брюнетка очень боялась, что на девушку когда-то были воздействия сексуального характера. У Кристины и так была не жизнь, а сплошной ад, и если с этой девушкой произошло бы и что-то насильственное... Лиза даже представить себе не могла, как блондинка вообще держалась, в таком случае.
– Не важно, – девушке было очень трудно говорить о том, какие именно у неё отношения с братом. Абсолютно никто не знал о том, что заставлял делать Кристину её брат... Девушке просто было стыдно, ведь она не могла дать отпор. Блондинка боялась осуждения.
– Это сложно, я понимаю... – проговорила брюнетка, взяв своей трясущейся рукой Кристинину, что также дрожала. – Но если такое и вправду было, – Лиза прикрыла глаза, чувствуя, как девушка сжала её ладонь, – то выговорись, когда соберешься, – девушка подняла голову, столкнувшись с голубыми глазами блондинки, что были заплаканными.
– Хорошо, – грустно улыбнулась Захарова, сжав руку девушки ещё сильнее. – Сколько времени? – этот вопрос был неожиданным.
– Сейчас одиннадцать, – ответила Лиза, посмотрев на часы. – Можешь оставаться у меня сколько хочешь, Крис. Не нужно переживать насчёт этого, – сказала брюнетка, видя благодарность в глазах напротив.
– Спасибо тебе, Лиз. Ты... – светловолосая провела своими васильковыми глазами по бледному лицу Андрющенко, наверное впервые за весь день искренне улыбнувшись, – пиздец какая ахуенная, – сказала девушка, видя, что Лиза опустила голову, улыбнувшись. Похоже, блондинка сумела засмущать девушку, а этого никто до неё не мог совершить. С этой девушкой брюнетка была неподвластна своим эмоциям.
– Я ничего сверхестественное не совершила, – проговорила Лиза, отпустив руку Захаровой, что была значительно теплее её.
– В смысле? – знатно удивилась девушка. – Ты спасла меня, ведь... – Кристина, попыталась приподняться.
– Тихо, тихо, – забеспокоилась брюнетка, помогая девушке, дабы та уложилась так, как ей будет удобно.
– Если бы не ты, то я бы скорее всего там и осталась. Мне никогда бы никто не стал помогать. Район, в котором я живу, просто не способен на это, – проговорила блондинка, смотря исключительно в шоколадные глаза девушки, что держала её за плечо.
– Давай лучше не будет об этом, – темноволосая не хотела даже думать о том, что бы произошло с Кристиной, если бы она тогда не проходила рядом.
– Хорошо... – сказала девушка, видя тревожность за неё в глазах напротив. За неё никто никогда так сильно не переживал. – Ты стала намного человечнее чем с нашего первого разговора, – усмехнулась девушка, видя, что брюнетка явно опечалилась. – Я не знала, как тебе это сказать ранее, но... – блондинка увидела, как Андрющенко поднимает на неё свои кофейные глаза, – ты самый добродушный человек, которого я когда-либо встречала, – тон светловолосой не был похож на прежний.

Захарова видела некое непонимание в карих глазах, что смотрели на неё с тоской и грустью. Блондинка, хоть и с болью, пронзающее тело, подняла руку, проведя ей по плечу Лизы. Убрав локон угольных волос, что выпал на глаз Андрющенко, светловолосая улыбнулась. Но кое-что заставило блондинку сменить выражение лица на более серьёзное. А точнее быть – тонкие губы Лизы, что кинулись в небесные глаза блондинки. Пока девушка убирала локон волос Лизы за её ухо, уставилась на тонкие и покусанные губы брюнетки.
Дыхание стало более сбитым; сердцебиение участилось. В тот момент светловолосая захотела проронить тысячу стонов, поднимаясь, дабы сесть к Лизе ближе, почувствовав каковы на вкус эти искусанные губы брюнетки. Странные мысли, что непонятно как посетили голову блондинки, прервал звонок.

– Я сейчас, – похоже, также углубившись в свои мысли, Лиза совсем не заметила пронзительный взгляд девушки на своих губах.

Поднявшись, темноволосая случайно задела ручку шкафа, что стоял рядом. Задернув рукав своей широкой белой кофты, девушка оголила своё запястье, что было всё покрыто шрамами. В отличие от брюнетки, Кристина заметила это, поняв, что когда Андрющенко вернётся, она обязательно поговорит с ней насчёт её... способов избавиться от боли внутри.
Выйдя из комнаты, темноволосая прошла на кухню, где оставила свой телефон, который разрывался от звонков.

– Алло, – ответила брюнетка, зная, что эта девушка просто так не звонит. – Что-то случилось? – спросила темноволосая, прекрасно понимая ответ на свой вопрос.
– Мне просто скучно, – на самом деле Виолетта хотела сказать «одиноко». – Ульяна что-то не отвечает, вот и решила позвонить тебе, – по голосу девушки можно было понять, что она плакала, и причём не так давно.
– Что случилось, Ви? – естественно, брюнетка знала, что девушка просто так не может сказать о своих проблемах, которые пополнялись с каждым днём.
– Мама скоро приезжает... – проговорила с печалью шатенка. – Эти три дня она уезжала к своей подруге в Волгоград, а сейчас вернётся и... я не знаю, что может случиться, если честно, – сказала Малышенко, грустно и безысходно усмехнувшись.
– Всё хорошо, Ви... – брюнетка знала, что Виолетта не нуждается в поддержке. Девушке всего лишь нужно поговорить с кем-то и выговориться.
– Я хочу сброситься с пятидесяти этажного дома, – сказала шатенка, пытаясь сдержать свои эмоции. – Почему она так ненавидит меня? – этого девушка не могла понять всю свою сознательную жизнь.
– Я думаю, что ты дорога ей, но почему-то твоя мать не может выражать свои чувства. Мне кажется, что это из-за твоего отца, – вздохнула брюнетка, выходя не балкон. – Ты очень похожа на него, признаться. Поэтому твоя мать и кричит на тебя. В тебе она видет его, и раз уж на твоего отца она не может наорать – орёт и срывается на тебя, – проговорила брюнетка, зная, что таким образом доведёт девушку. Если честно, Лиза очень хотела сорваться с места и помчаться к Виолетте, чтобы успокоить её. Но сделать она этого не могла, ведь сейчас в ней нуждалась Кристина, что лежала в соседней комнате.
– Я понимаю это... – призналась девушка, тяжело вздохнув. – Это так эгоистично, если честно, – вновь грустно усмехнулась Виолетта. – Почему нужно срываться именно на меня? Я же всегда хотела, что бы у меня с мамой были хорошие отношения, – с каждым словом девушка говорила всё тише и тише.
– Успокойся, Ви, – ласково произнесла брюнетка. – Если тебя не любит один человек, даже настолько дорогой тебе, это не значит, что тебя не сможет полюбить кто-нибудь другой, – сказала Лиза, зная, что Малышенко очень хочет быть любимой, ведь этого ей явно не хватало как в детстве, так и не хватает сейчас. – Я уверена, что найдётся тот, кто полюбит тебя; кто будет считать тебя Вселенной; тот, у кого будут не поддельные чувства, – проговорила девушка, слыша, как шатенка убирает телефон подальше, дабы Лиза не слышала её всхлипы.
– А как же Ульяна? Разве она не любит меня? – даже в таком состоянии девушка всё равно вслушивалась в каждое слово, чтобы после хорошенько проанализировать сказанное девушкой.
– Я не знаю её чувств, – не совсем соврала девушка. В какой-то степени, брюнетка и вправду не понимала, что Ульяна чувствует к Виолетте. – Просто... – Андрющенко сомневалась. Она знала, что сказанное, возможно, ранит девушку. Но, по мнению Лизы, лучше быть с болью на душе, чем с лапшой на ушах, – мне кажется, что она не совсем искренняя с тобой, – проговорила брюнетка, зная, что после этого последуют вопросы от Виолетты.
– В смысле? Я не совсем понимаю, – сказала девушка, усомнившись. Шатенка прекрасно поняла, что имела ввиду подруга, но не хотела верить в то, что сказанное – правда.
– Иногда она очень странно ведёт себя, Ви. Будто наигранно, – объяснила Лиза, зная, что сейчас Малышенко даётся эта информация с трудом. – Я не всегда права, так что... – начала было Лиза.
– Я должна отойти ненадолго, Лизок, – отрезала темноволосую девушка. – Я тебе чуть позже напишу, хорошо? – проговорила шатенка и, не дожидаясь ответа, сбросила, понеся за собой быстрые гудки.

Лиза только вздохнула, понимая, что подруга пошла либо звонить Ульяне, либо решила отправиться к ней.
Поняв, что сегодня ей уже не поговорить с шатенкой, Андрющенко отправилась назад, к Крис, которая явно выжидала её, ведь ещё перед уходом девушка сказала ей о том, что им предстоит о чём-то поговорить.

– Кто звонил? – спросила блондинка, смотря на Лизу, что села на край кровати, подложив под себя ноги. Было видно, как блондинке больно.
– Виолетта, – сказала девушка, зная, как блондинке сейчас тяжело. – У неё некоторые трудности, – очень завуалированно рассказала темноволосая. Девушка не могла смотреть на то, как Захарова при каком-то мелочном движении начинает сжимается, роняя стоны боли.
– Я вижу... Она иногда сама не своя. То ходит себе веселится, то сидит на одном месте с бледным лицом, – сказала девушка, рассматривая Лизу, что морщилась, видя как ей больно. – Не нужно так переживать и тревожиться за меня. Всё хорошо, правда, – проговорила блондинка, улыбнувшись, дабы дать понять Лизе, что с ней всё хорошо, хоть это было и не так. Если честно, Крис привыкла к постоянной боли, что пронзала её тело. Такие раны случались с девушкой в месяц по разу, а то и больше. Но до этого никто, кроме Киры, даже не спрашивал у Захаровой о её самочувствие. И когда девушка не приходила на уроки, по понятным причинам, блондинке звонила только Кира, узнавая, как чувствует себя подруга. Но Медведева знала, что в такие тяжелые моменты в жизни девушки, она не любила, когда кто-то кружился вокруг неё и тем самым упоминал блондинке тяжёлую ситуацию, что произошла не так давно. Светловолосая никогда не любила, когда за ней кто-то присматривал или наподобие. Даже когда у Кристины поднималась сумашедшая температура, она просто закрывалась в своей комнате, пытаясь выздоровить. И выходила девушка только поесть или взять очередную порцию жаропонижающих.
– Я не могу этого не делать, Крис, – сказала брюнетка, иногда отводя взгляд, дабы не видеть бледную Кристину, которая пыталась выглядеть здорово, хоть и сама прекрасно понимала, что этого сделать ей не удасться.
– Просто... думай, что сейчас мы разговариваем, как раньше. Словно ничего не произошло, – попросила блондинка, глядя на Лизу, что опустила глаза вниз.
– Это будет сложно, но я постараюсь, – сказала девушка, подняв взгляд на Кристину, что улыбнулась. Это улыбка явно давалась ей с трудом. – Ты о чём-то хотела поговорить, – вспомнилось девушке. Брюнетка сразу увидела, что у Кристины сменилось выражение лица на более сосредоточенное.
– Сядь ближе, пожалуйста, – попросила девушка, тем самым заставив брюнетку напрячься.
– Хорошо, – насторожилась Лиза, но всё же пересела к блондинке, что немного привстала, издав несколько непроизвольных стонов. – Аккуратно, – проговорила Лиза, положив руку на плечо Захаровой, дабы помочь.

Кристина, почувствуя, что брюнетка положила на её плечо руку, обвила запястье девушки, посмотря на него. Андрющенко, явно не понимая, зачем блондинка так сделала, перевела на неё свои шоколадные глаза, видя в льдинках напротив некую обеспокоенность и печаль.

– Я хотела поговорить насчёт этого, – проговорила светловолосая, зная, что своими действиями может сделать неприятно и больно душе Андрющенко.
– О чём ты... – хотела было что-то спросить брюнетка, как почувствовала, что по её запястью гуляют пальцы Кристины, которые явно очерчивали её шрамы. – Не нужно об этом, – сказала девушка, вырвав своё запястье из хватки блондинки.
– Если эти проблемы вредят тебе, то это ужасно, Лиз, – проговорила светловолосая, видя, что Андрющенко сжимает край простыни в своих руках, дабы не заплакать. – Я переживаю, Лиз... Ты ведь никогда ранее ничего не делала с собой. Так что же такого страшного произошло, из-за чего ты так поступила? – спросила Крис, и вправду тревожась за девушку, которую заметно начало трясти.
– Это не так... – сказала брюнетка, в голове у которой крутилось лишь одно: «ты ведь никогда ранее ничего не делала с собой».
– В смысле? – девушка явно не поняла, о чём именно говорит брюнетка, что стала ещё бледнее из-за воспоминаний, которые охватили её с ног до головы. – Ты думаешь, что я не пыталась покончить со своей жизнью ранее; только тогда, на крыше. Но это не так, – проговорив это, девушка, всё ещё не поднимая взгляда на Крис, прекрасно знала, что в тот момент блондинка напряглась.
– Когда это было? – спросила светловолосая, что была знатно удивлена. Девушка не думала, что Лиза когда-то пыталась покончить с собой. Но блондинка не считала это слабостью, а лишь выходом из ситуации, которая сжирала Лизу.
– Когда мне было одиннадцать, – сказала девушка, закрыв глаза, из которых норовили потечь слëзы.
– После... – оборвалась Кристина, понимая, что брюнетке сложно об этом вспоминать.
– Да, – кивнула Лиза, видя, что девушка не собирается продолжать предложение.
– Как ты пыталась... сделать это? – блондинка не могла правильно и конструктивно составлять предложения.
– Я пыталась утопиться. В реке, что рядом, – проговорила брюнетка, понимая, что если продолжит – просто не сдержится и заплачет.
– Ты передумала? – спросила светловолосая, надеясь на положительный ответ. Захарова надеялась на то, что девушка одумалась и не стала исполнять свою... мечту.
– Нет, я нырнула, – как бы странно это не казалось, но темноволосая говорила совершенно спокойно, хоть внутри летела в пропасть. – Виолетта и её семья проходили мимо и, заметив вдалеке что-то странное, решили проверить... – рассказала темноволосая, открыв Крис на некоторые моменты глаза.
– Так вот откуда вы знакомы, – проговорила Захарова, смотря на Лизу, что тряслась, явно пытаясь сдержать слезы.
– Да... – почти неслышно ответила девушка, пытаясь унять боль внутри. – Но самое хуевое не то, что я пыталась покончить с собой, – проговорила брюнетка, видя, как Кристина сжала свою руку, явно напрягаясь.
– А что может быть хуже? – даже не могла представить себе девушка, совсем позабыв об одной истории, которую Лиза ранее рассказывала.
– После этого случая, мой дедушка отправил меня к... психологу, – сказала Лиза, вновь закрыв глаза, из которых всё же полились слезы, начавшие капать на бежевую простынь.
– Лиза... – девушка понимала, что темноволосой очень трудно рассказывать всё произошедшее. В тот момент Захарова могла только убиться об стену, осознавая, что вообще не следовало начинать эту тему, ведь для Лизы она, естественно, очень терзающая.
– Я уверена, что он так и так бы отправил меня к этому психологу, а из-за этого случая у него просто выдалась какая-то причина, – говорила брюнетка, всхлипывая. Андрющенко было очень трудно осознавать то, что её дедушка целенаправленно отправил девушку к тирану и насильнику, что сломал брюнетку так, как не смог бы никто другой. – Он хотел испортить мне жизнь, потому что я испортила жизнь его дочери, которой он мог достать звезду с неба, наверное, – сказала брюнетка, теперь уже пытаясь предотвратить истерику, которая хотела взять верх над ней. – Иногда мне с трудом даётся принимать тот факт, что мой дедушка специально отправил меня к этому аморальному уроду, – вздохнула брюнетка, сразу выдавая своё сбитое дыхание.
– Тихо, Лиз, – проговорила блондинка, накрыв своей ладонью руку Андрющенко, что была покрыта капельками слез, стекающих по щекам девушки и в последствии падающих то на простынь, то на руку брюнетки. – Не нужно закрываться, когда плачешь, всё хорошо. Это ведь чувства, а чувства – норма. Если человек ничего не будет испытывать и чувствовать, то перестанет быть человеком, и станет просто органайзером органов без души, – сказала девушка, сильно желая поддержать темноволосую. Она очень хотела обнять Андрющенко, дабы разделить ту боль брюнетки на двоих, но Захарова просто не могла этого сделать, ведь её тело ныло и не давало сделать каких-то банальных движений, не говоря о резких.
– Я не могу так... Мне пять лет говорили наоборот; говорили, что чувства – слабость... И что иногда мои чувства к кому-то могут быть убийственными, – произнесла шёпотом девушка, чувствуя, как блондинка гладит её руку своим большим пальцем. Слова, что сказала Лиза, стали для неё самой очень болезненными, ведь она прекрасно понимала, как её сломали.
– Это полнейший бред, – нахмурилась блондинка, взяв всю свою силу в кулак. – Чувства никогда никого не могут убить... Это бред, Лиз. Если ты что-то чувствуешь к тому или иному человеку, то это хорошо. Ты не стала полноценной куклой без чувств, и это, разумеется, хорошо, – проговорила светловолосая, привстав. – Всё хорошо, Лиз, я с тобой, – сказала блондинка, через боль и страдания, сев к девушке, прижав её к себе.
– Тебе больно, Крис, не нужно... – брюнетка не хотела, чтобы тело Захаровой ломало и кололо до костей, пробираясь внутрь рубцами и болью.
– Всё нормально. Уже почти что не больно разгибаться, – сказала блондинка, естественно понимая, что Лиза знает о её вранье.
– Ляг, тебе больно, – прекрасно знала об этом девушка, взглянув на Крис, от которой отстранилась.
– Я привыкла, – кинула, не подумав, блондинка, видя, что Лиза вновь закрыла глаза. – Ты чего? – насторожилась девушка, увидев новый поток слез Лизы.
– Я такая дура, – брюнетка зарылась руками в волосы, утыкаясь лицом в свои колени. – Я бросила тебя, хотя знала, что тебе плохо... Я же обещала быть рядом с тобой, но так поступила... – девушка очень винила себя за свой поступок. Ей нужно было проглотить свои чувства, а не отталкивать Крис, дабы ей было легче избавиться от чувств. Андрющенко должна была засунуть эту гребанную влюблённость себе в глотку и проглотить, но не отталкивать Захарову, которой обещала быть рядом.
– Забудем это, Лиз. У тебя 
были проблемы, – сказала блондинка, видя, как девушка сжирает себя внутри из-за этого.
– Нет, это нельзя просто взять и забыть... – темноволосая подняла свои заплаканные карие глаза на Крис, что иногда морщилась, стоило ей только сделать неровное или резкое движение. – Я очень плохо поступила, – проговорила девушка, видя, что светловолосая хочет что-то вставить или как-то возразить. – Я ведь дала слово; я ведь обещала, что буду с тобой и буду помогать справляться тебе с трудностями, но... – брюнетка опустила взгляд, – не сделала этого, – проговорила Лиза, явно тревожась по этому поводу. Андрющенко готова была содрать с себя кожу, но только искупить перед этой блондинкой, из-за которой у Лизы перехватывало дыхание и всё сжималось внутри, свою провинность.
– Я не сержусь на тебя, поэтому не вини себя, хорошо? Я прекрасно понимаю, что у тебя множество проблем в жизни, из-за которых ты иногда странно и необдуманно поступаешь, и поэтому ни в коем случае не виню тебя. Иногда я тоже поступаю странно... И эти поступки в большинстве случаев связанны с физическим насилием, – сказала светловолосая, видя, что девушка вновь подняла на неё свои шоколадные глаза, внимательно слушая всё то, что говорит Крис. – Врямя от времени мне сложно справляться с эмоциями, и в тех случаях я вымещаю их на людей... Мне самой пиздец как стыдно и больно, и совесть меня ебать как мучает, но ничего поделать я с собой и со своими эмоциями не могу. Я пыталась найти какое-то типа расслабление, но ничего годного отыскать не смогла, – рассказала блондинка, смотря в кофейные глаза, что иногда бродили по её лицу. Если быть до конца честной, ситуация с эмоциями очень поднадоела Захаровой. Она просто не знала, что ей с собой делать и как унять тот порыв гнева, что порой посещает её, особенно в те моменты, когда что-то шло не по её правилам.
– Я давно заметила, что у тебя проблемы с контролем эмоций, – проговорила в пол голоса брюнетка, вновь отведя взгляд. Девушка не могла долго смотреть в глаза Кристины. Хотя ранее темноволосая абсолютно всегда смотрела человеку, с которым разговаривала, в глаза. – Ничего страшного нет, в принципе, – всхлипнула Лиза, вся трясясь внутри. – Многие психологи советуют прогуляться, – начала рассказывать и перечислять методы брюнетка. – Если тебе станет тяжело на душе и захочется кому-то врезать, то прогуляйся, лучше в лесу, ведь там ты сможешь подышать и вправду свежим воздухом. Иногда, если будет скучно, можешь звать меня, – предложила Лиза, понимая и осознавая, что ей будет трудно поддерживать общение с Захаровой из-за своих гребанных чувств. Но больше темноволосая девушку не оставит, потому что уже один раз сделала так, и вот чем это закончилось. – Ещё психологи говорят, что нужно дышать. Есть много методов. Вдыхай медленно и долго через нос; выдыхай ещё медленнее и глубже через рот;
закрой глаза и сосредоточься на дыхании; можно начать считать выдохи, – всё ещё рассказывала девушка, видя, что Захарова внимательно слушает её. – И, как мне кажется, самое действенное – написать в каком-нибудь блокноте или тетради свои переживания; то, что тревожит и волнует тебя, – сказала брюнетка, переведя взгляд на девушку, что видно была благодарна Лизе за то, что она пытается помочь ей с её эмоциями, которые иногда брали верх над ней.
– Я учту всё то, что ты сказала мне, когда буду в следующий раз выходить из себя. А я уверена, что такое будет, да и не раз, – грустно усмехнулась блондинка, видя, что Андрющенко очень устала и вымоталась. Похоже, откровения сегодня доконали её. – Нужно спать, наверное, – проговорила Захарова, смотря на часы. – Уже половина первого, – очень удивилась этому блондинка.
– Да, нужно спать... – сказала девушка, встав с кровати. Если честно, она не хотела оставлять Крис, ведь понимала, что ей трудно и тяжко.
– Может, – начала блондинка, когда Лиза была уже возле двери, – у меня останешься? – предложила Крис, желая побыть с подругой подольше. Захаровой очень не хватало девушки эти дни, когда они не общались.
– Хорошо, – кивнула Андрющенко, если честно, зная, что блондинка предложит это. Брюнетка знала, что Кристина не любит быть в одиночестве, ведь оно съедает её. Захарова всегда боялась остаться когда-то одна, в страшном одиночестве.

Девушка помогла блондинке удобно лечь, а после сама улеглась рядом, накрывая Захарову одеялом, потому что было очень холодно. На улице, наконец-то, пошёл просто снег, а не вперемешку с дождём. И это не могло ни радовать, ведь как-никак середина декабря. Но всё же было не очень комфортно при такой температуре в комнате.

– Тебя ведь тревожит что-то ещё, – естественно, понимала это блондинка, что лежала на спине, зная, что Лиза ещё не спит, ведь так быстро она никогда не засыпает, особенно при таких обстоятельствах.
– Есть такое... – не стала отрицать брюнетка, потому что сказанное Крис было очевидно.
– Что? – блондинка очень хотела разобраться во всех проблемах Лизы и после помочь ей с ними.
– Один человек, – конечно, брюнетка не могла сказать Кристине, что она поедает себя изнутри чувствами к самой блондинке. Но девушку, если честно, мучала не только ситуация с Крис.
– Какой? – всё никак не прекращала спрашивать девушку Захарова, зная, что давит. Но блондинка очень хотела в последствии помочь Лизе с проблемой, что гложит её.
– Ты наслышана про него, – сказала брюнетка, отвернувшись от Крис, что смотрела на неё, пытаясь понять, кто именно тот человек, который сильно волнует её.
– Это... – оборвалась Захарова, видя, что Лиза сжала руки, – тот урод? – девушка очень переживала за то, что брюнетку вновь настиг тот, из-за которого её дико поломало.
– Да, – ответила в пол голоса брюнетка, закрыв глаза.
– Что он сделал? – напряглась светловолосая, боясь услышать ответ.
– Вернулся. И я уверена, что специально, – сказала девушка, ещё больше как насторажив Крис, так и запутав.
– В смысле? Как «вернулся»? Что он сделал? – спросила Захарова, немного приподнявшись на локтях. Девушка очень боялась, что этот урод сделал что-то ужасающее. Если это будет так, то Кристина точно не оставит ситуацию.
– Я... – брюнетка не знала, говорить девушке самое главное или же не стоит.
– Что? – Захарова напряглась ещё больше, видя, что девушка встала в ступор, а это Лиза делала только в самых сложных случаях.
– Я буду видеть его теперь почти каждый день, – всё ещё не могла поверить в это Андрющенко.
– Он что, переехал в твой дом? – предположила блондинка, просто не представляя, о чём говорит Лиза.
– Нет, – покачала головой девушка, повернувшись на спину. – Теперь он учитель биологии у нас в школе, – проговорила темноволосая, всё же решив выдать личность человека, что испортил её.
– Что? – не могла просто поверить в это Захарова. – Так вот почему он так глазел на тебя, – сказала Кристина, начиная вновь складывать пазл. Какой за этот день. – А когда ты упала в обморок и я понесла тебя... – начала Кристина, как её сразу же перебили.
– Что? Это ты была? – сильно удивилась брюнетка.
– Ну да. Я думала, что Виолетта сказала тебе. Ну или твой отец, – проговорила Захарова, видя в глазах, что начали смотреть на неё, удивление и непонимание.
– Отец? Он-то что там забыл? – не могла всё уложить в своей голове Лиза, чуть ли не открывая рот от изумления.
– Я встретила его возле выхода и... – девушка видела, что брюнетка всё ещё недоумевает, – он увидел тебя, потом остановил меня и так пошло, – конечно, соврала Кристина. Она знала, что если расскажет о том, что целенаправленно пошла к отцу брюнетки, то Андрющенко точно не будет этому рада. Девушка всегда говорила, чтобы в её семью никак не влезали.
– Я-то думала, как я оказалась в больнице, и почему надо мной так все кружились, – теперь и Лиза сложила некий пазл в голове.
– Он тревожился за тебя, очень, – сказала Кристина, сразу увидев на себе осуждающий взгляд.
– Я тебе уже много раз говорила, что не нужно ничего говорить про него, – напомнила Лиза, давая понять, что больше не стоит затрагивать эту тему.
– Ладно, – на странность, быстро сдалась Кристина, хотя раньше такого бы никогда не случилось. – Что теперь будешь делать? – спросила Захарова, переведя взгляд на брюнетку, что тяжело вздохнула.
– Жить как жила; ничего делать я не собираюсь, – проговорила Лиза, зная, что с этой проблемой она сможет справиться, ведь до этого дня как-то делала это.
– Если что, звони мне. Я помогу тебе, Лиз... Точнее попытаюсь, – сказала светловолосая, даже не представляя, как девушка со всем справлялась до этого момента. Если бы с Кристиной произошла такая ситуация, то она просто бы не знала, как справилась. Хотя так думала только блондинка, ведь с ней уже происходили похожие ситуации, и она с ними справлялась.
– Хорошо, – девушка понимала, что блондинка очень хочет помочь ей со всеми трудностями, но Лиза не могла подпустить к себе Захарову, ведь и так пыталась избавиться от чувств, что проедали дыру в её внутренностях. – Спасибо, – произнесла тихо темноволосая, осознавая, что она хотела помочь Кристине, а сделала это блондинка наоборот.
– Нет, это я должна сказать спасибо тебе, – проговорила светловолосая, благодаря девушку от чистого сердца. – Спасибо, что не прошла мимо, – сказала Крис, улыбнувшись.
– Это было бы очень по-скотски, оставить тебя там, – девушка никогда бы не оставила такого дорого ей человека в беде. Да, ранее она поступала плохо, отталкивая девушку от себя, но сейчас темноволосая всё осознала, поняв, что нельзя бросать Кристину в такие трудные моменты в её жизни.