7. Хлоднокровность
Всегда пугает то, что прячется под маской человека. Может, улыбка скрывает желание убить и скинуть ваше тело в реку, а грубость — искреннюю заботу, но в странной форме. Но есть такой тип людей, самый редкий и самый пугающий: им всё равно какой человек без своей маски, абсолютно плевать, что на душе, в их цели не входит доставить ни боль, ни радость, ни грусть. Опаснее всего привыкнуть или даже полюбить такого человека, которому просто всё равно на вас...
— Порой хочу забыть,
Тебя одну любить,
Быть вместе навсегда,
Пока живут сердца...
Напевал вслух Сай, не придавая мелодии ни значения, ни смысла, просто эта попса раз была услышана по радио и всё — застряла в голове, что раздражает и в то же время смешит.
— Слушай, запарил уже, — раздражительно сказал Ходзуки, сидя с другом на диване в общей гостиной.
— Быть вместе навсегда...
— ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ, МАТЬ ТВОЮ, Я НЕ МОГУ ЭТУ ГРЁБАНУЮ ХИМИЮ ПОНЯТЬ, ЕЩЁ И ТЫ!
— Девочки ссорятся, — зевнул Шикамару, — что-то странно, сегодня же в первый раз пойдём, как белые люди на фестиваль, а вы кислые.
— Ну, это Ходзуки нервничает, я тут ни при чём, — хмыкнул Акаши, чем разозлил Суйгетсу сильнее.
— Да заткнитесь вы оба, надоело вас слушать...
— А может, его так злит то, что Сакура вчера не сказала, почему пришла грустнее обычного? — предположил Шика и по выражению блондина понял, что угадал, — хм, как интересно...
— Даже если и так, то что? — нахмурился сильнее прежнего Ходзуки. — Может, я единственный, кто беспокоится о нашей сестре...
— Нет, ты единственный, кто её бесит, — натянуто улыбаясь, сказал Сай, и тут его стал душить Суйгетсу, крича на всю общагу: «ЗАДОЛБАЛ!»
— Какая картина, — все драки прекратились и взгляды устремились к двери, где открыв её и облокотившись на косяк, за событиями наблюдал Гаара, — Суйгетсу, далеко не тебе единственному интересна наша милая сестричка, тут половина её во снах разного содержания видели.
Парни, как один цокнули, а ведь угадал, ибо такой же. Но, а как иначе, Сакура сильная, холодная, но не раз поддерживала их, как и они её, столько лет знакомы, уже все привыкли друг другу, но Харуно же девушка...
— К чему начал, «Демон»? — Гаара только ухмыльнулся на этот вопрос, заставив атмосферу ещё больше накалиться.
— Все же знают, что Харуно доверили нашего графа Учиху? А как вам такая информация, что этот наглец подбивает клинья к нашей сестрёнке?
— ЧЕГО?!
— КАКОГО Х**?!
— ЖИТЬ ЕМУ ОСТОЧЕРТЕЛО?!
Резко возмутились парни, да какого чёрта они слышат?! В начале «Графы» стали считать их изгоями, потом думали, что они лучше, потому что у них есть родители, а теперь ещё к единственной девушке в группе «Акул» пристают?! О том, что это ложь, ни у кого даже мысли не возникло, Гаара врать не будет, вот на это «Демон» и сделал расчёт: ему верят, каждому слову...
— Не нужно так возмущаться, а лучше дать увидеть Учихе нашу сестру в действии, ведь именно сегодня всё случится.
«Акулы» переглянулись и ухмыльнулись. Конечно, правила запрещают им выдавать секрет их группы, но напугать Учиховского выродка им всегда хотелось, плюс интересно, как он потом будет трусливо смотреть на них...
А Собаку-но лишь ухмыляется, радуясь такому исходу. Всё идеально, если Учиха узнает правду и сообщит своему отцу, тогда именно он возьмёт инициативу, и его давний план будет исполнен, всё зависит лишь от Сакуры и её исполнения своей миссии сегодня...
***
Наруто поёжился, глотая очередное лекарство. Горькое до жути! Но чего не сделаешь, чтобы побыстрее поправиться и надрать задницу одному...
— К вам посетитель, — открывая дверь в палату и пропуская гостя, сказала медсестра, Наруто невольно удивился.
— Сакура-чан?
— Привет, — беря стул и сев на него, ответила она. — Ну как? Жить будешь?
— К-конечно, таким меня не завалить! — улыбнулся блондин, искренне обрадовавшись, что Харуно навестила его, а ведь приятно, — а как там дела? С Учихой как? Общаешься?
— Нормально, только твой дружок слишком психует сегодня из-за фестиваля, хотя Руна его переплюнула.
— Ну, это понятно. Эх, жаль, я пропущу...
— Тут уж никто не виноват, сам полез на рожон, — спокойно сказала она, Наруто замолчал. Единственная, кто из тех людей рвалась его защитить, прям как тогда, это Сакура. Но вот...
— Скажи, разве ты сама не видишь, кем стала? — девушка выпрямилась на стуле, — почему так важно следовать за ними? У тебя всё может быть иначе, я могу помочь тебе...
— Наруто, хватит, — девушка встала со стула, — я не хочу это обсуждать, мы с тобой из разных слоев общества. Если ты — та опора, которая поддерживает одного из клана Учиха, то я — топор, который вот-вот захочет снести голову тому, кого ты поддерживаешь.
— Ты не такая! — вскочил с постели Наруто. — Сакура-чан, кто внушил тебе, что именно ты — зло, бич всей Японии и та, которую все должны ненавидеть?! КТО?!
— Узумаки, ты многого не знаешь, — оказалось, что девушка всё это время держала в руках пакет и вот теперь достала чёрный пистолет, и кинула его на кровать, — это твой, лучше тебе его вообще из рук не выпускать.
— Почему это?
— Гаара, — прямо сказала девушка, — я чувствую что-то странное, словно скоро что-то случится, и тогда ты должен быть рядом с Саске.
— Ты же только сказала, что готова ему голову снести, зачем теперь предупреждаешь? — ещё больше запутался в намерениях подруги Наруто. Вот пойми её логику!
— Верно, поэтому ты и должен остановить меня в случае чего, противник в твоём лице будет весомой причиной для меня, чтобы остановиться.
Девушка замолчала и просто ушла, оставляя тревогу в душе «Лиса». Что она имела в виду? Почему именно Сакура-чан, в случае чего, станет врагом? Но сильнее всего бесит, что за этим стоит Гаара...
— В кого вы превратили её, суки... — сжал кулаки блондин, стараясь подавить в себе гнев.
***
Саске сегодня побил рекорд по количеству крика. Серьёзно, именно сегодня в Учихе чувствуется сталь, что даже «Бродяги» не спешат пререкаться.
— Тут всё готово?!
— Да...
— Где, да?! Если это, по-твоему, отлично, то ошибаешься!
— Ага, может, вам валерьянки попить, а? — спросила девушка, которая просто надувает шарики. Чем они ему не угодили?
— Поговори мне ещё, — сузил глаза он, и по телу девушки пошёл холодок. Да что с ним сегодня, как с цепи сорвался...
Саске пошёл тиранить дальше, он уже из принципа хочет, чтобы всё было идеально. Но его придирчивость порядком достала: то ему декорации плохие, то конкурсы не проработаны, то вода не мокрая...
Психует, в общем, но есть некоторые факты, которые сегодня даже он заметил — «Акулы». Они нереально тихие, их вообще никто не видел, что странно, обычно от них ни секунды покоя, а тут — тишина... Может так их успокоило то, что директор позволил прийти на фестиваль? Как знать, но ведь и зама его нет, а это уже проблема.
— Никто не видел Харуно? Ну, неужели никто?
— Нет, не видели...
— А зачем тебе? — с подозрительным прищуром спросила Рики. Ах да, это влюблённая леди «бедствие».
— Сакура, как бы зам, и у неё свои обязанности, которые она должна выполнять.
— Сакура-чан тебе ничего не должна! И вообще, только попробуй сегодня загрузить её работой, я тебя придушу!
— Эм... — впал в каплю Учиха, это такое странное чувство, когда девушка ревнует другую девушку, а виноват ты, вообще третий человек.
— Учиха, Харуно в архив нашей школы пошла, — крикнула ему какая-то девушка, и, кивнув, Саске пошёл туда. Вот что Харуно там забыла, знает же, что сегодня важный день и нужно много работать!
***
Парень открыл дверь архива, как обычно тут нет смотрителя, но так тихо, отчего кажется, что никого нет.
— Харуно, ты здесь? — его голос гулко пошёл по рядам из документов, но никто не ответил. Потом Саске услышал какое-то шевеление в конце архива. — Решила в прятки поиграть?
Тишина в ответ, Саске закатил глаза, это уже не смешно. Тогда парень направился на звук, снова повторившийся в том районе, начав говорить:
— Слушай, я думал, что сегодня ты мне поможешь, нет, я даже попросил тебя, как человека. Но снова все просьбы мы игнорируем. Да, Саку... — он заглянул за полки в конце архива, но никого не увидел, что за дела? — Сакура?
Резкая боль в затылке, и Саске пошатнулся, грозясь завалить стеллаж, но удержался, и даже попытался повернуться, но его снова ударили в то же место и ещё врезали под колени. В глазах потемнело, твёрдый пол, какие-то голоса, которые он не может разобрать, темнота...
***
Учиха тихо промычал, открывая медленно глаза. Где он? В гробу что ли? Нет, он сидит в тесном деревянном сооружении, над его головой полки, а впереди дверцы с коричневым стеклом. Внимательно присмотревшись сквозь стекло, он узнал гостевую комнату директора. Какого...
POV Саске
Что я тут делаю? В комнате никого нет, но даже если б и был, очень мала вероятность того, что меня заметят, на шкаф свет не падает. Чёрт, руки и ноги связаны, но даже если попытаюсь выползти, то не получится, дверцы шкафа закрыты. Может разбить? Хотя, как я это объясню директору? Да о чём я думаю, мне пофиг на то, что он подумает. Какого хрена меня сюда засунули?!
Дверь в комнату открылась, и я невольно посмотрел на входящего, надеясь сейчас попросить о помощи, но нет, как только я увидел, кто вошёл, голос пропал сам. Это директор школы, как обычно в чёрном костюме, тощий с вытянутым лицом и впалыми щеками, а также карими глазами коршуна, если ему дать плащ и дорисовать клыки, копия граф Дракула, так ещё и волосы седые.
С ним какой-то толстый мужик, который покраснел и держит за талии двух воркующих с ним учениц из группы «Бабочки». Фу, рвотный рефлекс обеспечен. Но дверь не закрылась, вошёл ещё кто-то третий, но кто?
Сев на диван, этот толстяк стал целоваться с «Бабочками». Да вашу мать, мои глаза... А вот «Дракула» сел напротив и ухмыльнулся. Надо же, он умеет улыбаться.
— Вижу, и вы решили отпраздновать праздник в моей школе, даже начали раньше всех остальных.
— Ха-ха-ха, а как же иначе?! — радовался толстяк. Так он ужратый в дрова, но как-то те ученицы терпят его прикосновения, хотя, вспоминая их обычное поведение, им, наверное, пофиг.
— Сакура, что же ты там стоишь, иди сюда, — махнул рукой в сторону двери «Дракула», и вглубь комнаты зашла моя заместительница с обычным выражением лица, только что-то всё равно не то...
— О, Сакура! Знаете, директор, она у вас такая несговорчивая... — промямлил морж.
— Так вы ещё и к моей любимой дочери приставали? — вздёрнул бровь «Дракула».
— Ну нет, скорее, общий язык с вашей дочуркой найти невозможно, всё время рычит на меня и ещё как-то дротиком швырнула... — дротиком? Пфф... в меня она кидала ножом и ничего, разнылся тут. А может, и правда, уже дать им понять, что я здесь? Хотя ситуация так мне интересна, что пожалуй я этого делать не хочу.
— Это правда? — спросил «Дракула», Сакура поклонилась.
— Прошу простить мою несдержанность.
— Что же, прощаю, но принеси нам вина, праздник, как-никак, — девушка снова поклонилась и направилась... прямо к моему шкафу! Отлично, пока те болтают, Сакура сейчас заметит меня и... что будет?
Харуно щёлкнула замком на дверце шкафа и открыла её, напоровшись на меня взглядом и расширив глаза. Я такое удивление в первый раз вижу на её «эмоциональном» лице. Ну да, нежданчик, что поделать, но вот, что ты предпримешь?
— Сакура, поторопись, выбери лучшее вино, — сказал директор, девушка кивнула и стала делать вид, что ищет бутылку, сама опустившись ко мне, хорошо, что шкаф стоит как-то боком, и из-за дверцы не видно ничего им...
Сакура нагнулась ко мне максимально близко и еле слышно возле уха прошептала:
— Сиди тихо, иначе потом всё не исправить. Сейчас ты увидишь настоящую меня, хочешь ты этого или нет, — она резко встала и, схватив с полки выше первую попавшуюся бутылку, закрыла дверцы шкафа, и подошла к отчиму. Но её слова, от них появились мурашки, и дело тут не в страхе, а в том, как она их произнесла: шепотом, который прокатился по всему телу...
— Знаете, а ведь вы очень помогли нам, — принимая бокал с вином, который налила Сакура обоим собеседникам, начал говорить «Дракула».
— А то, конечно, ведь именно благодаря тому, что вы спрятали меня тут, я ещё могу пить этот нектар, а не гнить в каком-нибудь лесу, — снова хохотнув и шлёпнув по попке одну из своих спутниц, проговорил морж. Я невольно посмотрел на Харуно. Пофигист, как ей удаётся спокойно смотреть на эти брачные игры моржа? Меня подташнивает...
— Верно подмечено, — отпил вина директор, — именно я спас вас и дал убежище, только вот...
— Что такое? Потребуете плату за проживание? Ха-ха-ха, так это сколько угодно, и вам, и дочурке вашей, и девочкам вот, никого не обижу. — Директор поставил бокал на журнальный столик между диванами и неожиданно встал, махнув рукой, и от толстяка ушли девушки, отчего тот сразу возмутился.
— Конечно, заплатите, причём даже очень щедро, ведь теперь ваше состояние принадлежит мне, — морж выпучил глаза.
— Как это понимать...
— А как хотите, думаю, моя дочь вам сейчас всё объяснит, — директор направился к выходу, — ах да, забыл сказать, больше мы не нуждаемся в ваших услугах.
— Что?! — он бы вскочил на ноги, но его большой живот был явно против, дверь закрылась, и я увидел, как стало трясти моржа, — СВОЛОЧИ! ТВАРИ! ДА КАК ВЫ ПОСМЕЛИ?! Я ГЕРЦОГ...
Я невольно затаил дыхание вместе с толстяком, когда неожиданно Сакура достала из-под толстовки пистолет и направила точно ему в голову. Что происходит?
— Девочка, ты не... — Сакура щёлкнула оружием, приготовив его к выстрелу, это не шутка...— Нет! Нет! Нет!
Он с дивана упал на колени, сильно трясясь, стал смотреть и в голос молить Харуно.
— Прошу, не надо, я хочу жить! Я могу тебе дать всё… Деньги? Земли? Влияние? Если ты меня отпустишь, то сможешь удачно выйти замуж за богатого дворянина, и не будешь бед знать! Не убивай меня, я всё могу сделать, я хочу жить! — он стал плакать и ползти в сторону Сакуры, которая даже в лице не поменялась, — скажи, что ты хочешь, всё дам, только не убивай меня! Я всё...
Резкий выстрел пробил его голову насквозь, разбрызгав кровь по всей гостиной, я невольно расширил глаза. Она... убила...
Девушка с холодным лицом смотрит на растекающуюся кровь из тела, эти холодные глаза, словно не раз видели подобное, словно не раз вот так отбирали жизнь у тех, кто молит о пощаде...
Она медленным шагом направилась к моему шкафу, но я не могу отреагировать. Моё сердце невольно стало стучать быстрее, словно ко мне направляется дикий и холоднокровный хищник, который так же может убить и меня. Она открыла дверцы и, не смотря мне в глаза, опустилась, достала раскладной нож, отчего я замер. Нет, она же не думает и меня тут прирезать за увиденное...
Девушка разрезала верёвки на моих руках и ногах и, отойдя от шкафа, дала мне возможность выбраться и лишний раз увидеть эту кровь и ошмётки...
— Пошли со мной, — спокойно сказала она, открывая двери. Невольно глянув на труп ещё раз, я всё-таки вышел вместе с ней, она опять спрятала пистолет. Идём мы молча, я еле подавляю свои эмоции, но Сакура, напротив, спокойна. Почти на выходе мы снова встретили директора.
— Сакура, ну и... Что тут делает Учиха? — грубо спросил он, смотря на меня.
— Только пришёл, я обещала ему помочь с праздником, — даже глазом не моргнув, соврала она. «Дракула» молчит, пронзая меня взглядом.
— Хорошо, иди, только скажи: готово там или нет?
— Да, всё готово, — тот кивнул, и Сакура всё же вышла отсюда, я же только и мог идти за ней молча, слова сами не могли прийти ко мне.
Уже вечереет, праздник только начался, но мы не идём туда, мы направляемся на крышу моей школы. Зачем?.. Может, хочет меня оттуда скинуть и выставить всё как суицид? Но тогда зачем такие заморочки, сказала бы директору, что я всё видел, тогда бы меня и прихлопнули, но она промолчала. Почему?
Оказавшись на крыше, я увидел очень красивый закат, но даже он не смог унять моих мыслей о том, зачем мы здесь.
Девушка подошла к краю крыши и села туда, облокотившись на защитные перила руками, свесив ноги в пустоту. Её отсюда сейчас никто не увидит. Она смотрит вдаль, в тот лес, который окружает школу, ведь мы, и правда, изолированы почти от всего мира, только телефонная связь есть, и та ловит не очень хорошо. Теперь я понимаю для чего это...
— Присядь, нам нужно поговорить, — взглянув всё-таки на меня, произнесла она. Что это? Я увидел в этом взгляде вину и тоску?
Я сел так же, как она, и девушка вздохнула. Что же, нам и правда нужно поговорить, чем быстрее я узнаю всё, тем легче пойму, кто такая Харуно, и так же хладнокровно она может убить... меня...
END POV Саске.