Ребёнок [ЗАКОНЧЕНО ]

Чонгук спит как малыш, маленький мягкий милашка с открытым ртом, а ты смотришь на его розовые губы и хочешь поцеловать вот прямо сейчас, облизнуть его рот игриво и почувствовать снова какой он сладкий, горячий, податливый. Тебе хочется услышать как он хнычет и стонет, как он выдаёт протест, сводит брови на переносице и часто дышит от возбуждения.

Вот так лежать, пока он спит, слишком интимно, но тебе безумно нравится любоваться глупым сорванцом и с трудом перебарывать желание поцеловать хотя бы в гладкую щёчку. Чонгук фыркает во сне смешно, как ёжик двигает носом и поворачивается на бок, подкладывая ладони под голову и ноги сгибая в коленях. Такой сладкий зайчик, ты визжишь внутри себя от странного восторга и совсем как маленькая хочешь потрогать свою новую игрушку.

- Чонгук, - шепчешь и делаешь вид, что хочешь его разбудить, а сама приближаешься к его лицу, смотришь, как он хмурится и пыхтит недовольно. Чон любит подражать паровозику при любых эмоциях, эта привычка кажется такой же милой, как и его утренние немного опухшие губы. Ты не выдерживаешь и целуешь слегка, нежно касаешься его приоткрытого рта и улыбаешься тут же.

- Ну дай поспать, - гундит парень и хочет отодвинуть тебя, хватая за плечо, а ты привстаёшь и сильнее напираешь, пока он говорит, захватываешь губы и прерываешь недовольный бубнёж.

Чонгук застывает, а потом резким сильным выдохом сам отвечает на поцелуй, переворачивая тебя и оказываясь сверху.

- Ты домогаешься к малолетке, ты в курсе? - хриплый голос и торчащие вверх волосы делают его слишком мужественным, сильным и властным над тобой, поэтому ты как дурная кошка что-то мурлыкаешь и улыбаешься. - Ты всегда по утрам похожа на бегемота? Такая опухшая, - цокает он, обливая ледяной водой твоё солнечное настроение. Улыбка спадает с лица так резко, что каждая мускула будто упала в бездну, а Чонгук смеётся.

Хохочет противно, напоминая, что ему ещё нет и восемнадцати, а мерзости внутри больше половины. Это немного больно ударяет тебя по лбу и захлёстывает разочарованием в своём выборе, но Чонгук замолкает, когда видит, что тебя это задело, и хмурится.

- Я несерьёзно это сказал, эй. Просто у тебя лицо немного опухло и ты такая... Ну.. не важно.

Чонгук наклоняется и целует. Подхватывая по очереди каждую губу, он отпускает её аккуратно и снова прижимается. Льнёт нежно и с чувством, тебя сгребает в объятия и перекатывает вас на бок, переплетая между собой ноги. Так Чонгук извиняется, он показывает, что голова совсем не думает, прежде чем выдать слова, но чувства очевидны, он тебя гладит по спине, словно успокаивает, весь напряжён и на каждое твоё движение реагирует, а ты снова урчать кошкой готова, потому что Чон такой нежный и правильный сейчас, выцеловывает прощение и без конца жмётся ближе, будто говорит «Вот он я, прими меня таким».

- Скоро придёт Юнги, - задыхаясь, ты отрываешься от него и глотаешь воздух. Уже покрасневшая вся и зацелованная. Чонгук улыбается и нежным движением гладит твои волосы, аккуратно заправляя прядь за ухо. Там он оставляет ладонь и нежно гладит.

- Ты расскажешь ему про нас?

- Про нас? - ты хитро улыбаешься, потому что это отличный способ узнать, какие же между вами отношения.

- Ну, да. Что мы встречаемся, - Чон выпаливает это, а потом глаза сами распахиваются ещё шире, всего на секунду выдавая поражённый испуг, после чего он подозрительно щурится. - Мы же встречаемся?

- Если ты так хочешь, - ты беззаботно, почти равнодушно пожимаешь плечами, а сама не можешь сдержать улыбки, потому что его руки приятно гладят спину и вообще лежать вот так в обнимку слишком сладко для такого утра. С Чонгуком хочется слиться воедино, переплести навсегда тела, чтобы постоянно чувствовать, какой он горячий.

- Хочешь ли этого ты?

- Хочу, Чонгук, - ты прыскаешь со смеху, потому что вы как дети глупые перекидываете очевидное решение на другого, хотя заранее уже понятно, что между вами что-то есть. - Я расскажу Юнги, когда он будет к этому готов, - ты сильнее улыбаешься, а Чонгук коротко смеётся и снова широко улыбается так, что у тебя крышу сносит от его красоты.

Он такой яркий с этой улыбкой, мужественный, обаятельный и красивый. Его улыбка сможет открыть все двери, такой уровень обаяния доступен только кинозвёздам и Чонгуку, который дарит эту улыбку только тебе.

- Назову его ещё раз папой, посмотрим на его обалдевшее выражение лица.

- Нельзя так про отца говорить, - ты бьёшь него невесомо в плечо и хмуришься, но недолго, потому что через секунду хитро растягиваешь губы и говоришь: - А давай.

***

- Как дела? - спрашивает Юнги, а вы с Чонгуком одновременно переглядываетесь.

В тишине можно услышать сверчков, а неловкость была такой же только перед сексом с Чонгуком, но как же сильно ты стараешься сейчас не думать о том, как ёрзает на стуле рядом с тобой этот парень и не прекращает ковырять дырку на рваных джинсах.

- На работе в последнее время завал, начальство сменилось и проверки решило устроить, так что в этом месяце, думаю, даже зарплата меньше будет, - бубнишь в стол, потому что как-то не по себе смотреть на Юнги теперь, сидя рядом с Гуком.

- Я был в больнице, - внезапно начинает Чонгук, подняв свой острый взгляд на отца, - меня друг избил из-за денег, но ты даже не спросил меня об этом, - Юнги давится слюной, округляя глаза, кашляет пару раз и переводит ошарашенный взгляд на тебя.

- Я знаю, мне Т/и рассказала, - кивает Юнги, - до тебя ведь вечно не дозвониться. Порой мне кажется, что ты просто из вредности трубку не берёшь, - цедит Мин своим привычно-строгим тоном, сжимая пальцами край стола, потому что ожидает ответного выпада со стороны сына, знает, что в какой-то момент тот должен психануть и уйти.

- Прости, звук всё время отключён, я забываю перезвонить, - Чонгук смотрит куда-то в стол, сжимает губы и заметно нервничает. Ты видишь, как он напряжён и чего-то боится, поэтому притих и помалкивает, пока Юнги раскрывает глаза настолько широко, насколько может, и стреляет подозрением в тебя.

- Что ты сделала с моим сыном и где Чонгук?

Ты позволяешь себе улыбнуться и отпить чай, потому что ситуация крайне забавная, Чонгук даже не собрал вещи и недавно заявил, что не собирается уходить, но Юнги решителен.

- Опоила зельем, - хмыкает, а Юнги цокает.

- Поганка, - по-доброму усмехается и ерошит твои волосы. - Поехали домой, Чонгук, - Юнги обращается к сыну устало и грустно, в его глазах отражается недосып, а в голосе мольба и бессилие. Мин слишком много работал и мало спал, но всё равно готов отдавать все силы для этого ребёнка.

Ты всегда восхищалась этим мужчиной, с самого детства, как он приходил домой к вам и учил тебя писать и читать; Юнги со временем стал твоим кумиром, гением и образцом. Он всегда бросал все силы на одно дело, выполнял добросовестно и до конца, поэтому в Чонгука он вкладывает себя и всю душу. Мин всегда говорил, что хотел такую дочку как ты, но детей, к сожалению, иметь не может.

- Пойду собираться, - резко вскакивает Чонгук и уходит, хлопнув дверью своей спальни, а ты мило улыбаешься Мину и просишь подождать, потому что нужно сказать пару слов этому ребёнку.

- Ты, сука, какие счета оплачиваешь, чтобы хлопать дверьми в моей квартире? - с рыком врываешься к нему в комнату и тут же влетаешь в медвежьи объятия.

- Не хочу уходить, - говорит так тихо, что ты слышишь лишь потому, что его губы ласково ласкают твою ушную раковину. Он горячо выдыхает и крепче обнимает. Это похоже на странный фрукт, который выглядит гнилым, но при укусе оказывается таким взрывом вкусовых рецепторов, что на секунду делаешь паузу, чтобы вдохнуть. Вот и ты попробовала после негодования сладкую выпечку, потому что объятия Чонгука равносильны сокровищу.

- Ты будешь приходить ко мне в любое время, оставаться ночевать, но жить ты обязан с отцом, понимаешь?

- Угу, - вздыхает и гладит твою спину пару раз, прежде чем отпустить. Чонгук сам обнял, проявил нежность и открыл свою слабость. Ты сейчас таешь, превращаясь в большую лужицу от него, Чон за последние дни не перестаёт тебя удивлять, а из-за этого ты каждый раз влюбляешься всё сильнее.

- Я подожду в коридоре.

Там Юнги обувается и натягивает лёгкую куртку, смотря грустно на тебя. В последнее время морщин на его лице всё больше, глаза уже не сверкают азартом, а молчит он всё дольше. Юнги тебе дорог как член семьи, поэтому совестно, что ты встречаешься с его сыном, но уже ничего с этим не сделать.

- Он сейчас выйдет.

- Не понимаю, как тебе удалось? Ты изменила его, ты так сильно на него повлияла, а я за три года не смог добиться изменений.

Тебе его жаль, потому что он прикладывает колоссальное количество усилий для воспитания подростка, которого изменить практически невозможно. Ты понимаешь, что Чонгук не изменился, он всегда был таким, просто немного позволил себе доверять и включил мозги.

- Ты же видел разум в его глазах, знаешь, что Чонгук не умеет врать, просто боялся доломать парня, поэтому был осторожен. Твои усилия колоссальны, ты чудесный отец, просто иногда его нужно ёбнуть палкой, чтобы остепенился.

В ответ Юнги фыркает и снова вытягивает руку, чтобы взъерошить твои волосы.

- Ты мне почти как дочь, я горжусь тобой и счастлив, что ты не перестаёшь помогать старику.

- Она тебе не дочь, - выпадает с рюкзаком Чонгук из комнаты и кряхтит, - а ты не старик, иначе кто донесёт этот пакет до машины? - Чон вручает пакет Мину и улыбается тебе на прощание.

Юнги застывает на месте в немом шоке, пока ты так же отзеркаливаешь улыбку Чонгука.

- До встречи, - говорит он и поворачивается к двери, - пап, ну что ты встал как вкопанный, пошли, - говорит с нажимом и выталкивает мужчину наружу, помахав радостно тебе ладошкой, пока ты сама стоишь и смеёшься с шока на лице Мина.