ЭФФЕКТ ДОМИНО [18+]

На мелкозернистом, почти молочном холсте аккуратная синтетическая кисть выводила растительный узор. Она то разводилась немного с водой для более светлого оттенка, то вновь набиралась из крошечного тюбика. Прежде чем подняться на холст, рука сначала воображала в воздухе нужный завиток и только потом опускалась на полотно. Деревянная палитра уже потеряла былой вид из-за бессчетного количества краски на ней. Там всегда находился творческий хаус. Палочный мольберт, кажется, уже отслужил не одному поколению, но стойко справлялся со своей задачей. Блондинка заправила вырвавшуюся прядь волос за ухо, немного запачкав ее в пастельный голубой цвет. Серая лямка майки сползала с правого аккуратного плеча, из-за чего девушка вечно отвлекалась. Время от времени она смотрела на холст под другим углом. Делая наброски в голове, блондинка в точности повторяла их движением кисти. Рисунок в воображении наконец-то стал потихоньку проявляться на полотне. Девушка наблюдала, как двигается расположение листьев и завитки вдоль прожилок стебля. Рисование всегда отвлекало Кэтрин. Оно не приносило ей озлобленности, а наоборот, могло напрочь сбить с негативных мыслей. Лицо блондинки было полностью спокойным. На нем не читалось ни усталости, ни беспокойства, лишь воодушевление и четкая сосредоточенность. Кэтрин желала успокоить внутреннюю тоску от «случайно» накинувшихся воспоминаний, поэтому тремор рук она унимала рисованием. Ошибки в искусстве всегда горько прощаются, так что это слегка помогало. Старые кисти и деревянные инструменты почти израсходовали возможность к использованию, следовательно, рисование давалось каждый раз труднее. Любая капля краски никогда не была потрачена зря. Эту идиллию нарушил звон телефона, который тут же передался содроганием к девушке. Оставив кисть на ближайшем столике, она потянулась к белому смартфону, представляя, как услышит случайно ошибшегося незнакомца или очередную рекламу компании.

— Кэтрин, — знакомый голос прозвучал на той стороне звонка, и девушка тотчас дернулась. Осознание, что это снова тот парень, пришло сразу же, отчего становилось не по себе. — Есть одно дело.

— Откуда у тебя мой номер? И имя?... — блондинка взглянула на холст, ранее захвативший все внимание, но теперь он не интересовал ее нисколько.

— Нужна твоя услуга. Сейчас, — выпалил он, и в память Кэтрин тотчас ударило воспоминание о прислуживании этому парню, отчего та устало закрыла глаза. — Будь у университета через пятнадцать минут.

— Слушай, вышла ошибка. Это все какая-то чушь. Я даже не...

— Опаздывать не советую.

— Мне ехать до него полчаса. Я не успею.

— Твои проблемы.

Связь оборвалась, и девушка взглянула на экран телефона, чтобы точно удостовериться в этом. Все пальцы разукрасили белый чехол, отчего тот стал немного радужным. Желание ехать на другой конец города в уже поздний час отсутствовало, но все же интерес перевесил его чашу. Она нашла собственному поступку оправдание: объяснится, что никак не виновна. Блондинка выбежала из дома, поправляя белоснежный свитер, которому было явно больше пяти лет. Она бежала на остановку, сжимая в руке пару центов на проезд, и, наконец, стала ждать автобус.

— Ты опоздала, — строго взглянул на наручные дорогие часы шатен и оглядел вид девушки. Было заметно, насколько она спешила, так как дыхание дестабилизировалось. Казалось, сердце Кэтрин может вырваться из грудной клетки, поэтому она приложила ладонь к мягкой ткани. За это время блондинка успела разглядеть парня: он одет в черную толстовку, немного скрывающую крупную спину, а также брюки цвета дыма.

— Пробки на Кросбрид-стрит. И ты дал слишком мало времени, — произнесла та, выровняв дыхание. — Зачем я здесь?

— Сегодня гонка. Нужно быть там, — парень наклонил голову, только сейчас заметив, как маленькое поле веснушек расположилось у блондинки на переносице.

— И как это связано со мной? — голос Кэтрин неожиданно стал более уверенным, чем обычно, а затем вновь исчез.

— Кажется, ты забыла про наш договор?

И вправду. Договор. Нет, девушка прекрасно помнила о неволе, и ее жутко тяготило это недоразумение. Но она нашла плюс в данной ситуации. Слова лучшей подруги колко врезались блондинке в голову, и поэтому она решила раз и навсегда избавиться от излишней трусливости. Для Кэтрин это был довольно опрометчивый шаг, но, возможно, единственный, который мог дать попытку не утонуть в рутинном обыкновении.

— А? Да... — Аддингтон мигом вернулась в реальность и кивнула.

Девушка уселась на пассажирское сиденье уже полностью отполированной машины, где не виднелось былых признаков уродства. Кэрролл повернул ключ зажигания и положил руки на кожаный руль авто.

— Я даже твоего имени не знаю, — пристегнулась Кэтрин.

— Кристиан.

Черный автомобиль приблизился к уже полностью заполненной людьми арене. Они разделялись на два типа: болельщики, делавшие ставки, и гонщики, которые вовсю готовились к финишу, надевая защищающий комплект специальной формы. Отовсюду доносились крики и споры насчет сегодняшнего соревнования. Такая толпа и различные громкие звуки заставляли конечности девушки напрячься. Плечи немного поднялись, ноги стали сильно прижиматься к сиденью, ладони покрылись испаринами, а русые брови нахмурились.

— Ты будешь... участвовать? — она растерянно задалась вопросом, в надежде, что сегодня они мирно посмотрят матч.

— Нет. Настроение сегодня неподходящее.

Поняв, что диалог с ним не выстроишь, Кэтрин принялась расслаблять ноги, чтобы выйти из машины. Крики стали еще больше гудеть в уши, отчего руки неосознанно потянулись обнять тело из-за мурашек, пробежавших по коже. Собравшиеся люди громко завизжали, когда увидели главных лиц сегодняшнего события. Два автомобиля выезжали на правую и левую линию рядом друг с другом. Оба водителя вышли пожать руки и подписать бумаги, в которых говорилось о «невиновности в случае смерти». Кристиан и Кэтрин подошли к первому ряду, где расстояние даже позволяло коснуться рукой машин. Девушка разглядывала силуэт одного из гонщиков, и он почему-то был до жути знакомым. Его ходьба напоминала ей определенную личность, но блондинка никак не могла понять какую. Этот гонщик сидел на водительском месте, сжимая руль, который, казалось, сейчас треснет от такой силы. Взрыв пистолета. Автомобили помчали с бешеной скоростью по территории огромной арены, чей размер сравним с несколькими футбольными полями. Рев машин на время оглушительно прервал дикую громкость музыки, отчего скрипнули зубы. Адреналин передавался болельщикам как цепная реакция. Стоял невыносимый гул людей. Кристиан стучал указательным пальцем по металлическому ограждению, благодаря которому они еще дышали и фильтровали информацию. Его взгляд был точно направлен за каждым движущимся авто. Он изучал их скорость и уверенность поворотов. Наконец к финишу примчал синий транспорт, и из него вышел парень, снимающий шлем. Он тут же стал кричать что есть силы и размахивать руками, точно сумасшедший. Мгновенно Кэтрин спряталась за спину Кристиана, аккуратно выглянув и проследив за гонщиком голубыми глазами. В них виднелся знакомый ужас. Снова то пробирающее пламя, которое охватывало органы, окольцовывая их в горькие объятия. Блондинка перевела взгляд в пол, намереваясь, что ее не заметят. Кристиан повернулся к девушке, вглядываясь в испуганное лицо, и стал искать ответ на ее боязнь. Но, кажется, он найдется еще не скоро.