Ханна
Будильник играет уже третий раз, и я раздраженно его выключаю. Сегодня первый учебный день в новом университете. Кое-как я поднимаю свою тело с кровати и тащу его в ванную. Чтобы окончательно проснуться, я встаю под холодный душ, и через десять минут я уже бодрая чищу зубы.
— Сколько можно торчать в ванной? — эта идиотка барабанит в дверь и я открываю ее.
— Сколько можно вонять перегаром?
Пока она подбирает каким словом меня оскорбить, я ее отталкиваю и спускаюсь на кухню.
Я ставлю чайник и достаю свою кружку.
— Какое она имеет право так со мной разговаривать? Кто она такая, чтобы открывать свой рот в мою сторону? Мы ей так помогли когда все от нее отвернулись. — эта идиотка орет на весь дом.
Два месяца я живу в этом доме и два месяца я слышу, что я неблагодарная.
Пока греется чайник, я поднимаюсь к себе в комнату, чтобы собрать сумку. Я беру фотографию, и мои глаза наполняются слезами. На фотографии мама, папа, Мила и я. Мы такие счастливые здесь. Я сажусь на кровать и долго смотрю на фотографию. Один миг, одна секунда, может изменить жизнь навсегда. Кто-то в ту секунду кушал, кто-то гулял с собакой, кто-то ссорился с парнем, а я в ту секунду потеряла всю свою семью. Мне больно от того, что я больше не могу поговорить с мамой. Папа больше не назовет меня своей принцессой, и с сестрой мы больше никогда не поссоримся. Когда ты теряешь тех, кого очень любила, ты понимаешь насколько жизнь жестока. Первые дни после их гибели, я не жила, я просто существовала. Папа всегда говорил "Вытри слезы, и иди вперед. Ты сильная и ты справишься". Так я и сделала. Я учусь с этим жить. Всё, что у меня осталось, это наша совместная фотография и мамин кулон. Это самое ценное, что у меня есть.
Папин брат после их гибели приехал со своей женой, и просто поставили меня перед фактом что будут продавать дом. Они даже не предложили свою помощь, и не сказали слова поддержки. Когда папа покупал этот дом, его брат очень помог нам финансово, и большая часть этого дома принадлежит ему. Он работает адвокатом, а его жена юристом, поэтому мне было легче согласиться на продажу, нежели судиться с ними.
Я позвонила брату мамы и он предложил свою помощь. Я без раздумий согласилась, но я даже не думала что его жена такая стерва. Макс никогда не пил и не был алкоголиком. Алкоголиком он стал после ее появления в этом доме.
Я слышу как свистит чайник, кладу фотографию в сумку и спускаюсь на кухню. Я делаю себе кофе и сэндвич, и вниз спускается Макс и его жена.
— Ханна, это правда что ты толкнула и оскорбила Сару?
Я молча откусываю сэндвич, игнорируя его вопрос.
— Не, ну ты посмотри какая она хабалка.
— А ты дешевая подстилка моего дяди, — резко говорю я и после этих слов Макс дает мне пощечину.
Я осуждено посмотрела на него и ушла в свою комнату. Почти каждый день у нас с этой стервы стычки, но он впервые ударил меня. Мне обидно, что он не замечает очевидных вещей.
Я открываю шкаф, достаю рубашку и брюки. Как можно быстрее надеваю их, расчесываю волосы, хватаю сумку и спускаюсь. Макс сидит за столом, и когда видит меня, виновато опускает глаза. Я не обращаю на них никакого внимания и выхожу из дома.
На деньги, что я получила за продажу дома, я оплатила обучение и купила себе здесь недорогую машину. Она не очень в хорошем состояние, но это лучше, чем автобус.
Я сажусь в машину и завожу ее, но она, как обычно, не заводится с первого раза, а только с шестого. Включаю навигатор и выезжаю.
Я скучаю по Лос-Анджелесу. Там я жила всю жизнь и уезжать оттуда было очень тяжело. Здесь новый город, новые люди, новое все. Из-за своих мыслей я не сразу понимаю, что еду на красных свет. Я не успеваю нажать на тормоз, и врезаюсь впереди стоящую машину.
Черт.
Из той машины выходит парень и направляется ко мне. Я последовала его примеру и тоже вышла из машины. Их последних сил я старалась держаться уверенно...
— Тебя кто ездить учил? — усмехаясь спросил он.
Его вопрос меня немного взбесил, но когда уголки его рта поползли вверх, я про это сразу забыла.
— Ты меня слышишь?
— Слышу, — отвечаю я и чувствую как горят огнем мои щеки. — Извини, я все оплачу.
Посмотрев на его машину, я вижу разбитую фару и вмятину. А еще я чувствую что сейчас сквозь землю провалюсь от стыда.
— Ерунда, — отмахивается он. — Ты не ушиблась?
Этот темноволосый парень наверное мечта любой девушки. Не каждый будет беспокоиться за девушку, что испортила его машину, и признаться честно, он очень красивый. Высокий, подкачанный и у него красивые глаза.
— Ты через раз меня слышишь?
БАМ. Он словно облил меня бензином и бросил в меня спичку. Теперь я спокойно могу сгореть от стыда.
— Я задумалась просто.
— Когда садишься за руль, думай, пожалуйста, только о дороге. Сегодня ты отделалась легким испугом, а я вмятиной и разбитой фарой, и это нам еще крупно повезло. — Сказал он и положил руку мне на плечо. — Так ты не ушиблась?
— Я уже говорила что могу все оплатить, и нет, я не ушиблась.
— Деньги мне не нужны, но дай мне обещание, что впредь будешь аккуратнее на дорогах, — сказал он, словно правда волнуется за меня.
— Обещаю, — сказала я, и взглянув на этого парня, я не смогла сдержать улыбку.
Этот парень перед тем как уйти подмигнул мне и улыбнулся. Я села обратно в машину и выехала на обочину. Когда машина того парня пропала с горизонта, я аккуратно выехала на дорогу и продолжила свой путь до университета.
До университета я добралась к счастью больше без происшествий, и теперь осталось самое сложное - найти место где припарковать машину.
Я объехала университет несколько раз и наконец-то увидела свободное место. Я паркую машину и выхожу из нее. Вокруг безумно много студентов. Будет ли мне трудно первое время? Определенно. Я никого здесь не знаю.
Я повернула голову и увидела компанию вульгарных девушек. Они стояли с сигаретами, все в яркой одежде... Можно ли это вообще назвать одеждой?
— Интересно? — спросила одна из них, думая, что ее гон меня испугает. Вот только они не знают, что это с виду я выгляжу скромно, но на самом деле, я умею за себя постоять. Эти девушки скорее всего подумали, что я одна из тех серых мышек, которую они могут шугануть, и я испугаюсь, но нет. Я подняла брови и усмехнулась, давая понять, что это лишь меня смешит.
— Ну допустим интересно, — уверенно сказала я и повернулась к ним всем телом.
Они явно не ожидали что я так нагло отвечу. Одна из них хотела мне что-то сказать, но ее прервал звонок на лекцию.