Марк
Мы уже едем сорок минут, я периодически переключаю радио, Логан, Нил и Молли уснули друг у друга на плечах, а Ханна смотрит то в окно, то на меня, думая что я не замечаю.
— Ты хочешь что-то спросить? — интересуюсь я, и выезжаю на встречку, чтобы обогнать машину что едет спереди.
— С чего ты это взял?
— Ну за сорок минут ты минимум раз десять посмотрела на меня.
— А ты давно знаком со Стивеном? — вдруг спросила она.
— Так же как и с Логаном, с детства, — сказал я, и прибавил скорость.
Со Стивеном мы не общаемся так близко как с Логаном. Я его воспринимаю больше как знакомого, а не как друга. Мы встречаемся только когда он зовет нас на вечеринку. Это уже как традиция собираться нашей компанией в летнем доме его родителей.
— А там хватит спальных мест для нас всех?
— Там три комнаты, и два большим дивана на первом этаже в гостиной. Большая комната - это комната Стивена и Ванессы, остальные комнаты кто как займет.
Весь оставшийся путь Ханна задавала много вопросов связанных с университетом, и под эти разговоры проснулся Логан, и подключился к нашему разговору.
К дому Стивена мы приехали раньше самого Стивена, но я знаю где хранится ключ от дома. Я обхожу дом, и около спуска в подвал лежит камень. Под камнем лежит запасной ключ, я его беру, и возвращаюсь к входной двери.
Я рад что мы приехали первые, потому что я могу занять свою любимую комнату. Я поднимаюсь на второй этаж, ногой отпираю дверь, и кладу свою рюкзак на кровать.
На второй этаж поднялась Ханна, и она осматривает все вокруг.
— Ты уже занял себе комнату? — спросила она.
Я кивнул, и она зашла в мою комнату.
— А здесь мило, — Она проводит рукой по старому комоду, и доходит до окна. — Стивен приехал.
Я подошел к окну, и встал рядом с ней. Из машины первая вышла Бетт, и сразу посмотрела на окна этой комнаты, и помахала рукой.
— Так вот почему ты занял комнату с самой большой кроватью, — сказала Ханна, и посмотрела на меня. — Чтобы по пьян с ней здесь развлекаться, а на утро говорить что между вами ничего не было.
— Ты очень забавно ревнуешь.
— Козел.
— Выскочка.
Всю неделю в университете наши разговоры заканчивались именно так. Я всегда становился для нее либо идиотом, либо козлом. А она для меня выскочкой.
Ханна развернулась, и вышла из комнаты.
— Если не найдешь место где переночевать, то сможешь приходить ко мне, — крикнул я ей вслед, но она показала мне средний палец.
В соседнюю комнату заселился Нил и Коди, и после того, как они оставили свои вещи, мы спустились вниз.
Спустя пару часов все уже были слегка пьяные, и Нил предложил сыграть в игру.
— Давайте сыграем в "я никогда не", правила простые, вопросы что то наподобие "я никогда не летал в самолете", все кто летали делают глоток спиртного. Вопросы могут быть любые. Задача назвать что-то такое, что вы сами не делали, а другие делали. — предлагает Нил.
— Давайте попробуем. Берите все алкоголь, и садитесь на диван, — говорит Стивен.
Я делаю последний глоток пива, беру со стола бутылку виски, и сажусь на диван напротив Ханны.
— Я начну, — говорит Логан. — Я никогда не целовался с парнем.
Ханна, Молли, Лейла, и Бетт делают по глотку.
— Нил, тоже пей, — ехидно говорит Молли.
Что? Нил целовался с парнем? Мы все смотрим на него, он неуверенно делает глоток, и все начинают смеяться над ним.
— Уроды, я тогда проиграл действие, — обиженно говорит Нил.
— Марк, твоя очередь, — говорит Молли.
— Я никогда не надевал платье, — говорю я, и смотрю на Стивена.
Молли, Ханна, Бетт, и Лейла делают глоток, а затем Стивен, и все еще больше начинают смеяться.
— Да че вы, меня мама попросила надеть его, ей нужно было что-то подшить, — говорит Стивен, и краснеет.
В тот день мне нужно было зайти к Стивену, и когда я пришел, дверь открыла его мама, и я увидел Стивена в платье.
Бетт говорит что-то на ухо Коди, и смотрит на Ханну.
— Я никогда не трахался с парнем, — говорит Коди.
— И слава богу, — говорит Логан.
Глоток делает Бетт, Молли, и Лейла, и все переводят взгляд на Ханну, и я вижу что она немного напряглась.
— Что?
— Ты девственница? — с насмешкой спросила Бетт.
Этот вопрос застал ее врасплох, и ее щеки моментально стали красными.
— Ну не всем же быть такими шлюхами как ты, — говорит Ханна.
Ее зрачки расширяются. Она вот-вот выйдет из себя.
— Что ты сказала?
— Ты слышала, — уверенно отвечает Ханна.
Бетт встает с дивана, Ханна следует ее примеру, и судя по всему если их не остановить, то будет драка.
Я беру Бетт за руку, и пытаюсь посадить ее на диван, но она не поддается. Нил понимает к чему все идет, и тоже пытается усадить Ханну на диван.
— Не трогай меня, Нил, — резко говорит Ханна.
— Да, не трогай нашу девственницу, Нил, — передразнивает ее Бетт, и в эту секунду Ханна берет чей то стакан со стола, и резким движением выливает содержимое стакана в лицо Бетт. Девушки ахают, а парни смеются.
— Вот стерва, — вопит Бетт, и закрывает лицо руками.
Ханна разворачивается, и идет на улицу. Я беру бутылку виски, и тоже выхожу на улицу.
— У тебя фетиш такой? Второй раз за неделю ты обливаешь девушек содержимым стакана.
— Она сама виновата. Будь моя воля, я бы еще пару стаканов вылила бы ей на голову.
Она выхватывает бутылку из моих рук, и подносит к губам.
— Зачем я вообще согласилась поехать сюда, — сказала она, и сделала пару глотков.
— Тебе просто нужно успокоиться. Пойдем я покажу тебе классное место, — сказал я, и она согласилась.
Когда Ханна выпьет она разговаривает без остановки. Она рассказывает абсолютно про все. В детстве у нее был хомяк Ума. Она не любила играть в куклы, но без ума от плюшевых игрушек. Она не любит белый шоколад, но за молочный готова продать душу дьяволу. Она боится высоты, но хочет прыгнуть с парашютом.
— А еще моя мечта поплавать с дельфинами, и посмотреть вживую на акул, — гордо говорит она.
— Посмотреть на акул? Не боишься?
— Ну конечно лицом к лицо я бы не очень хотела с ней увидеться, — улыбаясь отвечает она. — Дай еще выпить, я замерзла.
Я отдаю ей бутылку, и пока она пьет виски, снимаю с себя кофту.
— Держи, — говорю я, и протягиваю ей кофту.
— Когда ты пьяный, ты прям джентльмен, — с усмешкой говорит она, и надевает кофту.
Она ей безумно большая, но ей идет.
— Я не такой уж и пьяный.
— А у тебя есть мечта? — спрашивает она.
— Есть, но я не расскажу про нее.
— Почему?
— Потому что не хочу, — отвечаю я, и она обиженно отворачивается.
— Долго еще идти?
— Ты устала ?
— Да, тут вообще-то кругом лес. Я уже раз шесть споткнулась о корни деревьев, и три раза наступила в болото. Где уже это классное место? — сердито спрашивает она, и я усмехаюсь с того, как она мило сердится. — Чего улыбаешься?
— Ты смешная.
— Вот уж спасибо.
— Еще пять минут, и мы на месте.
Мы доходим до места, Ханна поворачивает голову, и ахает. Небольшое озеро с водопадом, вокруг много зелени, и лунный свет падает прямо на озеро.
— Это волшебно.
Да, я полностью с ней согласен.
Ханна села на землю, и я последовал ее примеру. Ее бесконечные завуалированные вопросы про Бетт сведут меня когда нибудь с ума. Она уже порядком пьяна, и многое из того что она говорит, я не понимаю.
Я подношу бутылку к губам, и хочу сделать глоток, но рука Ханны не дает этого сделать
— Я думаю что тебе уже хватит, — сказал я, и убрал ее руку с бутылки.
Она удивленно захлопала глазами, и я только подлил масла в огонь. Она даже этот разговор закончила затрагивая Бетт.
— Я сама решу когда мне хватит, — вопит она. — За девушку свою так переживай.
— Ты еще не устала к каждому разговору приписывать Бетт? — спокойно спросил я. — Или это все таки ревность?
Пока она с пеной у рта доказывала что она не ревнует, и что я самовлюбленный козел, я смотрел на нее, и все больше убеждался в том, что я прав, и она ревнует.
Когда я опять заикнулся о ее ревности, она взорвалась, а я засмеялся.
— Если тебе так все равно на меня, то почему ты так бурно реагируешь на то, что я говорю?
— Потому что ты козел, — вопит она.
— Аргументированный ответ, — с сарказмом сказал я. — У тебя на лице написаны все признаки ревности!
Как она еще не заметила что я специально вывожу ее на эмоции?
— А у тебя на лице написано что ты самовлюбленный козел.
Раз - я запускаю руку в ее волосы, и наклоняюсь ближе к ней. Два - Она пытается вырваться, но я прижимаюсь к ее губам. Три - Она колотит кулаками по моему груди. Четыре - Она сдается, приоткрывает немного рот, и наши языки сплетаются в страстном, но в тоже время нежном поцелуи.
Через пару секунд она немного отстранилась, и посмотрела мне в глаза. Она смотрела так долго, что мне показалось что она читает меня как книгу, поэтому все что ей знать не нужно, я спрятал очень далеко.
— Если ты скажешь что это все виски, я тебя убью, — предупреждает она, и я молча улыбаюсь.
Когда Ханна слезла с меня я заметил что из ее кармана что-то упало, и когда поднял, понял что это цепочка.
— У тебя упала цепочка, — сказал я, и Ханна побледнела. Она попыталась вырвать ее у меня, но у нее не получилось. Я крепко сжал цепочку в своем кулаке.
— Ты чего такая дерганная? — спросил я, когда она еще раз попыталась вырвать цепочку.
— Это цепочка моей мамы. Отдай ее, пожалуйста.
Я разжал кулак, и вернул ей цепочку.
— Я знаю что случилось с твоими родителями, мне жаль.
— Что ты сказал?
— Они погибли в автокатастрофе, так ведь?
— Откуда ты знаешь? — Ее голос дрожит, и даже не посмотрев на нее я понимаю что она плачет. — Марк, ответь.
— Мы с Максом очень хорошо общались пока его не уволили. Я каждый день приходил к нему и пытался вытащить его из запоя, и в один из таких дней он рассказал что случилось.
Ханна закрывает лицо руками, и плачет уже навзрыд. Это самое ужасное чувство когда ты никак не можешь помочь человеку которому невыносимо больно. Я тяну ее к себе, и она утыкается мне в грудь. Не знаю как долго мы так сидим, но я слышу что Ханна начинает успокаиваться.
— Я надеюсь кроме тебя никто не знает об этом?
— Я никому не говорил.
— Спасибо.
Когда Ханна окончательно успокоилась, она начала опять что-то рассказывать, а я не отрываясь смотрел на нее.
— Здесь не картинная галерея чтобы так пялиться, — улыбаясь сказала она, и сделала глоток виски.
— Ты красивая, хоть и выскочка.
— Я не выскочка. Ты просто привык что все девушки смотрят тебе в рот, не имеют собственного мнения, и говорят лишь то, что ты хочешь услышать.
— Ты я смотрю прям эксперт в этом.
— Говорю то, что вижу.
— Протри глаза, Маккалистер, хреново видишь.
— Ты всегда такой козел?
— А ты всегда такая выскочка?
Ханна усмехается, и я снова не могу сдержать себя. Я тяну ее к себе, и целую. Я думал что она будет сопротивляться, но по ее ухмылки я вижу что она знала что я это сделаю.
— Я не знаю что ты делаешь со мной, Ханна, — говорю я, и провожу рукой по ее волосам.
— И я не знаю что ты делаешь со мной, Марк.
Я лег на траву, и потянул Ханну с собой. Она положила голову на мою грудь, и мы молча смотрели на звезды. Я и правда не знаю что происходит со мной когда рядом Ханна. Когда я трезвый, я могу контролировать себя, но как только я выпью, меня сразу тянет к ней. Она полная противоположность Джесс.
Время. Многие говорят что время лечит, но ни черта подобного. Лечит не время, а люди. Два месяца — это 61 день. 1464 часов, и 87840 минут. Каждую долбанную минуту я старался не думать о Джесс, но у меня не получалось. Я запивал все алкоголем, спал с многими девушками, но всегда думал только о Джесс. Но в какой-то момент в моей голове помимо Джесс появилась еще одна девушка.
— Марк, у тебя телефон вибрирует.
Я достаю телефон из кармана, это Логан.
— Ты где?
— Прогуляться решил.
— Ханна с тобой?
— Да, со мной, — отвечаю я, и глажу ее по волосам.
Я уверен что она сейчас улыбается, потому что в прошлый раз я сказал что ее со мной нет.
— И когда вы придете?
— Скоро, — отвечаю я, и у меня выключается телефон.
— Пойдем?
— Пойдем.
Она опять без остановки рассказывает обо всем на свете. У нее аллергия на арахис, она боится пауков, она хочет себе собаку, и она почему то думает что мне все это интересно.
Под эти рассказы я и не заметил как мы подошли к дому. Нил, Логан и Молли стоят на улице. Мы подходим к ним, и Логан молча разворачивается, и уходит в дом.
— Что с ним? — спрашивает Ханна, но я ничего ей не отвечаю, и направляюсь за ним.
— У меня телефон сел.
Логан разворачивается ко мне.
— Где вы были?
— Гуляли по лесу. Ханне нужно было успокоиться.
— Вас не было два часа.
— Слушай, если ты хотел чтобы девушка которая тебе нравится подралась с Бетт, и они обе ходили бы с синяками, то извини что я позаботился о том, чтобы этого не произошло, — рявкнул я, и увидел что в дом заходит Ханна. Логан ушел на кухню, а Ханна подошла к лестнице, но не успела подняться наверх, так как Бетт начала ее провоцировать.
— Смотрите кто вернулся, наша девственница, или уже нет? — говорит Бетт, и смотрит то на меня, то на Ханну.
Ханна уже вот-вот сорвется с места чтобы еще что нибудь вылить в лицо Бетт, и чтобы этого не произошло, я перегородил Ханне путь, и кивнул чтобы она поднялась наверх. Ханна вздохнула, но все же поднялась наверх, и я поднялся вслед за ней.
— Если третья комната не занята, то можешь переночевать там, — сказал я, открыл дверь третьей комнаты, и увидел голую задницу Коди.
— Я пожалуй откажусь, — ответила Ханна, и отвела взгляд.
На кровати я увидел Лейлу, и чтобы не мешать им, я закрыл дверь, и посмотрел на Ханну.
— Можешь переночевать со мной в комнате.
Она устало согласилась, мы зашли в мою комнату, и я закрыл дверь на щеколду.
— Зачем закрыл?
— Ну ты ведь не хочешь чтобы пока ты спишь, каждый заходил к нам в комнату чтобы проверить есть ли спальное место.
— Поняла. Мы будем вместе спать?
В комнате кровать одна, поэтому естественно вместе.
— Мне на пол лечь? — с усмешкой спрашиваю я.
— Нет, — отвечает она, и закатывает глаза.
Я снимаю футболку, и штаны, и кладу их на стул.
— Может хватит пялится? — спросил я, и она сразу отвела взгляд в сторону.— Будешь как и в прошлый раз спать в одежде?
— А ты привык что с тобой в кровать прыгают сразу без одежды?
— Выскочка.
— Идиот.
Я лег под одеяло, а Ханна как и в прошлый раз легла почти на край кровати.
— Ты можешь лечь ближе как и в прошлый раз. Ты ведь хочешь этого.
— По моему этого хочешь ты.
— Ты лежишь на краю, и можешь упасть случайно на пол.
— Не волнуйся, не упаду.
Я слегка ее толкаю, и когда она начинает падать, я хватаю ее за бок, и тяну к себе.
— Ты дурак? — вопит она на всю комнату, и я смеюсь.
Я вижу на столе бутылку виски которую я специально как только мы приехали поставил туда, потому что виски это единственный алкоголь который я пью, не считая пива. Я встал с кровати, взял бутылку, и открыл ее.
— По-моему ты уже очень пьян, — сказала она после того, как увидела что я подношу бутылку к губам. Я и сам чувствую что уже пьяный, но я готов еще выпить лишь бы это не заканчивалось. — Дай мне тоже, — продолжает она,и показывает на бутылку.
Я тяну ей бутылку, она подносит ее к губам, и делает пару глотков, а затем ложится мне на грудь. Если бы на ее месте была бы другая, я не позволил бы ей так делать.
Ханна трогает мой пресс, из-за чего он еще больше напрягается.
— Марк.
— Что?
— Ты когда нибудь любил?
— Какая ты любопытная, Ханна.
— Ну ответь, — просит она.
— Любил.
Воспоминания приносят уже не такую боль. Может это из-за алкоголя, или из-за того, что Ханна рядом, я не знаю.
— А ты любила?
— Да, — отвечает она. — Мы были вместе год, и я была готова уже к ...
— К сексу?
— Да, к сексу. Но потом я узнала что он мне изменял, и не один раз, — тихо говорит она. — Мама, папа, и сестра в то время гостили у знакомых, и дом был весь в моем распоряжение, — говорит она, и тянет руку к бутылки. — Я решила позвать всех на вечеринку, народа было безумно много, и я напилась, хотя до этого я ни разу не пробовала алкоголь, и мне позвонили родители, — она нервно делает глоток, а и из ее глаз текут слезы. Я понимаю к чему она ведет. — Они узнали что я устроила вечеринку, и что я очень пьяная. Они испугались за дом, и сказали что скоро приедут. В три часа ночи мне позвонили с телефона мамы, и сказали что произошла авария, — говорит она задыхаясь от слез.
— Иди сюда, — говорю я, и тяну ее к себе. — Не вини себя в этом, — продолжаю я, и целую ее в макушку.
— Папа и сестра погибли сразу, а мама потеряла сознание. По телефону мне сказали адрес больницы, я вызвала такси, и поехала туда. Врачи долго не пускали меня в палату, и на мои вопросы не отвечали. Утром меня впустили к ней на пять минут, — говорит она, и опять тянется к бутылки. — Она была подключена к аппарату жизнеобеспечения. Из нее торчало множество трубок, и самое ужасное знаешь что? Это все было из-за меня. — ее глаза моментально стали пустыми. — Я подошла к ней, взяла ее за руку, и так я просидела пока врачи меня не выгнали из палаты, а через четыре часа она умерла. — говорит Ханна, и смотрит в пустоту.
Все, чтобы я сейчас не сказал, это будет ничто, по сравнению с той болью, что она испытывает. Я лишь тяну ее к себе, и обнимаю. В ответ она обнимает меня еще сильнее.
Кто-то стучит в дверь, но я не обращаю на это внимание пока стук не становиться сильнее.
— Логан? Тебе чего? — открыв дверь спрашиваю я, но он лишь наклоняет голову, и смотрит на кровать где сидит Ханна. Он как обычно не вовремя. Не сказав ни слова он разворачивается, и уходит, и я иду за ним.
— Логан, ты не так все понял, — говорю я, и хватаю его за плечо чтобы он остановился.
— Ты ведь знал что она мне понравилась, знал, но все равно каждый раз я вижу вас вместе. Ты говорил что она тебе безразлична, говорил?
— Говорил, и от своих слов не отказываюсь.
— Что? — слышу я голос Ханны сзади.
— Черт, Ханна, — говорю я, но она лишь разворачивается, и уходит вниз. Логан делает тоже самое.