Марк
В тот день когда Ханна устроила концерт в офисе, я ни черта не успел. Я не успел на совещание, у меня не была готова презентация, меня как мальчишку отчитали, и в наказание отправили отвозить документы в другой офис. Четыре часа туда, сутки пробыть там, и четыре часа обратно.Так себе денек выдался.
Захожу домой, и ко мне бежит Эмили. Я беру ее на руки, и она обнимает меня за шею.
— Эмили, дай отдохнуть брату, он был за рулем четыре часа, — говорит мама. — Кушать будешь?
— Буду, — отвечаю я, и ставлю Эмили на землю.
Мама накладывает курицу с овощами, и я сажусь за стол. Поворачиваю голову и смотрю на часы что стоят в гостиной, уже восемь вечера.
После ужина я поднялся к себе в комнату, снял с себя одежду, и отправился в душ. Весь день я держал себя в руках чтобы не сорваться, и не позвонить Ханне. Я пытался ей объяснить что с той девушкой у нас ничего не было, но она даже не дала мне шанса это сделать.
После душа я взял джинсы и перед тем как закинуть их в корзину с грязным бельем, я вытащил свой телефон, и увидел несколько пропущенных от Ханны. Она звонила пару минут назад. Нажимаю на кнопку вызова, и после первого гудка она взяла трубку.
— Марк, привет.
На заднем фоне я слышу очень громкую музыку, и голоса людей.
— Привет.
— Я не знаю зачем я звоню, — говорит она, и делает небольшую паузу. — Просто я соскучилась.
По голосу я слышу что Ханна пьяная.
— А ты скучал?
— Ну конечно скучал.
— Правда?
— Правда.
Если бы Ханна не позвонила первая, я бы сорвался, и поехал сегодня к ней.
— Ты где?
— Я не знаю, — хихикает она. — В очень классном баре.
— Будь там, я скоро приеду.
Я заезжаю в каждый бар по пути к Ханне, и в шестом из них я вижу ее. Она стоит у барной стойки, и к ней клеится какой-то парень. Неподалеку от нее я вижу Ванессу и Стивена. Я подошел ближе к Ханне, и парень что клеил ее, открыл рот чтобы что-то сказать, но я не желал его слушать.
— Свали, — резко выдал я.
Он фыркает, но все же уходит, а Ханна стоит довольная.
— Ты нашел меня, — говорит она, и падает в мои объятия.
Я прижимаю ее к себе, и вдыхаю карамельный аромат.
— Я хочу танцевать, пойдем со мной?
— Ну уж нет.
Ханна надула губы, но к нам подбежала Ванесса, мимолетно поздоровалась со мной, и забрала Ханну на танцпол.
На Ханне надето платье, и выглядит она в нем просто отпадно. Небольшой вырез облегает ее шикарные формы, и ее кулон, который ей так важен, красовался на ее шеи.
Я заказываю себе сок, и прошу включить в счет все то, что брала себе Ханна. Бармен ставит на стойку стакан с соком, и терминал для оплаты. Достаю из бумажника карту, и оплачиваю счет.
Маленькими глотками я пью сок, и наблюдаю за Ханной. Она танцует в самом центре танцпола. Улыбается, поднимает руки в вверх, и кокетливо смотрит в мою сторону. Она машет рукой чтобы я присоединился к ней, но я отказываюсь.Танцы это вообще не мое. Я не люблю и не умею танцевать.
Парни, что сидят чуть левее от танцпола немного перебрали, и во всю смотрят на Ханну. Один из них набрался смелости, и направил свои ласты ближе к ней. Выпиваю залпом сок, ставлю стакан на стойку, и направляюсь к ним. Когда я почти вплотную подошел к парню что терся у моей девушки, я был готов дать ему в морду, но меня остановил нежный голос.
— Поехали домой.
Ханна обхватила мою руку, и потянула к выходу.
— А как ты нашел меня?
Я помогаю ей застегнуть ремень безопасности, и завожу машину.
— Заезжал в каждый бар что был по пути.
Прокручиваю руль, и выезжаю на главную улицу.
— Почему тебя не было в университете?
— Потому что меня не было в городе.
— А где ты был? — удивленно спросила она.
— Ездил по работе в другой город.
Ханна смотрит на меня своими огромными глазами, и я понимаю что не привык видеть ее накрашенной. Обычно она слегка подкрашивала глаза тушью, но сегодня на ее лице полноценный вечерний макияж.
— У тебя точно ничего не было с той девушкой?
— Мне положить руку на библию и повторить это еще раз?
Она расплывается в улыбки, и чмокает меня в висок.
Когда мы приехали домой, мы поднялись в комнату, и легли на кровать. Ханна десять минут пыталась рассказать смешную историю что произошла в баре, но из за собственного смеха она не смогла этого сделать.
Она долго смотрит мне в глаза, а затем тянется и нежно целует в губы. Я не могу себя сдержать, поэтому тяну ее за затылок к себе, и наш поцелуй из нежного перерос в страстный. Ханна садится сверху меня, и снимает мою футболку. У меня моментально происходит эрекция при виде того, как она расстегивает мой ремень и приспускает штаны вместе с трусами.
Я не узнаю эту малышку. То, что она сейчас делает, заставляет мое тело вздрагивать.
Закрыв глаза, я откидываюсь на подушку, и запускаю руку ей в волосы. Меньше чем через минуту я уже почувствовал тепло нарастающее внизу, и чтобы не закончить раньше времени, я потянул ее к себе, и нежно поцеловал в губы.
— Я скучал по тебе. — выдыхаю я ей в рот. — Очень сильно скучал, — Я кусаю ее за мочку уха, отчего она выгибает спину. — Давай снимем платье, — сказал я, и Ханна избавляется от этой тряпки в считанные секунды, и остается только в нижнем белье.
Я не могу оторвать глаз от ее шикарных форм.
— Черт ... Детка, ты прекрасно выглядишь.
Я взял ее за бедра, подвинул ближе к себе, и через секунду ее трусики уже валялись в конце комнаты.
Я немного раздвигаю ее ноги в сторону, и нависаю над ней. Я нежно целую ее в плечо, и с каждым поцелуем спускаюсь все ниже, пока не дохожу до самого интересного.
Ее дыхание участилось в тысячу раз. Грудь судорожно поднимается, и опускается, и я не могу оторвать глаз от столь прекрасного зрелища.
Одна ее рука зарыта в моих волосах, а второй рукой она сжимает одеяло. Ее пальцы то сжимаются, то расслабляются.
— Пожалуйста, — шепчет она, и выгибает спину.
Приподнимаюсь, и целую ее в плоский живот.
— Пожалуйста что?
Мои пальцы погружаются в ее теплую и влажную плоть, мой язык играется с ее языком, и тем самым я не даю ей сказать ни слова. Ее руки скользят по моим плечам, и когда ей особенно хорошо, она слегка сжимает мою кожу. Видеть то, как она нуждается во мне, стонет мое имя, и просит не останавливаться, пробуждает во мне еще большее желание делать с ней много неприличных вещей.
Едва я оторвал свои губы от ее, она простонала:
— Я хочу те... , — она не успела закончить фразу, потому что ей не хватило воздуха.
Она кусает себя за нижнюю губу, одно рукой сжимает свою грудь, а второй скользит по своему животу. В этот момент я забыл обо всем. Я словно остолбенел от этого зрелища. Желание Ханны заняться чем-то больше уже переполняло ее. С каждым вздохом она умоляла чтобы я вошел в нее, и каждый раз когда она открывала глаза, я видел в них мольбу.
Я не помню как открыл тумбочку и надел презерватив, но когда я коснулся ее губ, мы одновременно простонали, и я медленно вошел в нее.
С каждым толчком я проникаю все глубже, и глубже, и стараюсь держать себя в руках чтобы не закончить прямо сейчас. Черт, это трудно. Трудно держать себя в руках когда подо мной лежит голая девушка, которая сладко стонет мое имя.
Она уже близка к финишу. Она зажмуривает глаза, и начинает двигаться со мной в такт. Один, она впивает свои ногти мне в спину. Два, она откидывается на подушку. Три, она приоткрывает рот, и из ее уст вырывается последний, самый сладкий, и самый сильный стон. Четыре, ее тело погружается в экстаз.
Я не могу себя больше сдерживать, и с последний толчком отдаю всего себя ей.
Я тяжело дыша скатываюсь с нее, и ложусь на соседнюю подушку. Ханна кладет голову мне на грудь, а я беру ее прядь, и начинаю с ней играться.
Пару минут мы лежали в полной тишине.
— Может посмотрим какой нибудь фильм, и закажем пиццу?
Я безумно устал с дороги, и мечтал о сне все двадцать четыре часа, но я вижу как ей хочется, поэтому соглашаюсь. Ханна встает с кровати, и идет в ванную комнату. Я встаю вслед за ней, беру рубашку, и отношу ей.
— Держи, — говорю я, и шлепаю ее.
— Дурак, — говорит она, и закрывает свое обнаженное тело полотенцем.
Поразительно. Эта девушка только что просила что бы я ее трахнул, стесняясь прикрывает свое обнаженное тело.
Возвращаюсь в комнату, достаю телефон, и заказываю нам пиццу. Ханна надела рубашку, смыла макияж, и сделала пучок. Сейчас она не такая пьяная как была когда я ее забирал из бара. Она включает настольную лампу, и ложится рядом со мной.
— Что будем смотреть?
— Ужасы конечно же, — отвечаю я, и вспоминаю как она забавно закрывала глаза на страшных моментах в прошлый раз.
— Ну Марк, давай что нибудь другое.
— Нет, я уже скачал парочку, — говорю я, и она закатывает глаза.
Через пятнадцать минут внизу раздается звонок в дверь, и спустившись вниз я вижу курьера. Отдаю ему деньги, забираю пиццу, и поднимаюсь обратно в комнату.
В комнате я вижу как Ханна стоит ко мне спиной, и с кем-то разговаривает по телефону. Когда она услышала что я зашел в комнату, она быстро попрощалась, и положила телефон на тумбочку.
— Кто звонил?
— Ванесса. Они со Стивеном опять у меня остались.
Мы ложимся на кровать, включаем фильм, и начинаем есть пиццу.
Ханна слопала пол пиццы, и уже приготовила руки чтобы закрывать ими лицо.
Я смотрю на нее, и удивляюсь. Ханна очень дерзкая, вспыльчивая, но она безумно боится фильмы ужасов, и закрывает глаза на страшных моментах. Она не такая как все, и это меня зацепило больше всего. Она искренняя во всем. Будь это скандал, или какая нибудь мелочь. Ее эмоции иногда бьют через край, но это делает ее такой особенной. Она никогда не будет улыбаться в лицо человеку если он ей неприятен, и никогда не будет скрывать свою безграничную любовь к плюшевым мишкам.
— Фильм там, — сказала она, и показала пальцем на ноутбук.
— Здесь интереснее.
Она поворачивает мою голову к экрану, и я ложусь ей на плечо. Через пару минут мои веки тяжелеют, и я засыпаю не досмотрев фильм.
Я проснулся от того, что Эмили прыгает на моей кровати между мной и Ханной. Я хватаю ее за руку, тяну к себе, и начинаю щекотать. Эмили смеется, и начинает вырываться, но я ее не отпускаю.
— Мама уже уехала в аэропорт, — с грустью сказала Эмили. — Когда она уже перестанет уезжать от нас?
Такие вопросы от Эмили я стараюсь избегать. Говорить ей что мама уехала последний раз - это будет ложь, а врать ей я не хочу, но и правду я сказать ей не могу. Я всегда стараюсь сделать так, чтобы эта малышка не грустила, но никакие подарки и развлечения не заменят ей мать.
— Это ее работа, малыш.
— У тебя ведь тоже есть работа, но ты всегда рядом со мной!
— Я всегда буду рядом с тобой.
Из-за нашего разговора проснулась Ханна, и Эмили отвлеклась на нее. Я надел штаны, взял Эмили на руки, и мы пошли умываться.
Я вставлю Эмили на стул, и мы все вместе начинаем чистить зубы. Ханна кладет голову мне на плечо, и смотрит на Эмили через зеркало. А я смотрю на Ханну через зеркало. Она еще сонная, и у нее скорее всего болит голова после вчерашнего, но она улыбается когда смотрит на Эмили. А я улыбаюсь когда смотрю на Ханну.
После того, как мы умылись, мы спускаемся на кухню. Я насыпаю хлопья в тарелку, заливаю их молоком, и ставлю перед Эмили.
— Мы ведь завтра едем к папе? — спросила Эмили, и отправила целую ложку хлопьев в рот.
Из-за мини командировки у меня вылетело из головы то, что мы должны ехать к отцу уже завтра.
— Ну да.
— А Ханна поедет с нами?
Я смотрю на Ханну, а Ханна смотрит на меня.
— Хочешь?.
— А ты хочешь? — спросила она у меня, и отпила немного кофе.
Хочу ли я? В моем сознании мелькают воспоминания с прошлой ночи, и я невольно улыбаюсь.
— Да.
Я не знаю что из этого выйдет, ведь Ханна не знает в каких отношениях мы с отцом, но я уверен что ее присутствие поможет мне держать себя в руках.
— Тогда и я хочу.
Я сел рядом с Эмили, и снова посмотрел на Ханну. Она стояла в моей рубашки, с распущенными волосами, без макияжа, и черт, как же прекрасно она выглядела. Мысленно я представил как она сидит на этом столе, а я стою между ее ног, и снимаю с нее эту рубашку. Ханна мне подмигнула. Она как будто прочитала мои мысли, и знала что я хотел с ней сделать.
Ханна ничего не кушает, а только пьет кофе, и на мои уговоры чтобы она хоть что-то съела, она морщилась.
Допив кофе, мы поднимаемся наверх. Ханна идет в нашу комнату, а я иду к Эмили чтобы помочь ей одеться. Я натягиваю колготки на маленькие ножки, надеваю желтый сарафан, и когда хочу сделать ей хвостики, Эмили наотрез отказалась, ссылаясь на прошлый раз, и побежала в комнату к Ханне.
— Я могу сделать косички, — сказала Ханна, и Эмили согласилась.
Пока Ханна делает косички Эмили, я выхожу из комнаты, и иду в комнату к Молли. Она лежит на кровати с телефоном, и наушниками. Я сел к ней на кровать, и она вытащила один наушник из уха.
— Мы завтра уже выезжаем к отцу. Ты не передумала? — спросил я.
— Нет, не передумала, — сказала она, и я увидел как к ее глазам подступают слезы, но Молли старательно их сдерживает.
— У тебя еще есть время подумать до завтра, — сказал я, и вышел из комнаты.
Я вижу как ей больно, и как она зла на него. Это еще одна из причин почему я так отношусь к отцу. Мы хоть с Молли никогда не общались так близко как с Эмили, но люблю я ее не меньше, и смотреть как ей больно без него, я просто не могу. Я спускаюсь вниз, и через пару минут спускается Ханна с Эмили.
По пути мы заезжаем к Ханне домой чтобы она переоделась и собрала сумку в университет. Я захожу первый чтобы убедиться что Стивен и Ванесса одеты, и ко мне бежит собака.
— Господи, Ханна, кто это?
— Это Каспер, — смеясь отвечает она.
Ханна наклоняется к нему, и пес начинает облизывать ее.
— Можно погладить? — спросила Эмили.
— Конечно можно, — отвечает Ханна, и тянет Эмили к себе.
Теперь этот пес облизывает их обоих, и они радостно смеются.
Вниз спускается Стивен и Ванесса.
— Привет, — говорит Ханна, и идет их обнимать.
— Рад видеть вас одетыми, — сказал я, и Стивен показал мне средний палец.
Я прошу Ханну поторопиться, но Стивен меня перебивает.
— Мы сейчас поедем в университет, поэтому Ханну можем с собой прихватить.
Я смотрю на Ханну, она одобрительно кивает.
— Хорошо, увидимся в университете, — сказал я, и поцеловал ее в макушку.
Эмили всем машет рукой на прощание, и мы выходим на улицу.
— А ты купишь мне собаку? — спросила Эмили.
Я пристегиваю ей ремень безопасности, и завожу машину.
— Нет конечно.
— Почему?
Она надула губы, и скрестила руки на груди.
— Потому что я не хочу чтобы в нашем доме жила собака.
Эмили обиженно отвернулась. Всю дорогу она со мной не разговаривает.
— Эмили, прекращай, поговори со мной, — прошу я, но она по прежнему молчит. — Я подумаю над тем, чтобы завести собаку, но не обещаю, — сказал я, и она улыбнулась.
Я отвез Эмили в сад, по пути заехал в магазин и купил бутылку воды и пару шоколадок для Эмили и для Ханны, и когда я подъехал к университету, я увидел Ханну в компании Логана. Они стояли на лужайки, и мило общались. Может сломать Логану еще одну руку? Или вообще ноги? Я вышел из машины, и хлопнул дверью. Я немного не рассчитал силу, и хлопок получился сильнее, чем я предполагал. Лицо Ханны сразу изменилось. Судя по всему она не хотела чтобы я увидел их вместе. Она улыбнулась Логану, и направилась в мою сторону.
— О чем болтали?
Ханна убрала прядь волос за ухо, и поймала мой взгляд.
— Да ни о чем. Я спросила как у него дела, он спросил как мои, а потом приехал ты.
Я закурил сигарету, и обнял ее. Не хочу с ней ссориться.
— Ханна Маккалистер? — обращается к ней преподаватель по английскому.
— Да.
— Вас вызывает ректор.
В глазах Ханны я не увидел удивление, а это значит то, что она знает почему ее вызывает ректор.
— Объяснишь?
— Обязательно, но после разговора с ректором, — сказала она, и отправилась в университет.
Выкурив сигарету, я услышал звонок на лекцию, но решил на нее не идти. Я направился к кабинету ректора, и встретил там Монику.
— Переживаешь за свою девушку?
— Это из-за тебя ее вызвали?
— Ну да, из-за меня. Своди ее к психиатру, а то вырывать телефон и разбивать его об землю, это ненормально.
— Издеваться над человеком, и доводить его до слез, это тоже ненормально, — слышу я голос Ханны сзади.
Ханна на взводе, и чтобы сейчас здесь не начался очередной конфликт, я взял ее за руку, и мы вышли из университета.
— Что тебе сказал ректор?
— Заставил писать объяснительную, сделал выговор, и я должна купить новый телефон этой сучки.
— Ну слава богу что хоть не отчислили.
— Да, но ректор сказал что будет наблюдать за мной. Еще один косяк, и меня отчислят.
На ней нет лица. Отпускать ее на лекции без настроение я не хочу, поэтому я беру ее за руку, и тяну в сторону машины.
— Поехали.
— Куда? — удивленно спросила она.
— Куда нибудь.
— А как же лекции?
— Маккалистер, я тебя умоляю, не будь такой занудой.
Она немного улыбнулась, значит я на правильном пути.
— Так куда мы едем? — спросила она, и открыла дверь машины.
— Куда хочешь?
— Давай в парк аттракционов. Там есть тир, и уж очень мне хочется вместо бутылок представить там Монику.
— Пристегни ремень, бандитка, — сказал я, и она смеясь толкнула меня в плечо.
Дорога почти пустая, поэтому я набираю скорость, и вижу что Ханна напряглась, поэтому я кладу свою руку ей на колено, а она кладет свое руку сверху.
Ханна начала рассказывать про случай с Моникой, и как она ее бесит, но на мой вопрос что же было такого в телефоне Монике, она не ответила. Признаться, мне нравится как Ханна злится. Она очень забавно надувает ноздри, и жестикулирует руками.
Я паркую машину, и мы выходим из нее. Я привез Ханну в тот же парк аттракционов где мы были на ее дне рождения. Покупаю нам сахарную вату, и слушаю истории Ханны. Я заметил что когда у нее хорошее настроение, она болтает без умолку. А когда настроения нет, из нее и пару слов не вытащить.
— Пойдем в дом страха.
— Нет, — резко говорит она.
— Я с тобой. Пойдем.
Ханна не умеет долго сопротивляться, и в конечном итоге она поддается мне. Я покупаю нам билеты, и мы заходим в дом страха. Она прижимается ко мне как маленький ребенок, и при каждом неожиданном моменте визжит как ненормальная.
— Ханна, успокойся, — смеясь говорю я, и прижимаю ее к себе.
— Ханна, я иду за тобой, — слышим мы голос мужчины, и как заводится бензопила.
Как бы я не пытался объяснить ей что это аниматор, но Ханна хватает меня за руку, и начинает убегать. Она забегает в каждую комнату чтобы найти выход, но его все нет.
— Выход там же где и вход, — говорю я, и Ханна смотрит на меня испуганными глазами, и не знает что делать. — Успокойся, это аниматор.
— Откуда он знает мое имя?
— Услышал наверное как я обращаюсь к тебе по имени.
Она все равно стоит напуганная, и от каждого звука подпрыгивает.
— Пока я рядом, тебя никто не тронет, — сказал я, и поцеловал ее в губы.
Она заметно расслабляется, и через пару минут соглашается идти обратно. Она испуганно смотрит по сторонам, а я смотрю на нее, и умиляюсь. Через минуту мы уже выходим на улицу, и я начинаю смеяться.
— Это не смешно, — обиженно говорит она.
— По моему очень даже смешно, — говорю я, и беру ее за руку. — Кушать хочешь?
— Да.
На территории парка мы нашли более менее нормальное кафе. Пока Ханна заказывает себе и мне еду, я выхожу на улицу чтобы позвонить отцу, и напомнить что завтра мы приедем.
— Я приеду не один, со мной будет девушка.
— Отлично, я тогда приготовлю вам комнату, — говорит отец, и мы прощаемся.
Я захожу обратно в кафе, и иду к Ханне.
— Я заказала нам пиццу.
Я сел напротив нее, и взял кусочек пиццы.
— Мы завтра рано выезжаем, поэтому ты остаешься сегодня у меня.
Она взяла салфетку, и протерла губы.
— Тогда утром заедем ко мне за Каспером.
Я чуть ли не поперхнулся содовой когда она сказала про своего пса.
— Что? Нет. Он не поедет с нами.
— Я не поеду без него.
Я откидываюсь на спинку дивана, и закрыв глаза вздыхаю. Я слышу как Ханна встала с дивана, и через секунду она плюхнулась рядом со мной. Я открыл глаза, и повернул голову в ее сторону. Она сидела точно так же как я. Тело сидело прямо, а вот голова лежала на спинки дивана, и была повернута в мою сторону.
— Я не могу оставить его на сутки одного. Он мой друг.
— Он всего лишь пес, Ханна.
Сейчас она уже смотрела сквозь меня.
— Для меня это не играет особой роли. Знаешь чем собака отличается от человека?
— Наверное тем, что собаки ходят на четырех лапах, и при знакомстве нюхают друг другу зад?
Мои слова заставили ее улыбнуться,но она все также смотрела сквозь меня.
— Им совершенно неважно кто ты, и как ты выглядишь. Ты можешь быть серийным убийцей, но твой пес все равно будет с тобой. Знаешь почему? Потому что ему все равно на это. Хоть ты сто человек замочишь бензопилой, твой пес все равно будет вилять хвостом когда ты будешь приходить домой. — Она уже смотрела мне в глаза. — Покажи мне хоть одного человека кто никогда не предавал. Таких нет. Пес никогда не предаст тебя. Это их обычно предают когда выбрасывают на улицу как ненужную вещь.
Я усмехнулся, и почесал затылок.
— Что смешного? — спросила она, и нахмурила брови.
— Я просто представил тебя с бензопилой.
Ханна засмеялась, и взяла меня за руку.
— Ты еще полюбишь Каспера, вот увидишь.
— Не уверен.
— Это мы еще посмотрим.
Я съел последний кусок пиццы, оплатил счет, и мы вышли на улицу в поисках тира.
Ханна неуклюже берет пистолет, и пытается попасть в цель, но у нее это не получается даже с десятого раза. Она психует, вздыхает, но упорно идет к своей цели, и наконец-то она попадает в цель. Ее радости нет предела. Из двадцать трех раз - один раз она попала, а радости в ней столько, как будто все двадцать три раза она попадала в цель.
Для закрепления хорошего настроения я покупаю нам яблоки в карамели, и мы отправляемся к машине.
— Я немного опаздываю на тренировку, поэтому давай сразу в университет.
В машине Ханна продолжила разговор про свою собаку, и продолжила уверять что он мне еще понравится.
— Ты просто зануда, — утверждает она. — Стивена, Логану и Ванессе очень понравился Каспер.
— Ты гуляла с Логаном? — резко спросил я, и Ханна отводит взгляд. — Маккалистер, я с тобой разговариваю.
Я набираю скорость, и Ханна соизволила повернуть голову в мою сторону.
— Зачем ты так гонишь? — испуганно спросила она.— Я встретила его когда гуляла с Каспером, и он составил нам компанию. — говорит она. — Сбавь скорость, — требует она. — Ты ненормальный.
Она отворачивается к окну, и я все же сбавляю скорость, и кладу руку Ханне на колено, но она обиженно убирает мою руку.
— Ну прости, — сказал я, но она не обращает на меня никакого внимания.
— Прекрати так реагировать на Логана. Мы с ним друзья, и не больше. И пора уже научиться контролировать свои эмоции.
— Ты будешь мне говорить про контроль эмоций? — резко спрашиваю я, и она удивленно смотрит на меня. — Тебе напомнить про ситуацию в офисе, и про то, как ты разбила телефон Монике об асфальт?
— Я не хочу продолжать этот бессмысленный разговор.
Оставшуюся дорогу до университета она не сказала ни слова, и я собственно тоже. Наверное это было лучшим вариантом для нас, иначе мы бы наговорили друг другу лишнего, а потом жалели бы об этом.
Мы доезжаем до университета, и Ханна молча выходит из машины. Я закуриваю сигарету, и смотрю ей вслед. После трех затяжек я запустил руку в карман джинс, достал телефон, и набрал номер Моники.
— Ого, мне звонит сам Марк Райт, — ехидно говорит она.
— Я жду тебя на парковки, — сказал я, и сбросил.
Через десять минут Моника выходит из университета, и садится ко мне в машину.
— У меня тренировка, поэтому давай быстро.