24 часть.
Когда отец девушки приехал, Пэйтон уже ждал его, сидя на заборе с сигаретой.
— Здрасьте.
— Добрый вечер, Пэйтон.
Они пожимают друг Другу руки.Джейк закуривает, чтобы почувствовать себя с Пэйтоном на равных. Но успеха он не добился. Странный парень. Сидит тут в темной куртке, улыбается, смотрит на него пристально... На брата совсем не похож. Куда мощнее. И когда он уже намеревался сесть на ограду рядом с ним, то вдруг вспомнил. Этот парень избил его давнего друга, сломал ему нос. А теперь он встречается с его дочерью. Опасный тип. Ах, насколько лучше было бы поговорить с его братом!
Джейк остается стоять. Пэйтон изучает его с любопытством.
— Так о чем поговорим?
— Ну, как сказать... У нас в семье последнее время проблемы.
— Не все же по моей вине.
— Да, я понимаю, но посудите сами — раньше у нас было все спокойно. Мия и Эмми — хорошие девочки...
— Да, Мия девушка что надо. Послушайте, Джейк, может, на ты? Я вообще-то люблю говорить все напрямик. А от всех этих «Вас», «Вашими» у меня скулы сводит.
Джейк улыбается:
— Я не против.
Довольно приятный парень. Во всяком случае, с кулаками пока не бросается. Пэйтон слезает с ограды.
— А давай пойдем посидим где-нибудь. Поговорим в приятной обстановке, заодно выпьем...
— Согласен. Куда пойдем?
— Тут рядом есть место, его нашли мои друзья. Там совсем по-домашнему, никто нам не помешает.
Пэйтон садится на мотоцикл.
— Поезжай за мной!
Клаудио садится в машину. Он удовлетворен. Поручение оказалось куда легче, чем он ожидал. He так все плохо. Он едет следом за парнем к Фарнезина. На Понте Мильвио они сворачивают направо.Джейк старается не потерять из виду красную фару, его путеводный огонь в ночи. Вскоре они останавливаются на улочке позади пьяцца Клодио. Пэйтон показывает Джейку свободное место для парковки, а сам оставляет мотоцикл прямо у входа в заведение под названием Four Green Fields. Внутри настоящее столпотворение. Куча народу сидит на табуретах вдоль стойки. Вокруг все увешано картинами и логотипами пива из разных стран. За стойкой отчаянно суетится тип в тонких очках и с растрепанными волосами, поспешно смешивает фруктовые коктейли и джин-тоники.
— Привет, Антонио.
— О, Пэйтон, привет. Что будешь?
— Не знаю, сейчас придумаем. Тебе что?
Пока они усаживаются, Джейк вспоминает, что ничего не ел. И решает выпить чего-нибудь полегче.
— Мартини.
— Значит, светлого пивка и мартини.
Они садятся за стол в глубине, где не так людно. Тут же подскочила смуглокожая красотка по имени Франческа. Принесла их заказ и остановилась потрепаться с парнем. Пжйтон знакомит ее с отцом его возлюбленной, тот, вежливо приподнявшись, пожимает ей руку. Франческа удивлена.
— Неплохая жопа, да? Она из Бразилии. У бразильянок совершенно офигительные задницы. Вроде бы так говорят. Сам не знаю, почему я еще не побывал в Бразилии. А уж если там все такие, как Франческа...
Пэйтон жадно отпивает из бокала.
— Да, она недурна собой, — потягивает мартини Джейк, расстроенный тем, что его мысли оказалось так легко прочесть.
— Ну так о чем мы? Ах да, о том, что Мия — чудесная девушка. Полностью согласен.
— Да, все так, но моя жена, Раффаэлла...
— Я уже с ней познакомился. Характерец тот еще.
— В общем да.
Джейк допивает мартини, и тут же снова появляется Франческа. Она, улыбаясь, поправляет волосы, стреляя глазами в сторону их столика.
— А ты ей приглянулся. Закажем еще чего-нибудь? — и, не давая Джейку ответить, — Антонио, мне еще пива! А ты что будешь?
— Да нет, спасибо, ничего.
— Как же — ничего? Перестань...
— Ну хорошо, мне тоже пива.
— Отлично, два пива и оливок, чипсов, в общем, чего-нибудь погрызть.
— Так я о чем говорю, Пэйтон. Моя жена очень беспокоится за Мию. У нее последний год перед выпускными экзаменами.
— Я знаю. И знаю про ту историю с учительницей... Там были трудности.
— А, ты знаешь...
— Ничего, прорвемся.
— Очень на это надеюсь, — Джейк делает большой глоток, снова задумавшись о пяти тысячах долларов.
— Увидишь, все будет нормально. Эта химичка больше не будет докапываться до Мии. Пусть у тебя об этом голова не болит.
Джейк выдавливает улыбку. Как же ему сказать, что главная головная боль и есть он сам?
***
Позже парень, увидев, как набрался Джейк, провожает его до машины.
— Ты точно сам доберешься?
— Конечно, не беспокойся.
— Точно? А то я и проводить могу...
— Да не нужно, все нормально.
— Ну, как хочешь. Хорошо поиграли, правда?
— Просто отлично.
Джейк закрывает дверцу.
— Подожди! — это Франческа. — А как же со мной попрощаться?
— Ах да... Что-то я как-то закрутился.
Франческа прыгает в машину и нежно от всей души целует его в губы. Отрывается и улыбается ему.
— Ну, пока, до встречи. Заходи как-нибудь. Я всегда тут.
— Непременно приду.
Трогается с места и уезжает. Опускает стекло. Ночной воздух приятен и свеж. Ставит в магнитолу диск и закуривает. Он в стельку пьян и крепко сжимает руль.
— Какой был шар! Вот свезло так уж свезло... Он счастлив так, как давно уже не был. Но по мере приближения к дому становится все печальнее. Что сказать Раффаэлле? Въезжая в гараж, он еще не придумал убедительной версии. Маневр, трудный даже на трезвую голову, в пьяном виде становится невозможно выполнить. Выйдя из машины, он обнаруживает царапину на боку и упавшую машины. Поднимает ее, шепча про себя извинения: «Мия, уронила я твою машину». Поднимается в дом. Раффаэлла уже ждет его. Самый страшный допрос в его жизни, хуже, чем в кино про полицейских. Раффаэлла всегда выступает в роли злого следователя, про доброго — того, что в кино ведет себя по-дружески, предлагает стакан воды или сигарету — она как-то забывает.
— И как же все прошло? Выкладывай!
— Все нормально, даже хорошо. Пэйтон — порядочный человек и отличный парень. Незачем волноваться.
— Как это — незачем волноваться?! Он же сломал нашему знакомому нос!
— Может, он сам нарвался. Мы же не знаем. И потом, Раффаэлла, честно говоря, этот мой друг тот еще фрукт...
— Что ты несешь?! Ты хоть сказал ему, чтобы он не трогал нашу девочку? Чтобы не встречался с ней, не звонил и не приезжал в школу?
— Ну, об этом мы поговорить не успели.
— А что ты ему тогда сказал? Что ты вообще делал все это время? Уже двенадцать!
Джейк сдается.
— Мы играли в бильярд. Ты знаешь, дорогая, там двое много трепались, так вот, мы их обыграли! И я забил два последних шара! И даже выиграл сто долларов. Здорово, правда?
— Здорово? Да ты просто кретин! Ты вообще ничего не можешь! Пришел пьяный, дымом за километр воняет — и даже не смог поставить на место этого бандита!
Рассерженная Раффаэлла уходит. Джейк из последних сил пытается ее успокоить.
— Подожди, Раффаэлла!
— Чего еще?
—Пэйтон сказал, что он получает диплом.
Раффаэлла, хлопнув дверью, скрывается в комнате. Ложь не помогла. Как же сильно она обозлилась! Для нее-то эта бумажка — все. «В сущности, она мне так и не простила, что я не получил диплома». Упавший духом от этой мысли и взбудораженный самим вечером, он плетется в ванную. Поднимает крышку унитаза, его рвет. Потом, когда он раздевается, из кармана пиджака выпадает бумажка. Это номер телефона Франчески. Красавицы с волосами цвета воронова крыла и медово-смуглой кожей. Наверно, подсунула, когда мы целовались в машине. Перечитывает записку. Как в фильме «Бабочка». Стив Маккуин в тюрьме получает записку от Дастина Хоффмана и глотает ее, чтобы не нашли. Джейк запоминает номер, но записку выкидывает в унитаз. Словно для того, чтобы точно убедиться, что записка утонула, его снова одолевает приступ рвоты.Джейк спускает воду, гасит свет, выходит из ванной и забирается в кровать.