12 глава
Погруженный в свои мысли Драко шёл по коридору, когда почувствовал неуловимое движение воздуха слева. В то же мгновение в его плечо словно ударилась короткая вспышка, и кожа заныла, как от укуса целого роя ос.
— Какого... — вскрикнул он, только сейчас поняв, что не наложил на себя дезиллюминационные чары. Впрочем, в них не было нужды — его уже поймали на месте преступления, и, хотя все ученики уже должны были быть в своих гостиных и спальнях, его мало заботила вероятность быть оштрафованным старостами, дежурящими по вечерам.
— Малфой! — донёсся до него звонкий сердитый голос.
Дверь в тренировочный зал была открыта нараспашку; Грейнджер стояла в полумраке, всё ещё направляя на него свою волшебную палочку, из которой только что вырвалось сильное жалящее заклятие.
— Совсем спятила, Грейнджер?
Малфой потер руку, которая отказывалась шевелиться и ужасно саднила.
— Я прождала тебя почти час, а ты идешь мимо, как ни в чем не бывало!
В её глазах плясала плохо скрываемая злость на него. Драко показалось это забавным, и он ухмыльнулся. Как просто, оказывается, вывести гриффиндорскую заучку из себя.
— У меня нет ни времени, ни настроения возиться с тобой. Перенесем тренировку на завтра.
Он собрался было уйти, чем вызвал ещё большее негодование Грейнджер. Она стрельнула в него очередным заклинанием, и Драко едва успел взмахнуть палочкой, чтобы отбить его.
— Я тебя разве не предупреждал, Грейнджер? Не зли меня, — просто ангельское терпение с его стороны.
— Мы договорились на сегодня, значит, проведем тренировку сегодня.
Ей стоило топнуть ногой, чтобы еще больше походить на капризного ребёнка.
— Нет.
— Трус.
Он повернулся так резко, что она вздрогнула, но не сделала ни шагу назад, когда он всё-таки вошёл в класс.
— Что ты сказала?
— Что ты трус, — повторила Грейнджер, вложив в тон, судя по всему, все свое гриффиндорское слабоумие и отвагу. — Мы оба знаем, что в заклинаниях я куда сильнее.
Это была слишком наивная провокация, но Драко позволил себе удовольствие поддаться на неё и бросил в неё несколько оглушающих подряд.
Первые два Грейнджер отбила вполне уверенно, от третьего увернулась, но четвёртое, брошенное им почти без движения палочкой, застало её врасплох.
Грейнджер отлетела к стене, как тряпичная кукла, но, видимо, успела смягчить падение защитным барьером.
— Совсем спятила? — повторил Драко, подойдя ближе.
И тут Грейнджер сделала то, чего он совершенно не ожидал от неё. Использовала исподтишка магическое лассо: невидимая петля зацепила его ноги и рывком отбросила на пол. Это был низкий приём. Один из любимых у его тётки.
— Что, не защищаешь щиколотки? Очень зря.
— Ага, у тебя научился, — пробормотал Драко, вставая на ноги. — Ладно, хочешь тренировку, будет тебе тренировка. Только учти, что я не в духе, чтобы щадить тебя, так что не ной потом.
Она встала в оборонительную позу, ожидая атаки, но он решил потянуть время, понервировать её.
Драко опустил палочку и медленно расстегнул пиджак, с улыбкой наблюдая за расширившимися от удивления глазами Грейнджер. Стянул его с себя, и, подойдя к преподавательскому столу, небрежно бросил его сверху. Затем закатал рукава рубашки, — так, чтобы она видела Метку, и, наконец, поднял палочку.
Безмолвная дуэль длилась не больше пяти минут, когда они оба решили использовать одно и то же заклинание.
Две красные вспышки невербального «Экспеллиармуса» соединились в одну, бросая в стороны тысячи обжигающих искр. Драко почувствовал, как накалилось древко его палочки, и усилил напор. Но Грейнджер не собиралась сдаваться: она делала медленные шаги вперёд, наступая, хотя он видел, с каким трудом ей даётся удержание контроля.
Концентрация в подобном виде борьбы была колоссальной, и никто из них не планировал отступать. Драко видел, как подрагивала её рука, и чувствовал, как сводит от напряжения его собственные пальцы. Ему приходилось пятиться назад, чтобы не разорвать связь первым; он просто не мог позволить Грейнджер победить.
Поэтому нашёл единственный вариант, как остановить её.
Он резко дёрнул палочкой, а свободной рукой перекрыл энергию заклинания, разрубая огненный луч ребром ладони. Связь оборвалась, оружие Грейнджер вылетело из её рук, отбрасывая гриффиндорку назад. У него не было ни сил, ни желания ловить её палочку, и она с тихим стуком упала рядом.
— Малфой, чёрт! Это подло.
— Сказала та, что бросила жалящее практически мне в спину, — ухмыльнулся он со злорадством.
И тут же поймал испуганный взгляд Грейнджер на своих руках.
Его левую ладонь рассекал глубокий ожог — кожа потрескалась по краям раны и покраснела, хотя боли он практически не чувствовал.
— Тебе нужно в больничное крыло, — сказала она, и, если бы перед Драко была не Грейнджер, а кто-нибудь другой, он решил бы, что слышит в голосе легкую обеспокоенность.
— Само заживёт, — беспечно дёрнул он плечами. — Будет напоминанием, как легко получилось вырвать у тебя палочку.
— Я бы выиграла, если бы ты не повел себя, как идиот. Скажи спасибо, что это было всего лишь обезоруживающее, а то остался бы без руки.
— На этом можем закончить? Или тебе мало синяков на сегодня?
Он был уверен, что хотя бы пару раз она здорово ударилась об пол в жалких попытках отбить его атаки. Хотя это была очень короткая дуэль, — по меркам Уилкс, которая всегда гоняла их до полного истощения, по крайней мере.
Грейнджер быстро подошла к нему и подняла свою палочку с пола.
— Дай взглянуть, — сказала она, протягивая руку.
— Что ещё тебе дать? Спрашивай, не стесняйся, я сегодня необычайно щедр.
Драко сжал руку в кулак (едва сдержавшись, чтобы не поморщиться), но настырность и наглость Грейнджер не знала границ. Потому что она встала прямо перед ним и силой дёрнула его за руку, заставляя раскрыть ладонь.
— Этого бы не случилось, если бы ты позволил мне обезоружить тебя. Преимущество было на моей стороне, — сказала Грейнджер спокойно, разглядывая ожог. Она стояла так близко, что он почувствовал аромат её цветочных духов и тепло пальцев, которые она держала под его рукой, не смея коснуться кожи, словно та была отравлена.
Драко не смог бы сказать даже под действием Веритасерума, что заставило его послушно стоять столбом, пока она накладывала на него лёгкие заживляющие чары. Возможно, любопытство; возможно, это было удовольствие от чувства вины, которое он видел в её взгляде, словно она нанесла ему ожог, а не он сам решил сделать это. Или, может быть, он был настолько поражен её беззастенчивым участием, граничащим с заботой, что растерялся и не смог оттолкнуть.
— Ай, — Драко дернулся, когда она переусердствовала с чувствительной зоной у запястья.
— Я не сильна в колдомедицине, так что лучше тебе...
Он почувствовал её взгляд на Метке и вырвал руку.
— Ты вообще ни в чём не сильна, — презрительно бросил он, опуская рукава.
— Почему же? У меня вполне неплохо получается надирать тебе задницу.
— Разве что в твоих влажных мечтах.
Драко почти вышел из класса, когда она окликнула его.
— Что?
Он повернулся, но вместо ответа получил собственный пиджак, брошенный взмахом палочки Грейнджер прямо ему в лицо.
— Левио́са, а не Левиоса́, да, Грейнджер?
— Минус пять очков Слизерину, — с самодовольной ухмылкой произнесла Грейнджер. И в ответ на его удивленный взгляд добавила: — Ученики в это время должны быть в своих комнатах, а не бродить по школе.
Драко прищурился, сдерживая желание оглушить её. Ему не нужны проблемы. Никаких нападений на зарвавшихся гриффиндорцев, ничего компрометирующего. Дуэль окончена.
В рейтинге вещей, что ежедневно вызывали его раздражение, Грейнджер занимала почётное первое место. Она была как то самое жалящее заклинание, последствия которого, хоть он и снял его, всё еще давали знать о себе легким зудом — не приносящая много проблем, но постоянно напоминающая о себе заноза. И видит Салазар, то, что ее дали ему в напарники — просто идиотская насмешка Уилкс. Впрочем, они не могли изучать невербальную магию в парах целый год, поэтому, возможно, скоро он избавится от этой кучерявой докучливой физиономии.
Драко снова поймал себя на мысли, что слишком много думает о Грейнджер. Даже секунда в его мозгу — слишком большая честь для нее, особенно учитывая, что сейчас есть куда более важные вещи для размышлений.
Он почти дошел до гостиной Слизерина, когда вдруг сбавил шаг.
Уилкс сказала, что ей нужны записи Северуса, и, судя по тону, ей было абсолютно плевать, как он достанет их, находясь в школе. Крестный Драко не отличался особой щедростью, и все его немногочисленное имущество отошло Малфоям только потому, что других родственников у Снейпа не было.
Дверь кабинета зельевара была заперта — значит, Уилкс действительно покидала школу, потому что наложила на нее те же чары, что и на свою. Драко не заботило, что она почти наверняка узнает о его присутствии здесь сразу же, как только откроется замок. Это единственный вариант достать то, что ей (и ему) нужно и как можно скорее.
Мешочек Летучего пороха перекочевал со стола обратно на каминную полку; набрав из него полную горсть, Малфой подумал, что со стороны Уилкс было бы благоразумно запечатать каминную сеть, закрыв ее от непрошенных гостей. Не давая себе возможности развить эту мысль и решить, что делать в случае неудачи, Драко встал в камин, и, раскрывая ладонь с порохом, четко произнес: «Паучий тупик».
Вспышка знакомого ядовито-зеленого пламени на долю секунды ослепила его, и, когда Драко снова открыл глаза, откашливаясь от золы и пыли, он уже был в совершенно другом месте.
Напрямую в дом Северуса Снейпа можно было попасть только по специальному приглашению даже при его жизни; и сейчас Драко оказался в каком-то полуразваленном сарае с камином, которым, судя по всему, не пользовались уже несколько лет.
Брезгливо очистив одежду от сажи взмахом волшебной палочки, Драко огляделся по сторонам и вышел на улицу, пытаясь сориентироваться. Было темно и очень холодно — ветер, уже лишенный хоть толики тепла, присущего ранней осени, резкими порывами хлестал по лицу и ерошил волосы, так что пришлось использовать согревающие чары.
Найдя глазами очертания труб старой ткацкой фабрики вдали, Драко пришел к выводу, что дом Снейпа находится всего в паре кварталов от места, куда его перенесла каминная сеть. Идя по улице, состоящей из ветхих, одинаково уродливых кирпичных домов с темными провалами окон, он то и дело сверялся со своим единственным ориентиром, пока, наконец, не почувствовал легкую границу защитных чар, отделяющих нужный переулок ото всех остальных. Подойдя к двери, он ощутил еще один магический барьер, и горько усмехнулся про себя — как бы ни был защищен дом крестного, это нисколько не спасло его самого.
— Люмос, — произнес Драко, перешагнув порог, и почему-то звук его собственного голоса показался ему далеким и чужим.
Здесь всё выглядело так же, как и при жизни Северуса — даже могло показаться, что хозяин покинул свое жилище совсем недавно, если бы не толстый слой пыли, покрывающей мебель и полки с книгами, склянками и прочей ерундой. Насколько помнил Драко, у Снейпа не было домашних эльфов.
Не желая терять времени, Драко прошел в кабинет, совмещенный с личной библиотекой Снейпа.
Сотни фолиантов на полках, десятки блокнотов, записных книжек и аккуратно перевязанных стопок исписанных пергаментов.
— Акцио записи о Метке.
Это было бы слишком просто. Нужно что-то конкретное.
Драко мельком просмотрел бумаги, лежащие в столе, на столе, на ближайших к нему полках. Книги в стеллажах были рассортированы по строго определенному порядку: колдомедицина, противоядия, перечни важных ингредиентов для зелий, книги темнейших проклятий, история магии и тому подобное. В дневниках, испещренных мелким ровным почерком, не было ничего похожего на то, что искал Драко.
— Чёрт бы тебя побрал! — выругался он, отбрасывая очередную книгу. — Акцио дневники Снейпа!
Несколько тяжелых записных книжек с шорохом слетели с полки и приземлились на стол. Драко бегло пролистал каждую. Чёртова гора бесполезных зелий — и ни слова о Метке, Волдеморте или чем-то подобном.
В комнате была еще одна дверь — по смутным воспоминаниям Драко, там хранились личные запасы Снейпа. Приоткрыв створку и заглянув в нишу размером с чулан, он обнаружил котлы, банки, сушеную траву, коренья, заспиртованные органы различных животных и прочую омерзительно пахнущую утварь.
Огонек света на кончике палочки осветил все это никому ненужное добро, и Драко собрался было вернуться к поискам в кабинете, как заметил на стене тень, выбивавшуюся из общих очертаний. Он протянул руку и пошарил на полке за склянками со странной черной субстанцией, чувствуя, как к пальцам липнет пыль и паутина. Судя по всему, на эту полку Северус заглядывал реже всего.
Ладонь ударилась о что-то твердое и шероховатое на ощупь. Привстав на носки, Драко достал три перевязанных бечёвкой тетради, но неудачно облокотился на полку, и одна из склянок, упав на пол, разлетелась вдребезги.
Что бы в ней ни находилось, это было едкое вещество, раздирающее легкие отвратительно приторным запахом. Отпрянув от чулана, Драко с ужасом наблюдал, как из чёрной лужи и россыпи осколков клубится тёмный, густой пар, сбиваясь в щупальца, тянущиеся к нему.
— Экскуро, — пробормотал Драко, направив палочку на субстанцию на полу, но очищающие чары не сработали. Тогда он захлопнул дверь, и пар начал медленно просачиваться сквозь щели.
Подавляя рвущее изнутри грудь желание откашляться, Драко отошёл от двери и погрузился в изучение тетрадей.
Из первой, самой тонкой и ветхой на вид, выпал белый сухой лепесток, источающий сладковатый цветочный аромат, похожий на лилии, и рассыпавшийся в прах от первого же прикосновения. В тетради были конспекты и доклады по зельеварению за первый курс — Драко обнаружил список из 12 способов применения драконьей крови, 2 пункта из которого, судя по совсем другому, витиеватому, словно девчачьему, почерку, были написаны не Снейпом.
Во второй тетради значились какие-то имена и незнакомые Малфою заклинания; третья тетрадь была исписана лишь наполовину, но на одной странице он увидел аккуратно выведенное заклинание: вызывающее Метку «Мортмордре». Дальше шло описание Меток — в небе и в виде клейма, но он не успел вникнуть в суть написанного, потому что до его слуха донесся хоть и далекий, но знакомый хлопок.
Заклятие ненаносимости накладывало на жилище, помимо всего прочего, запрет на аппарацию — даже если дом официально принадлежал Малфоям, они не могли перенестись куда-либо прямо отсюда. Впрочем, Драко некуда было аппарировать — чтобы вернуться в замок, он должен был снова воспользоваться камином.
То, что кто-то аппарировал посреди ночи прямо в Паучий тупик, где большинство домов были нежилые, а полукровки, маглы и прочий живущий здесь сброд почти наверняка давным-давно спали, заставило Драко насторожиться. Интуиция подсказывала, что стоит быть внимательнее — он напряженно вслушивался в тишину, но никаких движений или признаков присутствия чужаков так и не уловил.
Он почувствовал подступающую к горлу тошноту. В глазах рябило, а в воздухе будто повисла невидимая, но ощутимая дурманящая пелена.
«Пора убираться отсюда», решил Драко, и, сунув тетради под мышку, попятился от двери в чулан, из-под которой всё ещё тянуло тёмной мерзкой дымкой. По пути к выходу он прихватил с собой еще пару дневников Снейпа, решив, что сможет изучить их более внимательно в школе, а в случае чего вернуться позже и продолжить поиски.
Едва выйдя за порог и вдохнув полной грудью прохладный воздух, Драко почувствовал, как кружится голова. Какая бы чертовщина ни стояла в банках в чулане, это было явно не зелье для роста волос или против похмелья — это было нечто отравляющее, темное, созданное для неизвестных целей, но явно по просьбе или с одобрения Темного Лорда, потому что иначе казалось безумием, что Снейп собственноручно и по своему желанию создал эту мерзость.
Драко быстро шел обратно к зданию со старым рабочим камином, когда интуиция заставила его притормозить. Он только что пересек невидимую защитную границу, но не мог вспомнить, чтобы почувствовал второй барьер.
«Стоило наложить дезиллюминационные чары» — запоздало подумал Драко, когда яркая вспышка оглушающего заклинания со свистом прорезала темноту.
Он не успел не то что выкрикнуть защитное заклинание, но даже мысленно произнести «Протего» — рука с палочкой поднялась сама, на автомате, и заклинание рассыпалось о невидимую стену яркими искрами. Впервые за всю жизнь Драко почувствовал благодарность к кому-то из профессоров Хогвартса, — в данном случае, Уилкс, которой-таки удалось достойно натаскать их на использование невербальной защиты.
Обернувшись, Драко заметил темную высокую фигуру, которая приближалась к нему, и выстрелил обезоруживающим, что было с легкостью отбито.
Тетради и блокноты Снейпа, которые он держал в руках, значительно ограничивали Драко в движениях, но выпустить он их не мог, поэтому начал медленно отступать. Проход к камину был перекрыт, так что оставалось два варианта — бежать или пытаться вступить в бой.
— Драко, это ты? Я ожидал, что явится твой отец, в крайнем случае, мать. Разве ты не должен быть в школе? Прогуливать нехорошо.
Голос показался Драко смутно знакомым — но лицо было скрыто за капюшоном. В очертаниях фигуры он видел знакомую мантию, и надеялся, что это всего лишь обман зрения, а не один из Пожирателей Смерти собственной персоной.
Ещё одна вспышка — незнакомец не пытался атаковать всерьез, скорее, прощупывал почву или тянул время. Но свет заклинания отразился на его лице — точнее, костяной маске, скрывающей его.
Граница антиаппартационного щита должна быть где-то совсем близко.
Драко попятился, не опуская палочку, когда услышал сзади еще один хлопок — по ощущениям, шагах в пятнадцати от того места, где он находился.
— Ты забыл, как пользоваться Меткой? Мы ждали тебя, но ты так и не откликнулся на призыв, — продолжал наступать Пожиратель.
— Оставь его мне, у меня с парнишкой старые счёты, — глухо произнес второй голос. Его Драко узнал: Роули.
Оба Пожирателя одновременно бросили в Драко обезоруживающее, но он увернулся — это были не самые талантливые приспешники Темного Лорда.
Малфой действовал быстро: пара атак на первого Пожирателя, — держать щит, — затем отбить непростительное от второго, — держать щит, — затем атаковать второго, — щит, — использовать рикошет...
Сильное режущее заклятие мазнуло его по плечу и руке, — конечно же, левой, — и одна из тетрадей упала на землю.
— Что там у тебя, конспекты по Травологии? Опусти палочку, иначе прикончим тебя прямо здесь, — прогоготал Роули.
— Мы просто поболтать хотели, — вторил ему второй Пожиратель. — Не будь глупцом, Драко.
Драко подхватил тетрадь, морщась от боли — кроме свежей раны, снова напомнил о себе ожог на ладони, плохо залеченный Грейнджер, — и бросил в Роули заклятие невидимого лассо, чувствуя, как разбивается об его собственную невидимую, но надежную защиту «Ступефай» от второго Пожирателя.
Огромный неповоротливый Роули неуклюже завалился на бок, не сумев отбить лассо, и это был шанс. Драко бросил за спину отвлекающее ослепляющее, и побежал прямо на Торфинна.
Тот не успел отбить его атаку и замер под действием «Остолбеней» — Малфой пробежал мимо, и, как только почувствовал легкое покалывание в теле, обозначающее границу щита, тут же аппарировал.
***
— Малфоя не было в школе этой ночью, — с нескрываемым торжеством в голосе произнес Гарри, усаживаясь за стол рядом с Гермионой.
Она шыкнула на него и оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что его никто не услышал.
— Что? Откуда ты...
— Карта Мародеров.
Она хотела было сказать, что карта могла ошибиться, но было очевидно, что ответит Гарри. Карта. Никогда. Не ошибается.
Гермиона украдкой бросила взгляд на стол Слизерина, хотя уже знала, что на завтрак Малфой не явился.
— Но как он мог уйти? Антиаппартационные чары в школе восстановлены, — с сомнением сказала Гермиона, сжав в руке кружку мятного чая. Заявление Гарри напрочь отбило ей аппетит.
— Исчезательный шкаф. Тайный проход в Хогсмид. Метла. Фестралы. — Гарри пожал плечами. — Это не так уж важно. Важно, где он был.
— О чем болтаете? — подошедшая Джинни приобняла их и уселась напротив. Она выглядела довольно сонной — как и Гарри, отметила про себя Гермиона.
— Хорек покидал берлогу ночью, — многозначительно произнес Гарри, и Джинни нахмурилась.
— Ты что, следил за ним этой ночью?
Гарри вдруг покраснел, и Гермиона почувствовала себя неловко.
— Ну... Э... — он поправил очки. — Просто взглянул на карту.
— Уже смотрели утренний «Пророк»? Было что-то? — Джинни сама перевела разговор в другое русло, и Гермиона почувствовала, как сразу же расслабился Гарри.
Гермиона качнула головой. Она давно уже проштудировала газету, как делала ежедневно — ничего нового, никаких нападений или подозрительных происшествий.
— Сегодня у Слизерина итоговая тренировка перед матчем. Надо сходить, посмотреть, что там у них.
— Но на последние тренировки перед играми разве не запрещено приходить игрокам других факультетов? — удивленно вскинула брови Гермиона, и по улыбке Джинни поняла, что глупо говорить о каких-то запретах, если дело касается состязаний между факультетами.
— Во-первых, первый матч у них с Пуффендуем, а не Гриффиндором — какую стратегию они бы ни разыграли, это только на одну игру. Во-вторых, хорошо бы посмотреть на их новых игроков заранее. Ну, а в-третьих, мантия-невидимка Гарри...
— Гарри! — негодующе воскликнула Гермиона. — Это нарушение правил и спортивного этикета.
— Брось, слизеринцы постоянно ходят на наши тренировки, — махнул рукой Гарри. — К тому же, присмотрим за Малфоем. Если он, конечно, изволит явиться на поле.
— Ладно, сделаю вид, что я этого не слышала. Идем, Гарри, у нас сдвоенный урок трансфигурации, к Макгонагалл лучше не опаздывать.
— Но я же ем! — Поттер возмущенно указал на миску овсянки, стоящую перед ним.
— Надо вовремя приходить на завтрак, — цокнула языком Гермиона, многозначительно взглянув на Джинни, чтобы та поняла, что к ней это тоже относится. — Увидимся на уроке.
И, забрав со стола учебник, который она читала для подготовки к занятию, Гермиона направилась к выходу.
— Мисс староста, позвольте вас проводить, — Леонард появился в дверях так неожиданно, что она едва не влетела в него на полном ходу.
— У нас Трансфигурация, так что я очень тороплюсь, прости, пожалуйста, — извиняющимся тоном пробормотала Гермиона, попытавшись обойти когтевранца. Он уступил дорогу, но пошел следом.
— О, тогда можешь не торопиться. Макгонагалл сейчас в своем кабинете, беседует о чем-то с профессором Уилкс.
— Да? Откуда ты знаешь?
— Я только что оттуда, нужно было зайти по личному делу, — уклончиво ответил Леонард. — Судя по всему, они там надолго. А я просто решил узнать, прочла ли ты книгу, которую мы обсуждали на прошлой неделе.
— Про обскуров? Или заселение магической Британии волшебниками из Южной Америки в первой половине...
— Да, про них.
— Начала вторую, пока очень интересно, — улыбнулась Гермиона. Они сбавили шаг и теперь не спеша брели по коридору. — Эй, играться дрыгалками в коридоре запрещено!
Она укоризненно взглянула на пару первокурсников в Пуффендуя, с хохотом запускающих в однокашек маленькие надоедливые приборы с десятком щупалец, пытающихся дать щелбан всякому, кто оказывался у них на пути. Старое изобретение Фреда и Джорджа, которое было популярно в школе, еще когда Гермиона училась на четвертом курсе.
— Мне нравится, когда ты такая строгая, — рассмеялся Леонард, наблюдая, как малыши в спешке попрятали свои дрыгалки в карманы мантии. — Не думала о карьере преподавателя?
— Нет, пожалуй, это не мое. Не уверена, что смогу найти общий язык с детьми, и, к тому же, я планирую пойти на службу...
— В аврорат, помню, помню. Гарри тоже?
— Да, конечно. Он выбрал себе будущую работу еще на третьем, кажется, курсе...
Они уже подошли к классу, когда Грейвс вдруг загородил Гермионе проход.
— Увидимся сегодня? Как насчет свидания?
— Опять сюрприз?
— Нет, ничего неожиданного. Так, оркестр, салют, пара акробатов и букет цветов в пасти у дрессированного украинского железнобрюхого дракона.
Гермиона прыснула и лишь качнула головой, и Леонард демонстративно вздохнул:
— Ладно-ладно, отменю акробатов.
— У нас сегодня и так совместное дежурство. Увидимся на нем, — Гермиона улыбнулась и проскользнула мимо. — Без драконов, пожалуйста. Мне пора.
В классе Трансфигурации пока никого не было, кроме угрюмого Невилла, едва кивнувшего на ее приветствие, и дремлющего прямо на парте Симуса, хотя до начала урока оставалось не больше десяти минут.
Гермиона дошла до своей парты на первом ряду, но не успела выложить из сумки учебник, пергаменты и перья, как услышала в коридоре душераздирающий визг.
Схватив волшебную палочку, она бросилась к выходу — Симус и Невилл подорвались за ней.
Целая стайка девочек-гриффиндорок с первого курса обступила свою трясущуюся в рыданиях подругу. Рядом прохаживалась пара мальчиков, которые довольно посмеивались над происходящим — судя по цвету мантий и надменному выражению лиц, слизеринцы.
— Вы почему еще не в классе? Ну-ка, марш на урок! — грозно сказала им Гермиона, и оба парня тут же насупились.
— Да у нас Защита от темных сил, а профессор вечно опаздывает. Пришли посмотреть на хваленую гриффиндорскую храбрость, — один из них махнул рукой в сторону плачущей в углу девочки.
— Кому сказали, топайте отсюда. Не то староста школы, — Симус указал на Гермиону, — снимет со Слизерина сто очков.
Мальчишки в ужасе переглянулись и припустили прочь по коридору. Симус и Невилл, наконец, опустили палочки.
— Тебе помочь?.. — начал было Невилл, но Гермиона оборвала его на полуслове:
— Нет, идите, всё в порядке. Скажите Макгонагалл, что я задержусь.
Она подошла к девочке — ее лицо покраснело и было все в слезах, волосы, собранные в косичку, растрепались.
— Что произошло? — как можно мягче спросила Гермиона, присаживаясь на корточки возле юной гриффиндорки.
— Ее жуткий призрак напугал, он взялся из ниоткуда, — взволнованно затараторила одна из девчонок.
— Да, она споткнулась и упала, ударилась, — донесся до Гермионы другой голос.
— Она еще привидений толком не видела, только Почти Безголового Ника, а он-то добрый.
— Как тебя зовут? Встать можешь?
— Это Лора Торнберри, она и так-то почти не говорит, а тут и подавно, — участливо влезла подружка девочки.
— Не бойся, призраков тут больше нет. Если хочешь, я потом покажу тебе заклинание, отпугивающее их.
Лора, наконец, перестала всхлипывать и слабо улыбнулась.
— Давай на всякий случай сходим к мадам Помфри. Девочки, а вы отправляйтесь в класс, — строго сказала им Гермиона, но гриффиндорки и не подумали разойтись, а просто смотрели, как их подругу уводят в медпункт, громко обсуждая это происшествие.
Гермиона быстро оставила попытки разговорить девочку, поэтому они дошли до больничного крыла в полном молчании.
Едва Гермиона открыла дверь лазарета, до нее донесся возмущенный голос мадам Помфри:
— Вы бы еще через неделю пришли! Как вы еще на ногах стоите, я просто удивлена...
На кушетке, спиной к дверям, сидел Малфой — Гермиона сразу же узнала его светлые волосы. Черная рубашка держалась на одной руке, резко контрастируя с белоснежной кожей обнаженной стороны тела. Она скользнула взглядом по его шее, линии позвоночника, лопаткам и слишком резко очерченным мышцам спины, словно они были напряжены каждую секунду. Малфой держался, как всегда, прямо и невозмутимо — даже не видя лица, это чувствовалось по его позе, — как будто в его скелет был вживлен титановый стержень.
Целительница вскинула голубые глаза на новоприбывших.
— Минутку, я закончу здесь. Пройдите пока в мой кабинет.
Гермиона провела девочку в кабинет мадам Помфри, но сама вышла, дожидаясь колдомедика у входа.
Малфой уже поднялся на ноги и не спеша застегивал на груди рубашку — Гермиона невольно наблюдала за выверенными, аккуратными движениями его пальцев.
— Девочку-первокурсницу напугал Пивз, она, кажется, еще не отошла от истерики, к тому же упала, — пояснила Гермиона, с трудом оторвав взгляд от Малфоя, когда мадам Помфри, наконец, подошла к ней.
— Хорошо, я осмотрю ее, а позже сама отведу на занятия, если не потребуется госпитализация, — целительница вдруг очень внимательно посмотрела на девушку, и, понизив голос, добавила: — Гермиона, я всё понимаю, но использование подобных заклинаний в стенах школы даже в рамках тренировок, это... Хм... Слишком много Хогвартс повидал Темной магии. Будьте аккуратны.
Она сделала едва заметное движение головой в сторону Малфоя, стоящего в глубине лазарета. И, прежде чем Гермиона успела что-либо ответить, мадам Помфри скрылась за дверью кабинета.
— Что с тобой? — прямо спросила она у Малфоя, дождавшись, когда он выйдет в коридор.
— Переживаешь обо мне? Так мило с твоей стороны, — Малфой кисло усмехнулся, и, явно не планируя продолжать разговор, прошел мимо Гермионы, игнорируя ее возмущение. Она последовала за ним — хотя из-за разницы в росте ей приходилось почти бежать, чтобы сохранять достаточное расстояние, чтобы он услышал ее обвинения.
— Ты... Не знаю, что там у тебя случилось, но я не имею к этому никакого отношения. Так какого черта ты вплетаешь меня в свои дела? Почему Поппи думает, что я использовала какое-то заклятие на тебе?
Малфой закатил глаза.
— Почему бы тебе просто не отвалить, Грейнджер?
— Почему бы тебе просто не перестать врать?
— Я и не врал, — с усмешкой заметил он, приподняв левую ладонь, которая теперь была абсолютно чиста. — Ожог у меня остался из-за тебя, и я ни при чем, что старуха решила, будто и в остальных... моих шрамах виновата ты.
— Я знаю, что тебя не было в школе этой ночью, — выпалила Гермиона. Она ожидала какой-нибудь реакции, даже нащупала в кармане мантии палочку на случай, если он нападет в порыве ярости. Но лицо Малфоя оставалось невозмутимым.
— О, так ты еще и следишь за мной. Может, подсматриваешь, когда я хожу в ванную?
От его похотливой улыбочки у нее сбилось дыхание. От возмущения.
— Разве что в твоих влажных мечтах, — презрительно повторила она брошенную им прошлым вечером фразу.
Малфой рассмеялся — на мгновение ей показалось, что вполне искренне.
— Не твое дело, где я был. Так что просто — отстань...
— У тебя какие-то дела с оставшимися Пожирателями?
Он резко остановился и впился в нее своим острым, обжигающе холодным взглядом серых глаз.
— Я сказал — отвали от меня. Я не собираюсь перед тобой отчитываться. Иди доебывай Поттера, или Грейвса, или идиота Лонгботтома, плевать. Просто. Отстань. От меня.
Что-то в его голосе, похожее на реальную угрозу, заставило Гермиону отступить. Она почувствовала, как по спине побежали мурашки, когда он, наконец, отвел глаза. Отвел первый.
— Иди к чёрту, Малфой, — бросила она ему вслед, убеждая себя, что нотки обиды в собственном голосе это лишь плод ее разыгравшегося воображения.
Примечание к части
Блин, надеюсь, вы заметили маленькую пасхалочку к Лили - лепесток лилии в тетради и 2 пункта в списке способов использования драконьей крови, написанных женской рукой (Снейп спрашивал об этих способах у Гарри еще на первом, вроде, курсе) :D
Примечание к части
Спасибо моим немногочисленным читателям - ценю-люблю каждого!)
Приятного чтения!
Трек: Last Of The English Roses — Peter Doherty