Нерушима

Алекс

   Ко мне приходит осознание, и я отрываюсь от неё. Мия отбегает на пару метров назад и хватается за своё запястье, пытаясь остановить все ещё текущую по руке кровь.
— Мия, — по моему подбородку
течёт кровь.
   Из ее глаз по щекам скатываются слёзы. Кровь каплями падает на плитку пола.
— Прости, — я падаю на колени.
   Что я наделал?! Я хватаюсь за голову. Виски опять начинают жутко пульсировать.
   Я чувствую неимоверную силу внутри. Она жаром растекается по моим венам. Последний раз я такое чувствовал, когда осушил тела сотне людей. С тех пор я пообещал себе не пить кровь людей. Пообещал научиться контролировать это. Но Мия права: мне не справиться с Мейсоном. Я должен был это сделать. Но должен был остановиться раньше. Я не смог. Чувство голода затмило все. Завладело моим разумом.
   Я чувствую прилив энергии, но он сменяется болью.
   Я мог убить ее.
   Девушка по началу боится, но потом медленно подходит ко мне и присаживается рядом. Я прижимаюсь головой к ее груди. Мия начинает поглаживать мои волосы.
— Я сама знала, на что шла, Алекс, — шепчет она.
   В ее голосе заметна дрожь. Она все ещё боится меня.
   Меня разрывает. Просто рвёт на куски от осознания.
   Я поднимаю голову, а потом перевожу взгляд на ее окровавленную руку.
— Тебе нужно выпить моей крови, — говорю я.
— Что? Зачем? — глаза Мии округляются.
— Она излечит твою рану, — говорю я, раскусывая своё запястье.
   Девушка смотрит на меня непонимающими глазами. Я медленно подношу к ее рту запястье.
   Мия смотрит сначала мне в глаза, но потом переводит взгляд на разорванное запястье. Я аккуратно прикладываю его к ее губам.
— Пей, — тихо говорю я.
   Сначала Мия не понимает, чего я от неё хочу, но потом ее губы сильнее вжимаются в запястье. Девушка начинает потихоньку всасывать мою кровь.
   Я чувствую небольшую боль, когда она начинает пить быстрее, но вскоре она исчезает.
   Когда Мия отрывается от запястья, она сразу осматривает свою рану, которая почти затянулась.
— А я не стану теперь вампиром? — тоненьким голосом спрашивает она.
— Конечно нет, — усмехаюсь я.
   Я помогаю ей встать с холодного пола.
— Ещё болит рука? — спрашиваю я, поглаживая небольшой шрамик от укуса.
— Немного.
— Шрам скоро рассосётся, — говорю я, опустив ее руку. — Можешь дать мне ключ? Мне нужно на улицу.
   Девушка вкладывает мне в руку ключ от двери.
— Спасибо, — шепчу я, а затем выхожу в коридор.

____________________________________

Мелисса

— Зачем мы здесь? Тебе что-то надо? В чем твой план, Мейсон? — я закидываю его вопросами.
— Мне нужен дневник Джулии, — шипит он.
   На секунду я задумываюсь, где он может быть. После того как мы нашли его с Алексом, дневник остался у меня дома. Наверное.
— Алекс. Тебе же он нужен? — я поднимаю подбородок вверх.
— А ты догадливая, Мелисса.
   Мы с Мейсоном выходим в коридор. Здесь большой красный ковёр, который лежит по всему промежутку коридора. Стены украшены различными золотыми узорами. Я никогда и подумать не могла, что у нашего универа есть специальное здание для различных мероприятий.
Но тут я понимаю, что в коридоре никого, и по моему телу пробегает холодок. Мейсон, кажется, только этого и ждал. Ждал, когда мы окажемся одни.
   Парень грубо прижимает мою спину к стене, его рука скользит вверх по моей ноге. Она доходит до выреза на платье.
— Мы одни, — шепчет парень на ухо, издеваясь.
— Чего ты этим всем добиваешься? — я пытаюсь даже не смотреть на то, где сейчас находится его рука.
   Потому что как только я задумываюсь об этом, у меня появляются рвотные позывы.
   О Боже. Как же он мне противен. Я хочу содрать кожу, только чтоб не чувствовать его грязные прикосновения.
   Кучерявый парень не успевает ответить на мой вопрос, потому что в конце коридора появляется силуэт.
   Я выдыхаю. Теперь мы не одни, и Мейсон не сможет мне сильно навредить при ком-то. Но когда силуэт приближается чуть ближе, я понимаю, что сильно заблуждалась. Я понимаю, что сейчас может произойти что-то ужасное. В горле опять встаёт ком.
   Светловолосый парень замечает, где находится рука Мейсона. Я вижу, как в его голубых глазах вспыхивает ярость. Все происходит стремительно быстро. Я не успеваю даже сообразить. Мейсон шепчет мне что-то на ухо, через секунду Алекс уже прижимает его за горло к стене.
— Отвали от неё, — рычит Алекс, поднимая Мейсона за шею.
   Мейсон перехватывает руку Алекса. Но Алекс продолжает сжимать шею Мейсона.
— Мелисса, беги, — кричит светловолосый парень, переведя на меня взгляд.
   Я сталкиваюсь с его прекрасными глазами, но я стою. Стою на месте. Не убегаю. Теперь в его голубых глазах мелькает непонимание, сменяющееся удивлением. Мейсон начинает смеяться.
— Она сама хочет остаться со мной, — язвительно говорит кучерявый парень.
   Алекс опускает руку с шеи Мейсона.
— Это правда? — тихо спрашивает он, подойдя ко мне.
   Его грудь в нескольких сантиметров от меня, и я чувствую жар, исходящий от него. От него веет теплом. Я очень хочу прижаться к нему, но делаю шаг назад. И пристально смотря в его кристально чистые глаза, говорю:
— Да, — после чего я подхожу к Мейсону и накрываю его губы своими.
   Я ненавижу себя. Ненавижу за то, что мне приходится делать ему больно. Но этого Мейсон и хочет.
   Алекс оглядывает нас снизу-вверх. Искры в его глазах потухают.
— Ты ее кинул, Алекс. Ты думал после этого она сразу же бросится к тебе в объятья?! — слова Мейсона вводят меня в ступор.
   Заставляют задуматься. В том, что он сказал сейчас, не было ни капли лжи. Мейсон сказал правду. И это меня пугает.
   Это правда приводит меня в ужас. Где был Алекс, когда меня рвало кровью?! Где он был, когда я мучалась в собственных кошмарах и видениях?! Где?! Обжимался с Мией?!
   Приходит осознание того, что я одна. Никто мне не поможет, кроме меня самой.
   Никто.
— Я искал тебя, — голубые глаза парня смотрят прямо на меня, будто ожидая от меня хоть какого-то ответа.
— У тебя не получилось, Алекс, — мои глаза блестят от слез.
   Я чувствую, как меня обвивают руки Мейсона. Чувствую, как они притягивают меня к себе. Я не противлюсь. Я смотрю на Алекса.
— Уходи, — шепчу я.
   Пару секунд Алекс стоит, но потом молча разворачивается и уходит. Уходит, не сказав больше ни слова.
   Хотела ли я, чтобы он ушёл?
Конечно нет.
Но я это сказала.
Я смотрю ему вслед. Я знаю, что ему больно. Но мне тоже было больно.
   Мейсон склоняется к моему лицу.
   А я теперь знаю, чего хочет Мейсон. Ему нужен не только дневник Джулии. Он хочет, чтобы Алекс страдал. Чтобы он страдал за то, что теперь не на его стороне. Мейсон использует меня как оружие для его боли. И пока у него это отлично выходит.
   Его внушения крепко засели у меня в подсознании. Поэтому теперь я его марионетка.
   Я надеялась, что когда я увижу Алекса появится лазейка, но я попрежнему ощущаю лишь голос Мейсона у себя в голове.
— Молодец, Мелисса, не повторяешь своих прошлых ошибок, — говорит Мейсон, закусывая губу.
— Ты поступил низко, — я даю ему звонкую пощечину.
— За то, что сказал правду?
— Нет. За то, что сказал поцеловать тебя на глазах моего парня, — я сама удивляюсь тому, что назвала Алекса своим парнем.
   Я не нахожусь в отношениях с Алексом, поэтому не понимаю, как это слово могло слететь с моих губ.
— Наверное, ты хотела сказать, на глазах у твоего бывшего парня, — на его лице появляется улыбка. — Если то, что между вами было, вообще можно назвать отношениями.
   Я даю ему вторую пощечину.
— Он не оценил, — отрезаю я.
   Честно, за такую выходку я думала, Мейсон меня ударит. Может всё-таки у меня и получится бороться с его внушением. По крайней мере, я должна попытаться.
— Пойду подкрашу губки, — я натянуто улыбаюсь.
Разворачиваюсь и ухожу в дамскую комнату.
   Но почему тогда, когда у Кейтлин шла кровь, у меня получилось переключиться, когда я начала думать про Алекса. Почему это не сработало сейчас?!
Я тру свои виски. Они опять начали жутко пульсировать. Я не знаю, как я оказываюсь в уборной. Я облокачиваюсь о белую плитку и медленно спускаюсь вниз.
Я начинаю кричать от боли в голове. Я пытаюсь закусить губу, чтобы остановить вскрик, но у меня не выходит. Я закрываю глаза. Все погружается в тьму.

🖤Видение🖤

   Я оглядываю себя. На мне та одежда, которая была, когда Мейсон держал меня и вкалывал кровь.
Я опять в той комнате.
— Мелисса?! — я оборачиваюсь на знакомый голос.
И застываю, потеряв дар речи. В двух метрах от меня стоит Джулия.
Но мы здесь не одни. Кто-то связанный сидит в углу. Я вижу лишь белую спину и чёрную цепь, тянущуюся в темноту.
— Там кто-то есть, — говорит Джулия.
Мы подходим чуть ближе.
Я застываю. Смотрю на Джулию, ее глаза полны удивления и непонимания.
В углу сидит девушка в белой одежде, на ногах чёрные кандалы. Такие же, как и у Джулии. Девушка поворачивает голову к нам, и я делаю шаг назад. Я сталкиваюсь с голубыми глазами, полными слез. Рот девушки заклеен.
Джулия?!
Передо мной две Джулии. Только одна сейчас стоит рядом со мной, а другая связана.
— Что, черт возьми, здесь происходит?! — я перевожу взгляд с одной девушки на другую.
На меня смотрят два идентичных человека.
Я понимаю, что это все мои видения, но две Джулии — это уже слишком. Не удивлюсь, если сейчас из чёрного тумана выйдет ещё одна версия меня.
Резким движением я снимаю скотч со рта Джулии. На ее лице слёзы.
— Мелисса, помоги! — кричит девушка.
Я наклоняюсь, чтоб развязать ее, но меня останавливает рука другой Джулии. Той Джулии, которая стоит сейчас рядом со мной.
— Возможно, парень в чёрном может изменять своё обличие или типо того, — говорит она, намекая на то, что девушка, которая сейчас связана, не настоящая Джулия.
— Ты хочешь сказать, что одна из вас самозванка? — я убираю руки с верёвок.
— Да, — теперь отвечает связанная Джулия, и я перевожу взгляд на неё.
Ну класс! Я не придумываю ничего лучше, как отбежать к противоположной стене.
Что-то заставляет меня посмотреть на свои руки. В них появляется нож. Я смотрю на одинаковых девушек.
— Тебе нужно убить одну из нас, — хором произносят они.
У меня начинается истерика. Стены предательски давят. Мне никогда не приходилось убивать. Я не убийца.
— Я не хочу этого, — я развожу руки, и нож громко падает на плитку.
— Тогда ты не выберешься отсюда, — так же вместе говорят они.
Если я не выберусь, я не смогу помочь Кейтлин.
Если я не выберусь, я никогда больше не увижу своих родителей.
Если я не выберусь, я никогда не отомщу Мейсону.
Если я не выберусь, я никогда больше не взгляну в глаза Алекса.
Я должна это сделать. Сердце бешено колотится. Убить одну из них.
— Почему это повторяется? Почему я опять здесь? Что со мной происходит? — я начинаю давиться своими слезами.
Джулия медленно шагает ко мне.
— Ты, — я показываю на шагающую девушку.
Я смахиваю стекающие слёзы.
— Стой! И больше не шагу, — по телу пробегает холод.
Джулия останавливается.
— Мелисса, послушай меня, — шепчет ближняя девушка.
— Мелисса, не верь ей, — кричит связанная Джулия.
Одна говорит одно, другая другое. Они обвиняют друг друга. Моя голова начинает разрываться от их голосов.
Я, как маленький ребёнок в детстве, затыкаю уши. Я не хочу никого слышать. Я одна и мне страшно. Я запуталась во всем. Я не хочу здесь находиться, не хочу никого слушать. Хочу к маме и папе. Хочу забыть это все и переместиться обратно. В то время, когда я была маленькая. Когда все уделяли мне внимание и играли со мной. Когда все беспокоились за меня. Когда мир будто крутился вокруг меня одной.
Я делаю вдох и опускаю руки.
— Мне тоже страшно, — продолжает Джулия, делая шаг.
Я нагибаюсь, поднимая нож.
— Не приближайся ко мне! Ты не она! Ты не Джулия! — кричу я, направляя нож в ее сторону.
Моя рука дрожит.
— Ты можешь мне не верить, но я тоже не знаю, почему я здесь оказалась. И не знаю, почему ты здесь появляешься. И я хочу тебе помочь, честно, — говорит дальняя девушка.
— Все замолчали быстро, — кричу я. — Иначе... — кислород заканчивается. — Иначе я убью обеих, — выдыхаю я.
Поняв, что я говорю на полном серьезе, девушки замолкают.
— А теперь ты, — я показываю на ближнюю Джулию. —Ты теперь у нас Джули. А ты... — я показываю на связанную девушку. — Ты Джул.
Так будет легче понимать, кто есть кто. Девушки кивают.
— Итак, начнём, пожалуй. Джули, иди развяжи Джул, — приказываю я.
Девушка все выполняет.
— А теперь встаньте рядом, — девушки исполняют мою просьбу.
Я хожу вокруг них уже третий круг, и я не могу найти ни одного различия. Они идентичны. Даже их эмоции одинаковы.
— Сейчас я задам вопрос, и каждый из вас должен дать на него ответ. Уяснили?! — мой нож переходит с одной девушки на другую.
Девушки испуганно кивают. У них даже кивать получается одинаково.
— Почему этот нож должен убить Джулию, если по сути она и так мертва?
— Думаю, это не просто нож. Ты живая и если ты убьешь им Джулию, она исчезнет. Исчезнет из памяти всех, кто ее знал. Как будто ее и не существовало, — предполагает Джули.
Допустим. Я перевожу нож на Джул.
— А ты? — я щурю глаза. — Что ты можешь сказать?
— Я хотела сказать тоже самое, — выдавливает девушка, хлопая глазками.
— Смутно верю, но вот тогда вопрос и тебе, — я прищуриваю глаза.
— Джул, как ты думаешь, что будет, если попасть этим ножом в клона Джулии.
— Думаю, это его не убьёт. Думаю, этим он хотел убить настоящую Джулию. В планах убить себя у него не было, — говорит девушка.
— Скажи то, что знает только Джулия, и может тогда я смогу тебе верить, — я обращаюсь к Джул.
— Помнишь, как в детстве я подарила тебе шкатулку. Там был серебряный браслет. Я ещё тогда сказала не кому не отдавать эту шкатулку, — говорит Джул.
— Что?! Откуда ты это знаешь? — возмущается Джули. — Это я ей подарила шкатулку.
На лице Джул едва заметная улыбка.
Я опускаю руку на плечо Джули.
— Извини, но я сделала свой выбор, — говорю я, смотря ей в глаза.
— Но я настоящая, — шепчет Джули.
Нож резко входит в плоть Джул.
— Я знаю, Джулия.
Тело Джул начинает рассыпаться. И вот передо мной уже никого. Только настоящая Джулия.
Я выдыхаю.
— Но как? Она же знала про шкатулку.
— Я учла то, что раз вы одинаковые, значит и знать она может все, — отвечаю я.
Нож тоже исчезает.
— Но все равно, как ты поняла, что Джул подставная?
— Честно, чисто внутренние ощущения. Ну ещё то, что она сказала «В планах убить себя у него не было». Это и насторожило. Как она могла знать его планы?!
Джули, точнее, как мы уже выяснили, настоящая Джулия, расставляет руки, и я кидаюсь ей в объятья.
— У меня накопилось много вопросов, поэтому, пока я здесь, я должна спросить, — спрашиваю я, прижавшись щекой к ее плечу.
— Ну давай, — девушка отстраняется.
— Ты же была вампиром?
— Да.
— А как ты боролась с внушением со стороны более сильного вампира?
— Когда я была вампиром, внушать можно было только людям. Вампиры не поддавались внушению, а людей от него спасала вербена. Думаю, сейчас многое изменилось. Вампиры стали немного другие. Сейчас они могут спокойно находиться под лучами солнца. Могут не пить кровь вообще и не умирать. Возможно, и убить вампира нового поколения обычным деревянным колом уже не получится. Так и с внушением.
— И ты не знаешь, как с ним бороться?
— Нет, но у всего есть свои лазейки.
— А у вас были лазейки?
— Конечно. Они есть у всего. Например, с лучами света мы нашли кольца. Кольца, которые поглощают ультрафиолет. Так мы и смогли выходить на свет.
— Но как найти лазейки, если у меня совсем нет времени?
— С этим будет труднее. Попробуй сосредоточиться на себе. На своих эмоциях. Попробуй контролировать их. И ещё... Узнай, как можно убить вампира. Вдруг понадобится.

🖤