Нерушима

Алекс

   Лифт останавливается на нашем этаже, мои глаза тут же округляются.
— Зайка, смотри кого я нашла, — Кейтлин толкает Мию, и та падает на пол.
   Жива. Мои глаза блестят.
Мне хочется сделать шаг, хочется побежать к ней, но я не двигаюсь. Холодное лезвие ножа прижато к моей шее. Любое неосторожное движение, и Мелисса перережет мне горло.
   Это все зашло невероятно далеко. Началась игра без правил. И самое ужасное то, что для каждого из нас этот день вполне может стать последним.
   Зачем Мейсон держит Мелиссу рядом с собой? Чего же он так боится? Для чего он прикрывает свою спину этой девушкой?
   Нескончаемые вопросы все больше лезут мне в голову.
   Мейсон расхаживает взад-вперёд.
— Ты свободна, Кейтлин, — спустя некоторое время раздумий, говорит он.
   Кейтлин непонимающе смотрит на него. Взгляд Мейсона останавливается на кучерявой девушке.
— Ты меня не услышала, Кейтлин?! Выметайся отсюда! — кричит Мейсон, оскалив на неё клыки.
   Я удивлённо смотрю. Пока все внимание на них, я тянусь к заднему карману, но холодное лезвие тут же прорывает кожу на шее.
— Не рыпайся, — шипит Мелисса, и я замираю.
   Мелисса не даст мне уйти. Она скорее перережет мне глотку, если я ещё раз окажу сопротивление. Я вжимаюсь в стену, чтобы хоть как-то отодвинуть от шеи царапающее лезвие ножа. По шее струятся тонкие полоски крови.
   Кейтлин взбешена. Она готова растерзать любого в клочья. Лишь инстинкт самосохранения заставляет ее держать себя в руках. Я и сам знаю, как трудно в некоторых ситуациях не поддаться своей же ярости.
— Ты говоришь мне уйти, после всего того, что я для тебя сделала? — возмущается Кейтлин, стискивая челюсти.
   Только сейчас я замечаю, что на моем пальце нет кольца. Вероятно, оставил его в отеле.
— Ты была мне полезна, а теперь от тебя нет толку. Ты помогла заполучить то, чего я так давно желал, а теперь мне от тебя ничего не нужно. Так что выметайся по-хорошему, или я натравлю на тебя Мелиссу, — на лице Мейсона язвительная усмешка.
   Кейтлин скалит клыки. Глаза девушки полны неукротимой ярости, ее кулаки сжаты.
— Хотяяя... — Мейсон растягивает слово. — Можешь остаться на небольшое представление. Думаю, что ты его оценишь, — в глазах Мейсона читается вызов.
   Кейтлин всем своим видом показывает, что она не уйдёт. По крайней мере, сейчас ей никто не даст уйти.
— Мелисса, подойди ко мне, — острое лезвие ножа отрывается от моей шеи.
   На пол капают капли крови. Светловолосая девушка подходит к Мейсону. Парень хватает ее за подбородок, заглядывая Мелиссе в глаза.
— Поцелуй меня, — приказывает властный голос Мейсона, рука выпускает подбородок.
   По моему телу бежит дрожь, когда Мелисса проводит рукой по его мускулистой груди. Ее обтягивающий чёрный комбинезон идеально подчеркивает все совершенства ее фигуры.
   Она сделает это. Мы все знаем это. Мелисса подчиниться приказу. На глазах у меня. На глазах у Кейтлин.
   Девушка привстает на носки, чтобы дотянуться до Мейсона. Рука парня тянется к верху комбинезона, чуть расстёгивая молнию, приоткрывая ее изящные ключицы.
   Мне хочется свернуть Мейсону шею, но он ясно даёт понять, что полностью контролирует Мелиссу. Демонстрируя нам то, что он может сделать с ней все что угодно.
   Я перевожу взгляд на Кейтлин. Ее глаза тоже блестят. Мне кажется, что на секунду в них отражается не только ненависть, но и ее боль. Она любила Мейсона. Предавала ради него, убивала, но любила. А он лишь использовал нужных людей, чтобы добиться своей цели.
   Глаза Мелиссы прикрыты ещё немного, и ее губы коснуться его. К горлу подступает комок отвращения. Все происходит, как в замедленной съемке.
   Мы одни. Никто из нас не сможет помочь друг другу. Ситуация, которая происходит сейчас, оказывается безвыходной. Чьей-то неправильное действие, и кто-то из нас может умереть. Если я что-то предприму, чтобы помочь Мелиссе, Мейсон вполне может внушить Мелиссе убить себя, а я не могу рисковать ее жизнью. Если я сделаю шаг к Мие, то Кейтлин может впиться ей в шею. Поэтому я лишь смотрю на все это. Ведь их жизнь опять висит на волоске.
   В нескольких сантиметрах от губ Мейсона, Мелисса замирает. Ее рот искривляется в улыбке, в глазах загорается серебристая искра.
— Держу в курсе, они не одни, — мурлычет Мелисса, переведя взгляд сначала на меня, а потом и на Мию.
   После чего ее рука оказывается на лице Мейсона. Легким движением затылок Мейсона сталкивается со стеной.
   Кейтлин невероятно быстро реагирует на ситуацию.
— Ещё одно движение, и я прокушу Мие шею, — шипит Кейтлин, царапая Мию клыками.
   Мелисса поворачивается к девушкам. В ее глазах читается непонимание.
— Дай мне сбежать, — будто поняв ее непонимание, говорит Кейтлин.
   Мелисса отвлекается на бывшую подругу, и Мейсон испаряется.
— Я дам тебе уйти, Кейтлин, — говорит Мелисса.
   Кейтлин отпускает Мию.
Я замечаю, как Мелисса изменилась. Ее голос изменился. Она стала холодной.

____________________________________

Мелисса

Мия тут же кидается мне в объятья. Я прижимаю испугавшуюся девушку к себе.
— Кейтлин, ты не хочешь рассказать всем ещё кое-что?! — говорю я, а Кейтлин лишь пятится назад.
— Что она знает? — в разговор встревает Алекс.
На Алекса я даже не смотрю.
— Не сейчас, — мысленно говорю себе я.
В голове пролетают отрывки всего того, что творил со мной Мейсон. Внушение Алекса помогло, но немного. На лбу выступают холодные капли пота, тело окутывает новая волна черноты. Мне трудно сопротивляться той тьме, которая сейчас сидит во мне.
Чернота. Она внутри меня. Мне получилось пробить лишь щелку, но остальное... Я опасна.
То, что я знаю, может разрушить все. Мои видения никогда не были бессмыслицей, каждое из них пересекалось с реальным миром. Мейсон хочет вернуть его.
— Мелисса, — голос Алекса отрывает меня от мыслей.
Его рука сжимает мое предплечье. Я поворачиваюсь к нему. По моему телу бежит дрожь, а внутри ничего. Мое тело ещё кое-как реагирует на его прикосновения, но внутри осталась лишь пустота. Я не чувствую тепло, когда думаю о нем. Я даже не помню, когда в последний раз мы виделись.
Я не двигаюсь, Алекс тоже замирает. Я не чувствую свою любовь к нему.
В глазах Алекса боль. Он кажется понял в чем проблема.
«Все не должно было зайти так далеко, — твержу я себе.»
Я чувствую себя чужой в своём же теле. Мои мысли двоятся, я уже не знаю, какие и правда мои.
— Ты ещё чувствуешь хоть что-то ко мне? — шепчет Алекс так тихо, что слышу лишь я.
Я молчу. Я не знаю, что ему ответить.
— Все изменилось, Алекс, — я закрываю глаза. — Я стала другой.
По щеке Алекса стекает слеза.
— Перестань, — я смахиваю слезу со щеки.
   Мой голос невероятно холоден, я и сама это чувствую, но ничего не могу с этим поделать.
   Алекс смотрит мне в глаза.
   Внутри пустота. Я ощущала раньше это чувство, которое сейчас испытывает Алекс. Но сейчас я не ощущаю боль. Я ничего не могу поделать с тем, что произошло со мной. И с какими последствиями из-за этого придётся столкнуться Алексу.
— Мы что-нибудь придумаем, лисёнок, — его тёплая ладонь накрывает мою щеку. — Мы обязательно вернём все как было. Вернём твои чувства, — его голос дрожит.
   Я смотрю на него. У меня много воспоминаний. Помню, как больно мне было. Как я задыхалась от нехватки кислорода. Как не могла контролировать свою агрессию и ярость. Я не хочу оставаться такой же беспомощной, как раньше. Не хочу быть слабой из-за любви, жалости и боли.
— Почему ты молчишь? — в его голосе мольба, по щекам отходят дорожки слез.
— Я не хочу, — шепчу я, убирая его руку со щеки.
   В тело как будто вонзается куча маленьких иголочек, я разворачиваюсь, чтобы не видеть Алекса.
   Нахлынувший порыв темноты разливается по моему телу, затмевая мысли.
   Лифт приезжает. Я выполню обещание и дам Кейтлин уйти. Мне ровным счетом все равно на неё, она даже не стоит моего внимания. На лице Кейтлин победная улыбка.
   Двери лифта раскрываются. Девушка уже хочет скрыться в нем, но лифте есть кто-то ещё.
— Куда это ты собралась? — из лифта выходит Элисон, хватая Кейтлин за шкирку.
— Мама? — я замираю на месте.
   Сердце пропускает удар, по телу пробегают мурашки.
«— Заглуши! — приказывает голос тьмы внутри.»
   Я не слушаю его. Делаю шаг вперёд.
«— Заглуши эмоции! — темная волна нахлынывает с ещё большей силой.»
   Это заставляет меня остановиться. Я смотрю на маму.
   Элисон пристально смотрит мне в глаза, а затем ее губы что-то произносят.
— Мы с папой любим тебя, — шепчет мама.
   Двери лифта закрываются, и она с Кейтлин исчезает. От этих слов внутри становится невероятно легко и тепло.
— Сейчас Мейсон слаб, — холодно говорю я, после чего испаряюсь, оставляя Алекса с Мией.
   Я должна все это закончить. Только я сумею. Я расправлюсь с Мейсоном, тем самым, освобожу Джулию и Сандра. Потому что так должно быть. Если люди умирают, то их нельзя вернуть. После того, что я сделаю, я не смогу больше увидеть Джулию, а Алекс Сандра. После этого, останется лишь память о них. Джулия хотела освободиться. Она мечтала, умерев, встретить Сандра. И я постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь ей.
   Мейсона я нахожу в просторной комнате с огромными панорамными окнами, с видом на Аризону. С этим местом у меня связаны не очень приятные воспоминания. Помню, как именно здесь я узнала, что Кейтлин работала на Мейсона. Именно по этому полу она меня тащила, схватив за волосы. Но кроме этих воспоминаний, я не чувствую ничего. Кучерявый парень стоит и смотрит на город. Я, словно тень, подкрадываюсь сзади.
— Я знал, что ты придёшь за мной, — говорит Мейсон, даже не поворачивая голову в мою сторону.
   Всем своим видом он показывает, что не боится меня. А зря. Я намерена убить его.
— За все содеянное рано или поздно приходит расплата, — говорю я, приближаясь к нему.
   С такой высоты прекрасно просматривается весь город. Хоть сейчас и ночь, но повсюду горят фонари. Аризона такая же яркая, как и днём. Но затем я замечаю волны черноты. Они охватывают, пока небольшую, часть города. Голодные вампиры в городе.
— Прекрасный вид, — говорит Мейсон, на его лице улыбка. — Всегда мечтал это сделать.
   Представляю, какая паника и хаус сейчас творятся на улицах. Люди никогда не видели вампиров, а сейчас они разгуливают по улицам, нападая на беззащитных прохожих.
   Я стою, ощущая полнейшее бессилие. У меня нет сожаления. Я не чувствую гнева. Ничего не чувствую.
— Я убью тебя, чтобы все это прекратилось, — с ледяным спокойствием говорю я.
— Ты вполне можешь меня убить. Я на время ослаб от того, что теперь контролирую стольких вампиров, — Мейсон ненадолго замирает. — Ни у кого до этого не получалось контролировать сразу стольких, — шепчет он, восхищаясь тем, что у него получилось сделать.
   Он испытывает извращенное удовольствие, смотря на город, который постепенно заполняется его вампирами.
— Вампиры были на грани вымирания, Мелисса. После того, как твой любимый Сандр убил физическое тело парня в чёрном, что-то изменилось. С этого дня больше никому не удалось обратить человека в вампира. Никому, — Мейсон ещё раз оглядывает город.
   Я вижу, как он гордится собой.
— Мне удалось создать тебя, Мелисса, — он смотрит вдаль.
— Когда я тебя убью, твои вампиры умрут вместе с тобой, — отрезаю я. — Может тогда твоя гордыня немного спадёт.
   Мейсон не реагирует на мои слова. На его лице надменное спокойствие.
— Раз ты скоро меня убьешь, я расскажу тебе одну вещь, — Мейсон даже не удостаивает меня своим взглядом. — Я не просто так пытался добиться твоего совершенства. Не просто так проверял на что ты способна. Теперь мы связаны с тобой кровью, Мелисса, — Мейсон смотрит на темное небо.
   Я останавливаюсь. Я знала, что он вкалывал себе мою кровь, но не догадывалась, что это свяжет нас. Но постепенно карты раскрываются, и его действия становятся все более и более понятными.
— Если я убью тебя, то я умру тоже, — догадываюсь я, тяжело сглатывая.
    Мейсон улыбается, как будто для него мои слова означают нечто другое.
— Но что одна жизнь по сравнению с тем, что она принесёт городу. Только так я остановлю вампиров.
   На лице Мейсона ни единой эмоции.
— Они забирают у меня всю энергию, — говорит Мейсон, а после чего наступает долгое молчание.
   Я уже хочу что-то сказать, но Мейсон меня опережает.
— Если ты думаешь, что пожертвовав своей жизнью, ты спасёшь город и освободишь Джулию, то ты ошибаешься. Умрешь ты, и она навсегда останется с ним.
   Мейсон и есть то, что удерживает Джулию с Сандром. Но этот парень прав, если умру я, то Джулия никогда не освободится.
   Я вспоминаю страх в глазах Джулии при виде чёрного силуэта. Вспоминаю, как парень в чёрном делал Джулии больно у меня на глазах. Я не могу допустить этого снова. Не могу оставить Джулию с ним. Должен быть ещё выход.
   Мейсон знал, что я не убью его. Чтобы придумать другое решение, мне нужна информация.
— Зачем тебе нужен был дневник Джулии? Чтобы с его помощью воскресить его? — я задаю вопрос, который мучал меня все это время.
   Мейсон начинает смеяться, как будто в моем вопросе прозвучала глупость.
— Я знал, что вы первым делом подумаете про это. Но там было кое-что поинтереснее этого. Сказать или сама догадаешься?
   Почему я не прочла дневник полностью перед тем, как отдать его Алексу?! Я совершила ошибку, которая теперь стоит жизни многих. Алекс отдал дневник Мие, и, вероятно, он сейчас где-то у неё дома.
   Я собираю еще одну частичку пазла.
   Черт!
— Там было написано, как его убить. Потому что ты всегда знал, как его воскресить, — выдаю я, стены предательски давят.
   Мысленно молюсь, чтобы я ошиблась, чтобы это было неправдой. Но понимаю, что скорее всего это так.
— Не только я, — уголок его рта искривляется в полуулыбке. — И не только это.
   Мое сердце пропускает удар.
— Я не знаю, как его воскресить, — отрезаю я.
   Я закрываю глаза, сосредотачиваясь. Поверить не могу, что это всегда было передо мной, а я была так слепа. Думала, что это лишь кошмары. Я совсем не замечала, как все связано между собой.
— Кольца. У Алекса такое же. Вот почему тебе нужен был и он, — я рассматриваю свою руку. — Но если все заключается в них, и парень в чёрном удерживается лишь с помощью этих колец, то почему же ты ещё не воскресил его? У тебя было множество возможностей снять их, но ты этого не сделал. Ни разу.
— Это должна сделать ты. Твоё кольцо я не могу снять.
   Я выдыхаю. Раз это могу сделать только я, то я просто не буду никогда снимать это кольцо. Но что-то мне подсказывает, что все не так просто.
— Когда я верну твою человечность ты сама воскресишь его. Не думай, что я не знаю про твои способности, про внушение Алекса. Я знаю о тебе больше, чем ты сама. То, что ты делаешь, думая, что переигрываешь меня, лишь то, что я позволяю тебе видеть и делать.
   Мейсон уже когда-то сказал мне похожие слова. Тогда я набросилась на него из-за Мии.

🤍Воспоминание🤍

— Отвали от нее, быстро! — рычу я, налетая на кучерявого парня и отпихивая его к стене.
   Все мое тело горит и пульсирует. Моя корона съезжает на бок. На лице страшный оскал.
— А то что? — Мейсон противно улыбается.
Всегда ненавидела эту улыбку.
   В следующую секунду мой кулак прилетает ему в челюсть. Мейсон кашляет, а затем сплевывает образовавшуюся во рту кровь.
Я трясу руку, чтобы боль в содранных костяшках быстрее прошла.
— Мия, беги, — кричу я, пока Мейсон вытирает рот своим рукавом.
   Девушка приподнимается на локтях, но потом падает обратно.
   В комнату забегает Алекс, и я прошу его унести отсюда Мию.
   Я остаюсь с Мейсоном наедине. Руки парня хватают меня за талию, отодвигая.
— Послушай, Мелисса, ты же понимаешь что то, что у тебя получилось со мной сделать, это только то, что я тебе позволил. Я ведь могу легким движением свернуть тебе шею, и ты даже не успеешь этому помешать.
   Я сглатываю образовавшийся в горле комок.
В ту же секунду рука Мейсона сильно зажимает мою шею.
— Ты меня подвела, — шепчет кучерявый парень, вжимая меня в стену.
 
🤍Воспоминание обрывается🤍

   Я возвращаюсь в реальность.
— Ты не заставишь меня воскресить его, — отрезаю я.
— Думаю, ты уже знаешь про то, что у каждого вампира есть одна способность, которая сильнее других, — говорит он.
— Да, Кейтлин мне про это рассказывала.
— Ты боец. Ты всегда пытаешься противостоять и сопротивляться. У тебя это хорошо получается. Сопротивление — твоя способность, — Мейсон расхаживает по комнате.
   Парень останавливается.
— И, возможно, у тебя есть не только это... — он над чем-то задумывается. — Поэтому и внушить тебе я не смогу. Сейчас, когда я ослаб, моя способность к внушению тоже ослабла. Но моя кровь, которая сейчас течёт в твоих венах поможет мне. То, что сейчас в тебе есть моя кровь, очень хорошо играет мне на руку. Как думаешь, почему из всех моих внушений сработало лишь то, где я заставил тебя отключить человечность?
— Ты внушил это себе. У тебя тоже нет сейчас чувств и эмоций, — я заметила это недавно, но только сейчас окончательно поняла.
— Правильно, Мелисса. Иногда я удивляюсь тому, как мы можем быть с тобой похожи.
— Я никогда не была похожа на такого, как ты, — холодно отвечаю я.
   Мейсон лишь усмехается.
— Моя способность — память. Ты не вспомнишь этого разговора. Также было и с Алексом, все, что ему не нужно было видеть, я стирал из его памяти. Ты, наверное, ещё не знаешь, но все его действия были под моим влиянием. Я промывал ему мозги несколько лет, но ты мне помешала, — Мейсон рычит.
   И только сейчас я окончательно понимаю, что Алекс никогда и не был виноват в том, в чем я его обвиняла. В основном, все его поступки были совершены из-за Мейсона. А я винила Алекса во всем этом. И ни разу не задумывалась, какого было ему. Он рос один, ничего не зная о своих родителях, тем временем, когда у меня было почти все из этого. Он заслуживал хоть раз увидеть своих родителей. В груди появляется тянущее ощущение. Джулия и Сандр любили бы его.
   Я чувствую, как моя человечность медленными шажками вырывается наружу. Мои глаза заполоняют слёзы.
— Что будет после того, как я забуду этот разговор? — я пытаюсь закатить слёзы обратно.
— Тебя захлестнут твои эмоции, и ты выпустишь свою тьму наружу. Выпустишь его наружу. А потом... — он замирает. — Потом начнется веселье. Как видишь, я всегда добиваюсь своих целей. Пока ты думала, что переигрываешь меня, я переиграл всех ещё давно.
   Я выпущу того, кто виновен в смерти родителей Алекса.
   Выпущу убийцу Сандра и Джулии.
   Я разрушу все то, что строилось годами, чтобы не дать вырваться тьме наружу.
   Его рука приподнимает мне подбородок. Я пристально смотрю ему в глаза.
— Когда ты выйдешь из этой комнаты, ты забудешь о чем мы говорили. И никогда не вспомнишь этого, — его голос заседает у меня в голове.
— Я забуду этот разговор, — повторяю я.
   В глазах чёрная дымка, ноги сами несут меня к выходу из комнаты.