Глава 36. Селеста
— О, черт побери! — хнычу я, когда слажу с байка.
Мои ноги гудят от двух часовой поездки на Харлее, сопровождающей вибрациями от мощного мотора.
Алекс, не смотря не все мои мольбы передохнуть, не останавливался.
Даже не пятиминутный перерыв.
Поэтому сейчас я готова умереть за несколько секунд спокойствия и отдыха.
Не волнуясь о том, что испачкаюсь, я медленно оседаю на землю.
Хоть ноги и бедра покалывают и имеется чувство, что под кожей лазят миллионы мурашек, улыбка на моих губах все же остаётся. Как бы сильно я не вымоталась.
И спорить не нужно, чтобы доказать, что эта поездка была просто восхитительной. Пейзажи, которые мне дал возможность посмотреть Алекс, завораживали до дрожи в конечностях и нереального головокружения. Хотелось застыть на вечность и просто наслаждаться.
Моей первой мыслей было воплотить всю эту красоту яркими красками на холст, и я запоминала и сохраняла в голове каждую деталь, чтобы потом сделать шедевр, достойный самого Лувра.
Восторг захватывал каждую частичку души, когда мои глаза впитывали образы неогражденного резкого обрыва, где об скалы билась бушующая прозрачно синяя вода, а на небе, смотря на этот волшебный беспорядок, простиралась большая разноцветная радуга.
Мне хотелось дотронуться до неё, почувствовать кончиками пальцев это чудо, обнятое пушистыми облаками.
Наверное, именно поэтому большую часть поездки на моих ресницах были слёзы.
Я не могла поверить, что в мире ещё осталось что-то настолько прекрасное и не уничтоженное людьми.
И я увидела это благодаря Алексу.
— Сделать массаж? — насмехается Алекс, глуша мотор.
Он плюхается на землю рядом со мной и притягивает мои ноги к себе на колени.
Своим прикосновением он выводит меня из раздумий, и я оглядываюсь, тщательнее осматривая место, где мы остановились.
— Ты привёз меня в... Бар? — спрашиваю, с подозрением глядя на огромную вывеску, подсвечиваемую красными лампочками.
Алекс торжественно кивает, умело массируя мои лодыжки.
— Ага, пить пиво и есть орешки.
Он выдерживает мой взгляд пару долгих секунд, а затем заливается смехом.
— Ладно, ладно. Шучу. — поправив свои растрепанные от ветра чёрные волосы, он подымается и протягивает мне руку. — Идём.
Сглотнув ком, я хватаюсь за его пальцы и встаю, при этом пошатываясь.
Когда мы подходим к зданию, я ожидаю, что Алекс просто откроет дверь и мне покажется кучу пьяных вонючих мужиков, грудастая барменша, разливающая алкоголь, и большой телевизор, где идёт футбол. Но парень достаёт ключ и вставляет его в скважину.
— Бар закрыт, и у тебя ключ... — задумчиво подношу палец к подбородку. — Это была проверка, и ты тайный миллионер - владелец бара?
Моё предположение вызывает у Алекса широкую улыбку.
— Не совсем. Я хороший работник - приятель владельца.
— Неважно. — бормочу, подходя к парню как раз в тот момент, когда он со скрипом отпирает входную дверь.
Первое, что бросается мне в глаза - это свечи.
Много свечей.
Разных цветов и размеров они расставлены по всему залу, отсвечивая тусклым желтоватым цветом и создавая витиеватые тени на бордовых стенах.
В воздухе витает приятный аромат.
Принюхиваясь, я могу разобрать: яблочный пирог, ваниль, шоколад и корицу.
Всё это смешано в что-то такое вкусное, что мой рот тут же наполняется слюной, настолько сильно я хочу это попробовать.
Я чувствую горячее мускулистое тело Алекса, которое греет меня со спины, а затем и шепот парня достигает моей чувствительной кожи:
— Лиам проклял меня тысячу раз, когда запаливал все эти свечи по одной.
Я хмыкаю, опираясь на грудь черноволосого. Он застывает на пару секунд, а затем нерешительно обхватывает меня руками, расположив свои большие ладони на моем животе.
— Спасибо. — благодарю парня.
— За что? — бормочет он, утыкаясь носом в мои непослушные волосы.
— За тебя. — вздыхаю, оборачиваясь к Алексу лицом.
Приподнявшись на носочках, я нежно прикасаюсь своими губами к его, тут же издавая тихий стон.
Животно рыкнув, парень захватывает мой рот в жарком поцелуе.
В моей жизни был не один мужчина, но никто из них никогда не сравниться с интенсивностью Алекса.
Черноволосый жадно целует меня, не давая ни секунды, чтобы перевести сбитое дыхание. Он пирует на мне, поедая все до последнего, не оставляя даже частички на выживание.
Алекс заявляет на меня свои права.
Клеймит меня своими губами и зубами.
Кусает до крови, а затем лижет, успокаивая пульсирующее от боли место.
Он захватывает меня в оковы, заставляя быть зависимой от него.
Он делает меня своей.
Девушкой. Женщиной. Любовницей.
Он хочет, чтобы я мечтала, фантазировала и думала только о нем. И он этого добивается.
На мгновение мне кажется, что всегда все было только о нем. Просто нужно было немного времени, чтобы понять это и принять.
Неужели это говорит о том, что я влю...
Последняя мысль будто бы окатывает меня ледяной водой, и я, очнувшись от сна, резко отступаю от Алекса.
Парень смотрит на меня с отчетливым недоумением, возникшим на его лице, а я лишь только нахмурено гляжу под ноги.
— Все в порядке? — спрашивает он, и я молча киваю, натягивая на лицо смущенную улыбку. Он копирует мой кивок и говорит:
— Тогда прошу к столу.
Я озадаченно ищу глазами еду, но ни на столиках, ни на барной стойке ничего, кроме свеч нету.
— И где же...
— Продукты на кухне. Мы сами все приготовим. — перебивает меня Алекс, сверкая ехидной улыбочкой.
И все же подозрение в его глазах остаётся.
***
Никто мне не сказал, что в моей жизни настанет момент, где мне нужно будет что-то приготовить.
На все мои уверения о том, что из меня никудышний повар, Алекс лишь только отмахивался.
Но в процессе, когда я разбила парочку яиц и случайно пересолила тесто на пасту, черноволосый понял, что от меня проку нет, и принялся готовить сам.
А я лишь только стояла и наблюдала, как его профессиональные руки перемешивают продукты, а мышцы широкой спины с каждым движением парня напрягаются, умоляя меня прикоснуться к ним и расслабить.
С каждой проведенной секундой с Алексом я ловила себя за тем, что замечаю все больше и больше деталей, которые мне нравятся в черноволосом. И мысль о том, что я влю... (все еще не могу произнести это слово) становилась реальнее и реальнее.
Меня немного пугают эти внезапные, раньше неизведанные чувства. Ведь быть в кого-то влюбленным (о боже, я это сказала) означает быть уязвимым. А быть уязвимым означает иметь слабость.
Существуя в обществе людей, которые, дай им сигнал, так и готовы вцепиться мне в глотку и обнародовать мои слабые местечки, чтобы бесповоротно уничтожить империю моего отца и мою будущую карьеру, я понимаю, что в этом жестоком мире иметь слабость непростительно.
В своей жизни я также часто сталкивалась с теми, кто мог воспользоваться моими слабостями для своих благ. Будь то одобрение моего отца или связи моей бабушки Альды.
И я не хочу, чтобы Алекс был пешкой для всех просто потому, что он появился в моей жизни и занял в ней особое место.
Но что, если посмотреть с другой стороны? И Алекс совсем не моя слабость?
Может, все наоборот, и черноволосый - это ключ к моей силе и независимости?
Возможно, он и есть та самая сила?
Резкий щелчок возле уха возвращает меня в реальность, и я перевожу внимание на моего мужчину.
— Не убегай в свою голову, когда ты со мной. — бормочет Алекс, оставляя легкий поцелуй на моей макушке.
Я мотаю головой в полном согласии.
Больше такого не произойдет.
Я не позволю гнусным мыслям и страху овладевать мною снова.
Хватит.
Окинув взглядом чистейшую кухню, я ошеломлено смотрю на парня.
— Как ты все успел?
— Ну, хоть кто-то в нашей семье должен быть хозяйкой. Не находишь, Селеста? — говорит он, сотрясаясь от смеха.
Я густо краснею от его слов и потупляю взгляд в пол.
Пока Алекс насыпает длинные макаронины в тарелки и добавляет к ним соус, я, хоть и понимая, что то была всего лишь шутка, сгораю от стыда.
***
Стону от вкуса, который необычными приятными ощущениями ударяет по моим рецепторам.
Алекс божественно готовит.
Но я этого не говорю. Только бросаю ему игривый взгляд, от которого он тяжело сглатывает и крепко сжимает вилку.
— Как на счет шампанского? — прочистив горло, хриплым голосом спрашивает парень.
Киваю и пододвигаю ему свой бокал.
Пока Алекс откупоривает бутылку, я наблюдаю за выпуклыми венами, которые украшают его сильные руки. Они прекрасно сочетаются с его красивыми татуировками.
Слегка наклонив свой бокал, он наливает шампанское, а затем опускает бутылку на землю.
— А я? — надуваю губы, обиженно глядя на пачку сока, которую достаёт Алекс.
Парень легко снимает крышку и наливает оранжевую жидкость в мой бокал.
— А ты выпила свою норму вчера. — подмигнув мне, он кивает на сок. — От него ты точно не опьянеешь.
Мы продолжаем ужинать в благоговейной тишине. Она из разряда тех уютных, когда вам просто хватает одного молчания.
Но я все же решаю его прервать:
— Я хочу такую красивую тату, как у тебя. Где ты их делаешь?
От моего вопроса, который я, между прочим, задаю ему уже второй раз, рука парня, держащая столовый прибор, застывает около рта.
Прокашлявшись, он опускает вилку и пытается перевести тему:
— Может, потанцуем? Тут есть...
— Алекс, что ты скрываешь? — прищурившись, я осматриваю парня, как под микроскопом.
Мы сидим, буравя друг друга взглядами, а затем черноволосый, наконец, сдается.
— Это я рисую татуировки. Мой способ высказаться, не используя слов. Продолжается ещё с тяжелых подростковых времен.
Мой рот приоткрывается в шоке, и я всеми силами заставляю его захлопнуться обратно.
— Тату до не возможности прекрасны.. — вздыхаю, подымаясь на ноги.
Я останавливаюсь около парня и нерешительно присаживаюсь к нему на колени.
Его глаза сверкают восторгом и нескрытой похотью, которая тут же делает мои трусики мокрыми.
Хотя они и были такими целый вечер.
— Ты сводишь меня с ума. Ты знаешь это? — хрипит Алекс, наклоняясь ко мне ближе.
В один миг его зубы смыкаются на моей шее, и я издаю писк.
Парень прикусывает, а затем сосет.
Я уверенна, что он оставляет засос, но меня это не беспокоит.
Все, что сейчас имеет значение - это Александр и его грешный рот.
— Черт возьми... — черноволосый глухо рычит мне в шею, и волны его голоса пробираются под кожу, заставляя внутренности гудеть. — Мм, Лесси.
Я замираю на миллисекунду, а затем расслабляюсь, понимая, что он может меня так называть.
— Нам нужно... — Алекс пытается оторваться от меня, но все время терпит неудачу.
— Да... — стону, двигая бёдрами на его ноге.
Как только начинаю чувствовать трение своей киски, прикрытой тонкой тканью трусиков и джинс, об брюки Алекса, он отстраняется от меня и резко поднимается, ставя меня на ноги.
— Позволь сначала пригласить тебя на танец.