Глава 2.
День шестой
Выстрел. Им начинается уже не первое мое утро. Мне снится тот день снова и снова. Я вижу, как пуля попадает в Ребекку и она падает. Я вижу, как лужа крови вокруг ее бездыханного тела становится все больше и больше, и я уже не могу сдерживать слезы. Внутри все будто обрывается, а горло ужасно саднит в подступающем крике.
Я открываю глаза, из которых текут слезы, и сажусь на кровать. Не знаю, пройдет ли это когда-нибудь. Смогу ли я забыть, что с ней произошло. Ведь, по сути, это моя вина. Если бы я не появилась в ее жизни, она могла бы спокойно учиться в школе, терпеть нападки Тез и странности своей мамы. Она могла бы жить, как и все остальные дети. Она могла бы жить.
Я снова откидываюсь на подушку и, скрутившись калачиком, продолжаю рыдать. Знаю, я уже не могу ничего исправить, но понимание того, что она поймала пулю, предназначенную мне, не дает мне покоя. Знаю, Беккс любила меня и любила жизнь, которая была у нас в последнее время. А еще она любила Джея. Я успокаиваю себя мыслями о том, что она была счастлива со мной. Ведь она же была, правда? Хотя от этого и не легче.
Вина медленно убивала меня, а за моим решётчатым окном вставало солнце. Рассвет пытался захватить небо, и его светлые лучи превращали зарево во что-то невообразимое. Над горизонтом цвет небосвода был нежно-розовым, перетекающим в сиреневый, а выше и вовсе в темно-синий. Белые облака преграждали путь лучам солнца и рассеивали их. Появилось ощущение, что горизонт светится, и граница между небом и землей пропала вовсе.
Ребекке бы понравился этот вид, она сочла бы очень романтичным наблюдать подобное с Джеем. Возможно, она видит его, уже по ту сторону? Может, наблюдает за появлением солнца с того смешного облака? Пусть я и не особо верю в загробную жизнь, но от этих мыслей мне становится спокойнее, и я снова засыпаю еще на несколько часов.
Меня будит стук в дверь. Это Фел, она принесла мне завтрак. Оладьи с клубничным джемом и чашка ароматного кофе. В голове невольно проплывает утро в доме у бабушки и чудесные оладьи, которые готовил ее муж. Мне снова становится немного грустно.
- Ты что такая печальная сегодня, дорогуша? – озабоченно спрашивает Фел.
- Нет, ничего.
- Точно?
- Угу. Слушай, Фел, а ты веришь в загробную жизнь?
- Во что?
- Ну, в рай и ад, в жизнь после смерти и все дела?
- Не знаю. Мне кажется, что что-то там должно быть. Не может быть такого, чтобы все прекращалось просто так, верно? Не хочу верить, что я, как личность, умру вместе с этим бренным телом. А с чего вдруг такие вопросы?
- Ни с чего, - меня немного успокоил ответ Фел, и я улыбнулась ей.
- Ладно. Доедай и пошли к Рою. Он хочет с тобой поговорить.
- Рой? О чем?
- Не знаю. Мне кажется, что он, наконец, перестанет относиться к тебе, как к мебели, - Фел подмигивает мне, и я вспоминаю наш вчерашний разговор. Она использовала то же сравнение, когда говорила про побег. Похоже, она имеет в виду, что Рой решил мне о нем рассказать. Ну, слава Богу.
Мы идем по коридору в комнату Роя, которую он использует, как кабинет. Если честно, то я до сих пор не поняла, чем он занимается. Единственное, что я знаю, что это незаконно. Мне, конечно, интересно, но влезать еще и в это было бы перебором, по-моему. Я и так отхватила себе немало проблем со всем этим беззаконием, так что в данном случае я решила придерживаться постулата «Меньше знаешь – крепче спишь». Пусть это и противоречит моей сущности, но я подумываю над тем, чтобы перевоспитать себя.
По пути мы встречаем Майка, который разговаривает с каким-то стремным парнем с дредами. Выглядит этот некто, ласково сказать, жутко обкуренным. Майк же наоборот трезвый и свежий. Как два таких разных человека вообще могут вести беседу? Когда мы проходим мимо этой парочки, Майк и Фел коротко кивают друг другу, а укурыш пытается ущипнуть меня за задницу, за что получает от Майка под дых. Этот инцидент еще раз заставляет меня посчитать Майка не настолько уж и плохим человеком.
Рой стоял у открытого окна и курил, когда мы с Фел вошли. Он закрыл окно и обернулся к нам.
- Фелли, выйди, - ласково приказал он сестре. Она повиновалась. - Здравствуй, Глория, - продолжил он, когда дверь за Фел закрылась. Он улыбнулся, как и в нашу первую встречу, и я снова начала воспринимать его, как спасителя, а не как человека, который держит меня чуть ли не в плену.
- Привет, Рой. Что ты хочешь мне сказать? Что больше не выпустишь меня из дому до старости? – я решила скосить под дурочку, ведь по идее я не должна ничего знать.
- Нет, Глория. Я хочу тебе все объяснить. Присаживайся, - похоже, этот парень знает, что я скучаю по старому имени и нарочно называет меня так, как раньше. Вот стервец!
- О, неужели ты решил опуститься до объяснений какой-то дуре, которую держишь в четырех заколоченных стенах? - я села на стул и скрестила руки на груди.
- Глория, не утрируй. Я делаю это ради тебя, ты ведь знаешь.
- Знаю, - кажется, запас моей придурковатости закончился и я смягчилась. – Ладно, будем считать, что ты заставил меня тебя выслушать, обратившись ко мне по настоящему имени. Итак, вещай.
- Думаю, ты не дура, - начал Рой.
- Ну, спасибо, - огрызнулась я.
- Не перебивай, - Рой явно нервничал и сомневался в том, что мне вообще стоит рассказывать. По правде, я не совсем понимала, почему он решил мне все рассказать, если для него это так сложно. Возможно, у него нет другого выбора… - Так вот. Так как ты не дура, то, думаю, ты уже догадалась, что я держу тебя здесь не просто так.
- Аминь, - снова вставила я и, поймав грозный взгляд Роя, тут же закрыла себе рот рукой.
- Я хочу освободить Алекса. Я уже передал ему в тюрьму все инструкции через того же человека, который помог ему в прошлый раз оставить записку для тебя.
- Ясно, - я, как могла, имитировала удивление. – Что на счет Стива и Джея? – задала я Рою тот же вопрос, который спросила и у Фел в прошлый раз.
- Это уже не мое дело. Я должен Алексу и освобождать я буду его. Если он прихватит их с собой, то мы и их заберем. Если нет – то нет.
- Ясно, - снова сказала я. – Почему ты не говорил мне раньше? Неужели ты думал, что я побегу в полицию, - встав со своего стула и повысив тон, спросила я.
- Нет, я думал, что ты будешь волноваться и предлагать помощь, чем только мешала бы.
- Ох, ну да. Гораздо удобнее было запереть меня и ничего не говорить, чтобы я с ума сходила от незнания, да?
- Глория, успокойся. Я думал, что так будет лучше.
- Думал он, - подытожила я, злясь. Глубоко вздохнув, я продолжила. – А зачем ты мне теперь рассказал? Подозреваю, что ты сделал это отнюдь не для того, чтобы облегчить мои страдания, верно?
- Верно. Будь моя воля, ты бы ничего не знала, а я бы не слушал твою истерику.
- Что же тогда тебя заставило?
- Мне нужна твоя помощь.
- Помощь? То есть как раз то, что ты не хотел, чтоб я делала?
- Глория, я не обратился бы к тебе, если бы не было крайней необходимости.
- Ладно, что нужно?
- Парень, который работает в тюрьме и помогает нам, он состоит в одной группировке, которой я не очень доверяю. Когда Алекс попросил его передать мне записку, паренек сделал это, чтоб немного подработать. Теперь он и его банда, которая и должна помочь Алексу… и парням с побегом, тоже работают на нас, потому что мы им платим, но передать записку и помочь сбежать разные вещи, понимаешь?
- Как ты можешь полагаться на людей, которым не доверяешь?
- Знаешь ли, полноценного доверия не бывает в принципе. Я предложил им действительно хорошие деньги, так что я почти уверен в них.
- Но слово «почти» ты все равно не исключаешь.
- Именно.
- Это понятно. А что могу сделать я?
- Я хочу внедрить тебя в их группировку, чтобы понять, насколько серьезно они настроены.
- На сколько серьезно они настроены на предательство?
- Именно. Если Алекс решит бежать, а они испортят все в последний момент, ему дадут пожизненное за попытку побега. Ты ведь понимаешь?
- Да, а еще я понимаю, что тогда твоя задача по возвращению ему долга усложнится. Ты ведь об этом печешься, верно?
- Да, Глория, - гаркнул Рой. – Если ты хочешь знать, предан ли я Алексу, то нет. Я сделаю все возможное для того, чтобы уберечь тебя и вытащить его. Но, когда мой долг будет выплачен, я забуду вас обоих, как страшный сон. Понятно?
- Абсолютно.
***
Я сидела в своей комнате, которую больше не запирали, и смотрела на стену. Она была идеально ровной, бежевого цвета, с темной окантовкой над плинтусом. Я смотрела на нее и не видела ничего. Сейчас мне уже было ясно совершенно все. Я понимала планы Роя, знала обо всех его схемах. Он даже подробненько расписал мне весь сценарий побега, который предложил ему Дэйв, главарь той группировки, что заведовала освобождением. Только вот легче мне не стало. Да, я была рада тому, что парни сбегут из тюрьмы, я была рада тому, что меня поставили в известность, я даже была рада, что меня попросили помочь, хоть и жутко этого боялась. Но неизвестность все еще не давала мне покоя. Наверное, такой у меня характер, волноваться обо всем. Я думала о возможном предательстве и о том, что будет в этом случае, думала о том, что будет после побега, если он удастся. Я думала о Рое, который лишит нас какой-либо помощи, когда решит, что сделал уже достаточно, думала о Фел, которую я вряд ли увижу еще когда-нибудь, если нам все же удастся уехать всем вместе, мне, Стиву, Джею и Алексу. Я думала о Стиве. О нем, наверное, даже больше, чем обо всем остальном. Я вспоминала его взгляд и улыбку, его заразительный смех и то, как он прикасался ко мне, как тепло разливалось по моим венам каждый раз, когда он целовал меня. Господи, как же я хотела его увидеть, почувствовать, что он рядом, что он в безопасности.
- Эй, дорогуша, ты меня вообще слышишь? – я вернулась из своих мыслей в реальность и поняла, что Фел что-то мне рассказывает, а передо мной стоит поднос с обедом.
- Что? – переспросила я.
- Ооооо, да ты совсем плоха.
- Прости, что ты говорила?
- Я тут уже полчаса распиналась о том, что твою внешность нужно изменить перед внедрением, потому что про ненормальную синеволосую чувиху знает уже каждый встречный пересечный.
- Ты хочешь, чтобы я надела парик?
- Нет, это слишком рискованно. Его могут ненароком сорвать.
- Значит, мне нужно перекрасить волосы?
- Да, это будет идеально.
- Ладно. Я сделаю все, чтобы помочь их освободить.
- Знаю, подруга. Слушай, я бы и сама пошла на это дело вместо тебя, но они знают меня в лицо, а других девушек у нас нет. Ты – единственный вариант. Да и потом на тебя можно положиться, ведь ты и правда на все готова ради этих трех странных мужчинок, у которых еще детство играет в одном месте.
- Все в порядке. Я рада помочь. Только ты должна объяснить мне, что я должна буду делать, и к кому я должна буду идти, что говорить и как себя вести.
- Да, Рой сказал, что завтра Майк проведет тебе полный инструктаж про всех членов этой чертовой банды. А что касается твоего прикрытия, то ты по сценарию шлюшка.
- Что? Я должна буду с кем-то спать? – мои глаза округлились. Я, конечно, на все готова, чтобы помочь Стиву и остальным, но предавать его в процессе в мои планы не входило.
- Не знаю, дорогуша. Как пойдет. Если сможешь убедить мужика, чтобы он тебе доверял и при этом не позволишь залезть ему в твои трусы, то пожалуйста.
- Ясно, - тихо ответила я.
- В любом случае, выбор за тобой. Рой не сможет силой впихнуть тебя к ним.
Я опустилась на кровать, и мне жутко захотелось плакать. Я была в настоящем отчаянии. Как умудриться сделать все правильно, не опускаясь при этом до предательства?
- Тея, - обратилась ко мне Фел и я не сразу поняла, что она это мне. – Я вернусь через час с краской. Думаю, из тебя получится отличная жгучая брюнетка.
- Хорошо, - ответила я и снова уткнулась взглядом в стену.
«Дорогой дневник,
Я сегодня вдруг поняла весь смысл безысходности. Помнится, я и раньше думала, что понимаю, но это было не так. Только теперь я и в самом деле не имею другого выхода.
Я знаю все про планы Роя, и теперь я даже фигурирую в них, как далеко не последний человек. Тем не менее, радости мне это не прибавляет. Теперь я даже не знаю, какое из слов для меня страшнее: «незнание» или «безысходность». Впрочем, я обязательно справлюсь со всем, что бы ни произошло. Я сделаю это ради Стива. Я даже предам его ради его же свободы.
Да и потом, даже если к моему лбу приставят пистолет, у меня все еще будет как минимум пять выходов, одним из них будет отобрать пистолет. Так что, рано отчаиваться. Если я постараюсь, то смогу залезть в голову Дэйва, не позволив ему при этом влезть ко мне в трусы, как говорит Фел.
Сегодня я не чувствую себя в клетке, я чувствую себя свободной и решительной.
Тея Хайенс. Прошло шесть дней»
***
Фел вернулась, как и обещала, через час. В ее руках была уже приготовленная для нанесения краска. Она посмотрела на меня и на нетронутый обед.
- Решила похудеть для Дэйва? – попыталась пошутить она.
- Конечно. Надеюсь, он симпатичнее мартышки, - смеясь, ответила я.
- Не надейся, - Фел удивилась моему хихиканью и улыбнулась в ответ.
- Приступим к перевоплощению? – спросила я, указывая на краску.
- Конечно, дорогуша.
Через три часа я, надев одно из откровенных платьев, которое мы купили накануне, и босоножки на тонкой изящной шпильке, вышла из своей комнаты. Мои волосы представляли собой идеально ровную копну черных прядей. Фел не только покрасила их, но и подстригла. Теперь они спадали мне на плечи густой массой, но при этом их длина не доходила ниже лопаток. В довершение образа я подвела глаза черным карандашом и сделала себе smoky eyes. Немного румян на скулы и помада пастельного цвета, поверх которой я нанесла розовый блеск для губ и мой мейк-ап был завершен. Получилось вполне сносно. Немного пошлее моего обычного образа, но и милее шлюшного макияжа.
Спустившись на первый этаж, я вошла в гостиную, где несколько самых близких людей Роя собрались для оценки моих актерских способностей и образа в целом. Всего там было пятеро человек. Одним из них был Рой, другим – Майк. Также там сидела Фел. Двух последних парней я не знала, но они показались мне не страшными.
Войдя в гостиную, я сразу направилась к Рою и села ему на колени.
- Привет, - ласково сказала я и тут же засмеялась от его удивленного лица. – Что ты так на меня смотришь? - хохоча спросила я. – Разве шлюхи обычно не так себя ведут?
- Нет, нет, ты молодец. Просто, черт, ты так изменилась. Если бы я не знал, что это ты, то не узнал бы.
- Ну, такой и была моя задача, верно?
- Да, все отлично, - встрял в нашу с Роем беседу Майк. – Только, думаю, для того, чтоб понравится Дэйву, ты должна быть еще наглее.
- Поняла, - я тут же начала согласно кивать и ловить все наставления Майка и двух других парней. Фел же говорила мне, что нужно следить за тем, как держать голову и куда девать руки, как следить за волосами и платьем, чтобы всегда выглядеть идеально.
Я бывалый игрок. Количество вечеринок, на которых я побывала не сосчитать и за неделю. Тем не менее, это были не просто уроки по обольщению какого-то парня, который хочет трахнуть меня в родительской спальне. Это был настоящий мини-курс о том, как влюбить в себя главаря не самой миролюбивой банды. Да еще и при этом я твердо для себя решила, что отдамся ему только в самом крайнем случае, а до его наступления мне нужно было умудриться выуживать у Дэйва информацию без секса, что наверняка должно было быть более сложным делом.
В итоге, когда все устали и пришло время ужина, меня отправили переодеваться и смывать с себя всю эту гадость, как выразился Майк, который, как я поняла, ярый защитник естественной красоты.
Сегодня меня уже не было резона запирать, и я ужинала вместе со всеми за большим столом. Никогда бы не подумала, что эти люди семья, но это было именно так. Майк и Фел сидели друг напротив друга и бросали друг на друга какие-то странные взгляды, которых остальные то ли не замечали, то ли делали вид, что не замечают. В ходе беседы я узнала, что Рой стал главным в этой шайке благодаря перевороту, с которым ему помогали четверо сидящих за столом людей и Алекс, за что Рой, собственно, и был ему должен. Также я поняла, что Фел и Майк раньше встречались, но потом оба изменили друг другу и, жутко долго устраивали истерики, разбегаясь. Причем, что интересно, мне показалось, что Фел изменила Майку ни с кем иным, а именно с Алексом. В этом я уверенна не была, но ощущение сложилось именно такое. Благодаря этому можно понять, почему Майк так не хотел помогать вытаскивать моих парней из тюрьмы. Марк и Зейн – два других парня, которым доверял Рой, были его лучшими друзьями и, кажется, читали мысли друг друга. Стоило одному сказать слово, как второй мог продолжить предложение, сразу понимая, о чем речь.
Да, у них было странное напряжение и, как мне показалось, недосказанности, но они были семьей. Эти пятеро людей могли сделать что угодно друг для друга, как и я готова была сделать что угодно для своей семьи: Стива, Джея и Алекса.
Когда ужин был закончен, мы с Фел остались на кухне, чтобы перемыть посуду, а парни пошли смотреть регби по телевизору. Я снова вспомнила былые деньки и то, как мы жили все вместе в маленьком деревянном домике все впятером, вместе с Беккс, как мы с ней готовили для парней. Стало грустно и отрадно одновременно. Я печалилась о том, что никого из них сейчас не было рядом, но радовалась, что скоро будут, пусть и не все.
Отправившись спать, я была спокойна. Обстановка за ужином заставила меня переосмыслить характер Роя и его отношение к людям. Он вовсе не был предателем и не был плохим человеком, просто у него был свой круг доверенных людей. И Алекс, судя по всему, больше туда не входил. Не знаю, что у них произошло и как так вышло, что Алекс вообще ему помогал. Не знаю, правда ли, что он спал с Фел. Не знаю, почему теперь Рой говорит, что не предан ему. Но сейчас меня не очень волновали эти вопросы. Вернее, я просто отправила их на второй план. Главным сейчас было то, что Рой сделает все, чтобы вытащить парней, как и я. Главным было – научиться всему, что поможет мне во внедрении. Главным было – решиться, решиться на все, что мне нужно будет сделать для Стива и остальных. Вот о чем я думала, засыпая.
Тем не менее, последним, что я запомнила перед тем, как отправиться в царство Морфея, было не что иное, как тоска по цвету моих волос. Я непременно перекрашусь обратно, как только у меня появится такая возможность.