Глава 3
It is he.
He has broken me.
***
Выше нос, Ева.
Это всего лишь белобрысый мальчишка.
Он просто протягивает тебе руку для человеческого рукопожатия.
Не убивает, а хочет подружиться.
- О..эмм.. я Ева, - наконец отвечаю я, но руки не подаю.
Дружелюбная. Но недоверчивая.
- Это типа как Адам и Ева? - его улыбка становится размером с горизонт, в то время, как я хмурюсь.
Ага, шутка. Что ж, он, определенно, мог бы стать участником КВН.
Неееет, их предводителем. А у квнщиков бывают предводители?
- Да, что-то тип того, - нелепо пытаюсь обойти его, чтобы попасть в раздевалку.
Придерживая свою блузку и юбку в одной, а балетки другой, локтем пытаюсь ткнуть в щель между дверью и стеной.
Господь, где ты там? Мне нужна твоя помощь: даруй мне шанс попасть в раздевалку без потока флирта блондинов с обложки.
Не верю в молитвы, но это работает. Дверь поддается и уже видны тела, снующих в одном белье туда сюда девушек.
- А ты прикольная, - протягивает этот шутник, облокачиваюсь на дверь, которую я только что открыла, и закрывает её, - мы могли бы вместе сесть за ланчем, как думае..
Похоже я любимица Аллаха, потому что дверь резко открывается, ударяя мачо по его голове, и оттуда, по подиуму, выходит Сексапильная брюнетка. Главное слово Секс.
Серьезно, её как будто не Адам с Евой лепили, как нас смертных, а целая гурьба Богов днями вырисовывали каждую черту лица.
Эй, где справедливость? Прекрасное тело. Прекрасные волосы (о, да, они блестят). Прекрасное лицо.
Пока я подбираю слюнку, а тот парень челюсть, за мисс-я-слеплена-Богами выходят ещё две девчонки, виляя бедрами. Оу, а им есть чем вилять.
Заскакиваю в раздевалку ни секундой после того, как их задницы покидают её. Путь свободен.Бросаю вещи в первый попавшийся шкафчик и плетусь в зал. Прохожу створки дверей и присоединяюсь к кучке альфа-самок в правой половине зала. Мельком взглянув, замечаю немного больше того, что привыкли видеть мои глаза. Нет, слишком много. Слишком много обнаженных торсов. Должно быть, это футболисты.
Блеск.
Замечаю как мини-богиня подходит к одному из них и они..
Целуются? Звучит невинно. Нет, они поедают друг друга так страстно, что мои щеки готовы покраснеть уже от созерцания сего. Парень опускает свою руку с талии девушки ниже, на её округлости.
Перстень.
Тот же самый перстень, который был на руке парня, сжимающего красные трусики девушки в подсобке. Надеюсь, у них хватит приличия не раздеть друг друга прямо здесь. Хотя, думаю, большая половина футболистов с радостью взглянула бы на тело этой девчонки без одежды.
- Кэйт, прошу хватит пожирать его глазами, - говорит красноволосая девушка, наклоняясь вперед к коленям и глядя на блондинку в розовом топе, - ты знала Коулда, что он не бросит ради тебя Мериэм.
Кэйт, как я поняла, отводит свой ледяной взгляд от парочки и переводит на пол. Едва замечаю слезу, норовившуюся выкатиться из её голубых глаз.
Жестоко.
Водить двух девчонок за нос? Съедать поцелуем одну и развлекаться в подсобке с другой?
Сразу же ставлю в своей голове галочку: парень по имени Коулд - говнюк.
Я, конечно, пока не подавала заявку на вступление в клуб феминисток, но это отвратно. Зачем спать с одной, давая надежду другой? Даже, если его репутация самца бежит впереди его члена, это не значит, что девушка, ложась с ним в постель не будет считать себя желанной, той, с которой он будет после секса.
Ладно, скорее всего, это просто я из прошлого века, в котором девушки и парни совокуплялись в любви и страсти.
Просто не могу представить, как можно доверять своё тело парню, который впоследствии не будет твоим. Сори, но у меня в голове "лишение девственности"- это не просто как сходить выбросить мусор.
Проблемы с доверием плюс проблемы с самооценкой по поводу тела - получим девственницу, которая не подпустит похотливых жеребцов к себе до конца своих лет.
Привет, проблемам с менталкой.
***
Сколько ярких впечатлений за один день.
Слава всему живому он заканчивается и через каких-то шестьдесят минут я отправлюсь в свою комнату.
Аллилуя.
Можете поаплодировать мне, потому что без труда нахожу нужный кабинет. Переступаю порог аудитории, но останавливаюсь, когда уголком глаза замечаю что-то желтое под одним из зеленых шкафчиков. Разворачиваю свою поднявшую ногу и шагаю в противоположную от кабинета сторону.
Любопытно.
Оглядываюсь, но вокруг никого не нахожу: все до сих пор на ланче, до окончания которого еще добрых десять минут. Наклоняюсь и сую свою руку под шкафчик, щедро вытирая своей блузкой пыльный пол.
Что ж надеюсь, когда-нибудь моя любопытность приведет к чему-то хорошему.
Хватаю маленький кусок твердой бумаги и высовываю свою руку. Разворачиваю желтую бумагу, и хмурюсь. Это фотография. Там маленький мальчик прижимается к женщине, одетой в бледно-серое пальто. Она очень крепко обнимает темноволосого альчика и улыбается теплой улыбкой. Её золотистые волосы струятся по воротникам пальто, а юбка, выглядывающая из под солнца, блестит.
Перевожу взгляд на мальчика, который с ни меньшей силой прижимается к женщине. Но на его лице слезы, а глаза сильно зажмурены.
Сочетание сладкого и соленого. Теплой радости и невыносимой боли.
Ему чертовски печально.
Но почему?
Переворачиваю фотографию и замечаю подпись: Вертэйлы.
Вертэйлы?
Что это?
Фамилия?
Пороль от сейфа?
Из транса меня отвлекает девушка в потрепанных джинсах, которая проносится мимо в наушниках, из которых отчётливо слышится тяжёлый метал.
Она заходит в кабинет и стягивает наушники из ушей. Я захожу следом, поэтому не могу не заметить её красный рюкзак с увешанными значками.
А это мило. Мечтаю о таком с восьмого класса.
- Классный рюкзак, - бросаю я,вешая свой кожаный на стенку стула.
- Спасибо, - говорит незнакомка, вытаскивая фиолетовую тетрадь и чёрную ручку.
Мы одни.
Я говорила, что ненавижу неловкости? Так вот, мой язык тоже их ненавидит и, видимо, не собирается оставить беднягу в покое.
- Я Ева, - говорю, присаживаясь на стул, в трех метрах от неё.
- Я Гэби, - улыбается, - Меня тоже бесят эти молчаливые паузы, так что готовься с бомбардировке последних новостей.
Пришла моя очередь улыбаться и ставить галочку в воображаемом блокнот: Гэби - потенциальный друг.
- Разве ты не на первом курсе как и я ? - кидаю взгляд на её тетрадь, намекая, что у нас совместная пара, а значит мы в одном потоке.
- Ой, нет, - говорит Гэби, - По понедельникам на социологии, как правило, объединяют два курса. Что-то вроде практики. Новые лица, новое взаимодействие. Общество с обществом.
- Интересно, - пожимаю плечами, - И с какого ты курса?
- Менеджмент и бизнес. Второй курс, - её голос становится тише, - Не поверишь, сколько горячих парней будет на паре. Между прочим, в прошлом году, когда ввели эту практику, Коулд заметил Мериэм.
- Коулд и Мериэм? - наигранное любопытство. Однако никто не отменял мою любовь к анализированию других людей, иногда даже их опыт играет мне на руку. Удобно не наступать на грабли, когда знаешь, что некоторые люди ударялись о них в прошлом. Информация никогда не станет бесполезной.
- Ты не знаешь? - огонёк загорается в её глазах, когда карандаш застревает у неё между губ.
- Не знаю чего?
- Самую горячую парочку на планете! Не могу поверить, что ты не натыкалась на их лобзание. Несмотря на свободность их отношений, я никогда не поверю, что эти двое не поженятся. Их родители, как ни как, партнёры.
- Свободность отношений? - мои брови взмывают вверх, когда девушка отодвигает карандаш от её губ, - Встречаются, но спят с кем хотят?
- Да, - карандаш снова опускается на губы, - Не думаю, что другой вид отношений, когда-нибудь устроил Вертейла.
- Вертэйла?
- Коулд Вертэйл