Глава 15
Невыносимо долгий учебный день закончился, и подростки, нагруженные тяжёлыми сумками и личными проблемами, начали группами вываливаться за ворота школы.
Вэйс, сопровождаемый белокурой, миниатюрной подругой, с каждым шагом всё сильнее ускорялся, желая быстрее оказаться дома и запереть за собой дверь.
- Рокс, какого чёрта ты за мной ходишь? - прошипел он, всё сильнее отдаляясь от девушки.
Прохожие оборачивались на эту пару, едко комментируя и удивлённо оглядывая, и тут же забывали, просто выкидывая чужие проблемы из головы.
Щёки Роксаны залила пунцовая краска, губы обиженно дрогнули, но она продолжала следовать за парнем, хотя один его шаг был равен трём её.
- Я не верю в этот бред, о котором все говорят, - уверенно и твёрдо заявила девушка, - ты бы не стал продавать Адриану наркотики. Ты не такой.
Вэйс развернулся на месте и со всей силы схватил за запястья едва не влетевшую в него Роксану.
- Мне абсолютно всё равно, поняла? - выпалил он, с наслаждением рассматривая её наполняющиеся слезами красные глаза, - иди, куда шла.
Вэйс с силой откинул от себя её руки и быстро вышел за территорию школы.
Едва он оказался на пустой, застроенной старыми, в большинстве своём заброшенными домами улице, что-то твёрдое толкнуло его в плечо и со всей силы прижало к каменному забору.
Перед ним было торжествующе озлобленное лицо Дилана.
- А теперь давай по порядку, - прошипел Дилан, сжимая горло парня и тем самым обездвиживая его, - повествуй.
Вэйс ухмыльнулся, хватая губами воздух, и даже не стал сопротивляться.
- Строишь из себя белого и пушистого? - Вэйс глухо засмеялся, не отводя взгляд от взбешённых глаз, - всемирный благодетель, альтруист и филантроп. Странно, что вокруг нет толпы раскрывших рты фанаток, - он сделал небольшую паузу, наслаждаясь эффектом, производимым на Дилана этими словами, - забавно, да? Никому не нужна твоя правда. Ты думаешь, что Бетани, в которую ты так безумно влюблён, кинется к тебе на шею, едва ты докопаешься до сути? - прерывистый, оглушающий смех окружил Дилана, сковывая и выводя из себя, - ей наплевать на тебя. И так было всегда. Бедный мальчик, мне даже немного тебя жаль, - напряжение и тревожное молчание Дилана вызывали у Вэйса бесконечное удовольствие.
Вэйс облизнул сухие губы, восторженно наблюдая, как часто и высоко вздымается широкая грудь бывшего друга. Не в состоянии больше выносить этот разговор, Дилан оттолкнул стоявшего напротив него парня, мгновенного скрывшегося в одном из переулков, и, задрав голову к небу, зажмурив до ярких искр глаза, достал из кармана мобильный телефон.
Длинные гудки, а затем мягкий, взволнованный голос заставили его прийти в себя.
- Бет, мы можем встретиться? - спросил он и очень тихо, одними губами продолжил, - ты мне нужна.
***
Они сидели в небольшой закусочной с красными кожаными диванами, из колонок доносилась едва слышная музыка, а официанты, то и дело снующие между столиками, разносили яркие напитки в запотевших бокалах и огромные, сочные бургеры.
Посетители напоминали чуть более реалистично нарисованных героев детских мультиков: толстый мужчина с выпяченной губой и тоненькими, чёрными усиками; девушка в коротком, чересчур открытом платье с желтоватыми, свисающими до поясницы идеально прямыми волосами и неестественно большими, алыми губами; милая бабушка в пуховом платке и маленьких, золотистых очках, рассказывающая историю внуку, уткнувшемуся в свой телефон и будто не замечающему её. Казалось, эти люди сейчас допьют свои клубнично-банановые коктейли и вернутся на экраны телевизоров и страницы книг.
- И всё же, - Бетани прервала разговор, - что случилось? Почему ты захотел встретиться?
- Разве для этого нужен повод? - самоуверенно улыбаясь спросил Дилан, но, осознав, что дрожащие руки и чрезмерная напряжённость предательски выдают его, продолжил, опустив глаза на уже выученное наизусть меню, - последние недели... нет, последний год... всё как-то неправильно, - он зажмурил глаза и провёл рукой по лбу, - Сначала Молли, потом Вэйс и Адриан... эта ситуация с Зои..., - мозг закипал от навалившихся проблем, - я не понимаю, почему всё это происходит.
- Я уже не удивляюсь, - Бетани иронично хмыкнула, - мой мир раскололся ещё семь лет назад, - она опустила глаза, жалея, что подняла эту тему.
Дилан виновато посмотрел на подругу. Даже после стольких лет раны на её сердце не затянулись, а он смеет жаловаться, что девушки прыгают к нему в постель, а друзья употребляют наркотики.
- Извини... ты хочешь об этом поговорить?
- Нет, - уверенно произнесла Бетани, пытаясь отключить воспоминания, - давай попробуем хоть один день провести спокойно, - она подняла свой коктейль, натянув улыбку, и откинулась на спинку дивана.
Разговор обо всём на свете медленно растекался теплом по телу, наполняя каждую клеточку тем уютным ощущением спокойствия, которого в последнее время совсем не хватало.
Казалось, они просидели в этой закусочной вечность, рассказывая друг другу всё, о чём по разным причинам молчали все эти годы, будто старые, давно разбежавшиеся друзья.
За окном опять пошёл дождь - осень с каждым днём всё сильнее вступала в свои права - и капли крупными бусинами стекали, размывая вид одинокого города.
Закусочная наполнялась всё новыми и новыми лицами, желающими укрыться от дождя, уже не такими мультяшными, но всё ещё привлекающими внимание.
Дилан забыл о словах Вэйса, оставив их где-то в далёком-далёком прошлом, заканчивавшемся дверями этой уютной закусочной. И пусть даже Вэйс окажется прав. Кому какая разница? Главное, что сейчас Бетани сидит рядом и пьёт из толстой, жёлтой трубочки клубнично-банановый коктейль, поправляя рукой всё время выбивающуюся прядь волос.
Друзей накрывало ощущением какого-то лёгкого, безмятежного спокойствия, позволяя наконец отпустить навалившиеся проблемы.
***
- Кому ты звонишь? - уже выходя из закусочной спросила Бетани.
- Папиному водителю, - ответил он серьезно, будто для Кэнфорда это было абсолютно обыкновенно, - тебя же смоет этим ливнем.
Бетани запротестовала и попыталась отобрать у него телефон. Ей казалось, что оплаченный Диланом коктейль, личный водитель мэра, приезжающий по первому зову, - всё это к чему-то её обязывало, будто «да, я отвезу тебя домой, но считай, что теперь ты мне должна». Она прекрасно понимала, что общаться с сыном самого богатого человека в городе вряд ли будет просто, но ведь сам Дилан презирал всю эту роскошь, сам Дилан говорил, что лучше бы он был бедным, но рос в нормальной семье с обычными ценностями. А теперь, вместо того, чтобы просто пройтись под дождём, он хочет позвонить какому-то совершенно не нужному водителю.
- Я в машину не сяду, - строго, сама удивившись своему тону, произнесла Бет, - либо мы идём пешком вместе, либо я пойду одна.
Дилан улыбнулся, стянул с себя толстовку и протянул её девушке.
- Ты же понимаешь, что ни одна другая девушка на твоём месте не отказалась бы прокатиться на машине мэра?
- Ты же понимаешь, что ни одной другой девушке ты бы этого не предложил?
Ухмыляясь, Дилан открыл дверь, и друзья вышли под сбивающий с ног ливень.
Добежав до дома Бетани и несколько раз едва удержавшись от падения в лужи, парень забрал тёплую, уже впитавшую запах осени и женских духов толстовку и оставил промокшую, искренне улыбающуюся впервые за последнее время девушку на веранде.
***
- Пап, я открою, - крикнула Бетани, спускаясь по лестнице.
Она отворила лёгкую, будто картонную входную дверь, за порогом которой стояла успевшая намокнуть под дождём Одри. Короткие белокурые волосы влажными змейками прилипли к шее и ключице, а зря нанесённая тушь оставляла на щеках тёмные дорожки. Глаза искрились детским восторгом и создавали забавный контраст с дрожащими, фиолетовыми от холода губами.
- Пустишь согреться? - смеясь спросила Одри и, не дожидаясь ответа, перешагнула через порог.
***
Тёплая ванная комната наполнялась поднимающимся от воды горячим паром, а переливающиеся разными цветами пенные пузыри облепляли обнажённую кожу.
Бетани сидела на всё ещё холодном полу, согнув в коленях ноги и оперевшись на выложенную плиткой стену. Они разговаривали обо всём и, в то же время, абсолютно ни о чём, пока Одри грелась в наполненной ванне. Она смеялась, показывая из воды то одну, то другую ножку, будто на откровенной фотосессии для какого-нибудь глянцевого журнала, поднимала небольшой комок пены и, прикрыв глаза, сдувала его на Бетани.
- И всё же, Бет, ты меня не любишь, - Одри наигранно надула губы и скрестила руки на обнажённой груди, - почему я узнаю, что ты гуляла с Диланом от продавщицы из ларька с мороженным? Разве это честно?
- А почему ты ешь мороженное в такую погоду? - Бетани засмеялась, сама не понимая, почему они с Диланом вдруг начали общаться гораздо лучше.
Бет не могла объяснить даже себе, правда ли, что они с Диланом теперь друзья. С ним, определённо, было спокойно, как с настоящим другом. Ему хотелось рассказать обо всём, не утаивая даже самые ненужные, глупые мелочи. Да и сегодня... он просто позвонил и попросил встретиться, и она, девушка, которая прежде могла собираться не меньше часа, просто накинула первую попавшуюся одежду и прибежала к нему. Так что же её смущало? Наверное, скорость, с которой они из «просто знакомых» превратились в близких друзей.
Сидя на уже согревшемся полу, Бетани рассказала подруге всё: все свои переживания и мысли, всё, о чём её спрашивал Дилан, и что она рассказывала сама. Ей было сложно сформулировать это даже в собственной голове, но Одри понимала всё даже по выражению её лица, и рассказывать было настолько просто, будто Бет записывала мысли в собственный дневник.
Просидев в ванной около часа, подруги наконец пришли на кухню, где Кевин и Чак, оживлённо споря, готовили ужин.
- Куда ты столько солишь?! Кто тебя учил готовить? - раздражённо спрашивал Кевин.
- Готовить меня учили Вы, - Чак усмехнулся, - все претензии к мастеру.
- Одри, ты же останешься на ужин? - улыбаясь самой доброжелательной улыбкой, спросил Кевин, но тут же развернулся к племяннику, - если Чак, конечно, всё не испортит. Чак! На противень не нужно столько масла! Курицу нужно приготовить, а не утопить!