Глава 6
Примечания:
(1) Гастон Ленотр - oтец-основатель кондитерского искусства, автор нескольких поваренных книг
***
После разговора с директором Эмма решила по пути домой заехать в больницу за документами. Секретарь мисс Патриция Шейн сообщила, что документы ещё не подписаны, директора нет на месте, но он скоро будет.
Эмма присела на диван и оглядела приёмную. Окон не было, освещалась комната потолочными лампами и светом, проникающим сквозь стену из матового стекла, отделяющую её от кабинета директора. Стол секретаря дополняли мягкий диван, кофейный столик с парой брошюр и большой шкаф, забитый документами. Папки с аккуратными надписями и неряшливые стопки бумаг соседствовали друг с другом на его полках. От сотен других приемных в небольших не слишком процветающих, но и не бедствующих организациях её отличали только яркие картины и фотографии, изображающие, как решила Эмма, африканские пейзажи и жизнь аборигенов.
Через пять минут в приемную вошёл мужчина, в котором Эмма с изумлением узнала отца Розали Хейз. Быстрым взглядом окинув комнату, он резко остановился и, развернувшись к Эмме, испуганно воскликнул:
- Роуз успела ещё что-то натворить?
- Я... - замешкалась Эмма, глядя на удивленное лицо мужчины и с ужасом осознавая, что перед ней стоит директор больницы.
- Доктор Хейз, миссис Бренан наша новая медсестра, - жизнерадостно прощебетала мисс Шейн, переводя любопытный взгляд с мужчины на женщину, - она за документами. Помните, я вам утром на подпись положила?
- Да, припоминаю, - задумчиво ответил Хейз, - миссис Бренан, пройдемте в мой кабинет.
Та поднялась и последовала за мужчиной, судорожно пытаясь припомнить все детали разговора и сообразить, что сказать в этой ситуации. Плотно прикрыв дверь, мужчина сел за стол. Выудив из кипы бумаг нужные, он поставил на них пару росчерков и протянул документы Эммы.
Забрав бумаги, Эмма замешкалась, не зная как лучше поступить, стоит ли ей что-то говорить или лучше будет молча уйти. Наконец, решившись, она проговорила:
- Возможно, мои слова были слишком резки, однако... - Эмма запнулась, но продолжила: - Надеюсь, что сегодняшний конфликт не повлияет на наши рабочие отношения и не помешает вам непредвзято оценивать качество моей работы.
- В моей беспристрастности можете не сомневаться, - холодно ответил доктор Хейз, поджав губы. - Я вас понял, идите.
Изобразив на лице невозмутимость, Эмма через приемную вышла из кабинета. Переведя дух в коридоре, она очень расстроенная отправилась домой.
***
Наконец учебный день подошёл к концу. Закинув на плечо рюкзак и укутавшись потеплее, Ребекка вышла из здания школы. Сегодня она задержалась дольше, чем обычно, на носу был парный доклад по химии, и ей с Келли Ронан нужно было подготовиться. Бекка была немного замкнутой, ей не хотелось приглашать одноклассницу к себе и идти к ней в гости она тоже отказалась. Поэтому было принято решение делать доклад в школьной библиотеке.
На улице была паршивая погода, как и с утра, небо было затянуто тучами. Подтянув молнию куртки к подбородку, она обратила внимание на парня, стоящего на последней ступеньке лестницы. Засунув руки в карманы, он стоял, облокотившись на перила. Резко подул промозглый ветер, скинув капюшон с головы юноши, в котором она узнала новичка.
- Тони, - немного замявшись, обратилась к нему Бекка, - кого-то ждёшь?
Обернувшись, парень взглянул на неё с удивлением, словно не ожидал здесь кого-то увидеть. Поприветствовав её кивком головы, он хмуро произнёс:
- Нет, я пропустил свой автобус.
- Ясно, - неловко пробормотала Ребекка.
Она хотела было уйти, но внутренний голос говорил, что как-то неправильно оставлять новичка одного в такой ситуации, ведь Бекка знала, что автобусы делают всего один рейс. Замешкавшись на пару секунд, она мысленно прокручивала в голове: помочь или пойти дальше? Но накрапывающий дождь развеял её сомнения.
- Я могла бы тебя подвести, - сделав паузу, она добавила: - Конечно, если хочешь.
Взглянув последний раз в сторону дороги, Энтони будто понял, что ждать автобус нет смысла, и, оттолкнувшись от перил, направился к припаркованной машине Бекки. Идя по парковке, парочка не проронила ни слова, лишь изредка девушка поглядывала на Тони, который был непривычно угрюм. В таком же молчании они сели в машину.
«Пикап» Бекки был настолько стар, что не всегда заводился с первого раза. Вот и в этот раз Ребекка, провернув ключ в замке зажигание, услышала треск стартера.
Мысленно взмолившись, она прошептала: «Только не сейчас», и машина, будто вняв её мольбам, нехотя завелась.
- Спасибо, что не прошла мимо, - хриплый голос Тони прозвучал неожиданно.
- Забудь, я не сделала ничего сверхъестественного, - отмахнулась Бекка.
Вывернув со школьной парковки на дорогу, Бекки прибавила газу. Молчание её немного угнетало и, решив включить музыку, она потыкала по кнопкам магнитолы, но попытка её не удалась, магнитола не подавала признаков жизни. Энтони отрешённо разглядывал дома за окном автомобиля, не замечая её манипуляций. Магнитола была чуть моложе пикапа, но, так же как и он, не всегда включалась с первого раза.
Бекки чувствовала, что новичка что-то гложет, мысли не дают ему покоя, но лезть в душу малознакомого человека было не в её правилах. Хотя она была уверена, что его состояние как-то связано с сестрой. Её и саму не покидали мысли об Элис, но спросить Тони напрямую о сестре было как-то неловко.
Время от времени Ребекка поглядывала на парня, он казался настолько расстроенным, что Бекка, поборов свою стеснительность, решила спросить, что произошло:
- Может это не моё дело, но у тебя что-то случилось?
Тони повернул голову и, взглянув на нее в первый раз за время пути, хотел уже ответить, как салон заполнила резкая оглушительная музыка из неожиданно включившейся магнитолы.
Сконфузившись, Бекки одним движением убавила звук.
- Прости, эта дурацкая магнитола живёт своей жизнью, - неловко извинилась она.
Но Тони, будто не придав этому значения, проговорил:
- Кажется, я предал свою сестру.
- Что? Как? - удивлённо произнесла Бекка.
- Проговорился сам того не понимая, - тяжело вздохнув, ответил Тони и уточнил: - Сдал её матери.
Ребекка бросила на него ничего непонимающий взгляд.
- Мама... Она сделала вид, что знает всё, что произошло с Элис... И подошла спросить моего совета, как быть в этой ситуации, но очень странно себя вела. Думаю, она просто взяла меня на понт, чтобы выудить информацию. А я взял да выложил... Естественно, после нашего с ней разговора она все поняла, - запинаясь, Тони выложил тревожащие его мысли и, взглянув на ничего не понимающую Бекки, добавил: - А, не бери в голову!
- Вдруг всё не так как ты думаешь, может она на самом деле всё знала?
Пожав плечами на предположение Ребекки, Энтони произнёс:
- Интуиция.
В машине опять повисло молчание, даже магнитола не решалась его нарушить.
- То, что произошло с твоей сестрой - ужасно, - сочувственно произнесла Бекки.
- Эти девчонки всегда так поступают с теми, кто им не нравится?
- Бывало хуже. Они вытворяют, что хотят.
- И что на них нет никакой управы? - мрачно спросил Тони.
- Все боятся, что будет ещё хуже, и предпочитают перетерпеть унижения, чем пойти в открытое противостояние, - Бекка вздохнула и продолжила: - Не знаю, как было у вас в школе, а у нас как в средневековье, ученики поделены на сословия: элита, середнячки и изгои.
- Я охреневаю с ваших порядков, - возмутился Тони, - в моей старой школе ученики тоже делились на группы, но скорее по интересам. И уж точно никто никого не унижал! Почему вы терпите это?
- Эти ребята сильны за счет своей сплоченности, они все друзья между собой, середнячки разобщены, никто не хочет проблем, а изгои... - Бекка замолчала и, бросив на Тони грустный взгляд, закончила: - Ну, ты понимаешь... каждый сам за себя.
- Нихрена себе! - удивленно присвистнул тот. - Это похоже на какой-то дешевый сериал о взаимоотношениях подростков.
- Ну, если это плохой сериал, - усмехнулась Бекки, - тогда добро пожаловать в актерский состав.
Разговор снова прервался, похоже, информация никак не укладывалась у Энтони в голове. Наконец оторвавшись от своих мыслей, он, внимательно посмотрев на Бекку, произнёс:
- Они немало потрепали тебе нервов, раз ты так их презираешь.
- Что? Нет, они не трогают меня. Я же дочка шерифа.
- Тогда в чём дело?
- Я как дочь полицейского очень тонко реагирую на несправедливость.
- Ты с кем-нибудь дружишь? - вдруг спросил Тони, переводя разговор на другую тему.
- В смысле? - Бекки смутилась и покраснела от такого вопроса, ей показалось, что он спрашивает о её отношениях с парнями, и она пристально уставилась на дорогу, надеясь, что Тони ничего не заметил.
- В школе, я имею в виду подруги, - бесхитростно уточнил он.
- Конечно, есть ребята, с которыми я общаюсь, - с облегчением, но в тоже время немного разочарованно ответила Ребекка и добавила: - Но не более. Если только Джулс, мы с начальной школы вместе. А ты уже успел с кем-то подружиться?
- Не то что бы подружиться, но ребята из футбольной команды довольно доброжелательные.
- Не обольщайся, они ещё покажут свои истинные лица. Особенно МакКензи, такой весельчак и балагур, думаешь, он шутками подмял под себя полшколы. Рыба гниет с головы.
- Я думаю, ты преувеличиваешь на их счёт, - не придавая значения её словам, произнес Тони.
Ребекка промолчала, переубеждать и что-то доказывать было ей не присуще. Всматриваясь в мелькающие перед глазами номера домов, она произнесла:
- Кажется, мы приехали.
Бекки притормозила рядом с тротуаром перед домом Тони, отчего тормоза протяжно заскрипели.
- Да, твоя машина давно не молодая леди, - усмехнулся парень.
- Был на истории у мистера Чейзи? - улыбаясь, проговорила Бекки.
- Совершенно верно, милочка, - наконец-то на его лице появилось подобие улыбки. - Спасибо, что подбросила. Увидимся в школе.
- Пока, - та неловко помахала рукой.
***
Войдя в пустой холл, Тони услышал крики и опрометью кинулся вверх по лестнице. Вбежав на второй этаж, он услышал отчаянный вопль сестры и замер в дверях её комнаты.
- ...только хуже! Они же меня возненавидят! Будут считать стукачкой!!!
Увидев брата, лицо Элис исказила злая гримаса, она скривила рот и с презрением выплюнула:
- А вот и предатель собственной персоной!
Слова хлестнули словно пощечина. Тони подался назад, бросив взгляд на мать, та виновато опустила глаза. Изумление от верности собственных предчувствий смыло волной негодования. Тони хотел было возмутиться, ведь не виноват он, что так получилось. Внутри кипели эмоции, сочувствие и негодование боролись друг с другом. Он мог бы многое сказать, но, ещё раз посмотрев на маму, решил промолчать.
- Ты! Зачем ты ей все рассказал?! - гневно кричала Элис, тыча пальцем в сторону матери. - Я же просила тебя! Ты же обещал!!! Ну, что ты молчишь?! Сказать нечего?! Хорош братец!
- Прости, - ответил ей Тони.
- Прости?! - взвилась Элис, подскочив к нему и схватив за футболку. - На кой-мне твоё прости?! Хейз меня со свету в школе сживёт! А ты мне прости!!!
- Элис, - Тони взял сестру за плечи и продолжил: - Я не позволю никому издеваться над тобой!
- Да пошел ты! - истерично взвизгнула та, стряхивая руки брата и толкая его в грудь. - Знать тебя не хочу! Лучше не подходи ко мне вообще! Ты уже помог!!! Меня теперь полшколы ненавидит!
- Милая, - робко начала Эмма, - Тони...
- Не хочу тебя видеть, предатель! Убирайся из моей комнаты! - с ненавистью в голосе процедила Элис, и не глядя на мать, добавила: - И ты уходи, не хочу никого видеть.
- Тони, сейчас до неё не достучаться. Будет только хуже, - тихим голосом проговорила Эмма и, быстро смахнув слезу, подтолкнула сына к двери. - Спасибо, что не выдал.
***
События сегодняшнего утра совершенно выбили Кевина из колеи. Постоянно возвращаясь мыслями к беседе в кабинете директора, он никак не мог сосредоточиться на работе и думал как же его Рози, его белокурый ангел, могла совершить такой гнусный поступок и возможно миссис Бренан права, говоря, что он мало времени уделял воспитанию детей. В конце дня он, злой на себя, за впустую потраченное рабочее время, на дочь за её выходки и на миссис Бренан, которая теперь будет постоянно мозолить ему глаза в больнице, поехал домой.
Ужин проходил в тягостном молчании. Кевин механически пережевывал пищу, а мысли его, словно борзые на собачьих бегах, неслись по кругу и он снова и снова размышлял, где он мог допустить ошибку, что он сделал неправильно, и когда всё пошло наперекосяк. Его невеселые размышления прервал голос сына:
- Послушайте, я совсем забыл вам рассказать, вчера на тренировке...
- Джастин, у меня сейчас нет настроения слушать твои идиотские истории! - раздраженно перебила его Розали, без особого энтузиазма ковыряя вилкой в салате.
- А у меня нет желания слушать в тишине ваше чавканье, - возразил ей сын.
- Уж лучше слушать чавканье, чем очередной рассказ о ваших примитивных приколах как кто-то кому-то натянул трусы...
- Так хватит! Прекратите этот балаган! - строго прикрикнул на детей Кевин и, сердито посмотрев на дочь, добавил: - Розали, ты даже не представляешь, насколько я разочарован твоим поведением! Я мог ожидать такого от Джастина! Но от тебя!
Джастин закашлялся, поперхнувшись стейком, и Кевин, мимоходом похлопав сына по спине, продолжил:
- Ты же девушка, а не криминальный авторитет! Зачем ты это сделала?
- Она специально испортила мне туфли! - посмотрев на отца исподлобья, раздраженно сказала та.
- Ты так низко поступила из-за каких-то туфлей?! - изумленно вскинув брови, спросил Кевин.
- Папа! Это не какие-то туфли, это мамин подарок! - возмутилась Розали.
- Те дорогущие, что привезла Хэлэн из Нью-Йорка?! - ужаснулся он, припомнив цену обновки, и добавил: - Она же сказала, что случайно наступила! В любом случае, это не давало тебе права поступить так с девушкой!
- Да у неё же травма на всю жизнь останется! - поддакнул отцу Джастин.
- Заткнись, придурок! - вскричала Роуз, угрожающе нацелив вилку на Джастина.
- А ты не подумала, что мама скажет, когда узнает? - Кевин снова попытался урезонить дочь.
- Ничего она не скажет! НИ-ЧЕ-ГО!!! Потому что не узнает! У них в Зимбабве телефон ещё не изобрели!
- Не в Зимбабве, а в Либерии, - деловито поправил Джастин Розали, накладывая себе ещё салата.
- Да какая к чёрту разница! Маме плевать на нас!!! - взорвалась Роуз, вскакивая со стула, в голосе её слышались истеричные нотки, - и не случайно она это сделала, а специально! СПЕ-ЦИ-АЛЬ-НО!!! Как можно случайно наступить на обе туфли?! Хотела показать, что она самая умная! Деньги с неё надо потребовать за испорченные туфли!
- Господи! Ты сама себя слышишь?! - тирада дочери неприятно удивила Кевина и ещё больше разозлила, он понял, что зря упомянул Хелен. - Как тебе не стыдно?! Эта девушка была в таком подавленном состоянии! Ты должна жалеть о том, что сделала!
- А с чего мне должно быть стыдно?! Она получила то, что заслужила! - гневно выкрикнула Розали, сверкнув глазами, и в запале добавила: - Я жалею, что меня поймали!
Прижав ладонь ко рту, она осеклась, сообразив, что сейчас сказала.
С ужасом глядя на дочь, Кевин медленно откинулся на спинку стула. Он смотрел на девушку и не узнавал в ней свою дочь, ту Розали, которую он всегда знал. Его примерная целомудренная девочка оказалась той ещё негодяйкой! Прикрыв глаза рукой, он горько проговорил:
- Сын - неуч, дочь - подлая лицемерка. Похоже эта миссис Бренан права, я - плохой отец.
Встав из-за стола, Кевин прошёлся по столовой, потирая пальцами виски. Внутри всё смешалось: злость, отчаянье, страх навалились на него. Мелькнула мысль о Хелен, бросившей их ради своей мечты, но Кевин отбросил эти воспоминания, сейчас было не время думать о прошлом. Остановившись у окна, он задумался о том, как ему поступить сейчас.
Вызывающий голос дочери прервал тишину:
- И что теперь? Я наказана? Под домашним арестом?
- Наказана, - стоя спиной к Розали, устало проговорил Кевин, - я лишаю тебя карманных денег.
- А как же моя поездка в Сиэтл на шоппинг?! Ты же обещал дать денег на туфли и платье для осеннего бала! - с возмущением и растерянностью воскликнула Роуз.
- Езжай, ты же не под домашним арестом, но можешь не рассчитывать ни на цент из моего кошелька.
- Какой смысл ехать за новыми туфлями без денег?
- А зачем тебе новые? - саркастично вставил Джастин. - Ты же стащила туфли с той девчонки, вот их и носи!
- Жри свой салат молча! - зло процедила Роуз и направилась к выходу из столовой.
- Куда ты собралась? Я ещё не закончил! - Кевин обернулся, сурово взглянув на дочь; голос его был строг и холоден.
Розали замерла, испуганная переменой в голосе отца, но садиться обратно не стала.
- Уже никуда не собралась, - проговорила она дрогнувшим голосом, намекая на поездку в Сиэтл. Ей хотелось, чтобы фраза прозвучала дерзко, но голос её подвел.
- Отлично, останешься дома, займёшься учебой. В школе, я так понимаю, тебе не до этого, - голос Кевина звучал жёстко, - в моём кабинете на столе заберешь книгу, будешь читать её после уроков во время отбывания наказания, а вечером рассказывать мне, что узнала нового. Теперь можешь идти.
Фыркнув, Розали вышла из столовой.
***
Розали ворвалась в комнату, громко хлопнув дверью, выместив на ней часть злости и обиды. Чувства переполняли, и ей казалось, что ещё чуть-чуть и они разорвут её изнутри. Розали схватила с кресла декоративную подушку и принялась остервенело лупить ею кровать.
- Чертова Бренан!.. Сидела бы в своем Сиэтле! - выкрикивала она. - Стерва! Все из-за тебя! Ненавижу! Ненавижу!
Лицо перекосилось от ненависти, щеки покрылись красными пятнами. Сейчас мисс Хейз никто не назвал бы красивой.
Вымотавшись, она бросила мятую подушку на пол и легла на развороченную постель.
- Как будто отцу мало, что меня Швабра так позорно наказала, - себе под нос бубнила Роуз, - он ещё и денег лишает!
Смахнув злую слезу, она встала, заперла комнату и сняла со стены объемный постер с Гастоном Ленотром (1). Отцепив прикрепленный к его обороту небольшой конверт, она пересчитала хранящиеся там купюры.
- Мне в бутике даже на стельки не хватит! - в сердцах воскликнула Розали и снова едва не расплакалась теперь уже от обиды.
Телефонная трель оторвала её от мрачных размышлений. Взглянув на экран смартфона, Розали без раздумий приняла звонок.
- Деби! Папа устроил мне такую взбучку из-за этой стервы!!! - выкрикнула она в трубку.
- Ого! - удивлённо протянула Дебра.
- Ещё и денег карманных лишил! - с обидой в голосе добавила Розали.
- Ты точно про своего отца говоришь?
- Точно! Я его ещё никогда таким не видела! Эта Босоножка ещё поплатится!
Розали показалось, что подругу забавляют её слова, но, отметя эту мысль, она продолжила:
- Как теперь ехать в Сиэтл?!
- Чё-ё-ёрт, - протянула подруга расстроенно.
- Что мне теперь делать, Деби? Осенний бал на носу!
- Ну, можешь надеть что-нибудь из моих старых платьев, - предложила Дебра.
От этих слов Розали впала в ступор. Подруга будто не понимала всей трагичности ситуации, не воспринимала всерьёз случившееся с подругой. Вместо слов поддержки Розали слышала только подколки.
- О каких старых платьях ты говоришь?! - уязвлённо воскликнула она. - Мы же давно запланировали эту поездку!
- Я тоже хочу, чтобы ты поехала. С Джесс будет не так интересно, как с тобой. Да и как она поможет мне в выборе платья!
- Да ты что, издеваешься, Деби?! - взбесилась Розали. - Я тебе душу свою выворачиваю, а ты уже планируешь шоппинг с Джесс?! Ты как всегда думаешь только о себе!
- Не нужно спускать на меня всех собак, Розали! Я не виновата, что у тебя нет денег на эту поездку!
Едва не задохнувшись от возмущения, она подумала: «Да пошла ты!» и, сбросив вызов, едва не швырнула телефон в стену, но, вовремя опомнившись, бросила его на кровать.
Словно тигрица в клетке металась она по комнате, эмоции переполняли и грозили вот-вот вырваться наружу. Взяв себя в руки, Роуз сделала пару глубоких выдохов и вдохов. Немного успокоившись, она достала с верхней полки шкафа роман Фицджеральда «Ночь нежна». Под обложкой классического романа прятался чуть потрепанный пухлый блокнот. Сев за стол, Розали принялась изливать на страницы своего дневника чувства и события, переполнившие этот день.