Глава 2. Кокон.
С того дня прошло много времени. Учебный год подошёл к концу, и я начал подготовку к очередному путешествию.
И снова я исчезну. Для родных, друзей, знакомых. Что-то внутри начинало предательски дрожать от этой мысли.
"Сегодня я уже буду там".
Открыв заранее собранную сумку, я убедился, что ничего не забыл. Аптечка, консервы на первое время, блокнот с карандашами, сменная одежда - всё было на месте. Теперь я мог спокойно выдохнуть.
В дверь постучали. Странно, ведь я никого не ждал сегодня.
- Кто? - громко спросил я, смотря в глазок.
- Рыжик! - послышался знакомый голос - Открывай, свои.
Мишель. Она редко заходила ко мне в гости, хотя я её никогда и не приглашал. Мне нравился кокон, в котором я изолировал себя от общества. Здесь не было света. Здесь мне никто не был нужен.
Я открыл дверь, впуская подругу в квартиру. Сегодня на её лице не было прежней радости, и это меня пугало.
- Что случилось? - поинтересовался я - Что-то серьёзное?
Мишель всегда была яркой и излучала позитив, поэтому сейчас, когда она грустила, мне казалось, что вокруг становилось темно.
Раньше я думал, что она просто не умеет грустить. Думал, что Мишель всегда улыбается, шутит, смеётся. Ведь даже тогда, когда в школе её дразнили из-за смуглой кожи и кудрявых волос, я ни разу не видел её расстроенной.
- Я очень переживаю за свою сестру. В городе завёлся маньяк. Все его жертвы - дети, возрастом от восьми до двенадцати лет.
Дрожащими руками она полезла в карман пальто и вытащила оттуда вырезку из газеты.
- Вот, - и Мишель протянула её мне - смотри!
Она ткнула пальцем на фотографию.
- Это он, чёртов ублюдок! - прошипела Мишель, пытаясь сдержать бушующие эмоции.
Я взглянул на фотографию. Внешнось мужчины на ней показалась мне довольно неприятной: короткие тёмные волосы, будто прилипшие к его широкому лбу, редкая щетина, тонкие губы, искривлёные в наглой ухмылке и чёрные глаза, в которых, как мне казалось, совсем не отражался свет.
"Почему-то он кажется мне смутно знакомым..."
- Он убивает уже на протяжении месяца, а совсем недавно залёг на дно и полиция не может его найти.
Я не знал, что ответить. Хотелось успокоить Мишель, но я совсем не умел этого делать.
- Проходи, раздевайся. Я заварю тебе чай...
Когда Мишель успокоилась, я рассказал ей о том, что буду вынужден покинуть город в ближайшее время. Зря. Кажется, это её сильно расстроило. Но я ничего не мог поделать: рано или поздно она бы об этом узнала.
- И когда ты вернёшься?
- Не знаю. Может, через месяц, может, через два...
- Опять исчезнешь на все лето...
- Дела, - сухо ответил я.
Повисла неловкая пауза. Минута, две. Тишина. Никто не осмеливался её нарушить...
- Ладно, мне пора, - наконец сказала Мишель, вставая из-за стола - спасибо за чай и... за то, что выслушал.
Я проводил её до автобусной остановки. Она обняла меня, мы молча простились. Затем я вновь вернулся домой.
В свой кокон.