11 глава. Неосознанный выбор

— Да ты угараешь! — смеётся Андрей. — Ты вчера столько чикенбургеров съела, куда ещё больше?

— Там всего два таких бургера было, а потом ролл один, — оправдываюсь я, выходя первой из столовой. — Мне не хватило, поэтому можно сходить и сегодня.

— Мне жалко твой желудок, Эв.

— Перестань, — я махнула рукой. Но тут же меня посетила сомнительная мысль... — Хотя...

— Вот именно, что хотя, — парень кидает смешок. — Так много этой химозы есть нельзя.

— Ты же сам такое ешь.

— Ну я же не так часто и много. Просто могу этим побаловаться.

— Фух, — я специально громко выдыхаю, положив руку на сердце. — А-то я уж подумала, что ты за правильное питание и всякое такое.

— Частично, — ехидно улыбается, поддев ручку у рюкзака большим пальцем.

— Частично? Ва-а!

— У меня мама с сестрой помешаны на ПП. Они это так называют, по-моему...

— Ага, точно, ПП, — поддакиваю я, смотря под ноги, чтобы не навернуться на лестнице.

— Да. Я, когда дома жил, вообще не ел майонез, жаренные котлетки, сосиски, — он так рассказывает, что стало его жалко. Точнее, меня приводит в ужас тот факт, что он в детстве не смог сполна насладиться этим вкусом пюрешки с котлеткой, с сосиской или салатом каким-нибудь с майонезом. У меня мама подобным никогда не занималась. Она просто готовит вкусное и съедобное. — Даже, бля, хлеб с пирогами. Я помню пирожки так по несколько штук тырил в школьной столовой и до дома пытался всё съесть, потому что мама бы выкинула, если бы увидела.

— Это на столько твоя мама помешана на этом? — удивляюсь я и округляю глаза.

— Да не, не совсем. Точнее раньше очень следила, а сейчас, конечно, нет, потому что я уже один живу.

— Круто, — констатирую я, кивая головой. — Теперь, наверное, кучу жаренных котлет, сосисок и хлеба съел, — смеюсь и иду к подоконнику.

— Не, — Лазарев тоже начинает смеяться, а я спиной вижу его красивую широкую улыбку. — У меня психическая травма. Я на салатиках.

— Реально? — улыбаюсь в ответ, запрыгнув на нужное место. Теперь мы почти на одной высоте. Не хватает всего пару сантиметров, но тогда бы я не смогла с такой лёгкостью запрыгнуть на подоконник. — Бедный.

— Шучу, — кидает смешок. — Я готовлю себе мясо в духовке, овощи. А это лучше, чем жареное.

— Вау, — вскидываю бровями. — Да ты ещё и повар.

— А я тебе не говорил разве?

— Нет...

— Тогда приглашаю тебя в гости на дегустацию моей очень вкусной еды, — он гордо поднял голову и довольно улыбнулся, смотря на меня. Отчего-то засмущавшись, я отвожу взгляд.

— Даже не знаю. Вдруг ты меня отравишь.

— Видела Артёма? — Лазарев задаёт неожиданный вопрос и, кажется, совсем не в тему. Я с нахмуренными бровями отвечаю:

— Это тот, который с Настей встречается? Или... что за Артём?

— Да, Соболев. Видела же? — он смотрит на меня и до сих пор ждёт ответа. Я киваю. — Вот, видела. Значит, он всё ещё живой — не отравился.

— А, — улыбаюсь и тру пальцами лоб. — Ты ему готовил? — скептически смотрю на парня.

— Да он дебил, — стукает двумя пальцами по виску, засунув одну руку в карман джинс. — Пришёл с какой-то тусы поздно ночью. Его Настюха не впустила, выгнала пьяного в подъезд. И вот он, бля, припёрся ко мне в три-четыре часа ночи где-то, голодный. И, кстати, с тех пор он не напивается больше, — после этих слов брюнет рассмеялся.

— Ой, они с Настей уже вместе живут?

Не знаю, почему я удивлена. Им по двадцать лет уже точно имеется, поэтому они спокойно могут жить друг с другом. Но вот для меня это точно рано. Со своим возлюбленным я буду готова жить к двадцати пяти годам, и-то не точно. А пока личное пространство — моё всё!

— Ну да, у них уже дело чуть ли не до свадьбы доходит.

— Охренеть, серьёзно?! — очень эмоционально удивляюсь я. — Куда так рано, им же по двадцать всего.

— А ты во сколько замуж собираешься? К сорока что ли? — усмехается Лазарев и смотрит по сторонам.

— Ну точно не в двадцать. Даже не около этого числа! А ты что, по стопам Артёма хочешь пойти?

— Мне бы ещё "ту самую" найти, чтобы жениться, — кидает смешок, снова смущая меня улыбкой. — Тёма вот уже нашёл, поэтому и задумывается о свадьбе.

"Ту самую"? Интересно, какие черты характера и тип девушек он вкладывает в эти слова?.. Наверное, общительная, улыбчивая; конечно, красивая... Ещё та, с которой можно будет выпить на вечеринке и повеселиться от души; которая любит мотоциклы и скорость, как он, то есть рискованная. То есть, точно не я...

— М-м, — мычу и смотрю в пол. — "Ту самую"...

— Так что на счёт ужина у талантливого шеф-повара? — шутливо произносит он, заставляя меня улыбнуться. — Например, сегодня?

— А у тебя сегодня разве нет тренировки, наш блудный баскетболист?

— Конечно, есть. Поэтому мы можем поесть сразу после неё.

— Предлагаешь подождать тебя? — лёгким шёпотом спрашиваю я, вскидывая бровями и ближе приближаясь к Андрею.

— Если ты не против, — улыбается, повторяя мой тон и наклоняясь ко мне. Я вздыхаю, потому что не выдерживаю красоты его улыбки. Твою мать, это первая улыбка, которая вызывает у меня такие эмоции.

— Хорошо, — так же шёпотом и с улыбкой отвечаю я.

Он смотрит на меня, а я любуюсь его прекрасными изумрудными глазами. Мне кажется, они излучают такое тепло и что-то такое... родное. Почему-то именно сейчас у меня появилось желание обнять его. Прямо очень крепко. Так, чтобы всем телом почувствовать эту домашнюю теплоту, безопасность, лёгкость, что отражаются в его взгляде. Но стоит ему посмотреть на мои губы, всё желание улетучивается и я тут же испугано отстраняюсь со словами:

— Ой, — неосознанно облизываю губу и нервно заправляю за ухо прядь волос, неловко смотря на стену позади брюнета. Дыхание моё участилось и, кажется, затряслись руки. — Так, значит... после пар в спортзале?

— Кхм... — Лазарев прочистил горло и ответил: — Да, давай.

— Отлично, — киваю.

— Я тогда пойду на пару.

Я поднимаю глаза и вижу на себе его взгляд, но он тут же посмотрел в сторону, будто испугавшись.

— Да, я тоже, — спрыгиваю с подоконника и почти сталкиваюсь с Андреем. — Ой...

— Ничего страшного, — кидает тихий смешок и отходит назад, зачесав свои волосы назад, но они только взъерошились — это, кстати, плюс к его очарованию. Бли-ин... — До встречи, Эв.

— Давай... — улыбаюсь в ответ и, когда он поворачивается ко мне спиной, скрывая эту улыбку, выдыхаю. Стою, потираю глаза пальцами и прокручиваю наш диалог снова.

Неужели я согласилась на ужин в квартире у парня? Только он и я... Вечером... Блин.

***

Слова преподавателя по праву никак не могут войти в мою голову, потому что там только смех Андрея и его голос, наш разговор и его улыбка, его зелёные глаза и руки в карманах. Я, конечно, понимаю, что нужно бы лучше вникать в тему. Но мне нравится думать о Лазареве. Он очень приятный человек, открытый и смешной. Не то что Чернов... Этого не видела день и не видела бы ещё больше!

Пара закончилась и мне нужно уже идти в спортзал. Но как-то волнительно, потому что Андрей ничего не пишет, не звонит, да и в сеть не заходит с обеда. Вроде бы значит, что ничего не изменилось, всё остаётся как планировалось, но лучше бы он что-нибудь написал, чтобы я ещё больше была уверена в сегодняшнем вечере.

— А ты не домой? — спрашивает Алина, остановившись со мной около спортзала.

— Нет, я Андрея буду ждать, — застенчиво произношу я, вцепившись пальцами за другую руку.

— Да вы реально встречаетесь, Книжная, — со смешком говорит она, на что я начинаю отрицательно мотать головой.

— Нет, мы очень хорошо дружим. Причём здесь отношения?

— Поживём — увидим, — Вишневская ехидно улыбнулась и обняла меня. — Позвони мне, как пройдёт ваше свидание, — хихикает, идя к двери.

— Отста-ань, — протягиваю я и направляюсь к спортзалу.

Смотрю на время на экране своего телефона и понимаю, что уже почти половина пятого. А это поздновато для визитов к парням. Лично для меня, конечно. Внутри зарождается какое-то неприятное чувство уязвимости и незащищённости, а также я уже не уверена, что хочу пробовать его еду. Но, если я обещала, значит, должна. Мне нужно выходить из зоны комфорта наконец, несмотря ни на что! Правильно? Правильно!

Открываю дверь и заглядываю внутрь. Тишина и никого в зале. Очень интересно и странно. Решаюсь зайти и оглянуть всё помещение. Никого. Иду к кабинету тренера и там тоже никого. Отлично.

— Так, — говорю я, вздохнув. — Если сказал ждать здесь, значит, подожду.

Неожиданно раздаётся звонок на телефон. Это Андрей.

— Алло? Ты где потерялся?

— Блин, Ев, извини, пожалуйста. Я забыл позвонить и сказать, что нас раньше отпустили.

— А...

— Я приехал домой и уснул. Вот только сейчас проснулся и сразу позвонил тебе. Но ничего не отменяется, всё в силе. Ты приедешь?

— Даже не знаю...

Я переминаюсь с ноги на ногу и пытаюсь понять, как поступить, слушая одновременно свою гордость, легкомысленность и оправдания Лазарева. Боковым зрением замечаю, как кто-то вышел из помещения для спортивного инвентаря недалеко от меня, и перевожу туда свой взгляд.

— Да, конечно, я приеду, — быстро выдаю я, отворачиваюсь от непонимающего ничего Чернова с мячом в руке.

— Отлично, я пришлю адрес тогда. Буду ждать, — говорит он. Я чувствую через телефон его улыбку и даже представляю, но всё очерняет недалеко стоящее недоразумение.

— Хорошо, сейчас приеду.

Отключаюсь и медленно убираю телефон от уха, одновременно с такой же скоростью поворачиваясь к Владу. Надеюсь, он успел за эти секунды исчезнуть. А... нет.

— Ты чё? — озадаченно спрашивает он, стоя на том же месте и хмуря брови.

— Ничё, — после этого сразу же направляюсь к двери из спортзала.

Дохожу до середины спортзала и вижу как около моей головы пролетает баскетбольный мяч, почти задевая. Я, недоумевая, поворачиваюсь к этому сумасшедшему придурку.

— Ты чё творишь, Чернов?! — округляю глаза и смотрю на него.

— Бля, не долетел почему-то, — говоря, засовывает руки в карманы. Затем кивает вперёд. — До кольца.

— До кольца? Ты вообще видел расстояние? Как бы он долетел? — изо всех сил стараюсь говорить не сильно громко, но слышится так, будто я ору.

— Ну я старался, — совершенно спокойно отвечает Влад.

— Ты ненормальный.

Сделав такое умозаключение, совершенно для меня не новое, я разворачиваюсь и иду к выходу.

— А ты не хочешь мне мячик обратно кинуть?

Я от такого хамства просто выпала. Остановившись, в полуразвороте кричу ему:

— А ты что ли с "мячиком" обращаться умеешь? Как тебе его вообще в руки дали?

— С чего это? — из его уст это вылетело достаточно вызывающе.

— С того, что ты только что чуть не убил меня...

— Да тебя даже не затронуло, — перебивает он с некой раздражённостью. Но я не обращаю внимания и продолжаю говорить:

— А теперь просишь поднять этот "мячик"? Ты серьёзно? — хмурю брови и пытаюсь разглядеть в его самодовольном лице хоть каплю адекватности.

— Я-то серьёзно, а вот ты прежде, чем что-либо вякать, — Чернов начинает подходить, не отводя от меня глаз. Ну уж нет, такое эмоциональное давление пройдено. Этим он меня больше не возьмёт. — Сама хотя бы научилась мяч держать.

— Я умею.

— Да? — иронично переспрашивает он и почти подходит ко мне.

— Да, — передразниваю его, кивая. — А тебе бы я посоветовала научиться кидать, иначе мне стыдно за команду, которая держит такого игрока.

— Чтобы в что-то советовать, нужно в этом хоть немного понимать.

— Я понимаю вообще-то.

— Да ну? Предположу, что твои знания ограничиваются тем, что баскетбол — это игра, в которой есть мяч и с ним играют руками, — кидает короткий смешок и останавливается недалеко от меня.

— Чтобы ты знал, я обожаю играть в баскетбол, а в школе в нашем классе я играла даже лучше длинных парней, — гордо и совсем не думая заявляю я, моментально об это пожалев. Ну... Потому что это, конечно, не совсем правда... Но я люблю баскетбол.

— Не верю.

— Ну и не нужно, — фыркаю и собираюсь развернуться, как он произносит:

— Такая как ты явно не для баскетбола.

— Это ещё какая "такая"? — произношу эти слова с вызовом уже я.

— Ниже метра семидесяти, рукожопная и... хм...

Этих слов явно хватило, чтобы разогреть во мне злость. Серьёзно, дело в росте? Неужели девочки метра шестидесяти семи хуже играют, чем метр семьдесят? Ничего подобного! Я докажу обратное! Рукожопная? Он что, про тот случай с телефоном? Ха, помедленнее нужно было нестись, чтобы ничего не случилось! Теперь ещё я и рукожопной осталась!

— И трусишка.

— Я? — удивлённо вскидываю бровями.

— Хочешь сказать, нет? — тоже вскидывает бровями, немного улыбаясь.

— Ты чего добиваешься сейчас? — не понимаю я цели его придирок ко мне, поэтому считаю, что лучше спросить напрямую. Но... Откуда во мне взялось столько смелости? Я дерзю ему, да ещё и нарываюсь на игру, не имея хороших навыков в баскетболе. Ва-а, да я мазахистка!

Ухмыльнувшись, он коротко кидает взгляд в сторону, затем снова на меня и наконец отвечает:

— Я уважаю только тех людей, которые отвечают за свои слова. А ты пока только языком треплешь.

— Не хочешь ли сказать, что я должна тебе что-то доказывать? — с насмешкой говорю я и смотрю в его глубокие чёрные глаза. Изумрудные мне как-то больше пришлись по душе.

— Попробуй, — улыбается.

— Ну конечно, — из меня вырывается нервный смешок, после чего я всё-таки разворачиваюсь и иду к двери.

— Ну конечно, это от тебя ожидаемо, Годунова, — с издёвкой произносит Влад за спиной и именно эти слова снова заставляют мои ноги остановиться.

— Будь уверен, — говорю, через некоторое время поворачиваясь снова. — Ты пожалеешь о сделанном, Чернов.

— Я в предвкушении, — не снимая ухмылки, он наблюдает за тем, как я снимаю джинсовку и рюкзак и аккуратно кладу их к ближайшей стене. После этого я одариваю парня хмурым взглядом и иду к мячу, борясь с желанием кинуть его в голову Чернова. Я бы однозначно попала. — А ты точно уверена, что можешь им управлять?

— Защищайся, балабол, — только лишь говорю я и начинаю вести мяч, стуча им по полу, к кольцу со стороны Влада. Он продолжил спокойно стоять, скептически смотря на мои руки. Думает, что я не смогу? Нет, возможно, но я постараюсь утереть этот высоко поднятый нос!

Подхожу ближе, перекидывая мяч из руки в руку, а брюнет немного напрягается. Да-да, всё правильно делаешь.

— Ты же понимаешь, что нарушила правило? — задаёт Чернов вопрос, стоя в защищающейся стойке и смотря на меня.

— Какое ещё правило? — хмурю брови.

— Двух шагов.

— Бред, — фыркаю. — Мне некому передавать мяч.

Он пожимает плечами и, наклонившись ещё ниже, выхватывает из моих рук этот мяч и быстро ведёт его к противоположному кольцу.

— Да ты мухлюешь! — кричу и иду за ним быстрым шагом.

— Я просто спросил.

— Давай тогда не будем разговаривать? — предлагаю я, подбежав к нему самодовольному.

— То есть, ты серьёзно настроена?

Я молчу и одновременно разминаю плечи, вращая ими. Парень ещё раз кидает смешок. Почему ему постоянно смешно? Меня уже это раздражает.

Резко я подбегаю к брюнету ещё ближе и пытаюсь уловить руками мяч, которым он, признаться, очень умело управляет. Но ничего, сейчас я... Кряхчу, когда как Влад совершенно спокойно водит вокруг себя не только мячик, но и меня.

— Может, отдохнёшь, спортсменка?

— Может, замолчишь...

И тут мне подворачивается удача: Чернов расслабляется, видя мои пустые старания, и я пользуюсь этим. Выбив из натренированных рук мячик, я как угорелая бегу к кольцу и...

— Да! Видел? — восторженно смеюсь и радостно хлопаю в ладоши. — Ха, это оказалось не так сложно!

— И правда, — кидает смешок, поднимая мяч. — Забить в своё кольцо еще надо постараться.

— Что?.. — хмурюсь и, посмотрев по сторонам несколько раз, понимаю, что нахожусь на своей стороне, а не у противника. 

— Что у тебя там за высокие парни были в классе? Ноунеймы какие-то?

— Я все, — тихо говорю я и иду к своим вещам, одновременно переплетая волосы, которые распустились из неудачного хвостика.

— И всё? Ты уходишь?

— Будто ты горишь желанием чтобы я осталась, — усмехаюсь и поднимаю джинсовку.

— Да нет, просто... Не думал, что ты так быстро сдашься.

Молчу, беря в руки рюкзак. Если я останусь, то ещё больше опозорюсь. Лучше сразу капитулировать с остатками и так пошатнувшейся репутации, чем совсем без неё.

— Или хочешь подольше поугарать надо мной? — язвлю я, посмотрев на Влада. После этих слов он нахмурился, будто я сказала что-то обидное.

— Не неси бред. Ты довольно неплохо пыталась отбить у меня мяч.

Я усмехаюсь и говорю:

— Ты поддавался.

— Нет. Ну, — он пожимает плечами. — Немного.

— Ну немного же было.

— И что? Поверь, если бы я не поддавался, то ты мяч дольше трех секунд не продержала.

Не пойму, он выпендривается или пытается меня утешить?

— Верю, — натянуто улыбаюсь и накидываю на плечо рюкзак. — Ты вообще почему сам здесь? Вас же всех отпустили.

— Я решил потренироваться.

— Один? — вскидываю бровями. Он кидает смешок, перекидывая мяч из одной руки в другую.

— А с кем ещё?

Я пожимаю плечами и смотрю на время в телефоне.

— Уже десять минут шестого. Нужно идти домой, — констатирую и расправляю джинсовку, чтобы надеть.

— Иди, — легко выдаёт Чернов и отворачивается. Затем, стуча мячом по полу, он побежал к кольцу.

Я фыркаю и тоже отворачиваюсь, уже надевая рукав джинсовки на руку. Хотя нет, оденусь в коридоре. Он начал меня резко раздражать. Неужто... Не-ет, это не потому, что он не попросил остаться с ним. Пф, ерунда. Он меня всегда раздражал.

— Придурок, — тихо прошептала я, подходя к большой двери.

— Ев! — громко выкрикнул Чернов, что я даже вздрогнула.

— Господи, — взялась рукой за сердце и обернулась. — Ты точно убьёшь меня!

— Останься.

— Ч... чего?

— В смысле, попробуем сыграть ещё раз. Я бы... поучил тебя, — он почесал затылок свободной рукой. Я же не понимаю: в его лице есть какой-либо намёк на шутку или нет. Он это серьёзно сказал?

— Ну... Поздно так-то уже.

— Я подвезу тебя, — говорит, не отводя от меня глаз.

Если так подумать, он обрабатывал мне рану недавно и защитил от Долгунова. Значит, не такой уж плохой. Но ещё минут тридцать назад пытался попасть в меня мячиком! Думаю, я знаю, как ему отомстить. По-быстренькому.

***

Я, чуть ли не подскальзываясь, подбегаю к рюкзаку и начинаю искать телефон. Дрожащими руками отвечаю на звонок.

— Алло, ма.

— Дак ты где, Ева? Уже почти восемь, — обеспокоенно спрашивает мама.

— Извини, что не позвонила. Я вот... — тихо задыхаясь, пытаюсь говорить я. — Только-только хотела... позвонить и предупредить, что... осталась в универе.

Пытаюсь бесшумно выдохнуть, чтобы мама не подумала, будто я кросс тут сдаю.

— А чем ты там таким сложным занимаешься? Бегаешь что ли?

— Не... Я тут в баскетбол играю.

Сажусь на пол и замечаю, что Чернов делает то же самое.

— Баскетбол? — почему-то громко удивилась она. — Серёж, мне кажется, она всё-таки в тебя.

— Это почему? — кидаю смешок и вытираю со лба пот.

— Он в молодости очень хорошо играл в баскетбол.

— Да я бы сказал — охуенно, — на фоне слышится папин смех.

— Прямо так? — тоже смеюсь я. — Ну я постараюсь представить это.

— А что представлять-то?

— Дочь, ты на громкой, — дополняет мама.

— Вон, мама твоя свидетель. Я её учил играть.

Я в шоке округлила глаза, взглянув на Чернова. Он поднимает брови в знак вопроса.

— Учил?..

— Ну она, конечно, непутёвая ученица была.

— А может ты просто как-то не так учил? — язвит мама.

— Ой, — опомнилась я. — Вы там разбирайтесь, я скоро приеду.

— Конечно, давай. Не задерживайся больше, — говорит женщина. — Может, папа за тобой приедет?

— Нет, не надо. Меня подвезут.

— Кто? — серьёзно спрашивает отец.

— Друг. Э... Помните, парень, который меня до универа подвозит?

— А, это Андрей? — как-то уже более облегчённо произносит мужчина.

Стоп, не поняла сейчас.

— А ты откуда знаешь? — хмурюсь, разминая конечности ног.

— Дак это... Знаю.

— Ну ладно, — скептически говорю я, сощурив глаза и смотря на пол. — Дома поговорим.

После короткого смеха родителей я выключилась и посмотрела на Влада. Он будто не отводил от меня глаз с того момента, как я узнала о том, что папа учил маму баскетболу. А это действительно очень меткое и странное совпадение. Не могу поверить, у нас с Владом очень много схожего с моими родителями. К добру ли?..

— Домой? — спрашивает Чернов, вставая, как и я.

— Да, — киваю. — Родители волнуются.

— Хорошо. Подождёшь немного, я до раздевалки?

— Да, хорошо.

После моих слов он кидает мяч в помещение для спортивного инвентаря и уходит. Я же осматриваю свою футболку, которую не зря надела утром, и удивляюсь, на сколько сегодня увлеклась баскетболом. Жалко, что я не предвидела это, ведь вторая футболка или что-нибудь сменное сейчас бы явно не помешали.

Накидываю джинсовку и сажусь на стул, чувствуя тяжесть в ногах. Я очень старалась хорошо играть и у меня почти вышло, поэтому, как говорится, пожинаю горькие плоды сегодняшней работы.

— Всё, идём, — командует Влад, появившись из дверей раздевалки.

— Отлично, — кряхчу, вставая.

— Ноги что ли болят?

— Очень, — страдальчески протягиваю я и накидываю на плечо рюкзак.

— Чаще, значит, спортом заниматься надо, — говорит, открывая мне дверь в коридор.

— Спасибо, — тихо благодарю я этого джентльмена и наконец выхожу из спортзала. — Как я завтра пойду на физ-ру?..

— Это какой парой?

— Последней, четвёртой, — страдальчески произношу я. Чувствую себя выжатой, как лимон.

— У нас завтра с третьей пары товарищеские соревнования, поэтому вряд ли вы завтра будете заниматься.

— Товарищеские, в смысле... игра между своих? — спрашиваю, открывая входную дверь. И это оказалось сделать намного легче, чем обычно. Ещё сегодня утром я пыталась отворить её с большими усилиями. Влад ответил не сразу, а как только мы вышли на улицу:

— Да.

— М-м...

Через минуту мы уже сидели в машине. Пока я, откинувшись на кресло, отдыхаю, Чернов заводит машину. Мой взгляд падает на его колени и я сразу вспоминаю тот вечер. Если признаться, было довольно приятно, когда он сам решил обработать рану, хотя и странно.

Я вытаскиваю телефон и, разблокировав его, вижу три сообщения. Блин, это Андрей. Я забыла об ужине!

Андрей: Ты где? Всё хорошо?

Андрей: Эв, ты обиделась?

Андрей: У меня уже всё остывает. Я могу приехать за тобой, не дуйся.

О Боже... Мне так стыдно... Почему я не услышала, когда они пришли мне на телефон?

Я: Андрей, прости, пожалуйста! Я совсем забыла, просто задержалась в универе. Блин, извини ещё раз...

Закрываю глаза и откидываюсь головой на сидение, испытывая жуткий стыд. Как я могла забыть?.

Резко открываю глаза от звука входящего сообщения.

Андрей: Не переживай. Главное, что ты сделала всё, что хотела.

У меня даже слов не находится, чтобы что-нибудь ответить ему.

— Ты, кстати, хорошо закидываешь в кольцо, — начинает Чернов, смотря на дорогу.

Вздыхаю и откладываю телефон, затем я коротко посмотрела на него и с уставшей, недомогающей улыбкой иронично произнесла:

— Можешь попозже повторить эти слова? Я запишу на диктофон.

Он рассмеялся, и я впервые замечаю его ямочки. У него серьёзно есть ямочки на щеках?!

— У тебя есть ямочки? — вскидываю бровями, немного поддавшись вперёд.

— А ты раньше не замечала?

— Я как-то не приглядывалась.

— Только одна есть, на правой щеке, и она мне не нравится, — серьёзно говорит парень.

— А мне нравятся люди с ямочками. Жаль, что у меня их нет, — скрещиваю руки на груди и "падаю" обратно на сидение.

— Почему?

— Ну... С ямочками люди выглядят милыми и очаровательными. Правда, у меня была одноклассница с двумя ямочками, и она под это описание явно не подходила.

Чернов наконец улыбнулся.

— И я тоже не подхожу.

Хмыкаю и тут же говорю без какого-либо стеснения и сомнения:

— Тебе просто нужно больше улыбаться.

— Я буду выглядеть, как долбаёб.

— Кто это тебе сказал? — кидаю смешок, не веря его словам.

— Я знаю.

— Не правда. Ты когда улыбаешься, прямо оживаешь, а это выглядит очень красиво, поверь.

Он молчит, ничего не говорит. Я что-то не так сказала? Хотела же как лучше...

— Первый раз такой бред слышу, — фыркает Влад и заворачивает на улицу, где стоит папин дом.

Я отворачиваюсь от него и подавляю любое желание оправдаться. Мне плевать, что он там думает.

Через несколько минут машина Чернова останавливается у нужного дома, и я выдыхаю. Молча отстёгиваюсь, не смотря на брюнета, и только тогда говорю:

— Спасибо. Круто поиграли.

Чернов просто хмыкает. Хмыкает! Он так и будет молчать? Ну и пусть. Я ничего "такого" не сказала и больше вообще ничего не скажу! Боже, я только высказалась про его улыбку!

— Пока, — постаралась произнести это как можно безразличнее.