Цветы обещания

«Новый год. Люблю это время года. Обычно в этот праздник вся семья собирается вместе и отец откладывает все свои дела и отключает телефон, чтобы ему не названивали. Недавно мне исполнилось 13 лет и мне подарили смартфон. Интересно, что мне подарят на этот новый год? Уже одиннадцать часов, скоро мы встретим следующий год жизни. И вот я слышу как мама зовёт нас всех к столу. Мы садимся за стол и я хватаю куриную ножку. Слышу цоканье и вижу недовольный взгляд мамы. Кладу ножку обратно, вытираю руки и папа начинает читать молитву. Неотъемлемая традиция нашей семьи. Она мне нравится, в такие моменты я чувствую приятное щекочущее чувство внутри. Оно поднимается от самых пят, обволакивает сердце и плавит мозги. Чувство полного счастья и эйфории заполняет меня всего. Папа заканчивает читать молитву и мы начинаем есть. Мама всегда вкусно готовила и не позволяла кому-то выполнять её работу. И вот время бьёт двенадцать и начинается бой курантов. Загадываю глупое, но для меня важное, желание: "Хочу, чтобы у меня была такая же семья", и выпиваю залпом, как мне казалось, мой сок, но у него оказался странный вкус и пузырики щекотят нос.

— Дорогой, наш мальчик только что вылакал весь бокал шампанского залпом. – мама пытается сдержать улыбку и выглядеть строгой.
— Мелкий уже приучается пить? – не люблю, когда он меня так называет.
— Я не мелкий! Я тоже взрослый!
— Ладно-ладно, взрослый, успокойся и иди возьми свой подарок.

Папа достаёт откуда-то коробку и протягивает мне. Быстро разворачиваю, не заботясь об обёртке. Мои глаза загораются, когда я вижу вертолёт на пульте управления! Обнимаю папу и начинаю быстро учиться пилотировать.

* * *

Уже апрель и папа как месяц поздно возвращается домой и они вечно ссорятся с мамой. Мне это надоело. Что ни день – то новые крики. У папы проблемы на работе. Он работает в фармацевтической компании. Мама считает, что он не уделяет должного внимания моему воспитанию и из-за этого я начинаю драться. Я не виноват, если тот жирдяй сам напросился. Папа постоянно указывает маме, что пора бы ей найти работу, а то быть домохозяйкой это не делает нам погоды, а деньги и так на исходе. На этом спор заканчивается.

* * *

Май. Папу подставляют конкуренты. Вроде что-то подбросили. Какие-то бумаги, которых быть не должно. Из-за этого всё летит к чертям собачьим. Папа берёт кредиты, занимает у друзей, при этом поуши погрязнув в долгах. Даже дом заложили. А всё ради того, чтобы спасти бизнес. Он постоянно говорит, что он сможет всё исправить, что поднимет свой бизнес на ноги, расчитается с долгами и кредитами, выкупит дом и мы снова заживём, как раньше. Но этого не случилось ни на следующий день, ни через неделю, ни через месяц. Из-за больших задолженностей и долгов у нас отняли дом, а так как средств к существованию, а тем более содержать ребёнка не было, меня забрали в детский дом.»

— Я был высокомерным, избалованным ребёнком, таких обычно не жалуют и меня не любили в детдоме, а потом я встретил тех, кого отныне считаю своей семьёй, и кого ты видишь сейчас перед собой, Эли. – я очень опечалена этой историей. Все их истории будут заканчиваться одинаково, значит, они все детдомовские? Это грустно.
— Я бы хотела сказать, что мне жаль, но жалость – самое ужасное чувство, которое человек может чувствовать и слышать от другого. Поэтому я просто сочувствую. – на секунду в их глазах промелькнула благодарность. Я ободряюще улыбнулась. Не знаю почему, но рядом с ними мне просто выражать свои эмоции и говорить то, что я чувствую и сознаю одновременно.

Мы просидели на краю моста достаточно долгое время, каждый думал о своём и никому не хотелось нарушать эту тишину. Время уже достаточно позднее, и я понимаю, что мне пора уходить, но мне этого так не хочется.

— Кажется, пора расходиться... – сказал Тони, – Эй, Ли, тебя проводить?
— Думаю не надо, тут не так уж и далеко...
— Ты завтра придёшь? – спрашивает Ксур и я киваю, – Обещай.

Я закатываю глаза и вспоминаю что он сделал в знак того, что меня не тронут. Я быстро подрываюсь с места и вижу маленький цветочек. Срываю его и отдаю Ксуру.

— Обещаю.

Мы идём какое-то время вместе, а потом разминулись. Семеро на прощанье помахали мне рукой и ушли. Я была в отличном настроении и расположении духа, как вдруг услышала звук шагов. Это был не один человек. Не оборачиваясь начинаю бежать. Это не семеро, я точно знаю, что это не они. Вдруг меня что-то подбрасывает в воздух и я падаю. И до меня доносится гогот парней. НЕЗНАКОМЫХ парней. Пытаюсь встать и понимаю, что я подвернула ногу, поэтому начинаю ползти и разом вспоминаю всех этих тупых героинь из фильмов. Чувствую прикосновение к своей ноге и меня тянут обратно. Только этот парень хотел открыть рот и что-то сказать, как его перебивает его, как я поняла, друг.

— Ну и что будем делать дальше?
— Нам сказали её припугнуть, но это не значит, что нам нельзя с ней развлечься.

Это было как ушат ледяной воды. Всё моё тело вмиг задрожало, как осина при малейшем дуновении ветра. Я не пыталась как-то возразить им, слова разве помогут? Я просто пытаюсь скинуть его руку с моей ноги и подняться. Скинуть руку удалось, но как только я хотела попытаться встать, меня придавили к земле и перекрыли доступ к кислороду. И в этот момент я не чувствую абсолютно ничего. Я просто смотрю в глаза этому парню и не шевелюсь. Лишь одинокая слеза стекает по виску. Мне нечего терять. У меня ничего нет. На одно краткое мгновение в глазах парня напротив что-то промелькнуло. И его хватка ослабла. Внезапно что-то сбрасывает его с меня. Я вижу моих семерых. Обеспокоенные взгляды направлены на меня. Ко мне подбегает Сер.

— Эй, Ли! Ты в порядке? – качаю головой из стороны в сторону и понимаю, что я только что могла умереть, со мной могли сделать всё, что пришло бы им на ум. Осознание этого резко врывается в душу и голову. Меня начинает трясти так, будто я держу отбойный молоток в эпицентре землетрясения. – Так, ладно, посмотри на меня, все будет хорошо, ладно? Встать можешь? – впервые в глазах этого парня я вижу искренность, доброту и сочувствие. Я кивнула, потому как подумала, что нога должна была уже пройти. Сер помогает мне встать и только я делаю шаг, как чуть ли опять не падаю, но он меня ловит. – Значит, не можешь. Ладно, подожди секунду. – он снимает с себя куртку, затем толстовку, оставаясь в одной футболке, надевает куртку и протягивает толстовку мне, на мой непонимающий взгляд он отвечает – Ты дрожишь как осиновый лист, надевай, или я насильно тебя в неё впихну. – я улыбаюсь и надеваю толстовку. Пока он не сказал, я и не понимала, что все мои пальцы на руках превратились в ледышки. А потом случилось то, от чего я была в шоке и смущении, больше в шоке, конечно. Сер подхватил меня на руки и понёс в сторону их особняка.

— Я могу сама идти.
— Да, конечно, если ты сейчас пойдёшь своими двумя, а точнее, одной, то те козлы очнутся и снова полезут в драку. Нам оно не надо, и тебе, думаю, тоже. Так что все возражения отклоняются. – он произнёс это все таким голосом, что я сразу поняла – возражения он точно не примет.
— Как вы меня нашли? Я думала вы ушли домой... – спросила я, ковыряя его кожаную куртку.
— Это, кстати, забавно всё произошло. – он на секунду остановился, поудобнее подкинул себе на руки и двинулся дальше. – Мы и правда шли домой, но потом мы как будто по команде остановились, хотя до дома метров пятьдесят оставалось. И я спросил у парней: "Вы тоже чувствуете, что что-то не так?", они кивнули и мы все решили пойти за тобой, мало ли что могло случиться. И, как видно, не зря. Ты прямо магнит для неприятностей.

Я улыбнулась и услышала сзади топот парней. Но на этот раз я знала, что это мои семеро.

— Ты не устал? Вдруг я тяжёлая? – именно сейчас я поняла, что он проделал немалый путь, неся меня при этом.
— Я тебя умоляю. Всё равно что нести тарелку супа. В моём случае бульончик из косточек.

Я засмеялась, и парни подхватили мой смех. Мы дошли, ну а меня донесли, до дома под разные рассказы. О том, как Сер нашёл котёнка и под угрозой быть отлупленным ухаживал за ним; о том, как Ксур пытался впервые в жизни закадрить девушку, которая ему понравилась; а также как Ацед всем спихивал свои дела и платил за это конфетами, лишь бы ничего не делать. Я как будто бы встретилась с моими братьями, которых не видела очень давно. Хотя, возможно, так и было. Меня отнесли в комнату, в которой я очнулась впервые в этом доме. Мне закатали одну штанину и осмотрели ногу, но ничего не было, поэтому просто приложили лёд. Хоть время и было позднее, но есть хочется всегда. По этой причине мы спустились на кухню, хотя точнее сказать меня туда внесли, так как "Нельзя перенапрягаться, пусть сегодня нога отдохнёт". Войдя на кухню, Сер посадил меня на высокий стул, подошёл к холодильнику, достал оттуда лёд, завернул его в полотенце и протянул мне. Я приложила его к ноге и смотрела на то, что делают парни. И была очень удивлена. Они работают так слаженно, что по ним ресторан плачет. И вот еда была готова. Достаточно быстро. Жареное мясо с картошкой и грибами. Пахло просто обалденно и я вспомнила, как в детстве мама делала это каждые выходные, потому что это моё любимое блюдо. Думаю парни увидели моё подавленное состояние.

— Ты чего такая грустная? Нога болит? – спросил Ир.
— Нет, просто вспомнила, как мама готовила это каждые выходные. – грустная улыбка тронула мои губы.

Ужин прошёл в молчании. Когда все доели, Вид начал мыть посуду. Время было достаточно позднее, поэтому все отправились спать. Сер опять взял меня на руки и мы все восьмиром двинулись на второй этаж. У моей комнаты все остановились, и, как я поняла, Сер ждал пока я со всеми попрощаюсь.

— Спасибо вам за то, что спасли меня сегодня. Я жива благодаря вам. – они все улыбнулись, – Спокойной ночи, ребят.

Мы попрощались, Сер одной рукой открыл дверь и понёс меня на кровать. В этот момент я подумала, что это мой муж и у нас брачная ночь. Господи, о чём ты думаешь? Он посадил меня на кровать и ещё раз осмотрел мою ногу, удовлетворительно хмыкнув, он поднялся на ноги и хотел уже было уйти, но я его даже не поблагодарила.

— Сер! Стой! – я встала с кровати и на одной ноге допрыгала до него, – Спасибо, что спас меня сегодня и носил на руках, как бы странно это сейчас не звучало. – он засмеялся и растрепал мне волосы на голове.
— Не за что, Ли.

И тут я не сдержалась и обняла его. Он не двигался, а потом обнял меня за талию. Я думала, что меня от его прикосновения шарахнет так, что я отлечу к стене. Но ничего не было. Обычное прикосновение. Ещё один человек в моём списке. От осознания этого я заплакала и сильнее сжала Сера в объятиях. Он сделал тоже самое. Мы простояли так пока я не успокоилась. Мы отошли друг от друга и пожелали друг другу сладких снов. Я вернулась в кровать и провалилась в глубокий сон.

* * *

«Я прихожу домой с навязчивой идеей снова увидеть её. Почему я не могу выбросить её из головы? Это только первая встреча, а мне хочется заглянуть в её пустые, или бездонные, глаза. Чувствую себя банальной влюблённой школьницей, аж тошнит. Иду к бару и наливаю себе выпить. Слышу шаги. Ричи. И как меня угораздило согласиться на уговоры Ричи пожить у меня три дня? Хотя его три дня затянулись на три года. Поражаюсь этим парнем и его даром убеждения.

— Как там твоя новая игрушка? – спрашивает он с усмешкой. Всего на мгновение, краткое мгновение меня кольнуло что-то внутри и захотелось стереть его ухмылочку, но я отгоняю непрошенные мысли.
— Отлично. Лучше некуда. Она даже не догадывается об этом.
— Ну, посмотрим, если она та, за кого её принимают, то она в курсе всего этого, наверно.
— Думаешь? Разве Справедливость ещё и всевидящее око? Ну эт ты, брат, загнул. – улыбаюсь я, – Даже Виктор не настолько двинутый по части сверхъестественной хрени.
— Да-а, тут ты прав.
— Ладно, продолжим наш план по захвату вселенной по имени Эли Джастис. – и я залпом осушаю бокал.»

Просыпаюсь от того, что на меня опять кто-то смотрит. Открываю глаза и вздрагиваю. Передо мной сидят все семеро и смотрят на меня так, будто я танцевала во сне.

— Надеюсь, вы не смотрели на меня всё то время, что я пускала слюни в подушку? – спрашиваю я.
— Нет, просто, мы услышали странное бомортание из твоей комнаты... Нет, мы не стояли под дверью и не подслушивали что ты там делаешь. Просто хотели позвать тебя к завтраку, и услышали тихое шуршание, подумали, может ты уже встала, а потом отчетливый голос. Как будто в твоей комнате кто-то разговаривал, а ты не принимала участия. Мы испугались и решили проверить, но когда вошли, то ты произнесла мужским голосом, что-то вроде, – Ир откашлялся и точь-в-точь спародировал голос Алекса, – План по захвату вселенной по имени Эли Джастис.

Чёткость слов, похожесть голоса и те же слова из моего сна заставляют согнуться и положить голову на колени. Меня прошиб холодный пот. Чувство паники накрывает с головой.

— Эй, Ли, ты в порядке? – Ксур трогает моё плечо и меня обжигает так, будто меня облили кипятком. Я резко дёргаюсь и начинаю задыхаться. Зрение затуманивается, мой взгляд пытается ухватиться за что-нибудь, за то, что поможет мне остаться на плаву, в голове отчаянно крутится одна единственная мысль «Не хочу падать в бездну. Туда, где не за что зацепиться». Я стою на краю пропасти и гляжу в неё, готовая сделать шаг, но подсознание кричит, что ещё не время. И я отыскиваю то, за что смогу зацепиться. Сер идёт прямо на меня. Ни сикунды не медлит. Хватает меня на руки и несёт в ванную. Я начинаю вырываться, почему-то уверенность в том, что он меня утопит растёт с каждой секундой. Он садится вместе со мной в ванную так, что я лежу на его спине, но я никак не могу перестать вырываться. А когда сноп холодных струн бьют меня по лицу, то становится легче. Меня перестаёт колошматить, жар тела уходит, а мысли становятся яснее. Я лежу до тех пор, пока на теле не появляются надписи. На этот раз они не причиняют мне боль, а приносят успокоение. Заледеневшими пальцами касаюсь кулона и у меня кружится голова. Энергия переполняет меня, но вместе с тем я чувствую, что вот-вот потеряю сознание. За спиной чувствую лёгкое шевеление. Я запоздало понимаю, что ледяные струи перестали бить меня по лицу, и всё это время со мной был человек. Я поворачиваю голову так, что наши глаза встречаются. Мои спокойные и его встревоженные. Я вижу его как будто впервые: карие глаза, почти как мои, но всё равно далеки от них, складка между бровей, густые чёрные брови, острые скулы и поджатые губы... Так, Ли, на эту часть его лица ты уж больно засмотрелась. Его лицо начинает приближаться, но тут я слышу чей-то шёпот.

— Что-что-что-что будет?
— Заткнись и узнаем!
— Да потише вы! Нас услышат!

Слишком поздно метаться. Я всё слышу. Я отклоняюсь от спины Сера и тот поднимается из ванной. Он подаёт мне руку, я хватают и вроде бы успешно вылезаю из ванной, если бы не моя слабость, то я бы не навернулась на гордость в её чистом обличье. Но, как всегда, он успевает меня поймать. Придерживая за плечи, он накидывает на меня халат, поднимает на руки и несёт опять в комнату.

— Я очень ценю твою помощь, правда, но у меня есть ноги и я умею ими пользоваться.
— Конечно, просто ты сейчас себе чуть башку не разнесла об кафель.

Я закатываю глаза. Тоже мне блин учитель. Хотя уж лучше тихо помалкивать. Вот только что это такое? Что это за маленькое тепло в груди? Счастье?

— Тебе всё равно придётся меня поставить на ноги, мне нужно в школу и как-то объяснить Кате, почему она просыпается, а меня нет.
— Ты ещё хочешь куда-то идти после всего, что произошло ночью? – он встал как вкопанный.
— Я не могу пропасть на весь день. У меня будут проблемы. И надеюсь, что только от Кати. Хотя уж лучше пережить восстание машин или нашествие зомби, чем объясняться с Катей. – Сер смотрел на меня ровно минуту, а потом, что-то для себя решив, идёт в мою комнату. Заходит, сажает меня на кровать и идёт к шкафу.
— Ты ещё и одежду мне подбирать будешь? – усмехаюсь я.
— Как ты могла заметить ранее, у меня довольно неплохой вкус. – он достаёт белую хлопковую рубашку, обтягивающие... КОЖАНЫЕ штаны? И идёт ко мне.
— Так, нет, стоп, я не буду это надевать.
— В смысле?
— В прямом, блин. Кожаные штаны? Я, конечно, понимаю, что не в моём положении привередничать, но, серьёзно? Кожа? Я точно в школу собираюсь?
— То есть, тебя не волнует, что половина твоей школы ходит в коротких кожаных юбках, латексных джинсах и майках, которые годятся для того, чтобы ими вышивать? – я смеюсь. Я и правда этого не замечаю. И решаю сдаться. Я только киваю ему и он идёт к комоду. С бельём. Моего размера. Подрываюсь с кровати и загораживаю ему дорогу.
— Тут, я думаю, я разберусь сама.
— Я только что видел тебя в мокрой майке и мы почти поцеловались, а сейчас ты пытаешься заградить мне путь к комоду? Серьёзно? – он складывает руки. Ох, я чёт и не задумалась, что он тоже заметил это. «Конечно он заметил, он же двинулся к тебе». Ну, хоть не по мне.
— Кхм, ну, всё равно, я сама разберусь...
— Неужели ты смутилась? – он наклонился ко мне.
— Нет. – и почувствовала, как лицо начало гореть, он усмехнулся, поднял руки вверх и сказал, что будет за дверью.

Я выдохнул и открыла верхний ящик комода. Достала, это ведь называется бра, да? Ну, вот его и достала. Волосы ещё были мокрые, так что я пошла их сушить феном. Второй раз в жизни мои волосы оказываются послушными. Подошла к кровати и надела одежду. Пыталась найти обувь, но не смогла. Ни в шкафу, ни в последнем ящике комода, ни под кроватью. Мысленно пожалев белые носки, я хотела выйти в коридор, как столкнулась с Сером.

— Я вспомнил, что у тебя в комнате нет обуви, так что решил принести.
— Спасибо, я как раз вышла на поиски обуви.

Открыв коробку я обнаружила белые кроссовки. Я быстро обулась и вышла в коридор.

— А ты не знаешь, где мой рюкзак? В комнате нет.
— Он внизу, на диване лежит.

Спустившись вниз, я обнаружила, что портфель действительно лежит на диване. Подойдя к нему и открыв, я нашла свои вещи. Не те, которые хотела. И что я хотела? Что у них окажется программа моего класса? Ты слишком много на них расчитываешь.

— А у вас есть какие-нибудь тетради и ручки? Все мои учебники и принадлежности остались в комнате. Не могу же я придти с пустыми руками.
— Сейчас посмотрю, что можно придумать.

И он вышел и гостиной. Я решила постоять на месте и ничего не трогать. Спустя минуту он появился с тремя тетрадями и ручкой. Протянул мне и я убрала их в рюкзак. Дождавшись остальных мы вышли из дома и пошли в школу. Точнее, меня провожали. Осталось только помолиться тому, чтобы Катя не слишком сильно обиделась и орала.

* * *

За разговорами я не заметила, как мы дошли до школы. Стоило появиться на территории, как на нас уставились все ученики школы. Сказать, что мне было не по себе, значит ничего не сказать. Я повернулась к парням и замялась, не зная что делать. Из всех них ко мне мог прикасаться только Сер.

— Ну, мне пора. Ещё раз спасибо, что спасли мне жизнь и приютили.
— Это и твой дом. Можешь приходить в любое время, мы всегда будем рады тебе. Любое время дня и ночи.
— Я бы обняла вас, но из вас всех только Сер может меня коснуться. И даже если это странно звучит, то поймите правильно.
— Ты ведь придёшь сегодня?
— Не думаю. Наверное, мне надо подумать о произошедшем в лесу. Так что, не сегодня, простите.
— Не извиняйся, мы понимаем.

Я улыбнулась и хотела уже идти, как решила обнять Сера. Он сжал меня в объятиях. Я сказала, чтобы он обнял парней от моего имени. И только я собралась отпустить его, как услышала рёв автомобиля. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять кто это. Выпустив Сера из своей хватки, я развернулась и пошла в школу. И в этот момент я поняла, что маленькая я вернулась. Я начала озираться по сторонам и смотреть на людей вокруг.

— Ли! – я услышала голос Алекса сзади себя. Я обернулась и подошла к нему. – Привет. – я открыла рот, но не издала и звука. Я откашлялась и снова попыталась сказать слово, но не выходило ничего, кроме тихого хрипа. Я испуганно открыла глаза и прикоснулась рукой к шее. Я подняла взгляд на Алекса. Он его уловил и перевёл взгляд на мою шею и увидел что-то, что ему явно не понравилось. – Что у тебя с шеей? Откуда у тебя синяки? – я помотала головой из стороны в сторону. Я начала щёлкать пальцами, чтобы найти что-нибудь, на чем я смогла бы писать. Он достал из заднего кармана джинс телефон и протянул мне. Я напечатала:

«Я не знаю что у меня с голосом. Он просто пропал. Не могу выдавить ни слова. Прости.»

Быстро прочитав сообщение, он спросил:

— А ты-то тут при чём? – он нахмурился и посмотрел на меня, я пожала плечами. И тут он меня удивил – улыбнулся так дерзко и нагло, что у меня колени подкосились. – Значит, придётся как в первом классе кидать друг другу записки.

Я засмеялась. И, слава Богам, звук пошёл. Я перестала смеяться и с улыбкой посмотрела на него. Он посмотрел на меня, и я готова поклясться, что это был не просто взгляд на девушку, которую ты видишь третий раз в жизни.

— Ты не замёрзла? – его взгляд опустился на мою рубашку, я проследила его направление и тоже перевела взгляд на свою рубашку. Вот чёрт, и вот надо было мне не посмотреть в зеркало? Она просвечивается! Чувствую, как в вспотели ладони и я машинально потёрла их о штаны. И вот опять его взгляд опустился. На мои ноги. Да-да, слишком обтягивает, я знаю, но у меня не было выбора! Я протянула руку и он положил на мою ладонь телефон. Я быстро напечатала.

«Хватит на меня так смотреть.»

— Как?

«ТАК.»

— Не понимаю о чём ты говоришь, – я сложила руки на груди и посмотрела на него, а-ля, "Кому ты заливаешь, парень?". Не выдержав его игривого взгляда, я улыбнулась и, кивнув в сторону школы, вошла в неё. Он шёл за мной. И тут я увидела нелепые косички. Посмотрев на Алекса, я одними губами произнесла, что мне надо идти, он только кивнул и двинулся в сторону кабинета. Я на секунду задержала свой взгляд на его широкой спине. А потом двинулась в сторону Кати. Коснувшись её плеча, она обернулась. И посмотрела на меня очень обиженно. Я решила рассказать ей только часть правды. Быстро достав из портфеля тетрадь я написала кривым почерком то, что хотела.

«Мне стало плохо в комнате. Ты видела меня в последнее время и должна понять. Я аккуратно прокралась мимо поста охраны и вышла прогуляться. Во время прогулки на меня напали и я еле унесла ноги оттуда. Если ты не веришь мне, то тебе достаточно взглянуть на мою шею. Прошу, прости, что когда ты проснулась, то меня не было рядом. Я решила не возвращаться обратно, испугалась, что они выследят меня и тогда я точно не вернусь к тебе живой.»

— О Господи, это ты прости меня! Я думала, что ты решила уйти без меня! – подруга обняла меня. Мне было немного стыдно, что я приврала подруге. Даже если бы я вырвалась, то далеко бы не убежала. Меня бы пришили прямо там. – А что с твоим голосом? Почему ты не говоришь?

«Думаю, что эмоциональная давка отрубила во мне звук. Как в детстве. Я снова пережила момент, когда я могла умереть. Наверное, это защитная реакция. Не хочу об этом говорить.»

— Конечно, я понимаю. – она ещё раз обняла меня и я с удовольствием отметила, что она не посмотрела на мою шею. Мы двинулись к кабинету химии. Она рассказывала, как проснулась утром и не увидела меня на кровати. Подумала, что я в ванной, но там никого не было и она запаниковала. Хотела обратиться к надсмоторщикам, но передумала. А потом увидела как я смеялась в компании Алекса. Мы прошли на свои места и увидела Алекса за соседней партой. Я ему улыбнулась и услышала чьи-то очень громкие мысли.

«Вот сейчас навернется на подножке и посмотрим, кому ты будешь улыбаться потом.»

Реакция у меня достаточно хорошая, чтобы увидеть выставленную ногу и, ох, как жаль, я СЛУЧАЙНО наступила на неё. Какой кошмар. Я услышала пронзительный визг, который закладывал уши.

— Куда ты прёшь, овца? Совсем ослепла? – она смотрела на меня с такой всепоглощающей яркостью, что удивительно, как я не загорелась. Всё уставились на нас, ожидая продолжения. И я почувствовала, как внутри меня что-то закипает. И потом услышала страшный глубокий звук, который просто заскрежетал на костях, запоздало я поняла, что этой был мой голос.
— Если хочешь организовать подставу – делай это правильно. Не надо делать что-то, а потом орать во всеуслышание, что тебя тут убивают. Тебя от самой себя не воротит? Потому что больше половины школы тебя не переваривают. – слышу отрывок её мыслей «...в следующий раз будет пять парней, и они точно будут делать то, что хотят...» и я была готова придушить её прямо на глазах у всех. – И если ты ещё хоть раз пошлешь ко мне кого-то, то я от тебя не то, что мокрого места не оставлю. Я тебя со свету сживу. О тебе забудут, как о страшном сне, ты меня поняла? – я просто смотрела на неё и думала, как её органы перемешиваются, кости ломаются, а сосуды лопаются. Я смотрела, как она начинает загибаться, из глаз текут слезы, смазывая косметику на её лице. Чувствую прикосновение к моему плечу и я оборачиваюсь. Катя со смесью ужаса и непонимания смотрит на меня, а Алекс лишь хмурится и пытается придумать, что делать. Видимо, не придумав что делать, он просто тянет меня к выходу, на улицу. Мы идём к его машине и он открывает её.

— Садись. – видя, что я хочу начать отказываться, он прикрикивает на меня, – Я сказал: быстро села в машину, или я тебя силой запихну.

Поднимаю одну бровь и в упор смотрю на него. Видя, что я не сдвинулась с места, он идёт ко мне, и тут я понимаю, что он действительно не шутит. Отпрыгиваю в сторону и быстро сажусь в машину. Складываю руки на груди и отворачиваюсь к стеклу.

— Пристегнись. – говорит Алекс, попутно заводя машину.
— И не подумаю, уж лучше долбануться о приборную панель. – он закатывает глаза на мою реплику.
— Это, конечно, можно устроить, но я хотел поговорить. – и смотрит на меня. А что я ему скажу? Молодец, дипломатия твоё всё. – Что ж ты как маленькая, ей богу. – и сам пристегивает меня. Ему это надо, вот пусть сам и пристегивает. Мы выезжаем с территории школы и я замечаю, что мы покидаем город. Супер, он что, хочет поговорить со мной вне города, или кокнуть вне города?

— Ты меня собрался замочить в ближайшем лесу?
— Если не прекратишь задавать такие тупые вопросы, то да. – и ни капли шутки. Ага, вот и напряг пошёл по спине. – А так, место, где я хочу с тобой поговорить, находится в часе езды.
— Отлично.

Мы проносимся мимо полян, леса, и знакомого моста. Мы сворачиваем по тропинке и едем по густой чаще. Я напрягаюсь, так как место уж больно знакомое.

— Куда мы едем?
— Тут есть один дом, который является что-то вроде моей собственности. Неофициально, конечно же. – он выдыхает и запускает пальцы в волосы. – Мне устроить тебе экскурсию по дому, или сразу поговорим? – мы останавливаемся именно у того дома, где я провела больше времени, чем в комнате в детдоме.
— Я думаю, что этот дом я знаю лучше тебя, – выхожу из машины под его удивлённое "Что?" – Так что с разговора начнём.

Быстрым шагом иду к дому и дверь открывается. На пороге стоят ребята. Думаю, что они смогут мне объяснить, что произошло сегодня в школе. Они кажутся просвещёнными во всю эту... хрень.

— Ли, ты какими судьбами?
— Кое-что произошло в школе, и я подумала, что вы сможете мне объяснить, что со мной происходит.
— Хорошо, а кто это с тобой? – спрашивает Ир и разглядывает Алекса, а потом, видимо что-то поняв, он выглядит удивлённым.
— Сколько лет прошло с тех пор, как мы последний раз виделись? – спрашивает Сер и подходит к Алексу.
— Достаточно, раз твоя туша настолько разжирела. – отвечает он и затем на его лице появляется довольная улыбка. Он обнимается со всеми семерыми и переводит взгляд на меня.
— А откуда вы знаете друг друга? – спрашивает Романов и поднимается по ступеням.
— Она сама к нам в руки прибежала. Точнее, в руки Сера. – и вот наш взгляд с Сером встречается. На секунду моё сердце дрогнуло. Всего на секунду, но масль о том, что мне аукнется это чувство, засела прочно. Но стоит мне снова взглянуть на Сера, то внутри меня всё спокойно. Ровная гладь воды, ни ряби, ни всплеска. Ни-че-го. Но стоит мне посмотреть на Алекса, как сердце начало танцевать танго с лёгкими. Дышать становится труднее, в глазах темнеет, сердце вот-вот вырвется из груди, во рту всё пересохло, и я чувствую, как земля уходит из под ног. Не хочу. Я не хочу этого. Почему именно он?

* * *

Всю ночь мучают кошмары. Нет, поначалу мне снился нормальный сон, а потом он превратился в кошмар. И самое странное, мне снилась Ли. Она была на поле и радовалась чему-то, звала меня, любовалась небом, а потом налетел ураган, небо заволокло тучами, а когда я посмотрел на Эли, то она была абсолютно одна в кромешной тьме, на её белой коже были красные подтёки, чёрные руки сжимали её ноги, руки и шею... А на лице была красная повязка. Мокрая от слёз повязка, из под неё шли две одинокие солёные дорожки. И я слышу голос. Мой голос.

«Это моя вина. Это я во всём виноват. Прости меня... Прости»

Её больше не держат чёрные чужие руки, но шею опаясывает цепь, как змея. Она подаётся ко мне, но цепь сильнее впивается в нежную кожу, оставляя уродливые рубцы. Она протягивает ко мне свою руку, касается волос, и шепчет.

«Я всё знала с самого начала. Я просто захотела упасть в эту бездну, где не за что зацепиться.»

И я услышал хруст. Хруст её шеи. Проснулся я от крика. Моего крика. По моему телу прошёлся спазм. Я еле сдержал рвотный позыв. На самом деле, мне очень хочется вытолкнуть из себя весь этот кошмар. Без остатка. Но в голову настойчиво лезет лишь одна мысль. «Терпи. Ты что, девчонка? Нет? Значит терпи. Всё, что подкинет тебе жизнь – жуй. А вот проглотить или нет решать тебе. Но не смей никогда ничего отдавать». Стоит вспомнить это, и всё мирится с сопротивлением. К чему был этот сон? Гадкое чувство того, что это был знак не даёт мне покоя. И почему у этой девчонки нет телефона? «Как будто она бы тебе его дала.» Ой, ты ещё давай повыступай, тоже мне тут, разговорился. Говорю сам с собой, ну не придурок ли? Пора в дурку. И всё равно, не могу успокоить себя тем, что это всего лишь сон. Обычный кошмар. Может совесть решила сыграть со мной злую шутку? Да не, бред какой-то. Я, конечно, не отличаюсь порядочностью и делал много разного рода дерьма, но такого никогда не было. Иду в ванную, чтобы умыться. Холодная вода помогает придти в себя, но нихрена не успокаивает. Надо подогнать ей мобильник. «Зачем? Чтобы каждый раз, когда тебе снится кошмар ты мог бы ей звонить? Она тебя тогда не просто закопает. Сделает что-нибудь, что твоя душа ни в Аду, ни в Раю не приживётся.» Порой ты меня бесишь. Я все ещё болтаю сам с собой? Ну, всё, брат, это клиника. Как там говорится? Едет крыша неспеша, тихо шифером шурша... 6.37. Неудивительно, что я сам с собой балакаю. Уснуть всё равно не получится. Беру первое, что попадается под руки. И это всегда чёрное. Наливаю себе чёрный кофе и слышу шаги позади себя.

— Ты чего в такую рань встал? – зевает Ричи и я подавляю в себе желание зевнуть. – Без десяти семь только. Че подорвался-то.
— Не спится.
— Опять кошмары? – он садится на стул и чешет свою макушку. – Я уже даже забыл, когда последний раз вскакивал от твоих криков. Иммунитет к ним наверное выработался.

Я пожимаю плечами и смотрю в окно. Довольно прохладно. Беру ключи и куртку и иду к машине. Закидываю куртку на заднее сиденье машины и завожу двигатель. Всю дорогу до школы думаю о сне. Почему я не могу перестать думать об этом? Выхожу из машины и вижу Эли в компании каких-то парней. Вот один из них обнимает её и она что-то говорит ему. Замечаю, как непроизвольно сжимаю кулаки. Вот она уходит от них. Сейчас она выглядит напуганной. Зову её и она смотрит на меня, улыбается. Пытаюсь говорить с ней, но она не может издать и звука. Тянется к шею, слежу за её движениями и вижу след от большой ладони. Отпечаток такой же, как и положение руки в моём сне. Чувство ярости медленно накатывает на меня. Она начинает щёлкать пальцами, чтобы что-нибудь найти. Машинально протягиваю телефон. Она что-то печатает. И за что она извиняется? Ну, зато теперь будем общаться по бумажке. Она смеётся. О, этот звук прекрасен. Вулкан внутри меня успокаивается. Смотрит на меня с улыбкой. И я вижу в ней девушку. Симпатичную девушку. С глазами, которые не высасывают из тебя душу и радость, как чёртов дементор, а теплоту, неизрасходованную заботу, решимость. Вижу, как она едва заметно ёжится. Я и забыл, что на улице прохладно. Смотрю на её рубашку. Она слишком тонкая, настолько тонкая, что я вижу её тело. Она трёт ладони о штаны. Либо из-за того, что они замёрзли, либо из-за того, что она нервничает. Второй вариант мне нравится больше. Опускаю взгляд ещё ниже. Где человек, который составлял её гардероб? Я ему поаплодирую. Если раньше я думал, что у неё ноги, как спички, то сейчас я могу заметить, что она явно любит бегать. Эти штаны подчёркивают каждый её изгиб, от щикотолок и до... Она протягивает руку, нехотя отрываюсь и даю ей телефон. Неужели у меня по лицу видно, что я хочу её? «Нет, что ты, просто ты как пёс бешеный половину улицы слюнями затопил». Она кивает в сторону школы и мы медленно поднимаемся по ступенькам. Увидев кого-то в толпе, она одними губами даёт понять, что ей нужно идти. Киваю и чувствую её взгляд на моей спине. Войдя в класс, направляюсь к своему месту, но дорогу мне преграждает пигалица. Уж кого-кого, но её я точно не рад видеть. Задолбала меня в предыдущие года, так ещё и в оставшиеся мне жизнь отравит. Одна из причин, почему я отсюда свалил.

— Привет, Алекс, как поживаешь? – от её приторно-сахарного голоса я готов блевануть прямо тут.
— Отлично. – не спрашиваю как она, чтобы не продолжать этот бессмысленный разговор. Она продолжает что-то говорить, но я быстро прохожу к своей парте. Думаю над тем, кто были те парни. Лица знакомые. Как будто я был с ними знаком несколько лет. Осознание ударяет меня кувалдой по голове, причитая при этом, что я тупой увалень, забывающий важные вещи. В класс входят Эли и Катя. Ли улыбается мне и направляется к парте, но резко тормозит. Я вижу как Эли наступает на ноги безмозглой курице, которая пытается что-то вякать. Ли совершенно спокойно начинает объяснять ей, что если являешься сукой, то будь готова получать. Внезапно, что-то для себя поняв, Эли начинает угрожать ей, слышу лишь конец фразы: "... И если ты ещё хоть раз пошлешь ко мне кого-то, то я от тебя не то, что мокрого места не оставлю. Я тебя со свету сживу. О тебе забудут, как о страшном сне, ты меня поняла?". В следующее мгновение происходит что-то странное. В помещении становится холодно, и очень страшно. Её взгляд сосредоточен на тупоголовой и он пустой. Никакой теплоты. Ничего. Сплошной мрак. Кладу руку на её плечо, она оборачивается. Выглядит хмурой, но больше нет этих странных ощущений. Вывожу её на улицу и заставляю залезть в машину. Пытается упрямиться, но мне плевать, что она там пытается, нам надо разобраться в этой... херне. Садимся в машину и я выруливаю с территории школы. Она пытается пошутить, что я собираюсь укокошить её. Ну, если не прекратишь задавать такие тупые вопросы, то да. Она напрягается. Пытаюсь расслабить её тем, что объясняю куда мы едем. Но она, похоже, сама прекрасно знает куда мы едем. Тормозим у дома и она очень уж воодушевленно идёт к крыльцу. Все парни приветствуют её, как будто она является их сестрой. Ну, если она та, за кого её принимают, то в каком-то роде да, она их сестра. Они переводят взгляд на меня и узнают. Ещё бы они не узнали человека, который им жизнь спас. Если честно, я очень рад их видеть. Спрашиваю откуда они знают друг друга, и Ир поясняет, что она сама попалась им в руки, точнее Серу. Перевожу взгляд на Ли и замечаю, что она смотрит на Сера. На краткое мгновение в её глазах что-то проблеснуло, а жилка на шее странно дёрнулась. Она отводит взгляд, в глазах растерянность и страх, она снова смотрит на него и ничего не происходит. Вижу в её глазах облегчение. Она переводит взгляд на меня и, видимо, у неё тахикардия, потому что жилка на её шее трепетает очень уж не спокойно, как будто она марафон пробежала. Слышу её тяжёлое дыхание, она хватается за деревянную балку, пытаясь не упасть. И в этот момент я чувствую, как начинаю задыхаться сам. Сердце остановилось на мгновение и начало биться ещё быстрее, лёгкие походу вообще решили отказать. Не хочу. Я не хочу этого. Почему именно она?