Глава 15
Я проснулась. Первая мысль была в моей голове о том, что в груди больше пока не болело. Это было странно, поскольку за последнее время боль я ощущала всегда.
Вторая мысль была уже менее эгоистичной. Я вспомнила про назначенную встречу с Яной.
Посмотрела на часы и поняла, что я опаздываю уже, как минимум, на десять минут. До парка, в котором мы договорились встретиться, было не так долго идти, но на циферблате отображалось 17:00.
Я быстро вскочила с кровати, отчего голова закружилась. Ну, вот, теперь все встало на свои места. Но времени на капризы не оставалось.
Я бежала, понимая, что Яна может не дождаться. Ведь этот разговор нужен мне, а не ей.
Добежав до парка, немного приостановилась. Перевела дыхание. В груди снова ныло, голова просто раскалывалась. С каждым днём я все больше и больше разочаровывалась в своем здоровье. Сегодня я испытала две небольшие физические нагрузки, и, как оказалось, к такому испытанию организм вовсе не был готов.
Я вошла в парк и заметила Яну. Она нервно, что было видно, ходила туда-сюда около лавочки, периодически бросая взгляды на часы. Я ускорила шаг.
Через несколько секунд уже стояла около нее.
- Привет. Извини, я опоздала, - виновато сказала я, не зная, как сейчас отреагирует она.
- Ничего. Как видишь, я дождалась, - как-то болезненно улыбнувшись, ответила девушка.
По наигранной радостной интонации я поняла, что она держалась из последних сил.
- Ты, кажется, хотела поговорить, - напомнила Яна.
- Да, да, - не очень уверенно произнесла я. – Давай, присядем.
Мы сели на скамейку. Только сейчас я поняла, что совсем не знаю, что именно буду говорить ей сейчас. Утром у меня появилось желание все изменить. Утром у меня были силы на это. А сейчас, при ноющей боли в груди, при напряженном состоянии Яны, я понимала, что теряю эту смелость. Я боюсь. Боюсь, как она отнесётся. Боюсь, подобрать неправильные слова.
Я решила перестать жалеть себя.
- Ян, прежде всего, я хочу извиниться. Я знаю, что принеся тебе столько лишних переживаний и негативных эмоций, ты в праве не прощать меня вовсе. Но я каюсь. Мне действительно жаль, что все так вышло. Я не знаю, что мной управляло тогда… наверное, глупое желание доказать всем, а прежде всего себе, что я могу измениться.
- Знаешь, почему я не могла понять тебя? – задала вопрос она, кинув на меня взгляд. – Потому что я ничего не знала. Я догадывалась, что у тебя что-то произошло. Но вспомни, что ты мне отвечала на мои вопросы об этом. Крики и колкие слова в мою сторону, - она перевела дыхание. – Больше всего мне было обидно не то, что ты кричала на меня, а то, что я не понимала, почему ты на меня кричишь. Я ощущала, как ты отдаляешься от меня. Ведь вспомни, как было раньше. Мы делились секретами, знали о друг друге все. А потом… с тобой что-то случилось. Я больше не могла терпеть твои истерики, - девушка замолчала. Она провела рукой по щеке, смахнув слезу. – Лер, честно, я хотела тебя понять, я хотела тебе помочь. Но нужна ли была тебе моя помощь? В последний день ты доказала нам, что нет…
Я из последних сил пыталась сдержать слезы, но не могла. Всхлипнула и закрыла лицо руками.
Мне было безумно жаль эту, и без того, ранимую девушку. Нужно иметь большую силу воли, чтобы после всего того, что я наговорила ей тогда, переступить себя и поговорить.
Яна обняла меня за плечи, а я окончательно потеряла контроль над собой. Просто расплакалась.
- Яна, прости меня, - со слезами в голосе произнесла я, обняв девушку.
По ее щекам тоже бежали слезы. Мы посмотрели друг на друга, такие зареванные, но такие радостные, и отчего-то рассмеялись. Это был знак примирения.
- Я хочу знать, что случилось в твой день рождения после нашего ухода, - неожиданно сказала Яна, проведя ладонями по щекам, окончательно успокоившись.
Я была немного шокирована таким резким вопросом.
- Если честно, не знаю, почему не рассказала тебе тогда все. В принципе, я сейчас не понимаю смысла абсолютно всех своих действий, - начала я. – Это было так давно…будто другая реальность. В общем, после того, как вы ушли, я призналась Вове в своих чувствах.
- Это ты мне уже рассказывала, - перебила она, улыбнувшись.
- Да, но тогда я обманула тебя. Он честно сказал, что я ему интересна только, как друг, - совершенно спокойно говорила я. Не стоит и говорить, что за столько времени, перенеся столько проблем, мои взгляды на жизнь изменились. Соответственно, к этому парню сейчас я не испытывала ровным счётом – ничего.
Яна молчала, нахмурив брови. Ей явно не нравилось то, что я говорю.
- Я не понимаю. Зачем тебе нужно было врать мне? Как я думала, между нами нет секретов…видимо, ошибалась, - как-то грустно говорила она, рассеяно перебирая пальцами по ладони.
- Ян, так и было. До моего дня рождения. Просто дослушай, - я перевела дыхание. – Ты же помнишь, как я сохла по нему. Я мечтала, чтобы наши чувства были взаимными. Ну, вот, когда он мне отказал, я взорвалась. Тогда я придумала игру, которая заключалась в том, что через три месяца я должна была полностью измениться. Назначила встречу в августе, пообещав прийти совсем другим человеком. А дома составила список своих недостатков, - я усмехнулась, - Боже, какой же это бред…
- И после этого ты так резко изменилась? – с недоверием спросила она.
- Да. Я сама не ожидала, что у меня настолько получится.
- А что Вова? Неужели, он настолько эгоист, что принял эту идею? – взволнованно спрашивала она, делая это с большим интересом.
- Нет, нет. Он пытался меня отговорить. Утверждал, что ему это не нужно. Он не хотел, чтобы я менялась. Только ты же знаешь мой характер. Зачастую, меня сложно переубедить.
- То есть ты сотворила такое над собой только ради него?
- Нет, Ян. В том то и дело, что нет. Я не знаю, как так вышло. По началу, я думала, что делаю это ради него, а после поняла, что для себя. Понимаешь, тогда что-то замкнуло во мне. Я как будто решилась разума. Ты не поверишь, но я даже сожгла все свои игрушки во дворе, - усмехнувшись, но с какой-то грустью в голосе, говорила я.
- Так это была ты? Просто мы с Костей долго спорили, кто в час ночи стал разводить костёр посреди двора. Подумали на бомжей.
Я посмеялась. А после улыбка с моего лица пропала. Я увидела будто себя со стороны. Жгла предметы из своего детства, надеясь, что это как-то поможет мне измениться. Это помогло, в крайнем случае, только стать еще более жестокой. Хотя куда уж больше…
- Ну, и что сказал Вова, увидев тебя? – посмотрев на меня, спросила Яна.
- Ничего. Я забыла про эту встречу. Как-то не до этого было… Я сегодня разговаривала с ним, он вкратце узнал все, что было со мной за эти три месяца. Сказал, что готов помочь, - монотонно ответила я, смотря перед собой.
- Помочь в чем?
Я сначала непонимающе посмотрела на подругу, а после мне стало яснее. Ведь она не знает, что я теперь живу одна. И подробностей всей этой ситуации не знает.
- Бабушки больше…, - я споткнулась на слове. Почему-то это короткое слово из трёх букв сейчас было для меня самым сложным, - … нет.
Яна застыла на месте. Она провела рукой по лбу, рассеяно смотря по сторонам.
- Боже, - прошептала девушка.
Я сжала кулаки и зубы, чтобы не заплакать. На удивление, это помогало.
- Господи, Лер, как же мне тебя жаль…, - тихо произнесла она, обняв меня. – Как же ты теперь одна?
Я отпрянула. Ее слова…они были неверными. Я больше не могу врать ей, она должна знать всю правду.
- Ян… это я виновата. Не нужно меня жалеть… Я псих-одиночка, который погубил и потерял всех. Сначала друзей, а после…, - я перевела дыхание. – В тот день я сильно накричала на нее. Это случилось 5 июня, в тот же день, когда я сорвалась на вас. Бабушкино слабое сердце…не выдержало. Несколько часов шла операция, она даже отошла от нее. Но...не прожила и ночи, - голос сорвался, и я снова закрыла лицо ладонями.
Яна молчала. Я не могла видеть ее выражение лица.
Я протёрла щеки, пытаясь успокоиться.
- А ведь у меня был шанс попрощаться с ней…извиниться перед ней. Доктор предупредил меня, что ей осталось не так много, - я прервала свою речь, тяжело вздохнула. – Но я, как всегда, думала только о себе. Мне было стыдно появится перед ней. Я ушла домой. А ночью мне позвонили из больницы…
Я мертво смотрела в одну точку. Прошло больше двух месяцев, а я по-прежнему помню тот день, 5 июня. Я по-прежнему проклинаю и ненавижу себя.
- Лер, - тихо произнесла Яна, обняв меня за плечи, - я не хочу говорить тебе слова, которые, возможно, успокоили бы тебя хоть немного. Я буду честна с тобой. Да, ты виновата. Но у тебя ещё есть шанс все изменить. Если сейчас ты покажешь всем, что ты – та самая добрая и уравновешенная девушка, то все будет приближенно к тому времени. Сама знаешь, что как раньше уже не будет, - она вздохнула. – Я думаю, ты вынесла из этого важный жизненный урок.
Я слабо кивнула. Девушка говорила правду.
В кармане раздался звонок мобильного телефона. Я дернулась от неожиданности.
Звонила Наташа.
- Лер, а ты где? Я хотела зайти к тебе, проверить, - говорила взволнованным голосом женщина.
- Я гуляю в парке.
- Как ты себя чувствуешь?
- Спасибо, хорошо, - соврала я. Из-за этих больных для меня воспоминаний, в груди сильно ныло, а голова так и не прошла.
- Ладно. Но времени уже много…Я бы не советовала тебе давать такую нагрузку организму…
- Через полчаса я буду дома, - перебила ее я.
- Хорошо.
Я отключила вызов. Яна непонимающе смотрела на меня.
- Мама? – вскинув брови, спросила девушка.
- Нет, Наташа… Эта женщина помогала мне все время после смерти бабушки. Она организовала похороны и прочее, - спокойно ответила я.
- Мм…, - кивнула она. – А родители? Они уехали?
- Они и не приезжали, - усмехнулась я. – У них снова был важный контракт, из-за которого они якобы не могли приехать в Россию. Обещали приехать в сентябре.
Яна удивлённо помотала головой. Она всю жизнь жила в полноценной семье, поэтому всегда удивлялась на моих родителей, которые так спокойно живут без родной дочери три года.
- Тебе домой пора, - произнесла девушка, встав со скамейки.
Мы пошли в сторону нашего двора.
***
Остановились около моего подъезда.
- Ты прости, я просто плохо себя чувствую, - виновато произнесла я.
- А что с тобой? Мне стыдно, но…, - она растерянно посмотрела по сторонам, - я видела сегодня, как ты упала в обморок. Не подошла. Знаю, эгоистка. Просто… я была настолько обижена, что даже не думала над тем, чтобы помочь тебе.
Девушка замолчала, возможно, надеясь, на мой ответ. Но я молчала, опустив голову. Не то, чтобы мне было обидно. Я плохо себя чувствовала.
- Но я также видела, как около тебя крутился какой-то парень… кто он? - спросила Яна.
- Это долго рассказывать. Как-нибудь в другой раз, - слабо улыбнувшись, произнесла я.
- Ладно, потом. Ты скажи, что с тобой происходит?
Я немного замялась.
- После моего…психического расстройства мое здоровье сильно испортилось. И пусть, сейчас мои нервные клетки уже не беспокоят меня, но…остальное… Знаешь, постоянно болит в груди, и я не знаю, что это. И голова часто болит, просто раскалывается. Понятия не имею, отчего теряю сознание. Сначала у меня сжимается все где-то внутри так, что мне тяжело становится дышать, а после кружится голова. И все. Обычно, когда я открываю глаза, то уже лежу, - говорила я.
- Может, я скажу об этом маме? Ты же знаешь, она - хороший врач. Мне кажется, это не нужно запускать, - взволнованно говорила Яна.
Я нахмурила брови. Неприязнь к больницам у меня началась ещё с детства, когда я пролежала там около двух месяцев со сломанной ногой и порванными связками. А, когда там оказалась бабушка, эта неприязнь только увеличилась.
- Ладно, я завтра зайду к тебе. Ты же одна?
- Да, да, заходи.
На этом мы расстались.
Я еле дошла до квартиры. Сил не осталось вовсе. Я хотела снова поспать, но Наташа, которая пришла позже, уговорила меня на
прием пищи.
И только, когда Наташа уже ушла, я наконец-то легла спать. Снова заснула так крепко, будто не спала несколько месяцев. Хотя, отчасти, это так и было.