глава 10
Но коль черти в душе гнездились -
Значит, ангелы жили в ней.
- Сергей Александрович Есенин.
Лунный свет падал на бледную кожу маленькой принцессы, приятно обволакивая её лицо. Очаровательным был её лик, а светлые волосы струились золотистой рекой по её плечам. На белом, как лепесток прекрасной лилии, личике был румянец, будто бы во сне она видела очень непристойную картину. Из-за закрытых век не было видно её прекрасных глаз - изумрудных, с ноткой мяты ближе к зрачку. Эти очи задурманивали, обладательница этих глаз была подобна медузе горгоне, только своим взглядом она не заставляла превращаться в камень, а наоборот, оживать изнутри. Пухлые розовые губки были приоткрыты, из-за чего маленькая принцесса мирно сопела.
За всю ночь я не сомкнул глаз, был увлечён более интересной картиной: Эвелин. Она мирно сопела на моей груди и выглядела очень умиротворенной. Я тайно любовался ей, гладил её по щекам, волосам - мне хотелось чувствовать Эвелин. Её кожа была очень мягкая, будто зефир. Эвелин была хороша и невинна для нашего времени, она была слишком доброй и чувственной, даже ко мне. Я сделал ей столько дерьма, а она помогала мне, как преданный друг. К этой девушке я чувствовал что-то непонятное, что-то, что заставляло меня чувствовать себя живым. Моё гнилое сердце только при одном её виде скакало, как бешенное, делая тройное сальто каждый раз, когда я встречался с её сапфировыми глазами.
Зарывшись в её волосы, я почувствовал запах весны. Он пробрался в самое сердце, не делая оттуда уходить. В этом гнилом мире я впервые встретил принцессу, которая снизошла ко мне с небес, пободно невинному и непорочному ангелу.
Я аккуратно переложил её голову на подушку, а сам пошёл вниз. Достав пачку сигарет, я открыл окно на кухне и закурил толстую сигарету. Сделав глубокую затяжку, я почувствовал, как по моему тело разливается расслабление. В грудь пробрался никотин, унижтожая мои, и так уже гнилые,
лёгкие.
Нет, ты не должен, Адам. Ты не должен портить её. Ты будешь для неё тьмой, которая всё сильнее будет затягивать в себя, не давая шанса выбраться. Эвелин нужен тихий и надёжный парень, который будет для неё опорой всей жизни, который будет верен ей. Но ты не такой, Адам. Ты испортишь её, окончательно. Но мысли об этом неприятно бились в груди, и я принял для себя нелёгкое решение.
– Так будет лучше, - сказал я, направляясь обратно наверх.
Эвелин
Моя голова раскалывалась на тысячи маленьких частей, вызывая неприятные подошвы тошноты в области горла. Я положила руки на глаза, потерла их и наконец-то открыла. Увидев перед собой незнакомую комнату, в тёмных тонах, я обомлела. Что я тут делаю? Воспоминания со вчерашнего вечера потихоньку начали всплывать в голове. Заметив рядом с собой копну тёмных волос, я ещё больше впала в ужас. Я помнила, что он оставил меня тут, но что дальше? Испуганно подняв одеяло, я увидела, что на мне одета большая мужская футболка, но, слава богу, бельё было. Фух, надеюсь, ничего такого не было.
Адам мирно лежал, не просыпаясь от моего пробуждения. Невольно мой взгляд привлекла единственная тату, которая у него была - рукописная надпись, в которой гласило: “REVENGE FOR THE WEAK”. Хм, что он имел ввиду, какой-то посыл, или просто обычная цитата? Мой взгляд упал на рельефный пресс на поджаром теле. Я, сама не понимая, что делаю, аккуратно положила на них свою ладонь. Его тело было безумно горячим, казалось, что я сейчас обожгусь.
– Доброе утро алкашам. Ну что, налюбовалась? - сказал хриплый голос Адама. Боже, какой стыд. Мои щеки вмиг залились румянцем, и я отвела взгляд. Адам нехотя поднялся и встал с кровати. Взгляд опять упал на его тело. На нём были только чёрные боксеры, что заставило меня ещё больше засмущаться. Он усмехнулся и вышел из комнаты. Черт, что ты делаешь, Эвелин? Прекращай на него смотреть, он не твой парень! И какого хрена он вообще спал со мной в одних трусах? Извращенец!
Через пару минут вернулся Адам, а в руках его был стакан воды с какими-то таблетки. Он поставил их на прикроватный столик и молча удалился. Я обрадовалась и быстрее начала поглощать воду. Мне стало намного лучше и я принялась искать свою одежду. Приняв сидячее положение, моя голова оставляла за собой неприятную боль. Надо было меньше пить, Эвелин. Какая же я дура! Напилась, да ещё и в его доме.
Найдя в ванну, я подошла к зеркалу и ужаснулась своему виду. На меня смотрела помятая девушка с кругами под глазами и всклоченными волосами. Больше я смахивала на алкоголичку, чем на приличную девушку. Что же произошло после того, как я очутилась в его доме?
Кое-как приведя себя в порядок, я спустилась вниз. Адам, в одних спортивных штанах, стоял у плиты и готовил кофе в турке. Выглядел он очень сексуально, что у меня даже дух захватило. Такой грубый и сильный, но на самом деле внутри, как я думаю, он ранимый и чувствительный. А ещё как он готовит! Мм, пахло просто восхитительно! Я невольно закрыла глаза и наслаждалась этим ароматом.
На столе уже стояли две тарелки с яичнецей, чему я была удивлена. Он приготовил мне завтрак? Неожиданно.
– Садись, всё готово, - проговорил Адам, разливая кофе в две большие кружки. Я удивлённо села за стол, ожидая Адама. Мне нравилось такое поведение, но в его взгляде читалось какая-то равнодушность и капля обиды. Это было очень странно, но я не придала этому значения. Мне не хотелось портить себе и ему настроение, потому, что я не хотела лезть в его личные дела. Может, он поссорился с кем-то, а я ещё на мозги ему буду капать. Хотя, кто ты такая, Эвелин? Заткнись со своей радушностью и молча ешь завтрак.
– Спасибо. Приятного аппетита, - сказала я и принялась за еду. Адам в ответ промолчал, молча уплетая яичницу. Еда была восхитительна, а кофе было очень горьким и крепким. Как ни странно, мне очень понравилось. Я с детства любила кофе, чему родители часто ругались. Сколько бы я не перепробовала разных сортов кофе, этот был самым вкусным мире! Краем взгляда я любовалась его видом. Он был потрепанный, но такой сексуальный с утра. Его тёмные локоны были в творческом беспорядке, мышцы были напряжены, а глаза хмуро оглядывали меня. Этот парень сводил меня с ума, но я решила не думать об этом. Хватит уже растекаться лужецей от одного его нахождения рядом.
Когда мы доели, я забрала тарелки и решила их помыть, чтобы хоть как-то его отблагодарить. Боль в голове прошла, лишь остался неприятный осадок с вечера.
Помыв посуду, я решила ещё раз поблагодарить его и уходить, но услышала неприятные для себя слова:
– Проваливай, у меня дела, - развернулся и ушёл наверх. Мне не хотелось злиться на него, у меня лишь были неприятные ощущения от его слов. Поспешно забрала свою сумку в коридоре и вызвала такси. Выйдя на улицу, в лицо ударил холодный ветер и вмиг мне стало холодно.
На лице была кислая мина от слов Адама, но я решила не зацикливаться на этом. Всё же, он просто знакомый. Даже меньше, чем знакомый. Но черт, я не могу перестать думать о нём! Фух, просто думай о чём то хорошем, Эвелин. Кое-как отбросив все неприятные мысли, я увидела подъезжающую жёлтую машину и отправилась к ней.
Сев в машину, по телу разлилось приятное тепло. Хмуро поздоровавшись с таксистом, я взглянула на дом, где провела свою первую и последнюю ночь. Взглянув в окно на втором этаже, я увидела изучающие голубые глаза демона, который, казалось жалел о своём поступке.