Глава 1
Закрыв дверцу шкафа, я кинула последнюю футболку в чемодан. Вещи уже давно не помещались, нужен был чемодан побольше. Сколько бы я не напоминала об этом отцу, он постоянно меня игнорировал. Пожалуй, это и станет темой нашего сегодняшнего скандала.
Не теряя веру, в который раз я попыталась прижать вещи друг к другу, и когда мне это удалось, я с лёгкостью смогла закрыть замок.
Плюхнувшись на рядом стоящую кровать, я облегченно вздохнула. Я не любила когда кто-то копается в моих вещах, поэтому не доверяю сборку чемодана домработницам, даже Кингсли.
Кингсли была хорошей, даже больше чем хорошей, она была лучшей из всех домработниц. Эта женщина единственная, кто волновалась и заботилась обо мне в этом доме, конечно, не считаю отца, но это уже отдельный разговор.
Я люблю своего отца, несмотря на наши сложные отношения, ведь он единственный мой родитель, так как мама ушла от нас когда мне было 9. Отец занимался своим бизнесом, но не забывал обо мне, ведь я была его «лучиком света» в этой «кромешной тьме». Я не очень хорошо помню свою мать, знаю лишь, что она вернулась к своему первому мужу и моему сводному старшему брату.
— Ариэлла, отец просит тебя спуститься к нему, — Вырвал из раздумий меня голос Бэверли, секретарши отца.
Я медленно подняла туловище и оценивающе осмотрела Бэверли. Длинные худощавые ноги странно переходящие к корпусу, копна крашенных блондинистых волос, легкий золотой загар и лицемерная улыбка во все 32. Жуткое зрелище.
Тяжело вздохнув, я все таки поднялась с кровати и смахнув с лица надоедливую прядку, отправилась вниз.
Кингсли как всегда стояла возле плиты, отец же сидел в гостиной и разговаривал по телефону. Увидев меня, он сразу завершил звонок и улыбнулся:
— Золотце, ты собрала вещи? — Ласково произнёс он.
— Да, сказала бы я, если бы ты хоть раз послушал меня и купил мне нормальный чемодан, — Фыркнула я, скрестив руки на груди. — Что там по поводу отъезда? До Бостона ехать 4 часа на машине. Если так, то чур я на BMW.
Скоро сентябрь, а это значит что я смогу начать учебу в высшем учебном заведении. Я долго присматривала себе университет, и вскоре остановилась на Бостонском, там хорошие условия, к тому же, у отца там имеются связи.
— Бостон отменяется, — То ли с грустью, то ли строго начал он. — Я решил, что ты поступишь в Вашингтонский. Это в Сиэтле.
Что? Сиэтл? Какого черта?
— Что? Папа ты с ума сошёл? — Возмущённо начала я.
— Это не обсуждается. У тебя самолёт сегодня ночью, утром будешь там. — Он сверкнул карими глазами. — Там тебя встретит сын моего очень хорошего друга, он позаботится о тебе. Предоставит комнату в общежитии и поможет с сумками. Как встанешь на ноги, сможешь снять квартиру, посмотрим.
Сказать что я была зла, ничего не сказать. Гнев, что кипел во мне, готов был вот-вот вырваться, и я не удержалась, схватила пустую тарелку из под бутербродов со стола и со всей силы бросила в стену. Маленькие осколки рассыпались по дорогому паркету, звеня как колокольчик. Все было как в замедленном действии. Отец подорвался со своего места и одарил свирепым взглядом, Кингсли тотчас схватила веник и совок, а появившаяся откуда не возьмись Бэверли, глупо взвизгнула.
— НЕМЕДЛЕННО К СЕБЕ В КОМНАТУ! — Заорал отец, как бешенный. — МАРШ!
Я рыкнула, и топнув ногой бросилась обратно наверх. Не выдержав, я забежала в комнату, и громко хлопнула дверью.
Ну вот, как я и говорила, опять скандал.