Призрачная Академия| Тусовщики| 18+

▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬ ஜ۩۞۩ஜ▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬
В данной главе присутствуют сцены с упоминанием смерти и самоубийства. Выпиливаться – не выход. Это не шутки. Обращайтесь за помощью к специалистам, будьте внимательны друг к другу. И любите родных. А так же сцены курения. Курение убивает. Читайте с осторожностью, хорошо учитесь.
▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬ ஜ۩۞۩ஜ▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

– Что там? – настороженно спросила Мелисса.

– Сама посмотри, – Рублис указала на дверь.

Цокая каблуками, Кроуфорд подошла к подруге, мельком взглянув на часы. Шесть утра. Что такого она могла увидеть и так ярко отреагировать? Неужели, миссис Свит всё таки не простила им наглый ход и теперь начнёт травить журналистское расследование, которое стало популярным за считанные часы, в самом зародыше? Блондинка потянула за ручку, добрых несколько секунд оглядела холл перед редакцией, ошеламленная, после чего резким движением закрыла дверь.

– Милс, мне тут ответил тот парень. Нам стоит поторопиться, – подкинул дров в огонь напряжения журналистки Авель.

– Мать твою... Услышала. Сейчас разберёмся, – Кроуфорд, надев маску уверенности и дружелюбия, предстала перед толпой, которая всё это время стояла в коридоре, как настоящая шоумен. Её голос и за годы обучения в театральных студиях и поставленная речь играли на руку. – Доброе утро, дамы и господа. Вижу, многие из вас заинтересовались предложением работы в ВЫЖИВШем СТУДЕНТе. Ваше рвение и энтузиазм поражает и, в то же время, вдохновляет нас на новые свершения. Оставляйте анкету, в которой будет список ваших качеств, достижений и, чтобы определить уровень в написании статей, набросайте маленькую заметку о том, как прошёл первый день в этом учебном году. Калеб и Юний ответят на вопросы.

Актер быстро отвернул пробковую доску, где выписывали важные детали расследования, на сторону заполненную Фишером. Компания ничего не исправляла и прошлогоднее расписание выпуска газет для банального прикрытия – столь жаркого ажиотажа ребята действительно не предсказывали. Ухажёры антрополога встрепенулись, выжидая орду студентов. Каждый хотел быть в курсе событий раньше других. До этого момента Мелисса не слишком высоко ценила журналистику. Думала, что люди не интересуются тем, что происходит вокруг. В век, когда самые востребованные запросы гугл "психология" и "гадание таро", люди казались эгоистами, равнодушными к внешнему миру. Хотя, все эти желающие, вероятней всего, стремились защитить лишь себя. В кабинет повалила куча людей муравьиной стаей, набросившись на программиста и фотографа. Кадигроб подмигнул Стейс, мол, включил в ноутбуке другую программу, пока бедолага Новель рылся по столам, пытаясь добыть бумагу.

– А ручек на всех хватит? – осторожно задала вопрос первокурсница, хлопая ресницами с наивностью в оленьих глазках.

– Боже, зачем приходить неподготовленной, дорогуша? – на выдохе цокнула стервозная по виду блондинка.

– Как же бесят выскочки... – прокомментировала брюнетка, задев плечом недовольную девчонку, перехватывая предназначавшийся листок ей из рук Калеба. – Мучас грасияс, сеньоре.

– А вы принимаете только журналистов? – парень в клетчатой рубашке и в очках искал ответ то у Юния, то у Мелиссы.

– Нет, все могут попробовать себя в нашем ремесле, – замялась у двери Кроуфорд.

– Не паникуй, дружище. Тут судят только по способностям, а не по факультету. Хотя, вам точно пригожусь я, – вопрошающего дружески притянул в крепкие полу-объятья юноша с хитрой гримасой. – О, Лиска из приёмки. Ты же документы заполняла.

– Точно, Милс. Летом в шубе, – произнёс кодовую фразу очкастый.

– Не смущайте даму! Она не всех же запомнила!

Точнее, запомнила лишь малую часть, однако неоновые дреды Блант не покидали память вплоть до сегодняшнего дня. Кто бы знал, что практика окажется столь полезной. Пару раз Кроуфорд поблагодарила мысленно Элис, ведь именно она заставила выбрать комиссию. Помимо знакомств, стало проще сблизиться с новичками. А как показывают реалии: стоит завладеть умами и доверием молодых и активных и можно завладеть миром. Но наполеоновские планы ограничивались лишь поимкой убийцы. Ещё не мешало бы всейте с тем выжить и не загреметь в тюрьму.

– Милс, возьмите бумаги в бухгалтерии, – попросил Калеб, обреченно высунувшись из под стола.

– И ручки тоже, – кратко дополнил Юний.

– Спокойствие, неженки. Так и знала, что будет вот так! –  крупная темнокожая девушка с неоного-зелёными волосами, широким жестом залезла в огромную фиолетовую сумку через плечо рукой и достала целую пачку вместе с разноцветными ручками в большом количестве. – Берите у меня, только не убейте друг друга и знайте, никто не напишет круче Триши. Дэмн! Так и пишите в анкетах: "Триша Блант решила мою проблему, только зайдя в редакцию!".

– Мы на всякий случай ещё возьмём, – Авель глянул на эту яркую особу с неким одобрением.

Троица светловолосых поскорее покинула помещение, пока их не успели задавить. В очередной раз сыщики должны были разделиться. Оставлять редакцию на любопытных стервятников не вариант, как и забуксовать из-за них же.

– Пойдем сразу туда, переоденемся потом, иначе ничего не узнаем, – кинула Лиса по пути из административной пристройки.

– А бухгалтерия? – обеспокоенная ухажёрами спросила Рублис.

– Триша им поможет, – усмехнулся Авель.

Стиляги были не в восторге расхаживать во вчерашних образах, но никто не отпирался. Дело важнее, нежели мода в данном случае. Свернув направо, девчонки в сопровождении лицедея пошли в сторону учебного корпуса. Они остановились у последней аудитории на первом этаже. Сначала вошёл Фукс, прокладывая маршрут к очередной двери, за которой скрывался короткий коридор с лифтом. Рядом с кнопками вызова располагалась панель. Актер достал из заднего кармана бейдж и дверцы перед ними лениво раскрылись, будто сами не пробудились и не были готовы принять нежданных гостей в столь ранний час.

– Не удивлюсь, что и пропуск ты добыл так же, как и ключи, – нарушила тишину Стейси.

– А вот и нет. Сейчас увидишь всё.

Третьекурсник нажал на "-2". Обстановка и здесь была схожей, но дверь вела в скромную по масштабам комнатушку, посреди которой находилось несколько кушеток, прикрытые белой простынёй. Пахло ещё хуже, чем сутки прежде у 305-ой. Любопытные следователи окружили стол, одолевая рефлекторные спазмы. Храбрая Рублис осторожно потянула край простыни, предвкушая увидеть Фишера не в лучшем виде.

– БУ!

Стейси отшатнулась, так и не сорвав ткань. Юноша резко поднялся, скинув простынь на кушетку. Мелисса, как кошка чуть не подпрыгнула, моментально выпалила ругательство, которое смутно различал их соучастник и точно бы не понял брюнет азиатской наружности. Он то и решил поиграть на нервах и без того напряженных ребят. Вздрогнул даже самый непоколебимый Авуша.

– Добро пожаловать в скромную обитель мертвецов Академии Уолтера Джонсона. Я Хикару, – он развел руки, представляя "покои".

– Самый скромный здесь ты. Мелисса Кроуфорд. Главный редактор газеты.

– Читал. Самонадеянный шаг, однако на деле ты не такая смелая, как...

– Стейси. Меня трупы не пугают. На антропологическом и не на такое насмотришься.

– Да? Несколько секунд назад ты готова была завизжать и убежать куда подальше.

– Посмотрю на твоё лицо, когда испугаю в такой же момент, – острым взглядом голубых глаз она испепеляла юношу.

– Ты, кстати, сказал о том, что здесь обитель. Как здесь мертвецы генерируются? – Мелисса отвлекала внимание на себя, пока парочка боролась в "гляделках".

– На втором курсе узнавать про морг? Сразу видно – настоящий журналист, – Хикару не прерывал схватку. – Медики учатся с самого зарождения Академии. Для расследований и открытий нам поставляли тела. А когда случается подобное, отправлять наших студентов или работников в ближайший город не имеет смысла. Слишком далеко, плюс у нас эксперты получше.

– Время идёт, дорогой айдол, и оно играет против нас, – Авель был доволен происходящим, особенно стычкой. Иногда Кроуфорд думала, что актер питается эмоциями окружающих.

– Ты прав. Напомню, что я делаю это не бесплатно, – Хикару расчетливо обратился к сплетнику.

– Не волнуйся, у меня прекрасная память.

– Николас Фишер. Четвертый курс, двадцать четыре года, – он подошёл к соседней кушетке, сдвинул ткань, показывая лицо журналиста.

    Для предстоящих похорон его загримировали и выглядел бывший шеф будто кукла, ненастоящим. Единственное, что оставалось для завершения подготовки – избавиться от запаха. Пока троица сыщиков, застыв, рассматривала Фишера, азиат забрал со стола рядом одну из папок:

– В заключении мы вывели следующее, причина смерти – передозировка клофелином. Порезы на руках – так, украшательства. Сомневаюсь, что у молодого парня были такие серьезные проблемы с давлением. Подтверждающих документов в мед кабинете нет.

– Но откуда у тебя доступ к этим данным и помещению? – недовечриво задала вопрос Стейс.

– Не только у Хикару есть доступ, есть ещё несколько отличников. Привилегий достойны только лучшие, – скучающе проинформировал Фукс.

– Я учусь в Академии, а не делаю вид.

    Стейс закипела, и уже было открыла рот, чтобы прыснуть ядом , если бы её не перебила журналистка:

– Значит его убили. Теперь нам точно нужно найти виновного. Знаете, морг показывают или описывают в разных произведениях искусства так зловеще, будто тут страшно просто из-за атмосферы. Но пугает здесь совсем иное. Не страшилки, что мертвецы могут восстать, а то, что жизнь вот тут заканчивается. Страшна мысль о том, что есть люди, которые считают, что могут распоряжаться чужой жизнью и отнимать её, когда вздумается. Поэтому они должны понести наказание.

– Она всегда такие речи толкает? Я думал, ты только к вчерашнему готовилась, – Хикару обратился к Авелю и Стейси.

– Как будто книгу пишет, иногда она серьезно что-то выписывает в телефон. А Стейс не стоит задавать вопросы о её жизни, если торопишься. Пока не расскажет всю биографию – не успокоится, и это может длиться по несколько часов, – ответил Авель, потому Рублис осуждающе на него зыркнула.

– Вы получили информацию. Если договор будет нарушен, – Хикару мягко закрыл папку, серьёзно глядя на третьекурсника, – я сделаю всё, чтобы вы не то что сюда не попали. Никогда ничего не смогли бы узнать. Вам, кажется, пора.

– Да-да, мы всё поняли. Пойдём, девочки, у нашего кейпопера много дел, прям как у нас.

_____________________________

– Это сейчас очень неуместно, но ты выглядишь чертовски стильно, – Кроуфорд оценила наряд антрополога.

Стройным рядом двигалась толпа более чем в тысячу человек в чёрном одеянии. Когда все эти люди распределялись по разным корпусам и башням огромного замка, создавалось ощущение, словно не так их и много. Сейчас же все они выглядели одинаково, чуть ли не маршировали нога в ногу за гробом. Выделялись только те, кто совсем не мог обуздать чувства, громко всхлипывал. Миссис Фишер тягостно переживала потерю сына. Нё порывы утихомиривал муж и дочь. На вид ей было лет шестнадцать. Рядом шли друзья журналиста и представители администрации.
Заметно, как траур сказался на всех. Как Николас был важен каждому. Девчонки шли позади, в то время как Авель бегал в гуще студентов, Юний общался со своей компанией, а Калеб и вовсе пропал. Детектив тоже шагал где-то со Свит и Джонсон, однако держался отстраненно и больше наблюдал за действом.
Лес встретил орду понуро, все обитатели притаились, прохладный ветерок играл по ксилофону –листьям. Тучи заполонили небосвод, хмуро провожая весельчака Академии.

– Ты знала, что у нашего универа ещё и кладбище есть? – Рублис уверенно себя чувствовала, обув кроссовки, а вот Мелиссе на каблуках в лесу приходилось высоко поднимать ноги и надеяться, что она не споткнется об себя же.

– Нет. Если и ты пошутишь про журналистику – я тебя закопаю следом за Ником. Ладно, это было жестоко. Прости Ник, где бы ты ни был. Но я слышала, что всех ректоров хоронят в одном месте. Конечно, я не могла предположить, что это настолько близко.

– Да уж. Если бы я узнала раньше – постоянно сбегала бы туда.

– Ага, кто тебя выпустит?

– В выходные. Почему бы не заходить на кладбище?

– Не знаю, подруга, в моей жизни и без того адреналина хватает. Постоянно на грани между жизнью и смертью, а если ещё и заходить туда, то можно совсем тронуться. А теперь это место, помимо других потерь личных, будет напоминать нам о том, что умер наш знакомый.

– Для меня это место силы. Очень спокойно, никто тебя не трогает, тут почти всегда красиво. Эдакое пространство для рефлексии. Отлично, чтобы подумать о жизни и смерти.

– Хах, ещё насмотришься.

– Особенно, когда ты грохнешься следом за Ником в яму. Кто обувает туфли в лес?

– Хей, мы же не знали, что вся эта тема будет здесь. В следующий раз попросим кого-нибудь сделать нормальную тропинку. Хотя, если мы быстро раскроем дело, то шарахаться по лесу в чёрном перестанет быть актуальным.

– Как думаешь, почему родители не забрали его тело, чтобы похоронить его у себя?

– Надеюсь, они сами скажут об этом. Иначе создается впечатление, будто им настолько больно это осознавать, что проще оставить его могилу здесь. Ну, или наоборот плевать.

– Не делайте выводы раньше времени, – как настоящий призрак рядом с ними оказался Калеб с книгой в руках настолько "заметно", что журналистка второй раз за день вздрогнула. Рублис, казалось, привыкла к подобном повадкам Новеля. – Говорят, что он не единственный студент захороненный на кладбище.

– Ой... – оступившись, Мелисса чуть не полетела лицом в грязь, в последний момент сбалансировав. Она нашла дополнительную опору в появившийся из ниоткуда руке. – Спасибо, – блондинка было улыбнулась, пока не узнала в спасителе не детектива, как ожидала, а Криса.

"Иногда, жизнь, ты подкидываешь сюжетные повороты как в дешевом фанфике. После такого ловишь кринж, но узнать, что будет дальше тоже хочется."

– Пойти в лес на каблуках...

– Только попробуй осудить меня, – резко прервала Лиса, в то время, когда антрополог и кинематографист ушли на пару шагов вперед, без желания влезать в перепалку.

– Я хотел сказать, что стоит поосторожней ходить.

– Справлюсь и без тебя.

– Сейчас не справилась бы.

– Я уже стояла, когда ты подал руку.

– Тогда зачем схватилась? – на его лице появилась знаменитая усмешка.

– Это рефлексы, к твоему сведению. А теперь не подслушивай чужие разговоры, – Кроуфорд не успокоилась, пока не проводила его холодным взглядом.

– В принципе, неудивительно. Нужно понимать, сколько лет Академии, – продолжила рассуждать Стейси, когда они остались втроем.

– А теперь внимаем, ребята. Узнаем, кем был Фишер, может, сейчас кто-нибудь проговорится, – подходя к остановившейся толпе, тише предупредила Кроуфорд.

Дальнейшее действо выглядело как поставленный спектакль. Все вели себя так, как было указано в роли по сценарию. Сначала подходили первокурсники, скорее в качестве уважения, ведь выпускника они не знали совсем. Многие увидели его в лицо только сейчас в гробу, что уж тут говорить об искренней скорби. После них более участливо и сострадательно клали цветы второкурсники и третий курс. Студенты постарше подносили по четыре розы, вид у них поистине мрачным. В конце выделились близкие друзья Николаса, они точно зомби, как и родители. Фрэнк приобнял Алишу, прижав к себе. Она совсем не походила на грозную "пантеру", как прозвали девушку ещё на втором курсе, скорее на пантеру в спячке. Рядом затесались выпустившиеся Дрейк и Люси Брайт, они приехали, как только узнали о кончине друга.
Следующим актом стали речи, от которых компания редактора отказалась, однако было заметно – мистер и миссис Фишер уже знают, о чем те хотели сказать. Юных следователей заинтересовало то, что отец – только он смог высказаться –  обмолвился: " у него было много секретов. Порой, мы думали, что не знаем нашего сына". 

– Мы любили и всегда будем любить Николаса, мы уважаем его интересы. Академией он жил. Он упорно готовился к поступлению, не спал ночами и включал фонарик под одеялом, чтобы подсветить учебники и успеть все выучить. Хоть так могли застать сына. Всегда мечтал, чтобы летние каникулы отменили или можно было бы пожить здесь. Он был счастлив здесь. Мы хотели, чтобы он остался тут и все могли запомнить его счастливым, – завершил Юджин.

– Спасибо за вашу искренность. Попрошу пройти Мелиссу Кроуфорд, – пригласила Джонсон.

Мелисса подошла к месту, где только что стоял мужчина, поглядывая на гроб. Некоторые перешептывались, а родители покойного смотрели с опаской.

– Ник. Я всего лишь второй год учусь здесь, но за это время поняла, какой Ник хороший, добрый и отзывчивый человек. Когда мы с подругой приехали заселяться, он только выскочил из, на тот момент, маленькой каморки с листовками. Тогда он сказал, что мало кто приезжает так рано, даже самые продуманные первокурсники. Ник считал, что лучше сразу узнать территорию, поэтому похвалил нас и всучил листовки, уверял, что нам всем раздают старого образца. На его карте было написано, где лучше проводить время, в котором часу лучше ходить на стадион, чтобы потренироваться без лишних глаз и когда готовят лучшие бургеры в столовой, – Мелисса достала нарисованную карту. Студенты облегченно выдохнули, а миссис Свит отчего-то рассвирепела. – В этот момент мы поняли, что ему действительно не плевать на окружающих. Сейчас, когда все утыкаются в свои смартфоны, когда не замечают того, что происходит рядом, поступки Ника впечатляют. Мы были постоянно заняты, поэтому с Фишером редко пересекались, но иногда отдыхали вместе. Один такой вечер перевернул все.

*****************************

У входа в старый клуб маленького городка неподалеку от престижного университета сидела на отдаленной лавке, отведенной для курильщиков, блондинка в розовом вельветовом комбинезоне. Она была разгорячена высоким градусом выпитых коктейлей, танцами, весельем и теплой весенней погодой. Майский вечер проходил бы прекрасно, если бы Кроуфорд не уходила каждый раз в аналитику жизни и поступков её и окружающих. Хотя одна мысль о том, что они с Рублис сбежали из Академии в компании старшекурсников, определенно раззадоривала.

– Хей, Милс, чего грустишь? – вывел в реальность первокурсницу редактор.

– Оу, привет, Никки. Да просто задумалась. А ты чего здесь? – мутным взглядом девушка просканировала Фишера, затянувшись. – Ты же не куришь.

– Решил побаловаться. Угостишь? – как-то странно хмыкнул Фишер, плюхнувшись рядом. – А ты под конец года стала как настоящий журналист. Наблюдательна. Это хорошо.

– Кстати, если честно, я хочу поработать у вас в редакции. Учусь на журналиста, но работать – Боже упаси, – пьяной она не боялась высказываться будущему выпускнику все, что думает. Протянув сигарету, Мелисса продолжила. – Серьезно, вообще не понимаю, нахрена ты с этим возишься. Вот все заметки, как сваливать из Хогвардса или протащить что из запрещёночки, я бы хотела увидеть. А статьи про то, когда в очередной раз будут мячик гонять – ме. Все равно об этом объявит Джонсон, если нет – значит, вообще неважно. Писать об открытиях заучек: скука-а-а. Скажи, они тебе платят за упоминания, или тебе реально так интересно?

– Тогда зачем же ты хочешь писать у нас? – Фишер прикурил.

– Мне нравится писать. Иногда. Но журналистские тексты выходят убого, да и в другом стиле не лучше. Я хочу научиться писать и знать, что происходит. Ты так и не ответил на мой вопрос.

–  Выживший студент. Мы с Дрейком несколько лет назад выбивали эту газету, место, чтобы печататься.

– Ага, вот только шеф – он, а больше всех надо тебе. Когда он заходил-то в редакцию? В начале года, чтобы задания тебе раздать?

– Милс, я хочу помогать людям. Когда пришёл я, Алиша, Фрэнк, другие ребята, которых все знают – мы ничего не понимали. И ради тонкостей мы часто страдали, сидели и отчитывались у Свит и Джонсон в кабинете за каждый косяк. Если я всё расскажу, вы сможете найти что-то круче, верно? Тогда будущим первакам станет попроще.

– Да, но ты не печатаешь это в газете, а исправляешь буклеты, чувак. Это приятно, спору нет. Но по итогу ты ничего не рассказываешь и не можешь под колпаком то администрации.

– Тебе нравится общаться со всеми? С ребятами с разных факультетов?

– Да, иногда могут рассказать что-то занимательное. Даже умной себя начинаю считать.

– Ты же это потом рассказываешь своим друзьям?

– Да, но... Стой, я поняла к чему ты клонишь. Ник! Да ты заставишь так влюбиться в журналистику!

– Не благодари. Каждый из нас уникален. Мы все интересные – стоит только присмотреться. Вот были бы ещё у нас редакторы-эксперты. Которые будут корректировать что-то сразу, чтобы я потом не бегал и не выискивал их. Справишься?

– Рискну. Знаешь, я все равно думаю, что стоит как-то по-другому попробовать рассылать твои послания. Сто процентов устаешь в ручную всё приписывать. Надо это как-то автоматизировать. А может, потом заведем сплетницу или типа того. Займусь этим, если статьи совсем получаться не будут.

– Воу-воу-воу! Вот это ты разогналась. Теперь я не боюсь оставлять на тебя редакцию после выпуска, – с грустной улыбкой выдохнул дым Фишер. – Поступлю на магистратуру и буду приглядывать за вами всеми, чтобы делов не натворили, – он потрепал первокурсницу по голове. – У нас только правда, помни об этом. Никакой дезинформации. Правда правит миром.

– Не волнуйся, с моим приходом у этой газеты начнётся новая жизнь, дружище, – радостно объявила Мелисса.

В тот вечер она впервые задумалась о том, что не зря выбрала факультет журналистики. Все же, Кроуфорд не была такой потерянной, как ей казалось до этого.

**********************************

– Мы разговорились на каком-то мероприятии. Я пыталась узнать, почему же он так горит этой редакцией и газетой, ведь никто ей сильно не занимался. Ник ответил просто "Я хочу помогать людям. Мы все интересные – стоит только присмотреться". Он доверил мне самое важное – Выживший Студент, и я продолжу его дело. Чтобы все помнили о нем, о его доброте и поступках. Но на этом деятельность не закончится, – Кроуфорд выдохнула, собираясь сделать заявление. Она понимала, что для кого-то оно может быть провокационным. – Вы знаете, что мы ведём расследование. Потому что Ник важен для всей Академии. Мы не нарушаем закон, сделаем всё возможное, чтобы раскрыть преступление и защитить честь Ника, – перешептывания стали слышится громче. Миссис Свит побледнела из-за наглости, а ректор посмотрела на неё с уважением. И детектив, скрывавшийся в тени, выглянул. – Он никогда не был слабаком и никогда бы не пошёл на столь радикальные меры. Таким мы помним его. Пока имя Николаса не будет обелено окончательно, особенно последние мгновения жизни, и пока не будет наказан тот, кто мог сделать это с ним, мы не остановимся. Вот, чему учил Ник. Чтобы всем было не плевать. Правда правит миром.

Даже погода стала приятней и на последних словах тучи расступились перед тёплым солнцем, как студенты перед журналисткой. После речи к второкурснице подошли родители и горячо благодарили её за смелость и упорство, как и Стейси с Калебом, с которыми успели познакомиться. Учащиеся принялись обсуждать новую выходку сыщиков. Неподалёку оставалась стоять безмолвно сестрёнка покойного. Фрэнк увёл Алишу и Дрейка с Люси подальше от глаз посторонних. Постепенно все расходились, пока компания из пяти человек не осталась наедине с соседними надгробиями.

– И что теперь? Мы знаем, что его убили, но кто? – первым нарушил тишину Калеб, оторвавшись от книжки.

– Теперь нам нужно найти подозреваемых. У Марона уйдёт тысяча лет, чтобы узнать хотя бы крупицы информации о местных обитателях "школы магии", а мы и так всех знаем, – рассудила Мелисса.

– Ну или почти всех, – скептично добавил Юний.

– Это можно исправить, – хитро оскалился Авель.

– И все сплетни тоже, – дополнила мысль Стейс.

– У нас преимущество, в любом случае. Пора начать копать, – подвела итог Лиса.

Надгробная плита с надписью «Правда правит миром» сломала что-то внутри журналистки. Мечта Ника исполнилась, теперь он навсегда останется при Академии. В окружении докторов наук, лауреатов всевозможных премий.
    Очередной вопрос витал между сыщиками: сколько еще живым придется врать, чтобы добраться до правды мертвецов?