🦋Глава вторая🦋ддд
| АНДРЭ |
Глаза под тяжелыми веками начали ежесекундно дергаться из стороны в сторону. Я прикрыл лицо рукой, отстраняясь от попадания ярких лучей попытался перевернуться на другой бок, как вдруг тело почувствовало что-то холодное, словно кусок железа лежал подо мной. Наверное телефон. Попытаться перейти в сидящее положение помешала резкая головная боль, словно кто-то треснул дубинкой по макушке и ещё несколько раз потряс в разные стороны. Схватившись за голову, я прижал ноги к локтям и прищурившись прошипел про себя, вцепившись в густые рыжие волосы.
- Ау... Что вчера вообще было?
Голова настолько кипела, что даже не было сил элементарно подняться. Несколько минут я просидел, осознавая что вчерашний день кончился и начался новый. Пора что-то делать, карабкаться, цепляться за всевозможные пути, искать деньги чтобы просто выжить, а не остаться бродить по улицам, в поисках куска хлеба. Помотав головой, насколько это было возможно, я наткнулся рукой на телефон столетней давности. Экран включился и тот час высветилась сотня сообщений, притом все от одного человека. Однако я так и не разглядел, от кого - в глазах все мутнело. Пройдясь по шевелюре, я отбросил мобильник куда подальше и попытался привстать. Отыскав в шкафу потрепанную широкую футболку, что уже давно преобрела серый оттенок, влез в нее, как в мешок и побрел на кухню.
Маленькое помещение также было окутано теплом, создавая мягкий рассеянный свет. Кремовая стена и белый потолок придавали некий уют интерьеру в стиле Прованс. Слева висели соломенные тумбочки. На миниатюрном овальном столике со столешницей из дерева под солнечным светом можно было разглядеть оставшийся сахар в маленьком стеклянном блюдце, уже слегка засохшие круассаны, от которых уже не веяло ароматом свежей выпечки. Пустая упаковка от хлопьев небрежно валялась рядом с пачкой арахиса. Внутри все заурчало, словно голод постепенно брал надо мной верх. Обхватив руками живот и скрутившись от двойной боли я приоткрыл дверцу холодильника. Глаза увидели белую картину - пустоту. В нос сразу влетел резкий запах чего-то прогнившего, скорчив гримасу, я начал искать, что пришло в упадок. На дверце стоял кетчуп, с отклеенной этикеткой, а рядом яблоко, покрывшееся плесенью, больше напоминающее картошку. Чуть выше отыскались два яйца, по-видимому, последние. Отодвинув левый контейнер, взгляд упал на зелень, неужели пармезан? Повезло, так повезло, ничего не скажешь. Постепенно переходя к верхней полке на глаза попался уныло лежащий камамбер, единственное, отчего пахло едой, а не пустой оболочкой. Голова все еще дребезжала от боли и вернув взгляд на верхнюю полку рядом с сыром я заметил одиноко лежащий лимон. Не раздумывая схватил его и хлопнув дверь начал набирать воды в стакан. Кинув в прохладную жидкость лимон и пару кусочков льда, я начал делать глоток за глотком. Отодвинув и сев в слегка изогнутый стул облокотившись головой о стенку и задрав правую ногу на стул, продолжал утолять жажду, напрочь позабыв об аспирине.
Где-то в далеке доносилась вибрация телефона, но ноги совсем не слушались, мне хотелось просто посидеть в спокойствии хоть пару минут, не зависеть от кого-то и жить своими мозгами.
Допив "лекарство" я встав, слегка отдернул прозрачную воздушную тюль и мое лицо озарил дневной свет. Балкона не было, поэтому приходилось довольствоваться распахнутым окном. Я вновь поддался в раздумия. Сейчас бы сидеть где-нибудь в уютном местечке и смотря на бегущую жизнь попивать бы ароматный эспрессо, попутно макая свежеиспеченный круассан и наслаждаясь видом на Эйфелеву башню.
Отец всегда твердил мне одно: " Добейся в жизни самых грандиозных высот, но добивайся лишь того, что хочется душе и сердцу! ". В прошлом у него был свой ресторан, самый знатный в то время. Многие съезжались сюда лишь для того, чтобы попробовать его блюда. Кровавый бифштекс с поджаренной корочкой просто таял во рту, рататуй, приготовленный из самых свежих кабачков, тушёного перца и баклажана, а луковый суп был изысканнее некуда. Его отец, мой дедушка, был таким же известным во Франции, в то время шеф-поваром. Каждый день он включал мне мастер-классы про то, как соревнуются повары, чтобы зародить во мне такую же страсть к готовке. В то время отец восхищался Гордоном Рамзи - один из известных шеф-поваров мироудостоин в общей сложности 16 - ю звездами Мишлена. Отец каждый день смотрел то, как он создает шедевры и любил смотреть шоу: "Кошмары на кухне" и "Адская кухня". Однако в моем сердце уже с самого рождения было заложено лишь одно и один путь. Моя душа всегда лежала к приготовлению кофе, профитролей с заварным кремом, фондю, нежнейшего крема-брюле. Почти каждый день я смотрел мастер классы известных кулинаров и кофеманов Франции и мечтал, что в будущем я пополню их список собой. И отец полностью одобрял мои увлечения и направления в любимом деле и всегда поддерживал, говорил, что я обязательно добьюсь своих целей. С тех пор я и вспоминаю его слова и иду к своей мечте. Помню, мне рассказывали, как уже лет в пять я брал в руки венчик и пытался что-то там сварганить. Было забавно. Мне с детства хотелось иметь свое место, где я бы смог творить то, с чем родился, то, чем до сих пор живу.
Тишина и раздумия вновь прервали ужасное урчание живота. Привстав, подтянувшись во все свои 170 см я вновь открыл дверцу холодильника, однако ничего в нем не изменилось, а жаль. Схватив два яйца и пармезан я начал думать, что бы по-быстрому сварганить.
Почесав затылок я вспомнил вкус папиного омлета из детства. Помню его нежнейший аромат, который витал в воздухе, исходя из кухни, в которой отец что-то напевал и посвистывая топтался с ноги на ногу - словно он уже родился с этим. Привкус, окутывающий ребенка, словно нежные руки матери. Ох, как же это было давно. Через несколько минут я заметил, что омлет начинает подгорать и вышел из наслаждения царящей атмосферой. Свернув конвертиком омлет я перевернул сковородку и переложил на тарелку. Повторяя все движения, махи за отцом. Для завершения блюда как раз пригодился пармезан. Сев наконец на стул, начал медленно поедать творение искусства.
"Все же я превосходно готовлю".
По всей квартире витал в воздухе аромат приготовленного блюда и тепло от горящей сковородки. По телу вновь пробежали мурашки.
***
Спустя полтора часа и я уже сидел с набитым желудком, облокотившись об стенку стула. Оказавшись в комнате меня вновь окутали лишь: скудная атмосфера, серые стены, слегка облезшие обои свисали у пола, небольшая кровать с растрепаным одеялом и простыней и лежащий телефон на подушке. Солнце перешло в сторону кухонного окна и комната уже не казалась столь теплой и домашней. Вещи были также небрежно разбросаны, темно-синий шарф свисал со спинки белого стула, дверка шкафа была слегка приоткрыта и оттуда выглядывал серый пиджак, напоминая мышь.
- Надо отвлечься - почесав затылок и тяжело вздохнув я нацепил пиджак, поверх чистой футболки, найденной в шкафу и повязав шарф на шею надел черную вязанную шапку. Подойдя к зеркалу, вновь начал натягивать шапку на густую шевелюру, смахивая вылезающие кучерявые локоны то с лица, то с затылка.
Выйдя на улицу я вдохнул воздух, оглянулся по сторонам, на пролетающую жизнь и почувствовал ароматный запах свежесваренного эспрессо. Слегка насупил курносый нос и потер розовые щеки. Холодный порыв ветра дал понять, что осень берет город в свои владения. Затем опустив голову на асфальт я вновь устремил шаг в грядущую неизвестность.
Идя вдоль широких улиц я как всегда поглядывал на пролетающую жизнь людей. Одни куда-то бежали, интенсивно жестикулируя руками и параллельно разговаривая по телефону, другие медленно перебирали ноги, смотря себе под нос. Где-то вдалеке виднелась зеленая лужайка, на которой расположились друзья или молодая парочка, устроившая себе пикник в разгар дня. Как же много всего происходит в жизни. Спустившись с небес на землю, я вынул руки из карманов и хотел было потеребить золотые часы, подаренные папой перед тем, как он... Но в этот момент я резко подпрыгнул и сердце начало биться в сто раз быстрее и интенсивнее - рука была пуста, ни часов, ни малейшей частички от памяти.
- Чер-рт! - я резко начал копошиться в карманах в поиске телефона. - Дыр-р-явая голова!
Оглянувшись еще раз по сторонам я вновь сунул руки в карманы, ссутулился от холода и побежал к местному ресторанчику, в котором работал официантом Жером Пети и параллельно подрабатывал грузчиком. Нас с ним связывало лишь жалкое наличие общего босса. Из обрывков вчерашнего мне вспоминается, что вроде бы мы с ним виделись.
- Если часы не у него то... - отмахнув себя от дурных мыслей я вновь направился в неизвестность.