Antihero

Дженни выскакивает из колледжа сразу после окончания занятий. Весь день она избегала Джека, и даже в столовую не пришла, хотя получила кучу СМС от него. Ей нужно было подумать. Всё взвесить. Хоть раз в жизни без него.

Словам Карин она всё ещё верила с трудом. Не может быть такого, чтобы Джек - её Джек, мальчик, который в средней школе защищал её от злых нападок мальчишек, парень, который приютил её, после того, как собственные родители-алкоголики выгнали её из дома, и в конце концов, любимый человек, который в трудную минуту всегда поддержит и поймёт. Вот такой Джек. Вот таким она его знает и видит.

Сразу после колледжа Брукс едет в ближайшую больницу, в надежде на то, что если всё то, что сказала ей Карин - правда, её брат будет лежать здесь. На удивление девушки, старая медсестра, которая сидела за стойкой регистрации, без всяких проблем сказала ей номер палаты и этаж. Видимо, в этой больнице не особо-то следят за этим.

Дженни колебалась, и долго стояла за дверью палаты, не решаясь войти. В глубине души она надеялась, что по ту сторону двери никого не окажется. Что медсестра неправильно услышала фамилию, и в следствии, сказала номер палаты вообще другого человека. Что Карин и впрямь всё перепутала, как и сказал ей Джек, которому она так и не позвонила, чтобы напрямую узнать, правда ли всё это. Может потому что осознала, что Джек соврал бы ей? А она, как дура, конечно поверила бы ему. Потому что Джек Эванс идеальный. Он ведь не мог так поступить, не так ли?

Брукс стучит маленьким кулачком по обшарпанной деревянной двери. Вдыхает в лёгкие побольше воздуха, после чего входит в палату, ступая по старой, кое-где потрескавшейся, плитке подошвой дизайнерских туфель. И так и застывает на месте, не в силах и слова вымолвить.

На кровати сидел парень. Темные, как и у сестры, волосы были растрепанны, что придавало его образу некую неряшливость. Больничная пижама была слишком велика ему, из-за чего создавалось ощущение, будто под ней и не было тела как такового. Просто скелет, на котором всё ещё каким-то образом держалась кожа. Глядя на девушку, парень прищурился, а после потянулся к тумбочке, на которой лежали очки.

- Привет, я...

- Я знаю, кто ты, - брат Карин не даёт договорить, а просто перебивает девушку, и наконец поворачивается всем телом к проходу, позволяя Дженни получше его рассмотреть. - Ты же девушка Эванса. Тебя все знают. Дженнифер, да?

- Просто Дженни, - Брукс мнётся. Теребит ручки сумки, не зная, как себя вести рядом с ним. Взгляд парня столь проницательный, что девушке становится не по себе. - А ты...?

Парень усмехается. Устремляет взгляд вверх, как бы говоря: "Ну конечно, от куда тебе знать как меня зовут". После чего подносит руку к лицу, указательным пальцем поправляя спавшие на нос очки. Рукав его рубашки немного отодвигается, из-за чего становится видно перевязанные запястья.

- Я Эдди.

Дженни слегка улыбается, после чего подходит ближе и протягивает руку. Брюнет её действия не оценил, поэтому отодвинулся, испуганно взглянув на неё. И в этот момент, девушка понимает, что он боится её. Видит в ней угрозу.

Дыхание девушки перехватывает, когда она видит огромный синяк в районе ключицы. Брукс прикрывает рот рукой, пытаясь скрыть накативший на неё шок. Слёзы непроизвольно начинают катится по щекам, и блондинка пятится назад.

- Господи, что же он сделал с тобой...?

Парень молчал. Смотрел на девушку непонимающе, поправляя рубашку.

- Прости пожалуйста... Я... Я не знала, правда, я бы его остановила, клянусь... - Брукс плакала. Осознание того, что Джек действительно совершил такое, не укладывалось в голове. Девушку начинало трясти, и Эдди заметил это, поэтому  встал с кровати и медленно стал подходить к блондинке, протягивая к ней свои худые руки. Дженни замотала головой, и парень остановился. Она всё бормотала слова прощения, и делала бы это и дальше, если бы не пришла Карин и с криком не выставила её за дверь.

Когда блондинка вернулась домой, Джека ещё не было. Она медленно сняла туфли и прошла в ванную, дабы смыть с себя потёкший макияж. Слёзы всё ещё периодически катились по её щекам, а внутри была такая пустота, словно вырвали кусочек чего-то важного. Настолько важного, что без этого, казалось, невозможно существовать.

Больно, когда иллюзии рушатся, не так ли?

Больно, когда с тебя срывают розовые очки?

Больно. Настолько, что хочется кричать и рвать волосы на голове.