Отравление, Глава 3.
Когда приехали домой, было уже почти десять вечера. Эльвира пыталась отправить всех спать, но Мик, как обычно, захотел есть перед сном, это уже была его традиция. В итоге, сунув в микроволновку замороженные вафли, Эльвира смирилась с тем, что все семейство собралось на кухне, оживленную беседу прерывал Мик, вообразивший себя Иоганном Кванцем*.
Мик самоотверженно пытался исполнить нам на флейте мелодию, которая лишь ему казалась такой складной и звучной. Хохоча над братом, я смутно помнила, что вроде потеряла флейту на ярмарке, но, возможно, Мик успел ее подобрать, пока я была в ступоре от той жуткой ведьмы.
Постаравшись выбросить из головы неприятные воспоминания, я быстро глянула на Яна, который добродушно смотрел на свою семью, прихлебывая из маленькой стеклянной чашки крепкий кофе. Может быть, завтра расскажу ему о той странной встрече, хотя... может, лучше ему вообще не знать о пророчестве ведьмы. Ее слова казались сейчас полной бессмыслицей.
Так и не решив, стоит ли рассказать об этом хотя бы Саше, спустя час я уже засыпала в своей постели. Отяжелевшие мышцы расслаблялись, когда, уютно устроившись, я обняла подушку и закрыла глаза. День был насыщен эмоциями, что давало о себе знать усталостью.
Казалось, что я едва уснула, как вдруг чьи-то громкие возгласы выдернули меня из едва нахлынувших сновидений.
Тяжелая голова с трудом оторвалась от подушки, я пыталась разлепить веки, чтобы выяснить, что происходит за дверью спальни.
В коридоре горел свет, падая на ковер и освещая часть кровати Саши, но самой ее в комнате не было. Из коридора доносились встревоженные голоса, до меня не сразу, но дошло, но что-то случилось...
Соскочив с кровати, я, немного пошатываясь, вышла в коридор, щуря глаза от яркого света. Дверь в комнату Мика была открыта нараспашку, там тоже горел свет. Липкий страх волной прокатился по позвоночнику, словно на автопилоте я зашла в его спальню, еще на подходе учуяв запах смерти.
Возле кровати Мика на коленях с закрытыми глазами стояла Эльвира, держа сына за руку, а сам Мик...
Из моей груди вырвался резкий вздох.
Лицо моего брата было бледным, как полотно, но поразило меня не это... Под тонкой кожей были видны черные прожилки сосудов, покрывающие не только лицо, шея и руки тоже были покрыты ими... Глаза его были приоткрыты, и тяжелое прерывистое дыхание донеслось до моего слуха.
Я слышала, что он дышит, что его сердце бьется... Но вот только звуки жизни были такими тихими, словно тонкая нить вот-вот оборвется.
Пальцы Эльвиры нервно стискивали запястье Мика, ее магию исцеления невозможно было увидеть, но она пыталась всеми своими силами помочь сыну. Вливала в него свою энергию, от чего под глазами уже начали вырисовываться черные круги.
Саша стояла рядом с матерью и братом, прикрывая ладошкой рот. Увидев меня, она всхлипнула, показывая второй рукой на Мика, но не смогла выдавить ни слова.
- Что с ним? - шепотом спросила я.
Вместо Саши мне ответила Эльвира, ее голос прозвучал глухо и устало:
- Его отравили. Я уже видела такое... Это кома от яда триксиана...
Эльвира отчаянно зарычала, продолжая стискивать руку Мика, ее силы истощались.
- Астра... найди... Яна... - с трудом выговорила она, распахнув свои большие серые глаза.
Не задавая лишних вопросов, я кинулась к лестнице, ведущей на первый этаж, но по ней уже, перепрыгивая через ступеньки, несся Ян. Едва я успела убраться с дороги, он уже влетел в комнату Мика и опустился на одно колено рядом с женой.
- Все, что удалось собрать. Он протянул жене пучок желтых цветков, которые были вырваны из земли вместе с корнями.
- Да. Этого хватит.
Эльвира мотнула головой на Сашу.
Ян, все поняв, схватил дочь за плечо и резко встряхнул.
- Саша! Соберись, родная. Нужно, чтобы ты помогла мне сделать отвар. Астра, твоя помощь тоже понадобится. Принеси с кухни воду в кастрюльке... И... - он замешкался, неуверенно глянув на Эльвиру.
Ян никогда не занимался отварами, бальзамами и всем, что требовалось для искусства целителя. Эльвира обучала свою старшую дочь этим знаниям, и сейчас, когда мать отдавала все свои силы Мику, вся надежда на приготовление отвара ложилась на Сашу.
От окрика отца Саша словно пришла в себя. Прикрыв глаза, она глубоко вдохнула и начала перечислять, что нам понадобится. Я бегом носилась по дому, собирая все необходимое: кастрюля, половник, баночки с травами из кухонного шкафа, корни имбиря и еще какого-то белого сильно пахнущего растения.
Притащив все в комнату Мика, я вывалила на стол. Ян в это время нарезал кинжалом стебли цветов, принесенных с улицы, а Саша включала газовую горелку.
Дрожащими руками моя сестра поставила принесенную мной кастрюльку с водой на огонь и начала добавлять все необходимые ингредиенты.
К тому моменту, как отвар был почти готов, Эльвира уже чуть не теряла сознание. Из носа по подбородку текла струйка крови, капая на грудь. По светло-синей ночнушке расползалось красное пятно. Ее силы были на исходе. Но Мик все так же лежал на кровати, его губы были иссиня-черного цвета, а хриплого дыхания уже не было слышно.
Мое сердце сжалось от страха, когда я склонилась над ним, напрягая слух. Голова закружилась от облегчения — сердце все еще бьется.
- Дорогая, - встревоженно Ян присел возле жены, - всё готово, ты как?
Он осторожно вытер кровь с ее лица рукавом своей рубашки и приобнял.
- Готово! - воскликнула Саша.
- Подожди... Нужен... триксиан... - пробормотала Эльвира.
- Точно, - стукнула себя по лбу Саша. Чуть ли не плача проговорила: «Нужен источник яда, но где его взять?»
- Я знаю... - упавшим голосом ответила я.
Все удивленно уставились на меня.
А я чувствовала, как кровь отливает от моего лица, потому что я увидела... почуяла источник яда.
Со стороны изголовья из-под кровати торчал край флейты. Той самой флейты, которую Мик не выпускал из рук весь вечер. Флейты, которую я выронила где-то в толпе на ярмарке. Запах, который я уловила своим чутким обонянием, был едва слышен.
Вытащив флейту, я поднесла ее ближе к носу и поняла, что не ошиблась. От осознания кишки словно тугим узлом завязывались, я со страхом посмотрела на свою семью. Этот же запах я чуяла там, возле лавки с медом и душистыми травами. Перед появлением старухи...
*Иоганн Иоахим Кванц - немецкий флейтист, гобоист, композитор, теоретик музыки.