Глава 13
Отвратительное чувство. Словно следят за каждым твоим движением. Оно не покидало Сиэля вплоть до полного пробуждения. Находясь на грани между сном и явью, он ощутил пристальную слежку. Он осознавал, что только один человек может быть рядом, и не понимал, почему сейчас это настолько неприятно.
Открыв глаза, первым делом Сиэль обратил внимание на кресло, в котором должен был находится Себастьян. Но оно оказалось пустым. Ничего не понимая, парень огляделся по сторонам. Ни в постели рядом, ни в каком-либо темном угле, нигде не было существа. Однако, ощущения чужого внимания к себе не исчезло.
Сиэль поежился. Не нравилось ему начало нового дня. Все слишком подозрительно.
— Себастьян?
На его зов не откликнулись. По крайней мере не на словах. Скорее, на действиях. Причудливые тени заиграли на стенах и потолке, пока комната окончательно не погрузилась во мрак. Просто беспроглядная тьма. Жутковато было смотреть и не видеть ничего. Но еще страшнее стало то, что он совершенно перестал видеть..., а после пропала чувствительность тела.
— Себастьян! — в нарастающей панике закричал Сиэль, но почти не услышал своего крика. Тьма разрасталась, тянула за собой.
Распахнув глаза, Сиэль подорвался на постели. Его все еще трясло от пережитого сна, дыхание сбилось.
— Проклятье... — парень приложил руку к лицу, пытаясь прийти в себя. Слишком реалистично все было. Или же неприятные воспоминания были слишком свежи. Те несколько секунд пережитой тьмы, что нагнал на него... Дарк.
— Приснилось что-то плохое? — послышался тихий голос. Мужчина привычно сидел на своем кресле, и, подперев голову рукой, смотрел на Сиэля.
Парень закрыл лицо второй рукой, приходя в себя. Последний раз неприятные сны о Себастьяне снились, когда Свет подкидывал о нем воспоминания.
— Очень странный сон.
— Что-то обо мне? — безразличие сквозило в голосе. Хотя и сам мужчина понимал, что напрасно так притворяться.
Сиэль отнял руки от лица. Он добился полного успокоения, не осталось и следа от недавнего сна. И, поднявшись с постели, он привычно остановился возле кресла.
— Все в порядке. Ничего ужасного мне не снилось.
— Я заметил, — Себастьян окинул взъерошенного парня взглядом. Невольно вспомнилось то последнее беззаботное утро. Его маленький воробушек.
В отличии от пристального взгляда во сне, в реальности Сиэль мог разве что смутится и начать оглядывать себя на наличие определенной заинтересованности. И первое, что парень делал, пригладил волосы и поправил воротник на рубашке, по привычке пытаясь прикрыть небольшой след от зубов, что остался на шее, несмотря на то, что сейчас его уже прикрывала стерильная повязка.
Вот и конец душевному спокойствию. Стоило только вспомнить, что скрыто за воротом, который Сиэль нервно одергивает, как мужчину прошибает дрожь. Он винит себя еще и за то, что не излечил тогда раны, которые сам нанес.
— Мне наверно стоит пойти умыться.
Но кого он обманывает? Лучше было сесть к мужчине на колени и крепко-крепко обнять. Но нельзя. Можно лишь сжимать кулаки в разочаровании и уходить прочь. Однако сегодня Сиэль сделал удивительную вещь, когда на секунду прикоснулся к плечу Себастьяну перед тем как пройти мимо. Ему хотелось бы сжать ладонь чуть сильнее, показывая этим свою поддержку, но вовремя себя одернул. Хватило и того, что он нарушил свое слово.
Мужчина вздрогнул и повернул голову вслед парню. Ему ведь не показалось? Сиэль коснулся его. И это прикосновение, пусть и такое мимолетное, но оставило горячий след на коже существа.
С этого момента желание коснуться стало в два раза невыносимее. Сиэль пытался отвлечься, приготовить несколько блюд, убраться во всех комнатах (не считая спальни мужчины), и отвлечься новой историей, что каждый раз приносил Себастьян, но без толку. Его нереально тянуло к существу. Под вечер он привычно зашел в комнату, устроился на кровати, но все слова в книге пролетали мимо, парень не мог сосредоточиться на чтении, ведь его постоянно тянуло посмотреть на Себастьяна.
Так и пролетело время за косыми взглядами. Перед тем, как лечь спать Сиэль не стал ничего говорить, но мысленно попытался достучаться до существа, зовя по имени, прося подойти ближе. Однако, не дождавшись какого-либо действия (что было не удивительно), парень перевернулся на другой бок, туша почти догоревшую свечу.
Себастьян наблюдал за Сиэлем и замечал некую скованность левой руки. Не сложно было догадаться, что было тому причиной. Мужчина закрыл глаза, успокаиваясь. Слова о том, что он не контролировал себя и по сути не виноват просто смешны. Он виноват. Еще как. Во всем, что произошло с парнем виноват он.
Мужчина поднялся с кресла, подходя ближе к кровати. Такое спокойное лицо... рука сама потянулась вперед, очерчивая.
— Прости меня, малыш, — беззвучно шепчет Себастьян, мягко опускаясь на колени перед кроватью. По руке, что продолжала невесомо гладить парня, легкими импульсами стала поступать та исцеляющая теплая сила. Как только существо убедилось, что Сиэль полностью здоров, оно тут же вновь отошло от него, принимая привычную позу в кресле, будто бы ничего и не было.
***
Сиэль готов был ощутить боль при пробуждении. За несколько недель он привык ощущать ее каждое утро и не всегда показывать вид, что неприятно, ведь в большинстве случаев он просыпается в комнате Себастьяне. Не стоило лишний раз показывать, какие последствия оставил тот злополучный день. Однако, сегодня что-то изменилось. Сиэль открыл глаза, язык автоматически прошелся по губам. Парень с удивлением подмечал гладкость и отсутствие боли. Ничего не понимая, он сел на постели, пробуя подвигать руками. Все было в норме. Никакой простреливающей боли, отдающей в разные части тела. Последней проверкой стали следы на шее. Сиэль убрал повязку и все в том же недоумении провел пальцами по гладкой коже.
— Хах, — приоткрыл рот в подобии улыбки и наконец обратил внимание на Себастьяна. Сидит, как ни в чем не бывало. А ведь это именно он сделал. Кто бы еще мог совершить подобный трюк?
Сиэль выбрался из постели. Ему все еще непривычно был чувствовать такую легкость в теле и отсутствие боли. Не передать насколько теплые, сильные чувства заиграли в парне вновь. Столько дней переживаний и тоски. Теперь эти чувства отошли на второй план.
Сиэль не стал становится за спиной Себастьяна или вставать по правую сторону. Он присел на корточки напротив с теплой улыбкой смотря на мужчину. Один Всевышний знает, как сильно ему хотелось обнять, подарить свое тепло, ведь Себастьян поделился своим.
Мужчина же пристально наблюдал за парнем с момента пробуждения. И то, как он себя осматривал не скрылось от его взора. Он невольно напрягся, когда Сиэль сел перед ним. Хотелось куда-нибудь уйти от этого теплого взгляда, как после всего он может так смотреть?
— Не отстраняйся, — Сиэль двинулся вперед, кладя руки на подлокотники, но не касаясь рук мужчины, — ты только что сделал шаг навстречу.
Себастьян ничего не ответил и только отвел взгляд. Он сделал то, что должен был сделать уже давно.
Теперь можно было осмелеть на второй шаг со стороны Сиэля. Он пододвинул руку чуть ближе, пальцами прикасаясь к открытой темной коже существа, без преграды в виде одежды. И по телу дрожь прошла. Рука казалась такой горячей. Ощущения, как впервые...
Мужчина вздрогнул всем телом, быстро возвращая свой взгляд на парня. Он ожидал чего угодно, но только не того, что Сиэль попробует коснуться его так. Не после всего, что было. Поймав его взгляд, парень рискнул зайти дальше и полностью накрыть ладонью его руку. Как же сильно он скучал по простым прикосновениям. Как сильно их не хватало.
— Себастьян... — в одно имя вложено столько грусти, нежности и тоски.
Мужчина и вовсе был готов вжаться в кресло. Ну зачем? Зачем его провоцировать?.. Рука мелко задрожала, но тем не менее он не мог отстранить ее. Себастьян, хотел он того или нет, истосковался даже по таким легким касаниям.
— Ты же тоже это чувствуешь, верно? — Сиэль перевел взгляд на их руки, слегка двигая пальцами, тем самым слегка поглаживая кисть руки. — Слишком много времени прошло. Это тяжело.
— Тяжело причинять тебе боль, — Себастьян сжал руки в кулаки. — Это, по сравнению, ничто.
Конечно, он лукавил. Отсутствие прикосновений убивает его точно так же, как и осознание всего, что он наделал.
— Кого ты пытаешься обмануть? — слабо усмехнулся Сиэль, опустившись на колени. — Я не только вижу, но и чувствую, — взгляд указывал на сжатые руки и мелкую дрожь. Это не проходит бесследно. Но и у него самого реакция была не лучше.
— Я не могу позволить тебе страдать из-за меня, — мужчина впервые за долгое время полностью показал свои эмоции. Лицо в секунду искривилось болью и горечью. — Я не выдержу, если снова причиню тебе боль.
— Единственное страдание, что я испытывал все эти дни, заключалось в полном отсутствии возможности быть рядом с тобой. Так, как этого хочется мне. Касаться, обнимать, целовать. Все исчезло в одно мгновение. Но выбор был невелик. Либо так, либо я исчезну навсегда. Даже представить страшно, но если бы ты окончательно принял это решение, я... — Сиэль прикрыл глаза. — Я принимал бы это. Как бы тяжело не было. А сейчас я вижу в тебе сомнения. Ты тянешься ко мне навстречу, и в тоже время закрываешься. В тебе нереальный страх причинить мне вред. Я не знаю... Что ты чувствуешь сейчас, Себастьян? Когда я касаюсь тебя.
Мужчина долго молчал, не сводя глаз с парня. Все, что он сказал...и когда только Сиэль стал таким проницательным?
— Желание коснуться тебя порой бывает сумасшедшим, — когда надежда на ответ почти угасла, заговорил Себастьян. — И останавливает меня только то, что я знаю, какую боль могу причинить, пойми меня, Сиэль. Я чувствую, как все мое тело замирает, а душа трепещет от одного твоего касания. Но я не могу позволить себе опять поддаться эмоциям.
— Но ты понимаешь, что это не может продлиться вечность, верно? — с огромным нежеланием, но парень прервал их контакт, опуская руки. — Я первый, кто поддался искушению и не уверен, что после этого все вернется к привычному кругу. Таким образом, — руки сжаты в кулаки, подавляя дрожь. — Будет проще избавиться от меня. Если ты так не уверен в своем контроле и фобия становится все сильнее... — по щеке скатилась первая слеза, ведь Сиэль сам подписывает себя к существованию без Себастьяна. — Я могу уйти.
Себастьян с замиранием сердца следил за кристальной слезой. Сейчас, его собственное некогда заявление, высказанное Сиэлем, совершенно выбило из колеи.
— Нет, — мужчина опустил голову, обреченно усмехаясь. — Я, похоже, стал мазохистом. Но от мысли отпустить тебя я отступился еще тогда. И не собираюсь вновь к ней возвращаться. Если только ты сам не пожелаешь уйти. Нет, — Себастьн закрыл лицо рукой. — Я не отпущу тебя даже тогда. Буду мучить и себя, и тебя своим эгоизмом, но не отпущу.
Одна лишь невозможность к прикосновениям обоим приносило страдание. Не разорваться, не принять решения. Как тогда быть? Сиэль осторожно прикоснулся к колену мужчины, а ко второму осторожно приложился лбом.
— У меня не такая хорошая выдержка, как у тебя. Я уже сорвался.
За все это время мужчина ни разу не коснулся парня сам. Не считая разве что того момента, когда излечил его от ран. И сейчас он разрывался между страданиями Сиэля и своим страхом ему навредить. Но смотреть и дальше на него в таком убитом состоянии было невозможно. Он опять сделал лишь хуже. Рука Себастьяна медленно потянулась к волосам парня, невесомо поглаживая.
Сиэль вздрогнул от одного лишь прикосновения, но осторожно поднял голову, заглядывая мужчине в глаза. Себастьян не смел более шевелиться, казалось, окончательно превратившись в статую. Не зря ли он поторопился? Ответное касание напомнило то время, когда Себастьян ответил на чувства Сиэля. Насколько тогда его касания изменились для парня. Приводило в восторг, заставляло дрожать, а кожа горела.
Сиэль опустил глаза чуть ниже. После нескольких секунд на губах появилась слабая улыбка. Он опустил веки, склонил голову еще ниже, пока снова не коснулся колена мужчины лбом. Своим действием он подталкивал существо к прерванной ласке.
Себастьян отчасти расслабился, на этот раз глубже зарываясь пальцами в волосы. Как же давно он не касался его... как же сильно успел истосковаться по простым невинным касаниям. Мужчина удивлялся сам себе. Идиллия, какой не было очень давно. Ее не прерывали никакими словами или лишними действиями. Сиэль старался меньше двигаться, только прикрытые глаза и порой сжатые в кулак руки, показывали насколько приятны ему ласки существа. Себастьян быстро остановил в себе порыв обнять. Нет, еще рано. Он отстранился от него, напоследок проведя ладонью по лицу.
— Тебе пора завтракать.
Сиэль по-детски потянулся руке вслед, но вовремя остановил себя. Так мало ему было прикосновений, что он не удержался, а с губ чуть не слетел разочарованный стон.
— Хорошо, — кивнул парень, поднимаясь с колен. И все же странно было ощущать себя таким... здоровым. — Ты останешься здесь?
— Пойду с тобой, если позволишь.
— Я никогда не запрещал.
Сиэль отвернулся, скрывая слабую улыбку. Они ведь сдвинулись с мертвой точки. Вскоре все вернется на круги своя. По крайней мере парень очень хотел в это верить. Об этом он размышлял и во время приема пищи. Со вчерашнего дня еще осталось много чего приготовленного. Но после короткого взгляда на Себастьяна, который прибывал в таких же раздумьях, Сиэль вдруг вспомнил об одной занимательной вещи. Вопрос, что они обсуждали очень давно, но так не разу и не воплотили в жизнь.
— Себастьян, что ты думаешь насчет своего дня рождения? Ты ведь появился в летний период.
— Снова ты об этом, — мужчина не сдержал легкой усмешки, поднимая на Сиэля взгляд. — Как я и говорил, для меня не имеет значения день, когда я появился.
— Для меня имеет. И очень большое значение, — улыбнулся парень. — К тому же после событий четырехлетней давности, в период этого же времени, когда ты воскрес, я невольно посчитал это началом новой жизни. Как ты считаешь?
— Вполне можно так считать, — Себастьян кивнул. — Ты помнишь число?
— Семнадцатое августа.
— Что ж, тогда будем считать это днем моего рождения, согласен? — мужчина с улыбкой смотрел на парня.
— Согласен.
А если сильнее упираться на это число и год, то выходит, что Себастьяну исполнится четыре года. Это милое маленькое число невольно заставило парня прикрыть рот, издавая тихие смешки.
— В чем дело?
— Нет, — Сиэль прокашлялся, приводя себя в порядок. — Все нормально. Просто странные выводы лезут в голову.
— Не поделишься?
— Если отталкиваться от дня твоего перерождения, то через несколько дней тебе должно исполнится четыре года.
Себастьян не сдержал тихого смеха.
— Хотел бы я, чтобы так было на самом деле.
Но это только слова. Начало новой жизни с полным воспоминанием старой, без каких-либо изменений. Сиэль продолжил прерванный завтрак, не выпуская этой мысли из головы. Если бы действительно можно было дать Себастьяну так мало лет жизни, по меньшей мере это выглядело бы странно. По средней — забавно. По большей — довольно дико.
— Значит, ты согласен отпраздновать? — после завтрака, когда они вернулись в спальню, спросил Сиэль.
— Согласен, если это тебя порадует хоть немного, — Себастьн привычно устроился в кресле.
Вновь сидеть на коленях Сиэль больше не хотел, но и устраиваться в кровати не было желания, раз Себастьян решил остаться на своем месте. Сиэль решил вопрос быстро, пододвинул свободный стул предельно близко к креслу, и сел напротив. Было бы воля, парень и на коленях мужчины устроился.
— Меня это порадует не немного. День выйдет особенным.
— Я счастлив, если счастлив ты, — мужчина чуть подался вперед. — Даже страшно, насколько наши эмоции зависят друг от друга.
— Это не страшно, — Сиэль потянулся следом, беря руки мужчины в свои. Еще несколько сантиметров их разделяло от соприкосновения лбов. — Тебе просто сложно привыкнуть. Например для меня, это естественный ход событий. Сколько мы находимся с тобой вместе, твои эмоции всегда влияли на мои и я не считал это чем-то странным. Это в порядке вещей для тех, кто тебе не безразличен. Кто очень дорог.
— Вероятнее всего ты прав. Это нормально, если ты любишь кого-то, — Себастьян грустно улыбнулся, прикрывая глаза.
Кривая усмешка появилась на губах всего на несколько секунд. Это был идеальный момент, чтобы задать мужчине один простой, но очень важный вопрос. Конечно, сомнений в чувствах существа не было, Сиэль верил ему безоговорочно, но все же... Для него, человека, важны эти заветные три слова, которые он не услышал от Себастьяна в тот день.
Но и сейчас он не услышал. Потому что промолчал. И неизвестно, что именно его остановило от вопроса.
Избегая неловкого момента, который создал сам, Себастьян вновь откинулся на спинку кресла, но все же не отпустил рук парня из своих. Он и сам не понимал, почему все не скажет те простые слова. Нет, он ни в коем случае не сомневался в своих чувствах...но он не понимал, что оставнавливало его всякий раз.
— Сходим на озеро? — после долгого неловкого молчания спросил парень. — Погода довольно приятная.
— Конечно, — Себастьян улыбнулся.
Довольно давно они никуда не выбирались. Идея пришла неожиданно, но довольно своевременно для их ситуации. Отойти от проблем, пусть и на время, расслабиться и отыскать покой. Они вышли из дома и не торопясь пошли уже хорошо изученной тропой. Они часто гуляли здесь, когда Сиэль был еще маленьким. Мужчина улыбнулся от приятных воспоминаний, переводя взгляд на идущего рядом парня.
Добравшись до места, Сиэль вдохнул поглубже с улыбкой закрывая глаза. Смешно конечно, но даже запах казался здесь другим. Прекрасное место, к которому они не часто приходили. Парень уже и не помнил, когда в последний раз они плескались в озере.
— Пойдешь со мной? — спросил Сиэль, на ходу расстегивая пуговицы на рубашке.
Себастьян кивнул, привычным движением руки убирая с себя лишнюю сейчас одежду и первым зашел в воду.
— А на мне так сделаешь? — Сиэль развел руки в сторону, ожидая эффекта на себе.
Мужчина усмехнулся, убирая одежду и с парня. Отчего-то стало казаться, что ситуация медленно, но верно выходила из-под контроля.
Стало немного холоднее. Да и ощущения странные, когда все мгновенно исчезает с тебя. Сиэль не отводил взгляда от мужчины, и, конечно же, старался не опускать взгляд ниже лица, иначе поддастся искушению.
По началу вода казалась просто ледяной (по коже поползли мурашки), но чем дальше заходил, тем быстрее привыкал. Правда, окунуться с головой не рисковал. Это маленький страх ощутить больший холод останавливал.
— Может, остановишься уже?
Себастьян послушался, сжимая руки в кулаки. Ну это просто слишком. Ну не идиот ли он, что согласился? Как теперь, после всего, вообще смотреть на парня?
Сиэль подплыл ближе. Вода, что была ему по шею, для Себастьяна была по грудь.
— Ты решил заплыв сделать?
— Давай подойдем ближе к берегу, — бывшее Божество обернулся, — Тут дно не устойчивое, а ты и так едва стоишь.
Когда они отплыли ближе к берегу, где вода доставала Сиэлю до груди, он закусил внутреннюю сторону губы, стоило только обернуться, чтобы увидеть позади Себастьяна. Не мог остановить взгляд на одном лишь лице. Желание повиснуть на идеальном и до одури желанном теле, как когда-то в детстве, было просто нереальным. Даже в период своего полового созревания такой тяжести не было.
Себастьян вздохнул, подходя к Сиэлю сзади почти вплотную.
— Знаешь какое это для нас обоих искушение?..
По телу прошла дрожь. Сиэль прикрыл глаза, чувствуя его так близко. Только отойти на шаг назад и можно прижаться к горячей коже и с контрастом ощутить, как холодные после воды руки обнимают. Сиэль издал тихий рык, вскинув голову вверх.
— Хочется... невыносимо...
Но его рычание не шло ни в какое сравнение с тем, что издал Себастьян, резко поднимая парня, и сажая к себе на талию. Губы впились в податливые напротив, нежно обводя языком, лаская, но от этого не менее страстно. Словно после долгой изнуряющей жары наброситься на живой источник кристальной воды. Руки хаотично двигались по спине, шее, зарывались в волосы, сильно сжимая, порой оттягивая. Сиэль принимал жадные, дикие поцелуи, покусывая в ответ с несдержанными стонами. Они отстранились всего на мгновения, чтобы вновь наброситься. Ничто не опишет тот ураган эмоций, что царил внутри Себастьяна, сметая все запреты, страхи и наложенные табу. Руки скользили по влажному прохладному телу, и мужчина не сдержался, проводя языком по шее парня, собирая капельки воды.
— Себастьян!.. — пальцы впились в плечи мужчины, голову парень откинул назад, давая больше доступа. Он сходил с ума от того, что вытворял с ним любимый. Так долго не иметь возможности прикасаться, а теперь они буквально набросились друг на друга. Сиэль готов был отдаться прямо здесь и сейчас, и мысли об этом лишь сильнее подстегивали желание. Возбуждение росло с каждой секундой.
И вновь громкий, животный, рычащий стон. Себастьян контролировал себя уже совершенно автоматически. Да и холодная вода неплохо ему в этом помогала. Он спустился хаотичными поцелуями по шее Сиэля к груди, куда только мог дотянуться. Горячо, жарко, безудержно. Себастьян прикусил мочку уха парня, опуская его немного ниже, давая ощутить собственное возбуждение.
Сиэль получал какое-то мазохисткое удовольствие, когда Себастьян не сдерживался и жаркие, жадные поцелуи переходили в безудержные укусы. Это сладкая боль смешивалась с всеобщей страстью, а когда парень ощутил насколько возбужден мужчина, стон-рык сорвался с губ, одна рука переместилась на шею, вторая на затылок, и Сиэль притянул его к себе для повторного поцелуя, впуская в ход зубы.
Мужчина застонал. Нет сил держаться, они должны попробовать. Но стоило только этой мысли прозвучать в голове, а руке самой потянуться к резинке трусов, как на небе вдруг сверкнула молния, а следом раздался оглушающий раскат грома. Себастьян отстранился от Сиэля, стараясь скрыть ярость на нежеланного гостя.
— Тебе мало было, мразь, людей убивать, — голос нового знакомого был очень громким и сам походил на гром. — Так ты решил мальчика под себя постелить.
Сиэль несколько ошалевший от всех неожиданностей в одно мгновение несколько притупленно наблюдал за возникшим... нелюдем. Человеком назвать это создание язык не поворачивался. Таких персонажей Сиэль видел разве что на картинках и назвал бы стоящего рядом старца древнегреческим Богом или если оттолкнуться от сказок, то мудрым волшебником. Но его грозный вид отметал все слова близкие к «доброте». Он явно пришел не просто поздороваться. А обращение к Себастьяну и вовсе возмутило парня, но он предпочел промолчать, ведь неизвестно, что будет, если он откроет свой рот без разрешения.
— Не встревай не в свое дело, — Себастьян начал медленно выходить из воды, но все так же держа парня на руках. — И этот ребенок все для меня.
По небольшой полянке прокатился громкий смех. Новое Божество явно испытывал что-то сродни отвращению.
— Ты сам-то слышишь себя? С каких это пор ты, урод, перестал убивать всех подряд? Когда нашел себе более интересную игрушку? — короткий взгляд на Сиэля, которого к тому времени уже поставили на землю, заботливо одели и высушили. — Сердце мальчика?
— Он со мной по собственной воле, — кинул мужчина уже надоевшую фразу. Сколько раз за все время, проведенное рядом с Сиэлем, он успел это повторить?
— По собственной в...о Боги! — молния вновь сверкнула в небе, а за ней и огрушительный грохот. — Да ты не оставил ему выбора! Признайся уже, что с самого начала ты желал себе этого мальчишку! И ты сам убил его родителей и дал иллюзию выбора! Ты знал, что он пойдет за тобой!
Сиэль скривился и не знал от чего больше, от неприязни или от оглушительного грохота старика. Он пугал своей непредсказуемостью. Слишком... вспыльчивый что ли. И из всех, кого Сиэль успел встретить из Божеств, этот ненавидит Себастьяна больше всех. Такого презрения парню еще не доводилось встречать. Ему и не хотелось выслушивать оскорбления, что Божество не стеснялось кидать, однако Сиэль не мог не зацепится за разговор, касающийся его родителей. Обвинение в том, что Себастьян виновен в их смерти показалось парню диким. И все равно заставило задуматься.
Если бы тогда, восемь лет назад, они не встретились, ничего бы не произошло. Сиэль жил бы своей обычной человеческой жизнью, его родители были бы живы, а он сам, возможно, нашел бы девушку, а после создал собственную семью. А Себастьян бы продолжил свое существование. Одинокий, поглощенный собственной тьмой. Сиэля передернуло.
Себастьян скосил взгляд на парня, замечая, как тот задумался. Нет, только не сейчас. Он не может потерять его сейчас!
Существо объяла ярость на Божество, что вновь спутало все планы. Всю округу вмиг затопила тьма.
— Если бы я знал, какую боль испытает этот мальчик от встречи со мной, никогда бы не показался ему, — нарочито спокойным голосом ответил Себастьян, делая пару шагов вперед. — Ты же видел все сам.
— Знай свое место, жалкая пародия на Божество, — молнии стали сверкать чаще. — Ты никто. Лишь образ, тень собственного брата. Это омерзительно, что такой как ты, смеет трогать такое светлое создание.
— Говорить ты можешь что угодно, но, — Себастьян оскалился. — Ты никогда не встанешь на ступень выше. И даже если я тень своего собственного прошлого, ты стоишь ниже меня.
Начало происходить нечто невообразимое. Тьма, по велению хозяина, вмиг смешалась с водой и затопила все вокруг, не считая, разве что, Сиэля. Густая, вязкая субстанция окутала ноги Бога Грома, стремительно распространяясь по всему телу. Стягивая и забирая силы.
Сиэль не понимал, что происходит. Он многое повидал, но даже сейчас не мог толком разобраться. Все навалилось слишком неожиданно. Вокруг творилось не пойми что. Он знал силу Себастьяна, знал в какие формы она может превращаться, но то, что происходило сейчас, ему не доводилось видеть. За какое-то короткое время он сумел осушить озеро, и погрузить всю местность вокруг в сплошную тьму.
— Да что происходит?..
Когда Гром был почти полностью окутан тьмой, он внезапно пустил по жидкости сильнейший ток, и все вокруг заискрилось. Не стал исключением и Себастьян, так же прошибаемый молниями. Боль объяла все тело, но он не смел произнести и звука, молча терпя пытку.
В один момент все прекратилось, стоило только субстанции в конце концов испариться.
— Я не знаю, кем считает тебя этот малыш, но всю кровь в твоем прошлом не смыть заботой лишь об одном человеке. И что ты будешь делать, когда он умрет? С новой силой пойдешь убивать? Я в этом не сомневаюсь. — Гром растянул губы в улыбке и перевел взгляд на Сиэля. — Ты лишь игрушка в его руках, не обманывайся, малыш.
На этих словах Себастьян хотел вмешаться, но его остановила еще одна ослепляющая вспышка, ударившая на этот раз в подозрительно знакомом направлении.
— Будь готов к встрече с судьбой, Тьма, — прогремело напоследок Божество, исчезая.