Принцесса Теней

Я нахожусь в лаборатории около трех месяцев. За это время ученные провели несколько экспериментов, чтобы понять на сколько сильный барьер, и как долго я могла пользоваться им. Также они проводили подобные опыты с моим телекинезом и телепатией. О которых они быстро узнали, а также они начали проверять на что я ещё способна.

Меня немного удивил тот факт, что они не узнали о других способностях, которые я продемонстрировала Светлане. Но позже сама учёная призналась, что не стала рассказывать об этом на собрании. Понимая, что она нарушила прямой устав лаборатории и несколько пунктов в своём договоре. Однажды один из учёных во время очередного эксперимента упомянул приют, из которого меня забрали. Он говорил своим коллегам, что некоторые работники приюта перед тем, как отдать меня рассказывали о моих способностях. Но другой, перебив коллегу, упомянул, что в большинстве случаев, когда забирают таких детей, работники приютов, детских домов, а порой и сами родители выдумывают, что у ребёнка есть две или больше способностей. Позже он добавил, что именно из-за такого количества дезинформации, с верху поступил приказ, о том, что любая информация о способностях подопечных полученная от третьего лица без какой-либо доказательной формы не подлежит восприятию. И закрыв тему они продолжили эксперимент.

Через неделю моего пребывания, началась учёба и военная подготовка. Две недели со мной занимались отдельно. Но когда я догнала остальных, меня перевели в класс, в котором обучались дети примерно моего возраста. Позже Люси мне объяснила, что классы разделены между собой по возрастным группам. Всего их четыре: дети возрастом семи, восьми и девяти лет входят в первую группу; дети — десяти, одиннадцати и двенадцати лет во второй группе; тринадцать, четырнадцать и пятнадцать лет — третья группа; а шестнадцати, семнадцати и восемнадцати летние в четвертой группе. В основном у детей из первых двух групп занятия ведутся на этом же этаже. Они проходят расширенную школьную программу, основы выживания, а также теорию по военной дисциплине. У третьей и четвертой группы обучение проходит на верхнем этаже. Их обучают по расширенной и объединённой программе институтов, а также они проходят практику по военной дисциплине и выживания в дикой местности или при чрезвычайных ситуациях. А также они проходят практику по профессии, которую выбрали. В конце обучения подростки сдают экзамены по всей теории и двум дисциплинам.

Также я подружилась со Светланой и Анной, и возненавидела медсестру Ирину, которая за это время на моих глазах уводила Марго, Петю и других детей лишь из-за того, что они ей неприятны. И каждый раз, когда они возвращались, я лечила их в своей комнате, под предлогом, что они никому не расскажут об этой способности. А несколько дней назад была тревога, нам не разрешали покидать комнаты весь день, поэтому нам приносили еду в комнаты. Позже среди детей поползли слухи о монстре, который сбежал, и что именно из-за него была тревога.

***

Сегодня по громкоговорителю поздравили некоторых ребят, в том числе и Петю, с днём рождением, и сообщили о том, что нас ждёт праздничный обед благодаря их хорошему поведению за этот год.

— А я и забыл, что у меня день рождения! – прыгая от радости сказал Петя.

Мы с Люси поздравили его, и все вместе пошли в столовую. Марго и Катя уже сидели за нашим столом.

— О, Петя, мы слышали у тебя день рождения. Поздравляем тебя и желаем всего самого лучшего! – весело сказала Марго.

— Давайте после обеда поиграем в салочки. – предложила Катя.

Мы все согласились и стали обедать. После обеда мы весело и дружно играли в салки. Я отвлеклась на Светлану, которая вошла в комнату, споткнулась и упала. Почувствовав сильную боль в ноге, я не смогла встать. Заметив меня, она подошла и помогла подняться с пола. Когда к нам подбежали мои друзья, Светлана поздравила Петю с днём рождения и вручила подарок. Это была толстая книга про галактических пиратов с красивой переливающейся обложкой, на которой была нарисована небольшая сценка из книги. На ней были изображены пираты, которые сражались со своими врагами за какое-то сокровище. А затем отвела меня в медицинский блок. Врач осмотрел ногу и сказал, что я просто вывихнула лодыжку. Он сделал тугую перевязку, назначил покой и обезболивающие таблетки на ночь. Светлана отвела меня в комнату и помогла сесть на кровать. Когда девушка собиралась уже уйти, я попросила её остаться, и она согласилась.

— Спасибо, что остались.

— Не за что. Нога сильно болит?

— Нет только, когда шевелю или наступаю на неё.

Когда Светлана села рядом со мной, грустно вздохнула и о чем-то задумалась.

— Светлана, можешь немного рассказать о себе, и как ты сюда попала?

— Хорошо. Я училась в университете им. Ломоносова на психолога. За время учёбы у меня появился друг Артём. Он учился на био-инженера. Мы часто были вместе, и нас прозвали «свет и тьма», а также «ин-ян». И на общих парах даже преподаватели нас так называли, поскольку мы не только сидели за одной партой и были лучшими друзьями, но и встречались. А на осеннем бале нас провозгласили «королём и королевой балла».

Учёная слегка улыбнулась, и на её щеках появился розовый румянец.

Вокруг наступила тишина. Наблюдая за ученной, я заметила, что она погрузилась в тёплые воспоминания, когда ещё училась. Это было видно по её улыбке, которую Светлана не могла сдержать.

— Когда я защитила диссертацию, мне предложили преподавать на факультете психологии, и я согласилась. Артём стал работать в военной лаборатории по своей профессии, и мы часто писали друг другу письма. Однажды после уроков, ко мне подошёл директор благотворительного фонда нашего университета и предложил работу в центре изучения детей с «особенными» способностями. Как он тогда выразился? Ах, да: «тем более это по теме вашей диссертации».

— А о чем ты писала в своей диссертации?

— Если объяснять научным языком, то это долго и не понятно. А вкратце, я рассказывала о том, как сильные эмоции действовали на детей со сверхъестественными силами. В своём кабинете директор позволил мне ознакомится с контрактом от этого центра. Меня смущал один пункт в контракте, о безопасности и неразглашении, где говорилось о том, что на время работы в центре, его нельзя было покидать, и запрещено всякое общение с кем бы то ни было за пределами центра. Но связи с тем, что у меня нет семьи и эта работа была высокооплачиваемой, я согласилась. Дома я написала последнее письмо Артёму, в котором рассказала о предложении директора и о месте, в котором я согласилась работать, и собрала свои вещи. На следующий день за мной приехала машина. Приехав на место и выйдя из машины, я испугалась и подумала, что меня обманули. Потому что я стояла по среди леса, а передо мной были заброшенные здания. Ко мне подошла женщина, поприветствовав меня, она представилась Татьяной, заведующей отделом по работе с кадрами, и попросила пройти за ней. Я сразу заподозрила, что что-то было не так, но не могла понять, что именно было не так, и просто последовала за ней. Мы шли к небольшому сарайчику, который находился возле нескольких заброшенных зданий. По пути к нему я обратила внимание на табличку, лежащую на земле. На ней было написано: «Оздоровительный санаторий «Ласточка». Когда мы подошли к сараю, и Татьяна о чем-то разговаривала с одним из охранников, я успела немного рассмотреть этот сарай. На вид он был самым обычным, только вход в него хорошо охранялся, и двери сарая были сделаны из толстой бронированной стали. Внутри между полками с инструментами были ещё одни двери, а когда они открылись, я поняла, что это был лифт. Мы с девушкой зашли в него, и поехали на первый этаж. Этот этаж был оборудован тогда в виде главного холла. Там меня проверили на металлодетекторе, а также все мои вещи на наличие запрещённых предметов. Потом на ресепшене мне выдали уже готовые документы, а также ключи от спальни и кабинета, в котором я должна была работать. Затем она отвела меня к другим лифтам. Они были расположены в шахматном порядке. Каждый из них вёл в определённый блок лаборатории. Зайдя в один из них, мы отправились на последний этаж. Я помню, что спускались очень долго, а когда лифт остановился, мы вышли в коридор. Тогда он был ещё освещён, а возле лифта не было охраны. Татьяна мне рассказала, что я буду работать в этом блоке с детьми, и показала мой кабинет, который находился в конце коридора. Дальше она показала жилой блок, в котором жили все ученные и медперсонал этого места. Он был разделён на сектора, которые соединялись друг с другом широким коридором, в конце которого была общая кухня. Я почти сразу поняла, что меня завербовали в какую-то лабораторию. Но никак не могла понять для чего им нужны были дети.

— А в чем была разница в этих секторах?

— В них жили учёные, работающие на разных этажах, так же они различались по степени секретности и тем самым по уровню доступа. Например, у меня уровень доступа пятый, я могу посещать все комнаты на этом этаже и некоторые на верхних, но не могу находиться в местах с секретными разработками и почти во всех лабораториях. ... В первые дни работы я и не подозревала, что здесь делают на самом деле с детьми. Я просто общалась с ними, когда они ко мне приходили. Примерно в это время я познакомилась с Анной и её младшим братом, им тогда было по пятнадцать и тринадцать лет. Меня встревожило, что через некоторое время психическое состояние детей ухудшалось, и они воспринимали меня за врага. В конце концов я решила, что любыми способами должна стать для них единственным другом среди взрослых, раз остальные сотрудники лаборатории жестоко обращались с ними. Однажды я заметила, как ребёнка насильно тащили в какую-то комнату. В этом ребёнке я узнала Майкла, брата Анны, когда он повернулся ко мне и звал на помощь. Но ему закрыли рот, ударив в живот, от чего тот отключился. Позже в моем кабинете он рассказал мне, что эти люди делают с детьми. Я его успокоила и сказала, что никогда нельзя сдаваться и терять надежду того, что он с сестрой выберутся от сюда. А вечером того же дня, когда я возвращалась в спальню, я увидела, как охранники обсуждали побег детей и несли куда-то пакеты с трупами, среди которых по размеру были похожи на детские. Я сильно испугалась, когда поняла, что на самом деле эта лаборатория из себя представляла и почему запрещают покидать её. Через некоторое время Майкл мне рассказал, что он и ещё несколько детей собираются сбежать. Я пыталась убедить его не делать этого. А также подумать о своей сестре, и что эти люди с ней сделают если он сбежит, но он меня не слушал. Позже Генри, его лучший друг, убедил меня, что Анна ничего не знает о побеге и заставил дать ему обещание, что я ничего не расскажу, потому что в то время в кабинете ещё не было камер. В день побега эта группа детей дождалась выключения света, и они побежали к лифту. Им удалось выбраться из лаборатории, но их быстро поймали, а тех, кто пытался из последних сил сопротивляться, просто убили. – продолжила она.

— А Майкла тоже поймали или его убили с теми, кто сопротивлялся, и что стало с Анной?

— Майклу каким-то образом удалось спрятаться и его не нашли. Он добрался до посёлка, а потом пропал. Анне просто повезло в том, что она и в правду не знала о побеге. Ну, а дальше, ты сама догадаешься.

— Получается Майкл и есть тот мальчик, которого обсуждали охранники, когда я только пришла, а медсестра Анна его старшая сестра?

— Ты права. У Майкла есть способность проникать в сны Анны. Однажды она мне рассказала, что её брат жив и живёт в отеле возле озера на окраине леса. Сейчас мы с Анной пытаемся найти способ связаться с ним.

— А почему он может проникать в сны только Анны и не чьи больше?

— На одной из встреч Майкл рассказал мне, что он может проникать и в чужие сны, только для этого ему нужно получить разрешение от человека в чьи сны он хочет проникнуть, иначе все сновидения, в которые он насильно пытается проникнуть, становятся кошмарами, от которых человек не может нормально спать несколько дней.

Ещё немного поболтав со мной учёная взглянула на часы, встала с кровати и направилась к выходу.

— Знаешь, после нашей первой встречи у меня появилась мысль, что именно ты сможешь спасти всех детей. И вернуть их в семьи. Пожалуйста никому не рассказывай наш разговор, я не хочу, чтобы у нас были неприятности из-за этого. – спустя некоторое время сказала она и вышла из комнаты, пожелав всего лучшего.

Я встала с кровати, достала дневник из потайного ящика и села за стол. В дневнике кратко написала наш разговор, её просьбу и записала свои мысли по поводу того, что я смогу спасти всех ребят из этого места. Я не пошла на ужин, поскольку ещё была сыта обедом и мне было больно наступать на ногу, так что весь вечер я пролежала в кровати и крутила ручку в воздухе.

***

Светлана сидела в своём кабинете и готовила докладную к общему собранию, которое было запланировано на завтрашний день, когда в её кабинет вошёл Артём. У него были темно каштановые волосы, выразительные карие глаза. Его белый халат почти не скрывал мускулистое тело. Но его взгляд говорил, что он милый маленький котёнок в теле льва, который даже мухи не обидит. Она его не заметила, поэтому он положил свою руку на её плечо и поздоровался.

— Артём? Это правда ты? Ты сильно изменился! Я так рада тебя видеть! Как ты здесь оказался? – спросила Светлана, обнимая его.

— Эй, полегче, ты меня задушишь! – с улыбкой ответил Артём.

Светлана освободила его из своей крепкой хватки и села за стол. Артём взял второй стул и сел рядом с ней.

— Когда от тебя перестали приходить письма, я начал беспокоиться. Я взял отпуск на работе и вернулся в город. В университете никто ничего не знал о тебе, также как и наши друзья. Позже была обнаружена группа подростков, они были убиты неизвестным животным. Многих было невозможно опознать так, как от них почти ничего не осталось. Но которых смогли опознать, объединяло только то, что они были переведены из разных мест в центр, о котором ты написала в последнем письме. Когда в кофе я встретился с сотрудниками из этого центра, спросил сбегали ли у них когда-нибудь дети. Но они отнекивались и пытались убедить меня, что никаких побегов никогда не было, и что детям нравиться в этом месте. Но я им не поверил. Я пытался найти хоть какую-нибудь информацию об этом центре, но кроме того, что это лучшее место для особенных детей, где они могут развиваться и дружить с такими же как они, и другой подобной рекламы, я ничего не нашёл. А после нескольких успешных достижений в биоинженерии меня и моего друга с университета Билли Уотерсона пригласили работать в эту лабораторию. Если честно я сам не ожидал тебя здесь увидеть. Хотя я уже догадался, что центр изучения детей с «особенными» способностями — это всего лишь прикрытие. Но я никогда не переставал искать тебя, и надеялся когда-нибудь увидеть тебя снова.

Светлана нежно улыбнулась ему и быстро отвернулась, почувствовав жар на своих щеках. Она, пододвинувшись ближе к компьютеру, стала доделывать доклад и вспоминала о жизни в университете. Она вспомнила, как Билл вечно дразнил её с Артёмом, как это её бесило и одновременно смущало. Из-за чего она становилась красной как помидор. Как Билл защищал всех от хулиганов и устраивал разборки с ними, и как он все время «выходил сухим» после их. От всех этих тёплых воспоминаний она улыбалась.

— Кем вы с Биллом сейчас работаете?

— Я разрабатываю препараты для увеличения физических и умственных качеств человека, а Билл начальник охраны. Хоть мы и вместе занимались разработкой того оружия, в нем их заинтересовала лишь военная подготовка и его лидерские качества.

— Оружия?

— Да. Нам с Биллом и ещё некоторым учёным приказали разработать оружие массового поражения и наглядно показать его в действии, при этом мы должны были совместить свои разработки с новыми военными технологиями. Уже на стадии разработки у многих возникли трудности. У одних нехватка материалов, у других проблемы в расчётах, у третьих была несовместимость в весовой категории. Но у нас тоже были свои трудности, но самая большая проблема у нас была такой. Кто-то постоянно воровал у нас. Абсолютно все: и идеи, и расчёты, даже умудрились почти готовый проект украсть. Тогда мне в голову пришла одна идея, с которой Билл с радостью согласился. Мы решили немного походить между лабораториями и вычислить воришку. Долго искать нам не пришлось, парни даже скрывать не стали, что это не их проект. После не долгого разговора я предложил им свою помощь, от чего они были рады и сразу согласились. Тогда наш с Биллом план начал действовать. Пока он отвлекал тех лоботрясов, я немного поколдовал с их проектом, и быстро свалил, сказав, что они и так хорошо справляются. К счастью, госпожа удача тогда была на нашей стороне и конференцию все время откладывали. В итоге мы с Биллом успели не только сделать своё оружие и подготовиться к конференции, но и протестировать его в военных действиях. В итоге во время самой конференции, у наших коллег всегда происходило что-то странное, а с теми воришками вообще несчастный случай произошёл. К тому моменту, как они обнаружили мои исправления, конференция уже закончилась, а они опозорились. Таким образом наш проект и оказался самым лучшим. Кстати, я хотел спросить, с девочкой все в порядке? Ей примерно месяц назад вкололи препарат, над которым я работал. Я пытался их убедить, что препарат ещё не готов, но эти люди сказали, что даже на сырой препарат должна быть реакция у организма, иначе даже готовый будет бесполезный, если его вколоть в этих детей. А затем они выхватили у меня препарат и вкололи в девочку.

Было видно, что он волновался за здоровье этой девочки. У него дрожали руки, и он почти не дышал.

За всю карьеру Артём ненавидел больше всего ставить опыты на людях и смотреть как они медленно умирали из-за неготового продукта или халатности его коллег. Последней каплей для него стал эксперимент над маленькой девочкой, которой было около двенадцати лет. В этом эксперименте её буквально вывернуло наизнанку. В итоге он и половина той лаборатории, собрали петиции о прекращении экспериментов над людьми, под предлогом увольнения, если не выполнят их требование. К счастью, руководство согласилось с ними, но они не отменили эксперименты над людьми, но ввели новые правила, среди которых было указано, чтобы людям давали только готовые препараты, и участвовали в экспериментах только взрослые, в результате подопытные в редких случаях погибали.

— Девочку зовут Люси. На следующий день, после этой прививки, она серьёзно заболела, но с поддержкой её друзей и моей подруги Анны она быстро пошла на поправку. Сейчас она здорова и веселится вместе с друзьями. – ответив, Светлана заметила, как Артём с облегчение выдохнул и его руки перестали дрожать.

— Слава Богу. А то я переживал, что она погибла.

Через некоторое время он посмотрел на наручные часы, попрощался со Светланой, поцеловав её. Увидев, как она краснеет, он улыбнулся и пошёл в жилой блок. Вскоре она доделала свой доклад и вернулась в свою комнату.