Принцесса Теней

— Всем доброго утра, умывайтесь и идите завтракать. Сегодня наши повара приготовили для вас рисовую запеканку и горячий чай с лимоном. Помните, что здоровое утро начинается с здорового завтрака, а здоровый дух живёт в здоровом теле. А и то, что вы будущее нашей страны то же не забывайте. – произнёс диктор, когда включился свет.

Я посмотрела на часы, они показывали 7:00. Из-за яркого света я не могла дальше спать, поэтому встала, оделась и пошла умываться. Когда я подошла к душевой, в дверь постучали. Через интерком я увидела Анну и впустила её.

— Доброе утро Елена. Сейчас вместо завтрака ты пойдёшь со мной, сдашь кровь и мочу на анализы, и пройдёшь несколько тестов. Держи, в эту баночку тебе нужно пописать. Чуть не забыла, умываться тебе не надо. Я буду ждать тебя за дверью, и пожалуйста поторопись. У нас мало времени. – сказала Анна, отдала мне пластиковую баночку с красной крышкой и вышла из комнаты.

Я сделала то, о чем меня попросила Анна и вышла из комнаты. Она взяла меня за руку и повела в общую комнату. В коридоре было много детей и, казалось, будто нам нельзя было пройти, но здесь было так просторно, что все уступали Анне и мне дорогу. Мы вышли из «комнаты отдыха», и медсестра повела меня в тёмный коридор. В общем зале медсестра Ирина ругала группу детей за то, что они громко разговаривают. Она кричала, что они останутся без завтрака, если не перестанут так себя вести.

Анна рассказала мне, что после серии побегов и несчастных случаев с детьми, в этом коридоре отключили свет. Для того чтобы дети не видели двери лабораторий, в которых могли быстро спрятаться или найти какое-нибудь оружие для сопротивления. А те, кто попытаются сбежать, не могли увидеть охранников, которые стояли с включённым ПНВ возле лифта. Также все лаборатории для безопасности закрыты на электромагнитный замок.

(Все охранники этой лаборатории были вооружены шокером, резиновой дубинкой, пистолетом «Пришелец» калибра 9 мм и автоматом АК-12).

Мы подошли к первой лаборатории. Её дверь была подсвечена тусклым светом. Он был настолько тусклым, что я не сразу разглядела эту дверь, хотя стояла напротив неё. Своей ключ-картой Анна открыла первую лабораторию, и мы вошли. Как и детский блок, вся лаборатория была белой, только мебель и аппаратура была деревянного и металлического цвета. А воздух был пропитан спиртом и дезинфицирующими средствами. Анна сначала показала мне, где принимали мочу на анализ, а затем, где берут кровь. Я подошла к лаборантке и сдала баночку, а затем к самой медсестре, рядом с которой уже сидела Анна. Она спросила меня, падаю ли я в обморок при виде крови. Я ответила, что не боюсь её так, как в моей жизни было предостаточно пролитой крови. На этот ответ медсестра никак не отреагировала, потому что часто его слышала от многих новеньких. Но по виду Анны было видно, что она никак не может привыкнуть к таким ответам от детей, которые очень рано повзрослели и не смогли толком насладиться детством. С каждым таким ответом она рассуждала в какой ситуации или ситуациях ребёнок мог увидеть такое количество крови, что просто привык её видеть и не боялся. Пока медсестра рассуждала, у меня уже взяли кровь из вены. Мы вышли из кабинета и стояли в окутанном тьмой коридоре. Девушка окончательно погрузилась в свои размышления, а на её щеках потекли слезы.

— Вы в порядке?

— Да, со мной все хорошо, давай пойдём дальше. Ты ещё должна пройти несколько простых тестов, до обеда, а потом тебя проверят на выносливость.

Вытирая слезы, медсестра повела меня в следующую комнату.

Пройдя дальше по коридору, мы остановились возле двери, которая также была тускло освещена, но рядом с ней нас уже ждал врач. Он поздоровался с нами, и мы вошли внутрь. Кабинет был разделён на две комнаты. В первой, через которую мы сейчас шли, стояли несколько кроватей в два ряда. Они были такими же, как в моей комнате, но огорожены друг от друга синей ширмой. Вторая комната была оборудована под процедурный кабинет. В ней расположились рабочий стол, на котором стоял компьютер и несколько стопок документов, два стула, кушетка, ширма белого цвета, несколько шкафов с лекарствами, инструментами и прочим мелким оборудованием, а также оборудованием для измерения роста, веса, и проверки зрения. Врач внимательно меня осмотрел, взвесил, измерил мой рост, давление крови, а также проверил зрение, мои рефлексы и сердце на наличие каких-либо дефектов. После нескольких проверок, мы пошли в соседний кабинет. Он был оборудован для снятия рентгена. В этом кабинете был странный запах, будто озоном накачали все помещение. После снятия необходимых снимков, меня и Анну отправили в следующий кабинет.

Мы остановились напротив двери, которая находилась ближе всех ко входу в общую комнату. Она была тоже тускло освещена. Ключ-картой Анна открыла её, и мы вошли в комнату. В отличие от других кабинетов она была окрашена в нежные пастельные цвета. В центре этой комнаты стояли деревянные стол и два стула, стоящие по обе стороны стола, а в каждом углу находилась камера. На самом столе разместился компьютер, а также цветная и белая бумага, простой и цветные карандаши, какие-то карточки, кубики, и журнал с блокнотом. Через некоторое время к нам подошла высокая девушка с каштановыми волосами средней длинны. Ей около сорока лет, хотя выглядит намного моложе своего возраста. Она одета в черную юбку и бежевую блузку, а поверх блузки был такой же белый халат, что и у Анны, только на нем не было бейджика и повязки с крестом. Учёный попросила меня сесть за стол, чтобы напротив меня лежали листы бумаги. А Анну она попросила выйти и дождаться окончания тестирования, чтобы забрать меня на обед.

— Привет, Елена. Сейчас ты пройдёшь несколько тестов, по окончанию которого ты сможешь пойти на обед. Для удобства ты можешь ко мне обращаться по моему имени. Меня кстати, зовут Светлана.

Светлана села на свободный стул, проверяя какой-то документ. Отложив его, она передвинула ко мне цветные карандаши.

— Первое задание будет лёгким. Нарисуй этими карандашами на понравившейся тебе бумаге, где ты жила до того, как попала сюда. Если не против, то могла бы нарисовать это место так, как ты его помнишь.

Я выбрала красный лист бумаги и цветными карандашами нарисовала приют, в котором я жила. На рисунке я изобразила, как дети из приюта веселились на заднем дворе, а я смотрела на них через окно и рядом со мной стояла страшная тень. Но я не боялась её, потому что она была единственным собеседником, когда я была одна. А также защищала меня, когда другие дети нападали на меня. Но из-за размера рисунка и красного цвета бумаги некоторые цвета потускнели, а тень и ещё несколько мелких деталей слились воедино и выглядели как черная клякса. Разочаровавшись в рисунке, я отдала его учёной. После его изучения, она что-то записала в блокнот.

— У тебя получился красивый рисунок. Ты когда-нибудь мечтала стать известным художником? ... Что ты можешь рассказать об этой ... тени?

— Она добрая и милая, с ней интересно общаться. Но если её разозлить, она становится похожей на ту, что на рисунке и может серьёзно ранить или убить обидчика.

У Светланы сложилось мнение, что я рассказываю о себе в третьем лице, и записала моё описание и свои мысли в блокнот. После, достав с журнала стопку карточек, учёный показывала мне разные картинки в виде рисунков и клякс. Она спрашивала, что на них я первым увидела, а мои ответы также записала в свой блокнот. Затем записала мои ассоциации к словам и высказываниям, которые она говорила.

— Ясно. Теперь подними этот простой карандаш.

Я подумала, что её просьба звучит странно, но выполнила её и сразу положила карандаш на место.

— Молодец. А теперь подними его ещё раз, только необычным способом.

Я поняла, чего она добивается и не стала скрывать свои способности. Я с помощью телекинеза подняла над собой карандаш, покрутила его в воздухе и опустила на место. Светлана, казалось, была удивлена тем, что я открыто показала свою способность, но на этом она не остановилась.

— Понятно, значит телекинез. – пробубнила Светлана, и что-то отметила в блокноте.

Ученный взяла карточки и попросила рассказать, какую картинку она выбрала. При этом она упомянула, что название этой картинки она будет держать в своих мыслях. Я с первого раза отвечала на любой её выбор, даже когда она перестала выбирать только картинки на карточках.

— Все ответы верны. Если честно, как у тебя получилось угадать все, что я выбирала?

— Все потому, что я видела вашими глазами и заранее знала, какой предмет и картину вы выберете. А также я прочитала ваши мысли, когда вы решили выбирать предметы, лежавшие на столе. И ещё я сразу заметила работающие камеры, стоящие по углам комнаты, когда сюда зашла. Мне было легко догадаться, что это тестирование постоянно записывается на жёсткий диск. Так что я поставила вокруг нас барьер, не позволяющий что-либо записывать внутри него. Поэтому я с вами могу сделать все, что угодно, и никто вас не найдёт пока я этого не захочу. – ответила я, поднимая мелкие предметы над столом и манипулируя светом.

Я решила немного запугать учёного, хотя ничего из того, что она себе представила не собираюсь делать. Через несколько секунд я перестала играть со светом и опустила все предметы на стол. От моих действий Светлана встала в ступор, побледнела и побелела, но быстро порозовела и пришла в чувства. Она сразу отметила несколько пунктов в блокноте и немного отдышавшись продолжила, но уже с чувством нарастающей тревоги.

— Т-Ты можешь сделать какое-нибудь оригами, а с помощью этих кубиков составить слово, которое ты часто слышала в свой адрес, когда жила в приюте? – спросила дрожащим голосом ученая, запнувшись в начале.

Я в течении некоторого времени тихо смотрела на лист белой бумаги и не заметила, как тестирование закончилось, а за мной пришла Анна. Психолог сказала, что ничего страшного. Также она упомянула, что с последним заданием многие не успевают. Проводив нас к выходу, она пожелала мне удачи. Мы с Анной пошли, в столовую, на обед.

Когда Светлана подошла ближе к столу, она увидела журавля, сделанного из белой бумаги, и на его крыле красным карандашом было написано «прости, что напугала тебя». Светлана чуть не расплакалась, когда взяла оригами в руки, почувствовав, невыносимую боль, исходящую из журавля. А когда она подняла взгляд, на привлёкший её стук, не выдержала и заплакала, не убирая взгляд на парившие кубики. С помощью них было составлено два слова «демон» и «ведьма». Эти кубики ещё несколько секунд висели в воздухе, а потом упали так, что на столе остались всего четыре кубика, из которых получилось слово «умри». В слезах девушка кое как сделала последние заметки в блокноте, и в течении нескольких минут камеры снимали, как она сидела за столом и плакала, держа в руках оригами.

Когда мы с Анной вошли в столовую, нас окликнула Люси и попросила медсестру пообедать с нами. Анна согласилась, ведь обедать в одиночку она не любила, и мы сели за один столик. Я смотрела, как Марго с Катей накрывали столы. А Люси с Питером что-то обсуждали с медсестрой, но я их не слушала. Я обдумывала все, что произошло на тестировании, и поймала себя на мысли, что волнуюсь за Светлану. Так же я хотела понять, почему на тестировании она попросила меня использовать мои силы, зачем там были камеры, и не совершила ли я ошибку, показав ей свои способности и заблокировав камеры. В конце концов я начала надеяться, что Светлана не расскажет о том, что случилось на сеансе. На обед нам подали куриный суп, рис с котлетой и компот. Мы с Анной быстро перекусили, и пошли обратно в тёмный коридор. В этот раз мы шли дольше и проходили мимо множества дверей. Наконец мы остановились возле одной из них. Когда двери лифта открылись, я поняла, что мы прошли весь коридор и стояли рядом с лифтом и дверью в очередную лабораторию. Так же я увидела двух вооружённых охранников, стоявших возле того лифта. Из кабины вышла группа ученных. Из-за яркого света, исходящего из кабины, они нас не увидели, пока двери не закрылись. Через некоторое время зрение учёных привыкло к темноте, и они подошли к нам. Анна открыла дверь, поприветствовав учёных, и мы вошли. Лаборатория была сделала в виде спортзала. Сначала мне позволили немного размяться перед упражнениями. Я сделала небольшую зарядку, и меня сразу направили на беговую дорожку, чтобы я пробежала стометровку. Ко мне подключили датчики, отслеживающие сердцебиение и дыхание, а также эта беговая дорожка отслеживала мою скорость и время, за которое я пробегу дистанцию. Когда я пробежала, один из учёных сказал, что мои показатели выше среднего. Затем мня попросили на турнике подтянуться руками, а потом на скакалке сделать за одну минуту максимум прыжков. Учёные также как и предыдущий отметили мои способности как выше среднего. Меня ещё некоторое время гоняли по этому спортзалу и по всем упражнениям, которые я выполняла по их просьбам, учёные отмечали мои способности выше среднего. После всех упражнений я сильно устала, и вся вспотела. Анна отвела меня в комнату, где на кровати уже лежала чистая одежда. Медсестра сказала, что в спортзале я хорошо справилась, поскольку ей и другим воспитателям и медсёстрам приходилось нести на руках измождённых детей в их спальни. Так же она посоветовала принять расслабляющий душ и немного поспать. Я согласилась с ней, ведь до ужина у меня было два часа на отдых. Анна попрощалась со мной и вышла из моей комнаты. Я взяла чистую одежду, положила её на корзину, а грязную бросила в неё и приняла горячий душ. Я переоделась в чистую одежду, вышла из душевой и легла спать. Когда я проснулась, я посмотрела на часы, оказывается я поспала всего час, но при этом я выспалась. Хотя раньше за это время часто не высыпалась. Я записала в дневник сегодняшний день, спрятала в потайной ящик, находящийся под кроватью, и пошла в библиотеку. Там нашла Петю. Он рассказал, что сейчас Люси забрали на эксперимент, а Марго и Катя помогают на кухне поварам, поскольку им не хватает помощников. Так как при любой возможности, помимо обычной учёбы и военной дисциплины, все подростки идут обучаться на лаборантов или на охранников, потому что эти должности по сравнению с другими обладают несколькими плюшками, например, больше свободного времени и возможность покидать лабораторию на определённых условиях. Но, когда подросток проходит обучение по этим должностям, он становится бесчувственным, а иногда и агрессивным к остальным детям. Так же Петя предложил мне почитать одну из его любимых книг. Я согласилась, и мы пошли к стеллажу книг из жанра фантастики. На третьей полке сверху он достал книгу с названием «Вход в рай. Послание звёзд».

— Я читала первую часть этой истории. Она называлась просто «Вход в рай». Она мне очень понравилась.

— Эта книга понравится тебе ещё больше!

Он взял другую книгу с той же полки, и мы пошли в читающую зону. Эта зона находилась в углу библиотеки возле выхода. Она состояла из трех круглых столов среднего размера и мягких кресел. На столах стояли подставки для книг. За час я прочитала чуть меньше половины книги. Я положила её обратно на стеллаж и позвала Петю на ужин. За нашим столом уже сидела Люси. На её руках вены были заклеены лейкопластырем. Она рассказала, что у неё взяли кровь из вены, а после этого ей вкололи внутривенно какой-то очередной препарат. Позже к нам присоединились Марго с Катей, и мы вместе поужинали, а потом отправились на боковую.

За завтраком я не увидела Люси. Петя рассказал, что Люси не выходила из своей комнаты, и что Анну попросили понаблюдать за ней в течении всего дня. После завтрака мы с Петей пошли в библиотеку, мы взяли вчерашние книги и продолжили их читать. За четыре часа мы полностью прочитали книги и отправились на обед. На обеде Люси тоже не было. Когда мы доедали плов к нам подошла Марго с не тронутой порцией на подносе. Она быстро сказала, что Анна попросила принести обед для Люси, и пошла в комнату отдыха. Когда Марго вернулась, она рассказала, что Люси серьёзно заболела и ей нельзя вставать с кровати. Также ей сказала Анна, что болезнь Люси возможно является побочным эффектом препарата, который ей вкололи. Позже она объяснила, что подобные побочные эффекты часто появляются у детей, и намного чаще если им дают сырой препарат. Петя добавил, что из-за таких побочных эффектов дети постоянно умирают, но он уверен, что Люси выживет. Я начала волноваться за свою подругу, но после уверенных слов Пети, что она выживет, я немного успокоилась. Позже к нам подошла Анна с пустой посудой и рассказала, что Люси идёт на поправку и смогла поесть. Медсестра отнесла посуду на кухню и вернулась в комнату девочки. После обеда меня забрали на очередной тест. Дверь в новую лабораторию находилась напротив спортзала. Я уже привыкла, что почти все помещения были ярко освещены и белого цвета, но эта комната была оборудована под настоящую лабораторию. В ней находился бассейн, который выглядел как аквариум для рыб, а также в ней находилось оборудование, подключённое к нему. Позже я узнала, что это оборудование регулировало давление воды, подачу кислорода в кислородную маску, которая была внутри аквариума, фиксировало все показатели испытуемого, а также регулировало и подавало электрические разряды в наполненный водой бассейн. Учёные мне рассказали, что первый эксперимент в аквариуме поможет им определить, как долго я могу задерживать дыхание находясь под водой, и что на каждом таком эксперименте они будут увеличивать давление воды. После объяснения и краткой инструкции по использованию кислородной маски мне помогли залезть внутрь аквариума.

Вода быстро заполнила бассейн, когда я глубоко вдохнула и задержала дыхание. Я лежала на полу бассейна, надо мной была прикреплена к потолку кислородная маска, а моя голова упиралась в люк этого аквариума. Продержавшись около десяти минут без кислорода, я быстро надела кислородную маску на лицо, и глубоко вдохнув искусственного кислорода, немного расслабилась. В это время учёные записали мои показания, и включили насосы, чтобы откачать воду. Она медленно вытекала из аквариума постепенно освобождая его. Когда внутри больше не было воды, меня обдуло тёплым воздухом, моя одежда и волосы быстро высохли. Через некоторое время меня выпустили из аквариума. Учёные, о чем-то поговорив друг с другом, отвели меня в общую комнату. Я вернулась в свою комнату, достала дневник и записала сегодняшний день. После решила пойти в столовую. За столом сидела Катя с Марго. Я села рядом с ними и расспросила про «аквариум». Катя рассказала, что с этим экспериментом учёные увеличивают время задержки дыхания, а если у тебя есть сверхъестественные способности, с помощью которых ты можешь дышать под водой, то они будут добиваться твоего предела и ухудшать условия использования силы вплоть до включения электричества в воде. Мы ещё немного поболтали за ужином, а потом я помогла им в уборке столовой, и мы разошлись по комнатам. Не дожидаясь «отбоя», я почистила зубы и легла спать.

Впервые за все время нахождения в лаборатории мне приснился хороший сон. Я гуляла в лесу со своими друзьями, и мы нашли огромный особняк. Мы вошли в него и нас дружески поприветствовали его жители. Они пригласили нас на роскошный рождественский обед и разрешили нам остаться переночевать. А на следующий день они сопроводили нас до дома. Так же мне приснилось, как я подружилась с ними и часто к ним ходила в гости. А однажды я со своими друзьями отдыхала и веселилась на берегу огромного кристально чистого озера, который находился на краю леса. Когда я проснулась, у меня было хорошее настроение на весь день.

Прошла неделя с того дня, когда мы узнали, что наша подруга заболела. На завтраке с нами была Люси, она нормально себя чувствовала и ей разрешили выходить из комнаты. Но было видно, что ночь она пережила тяжело. По её мешкам под глазами можно понять, что она почти не спала. А её болезненный вид и зеленоватый оттенок лица говорил о том, что её часто тошнило, вплоть до рвоты. Она неохотно завтракала из-за жжения в горле и тошноты, на которую Люси пожаловалась, когда ей в нос ударил запах манной каши. Я ей посоветовала не заставлять себя полностью съедать кашу, а съесть то, что влезает. После завтрака мы с Петей помогли Люси дойти до её комнаты и посоветовали ей поспать до обеда. А если она проспит обед, то мы попросим Марго или Катю отнести порцию в спальню девочки. Когда мы вышли из её комнаты, я с Питером пошли в библиотеку и провели там весь день. На обеде Люси чувствовала себя гораздо лучше, и к ней вернулся аппетит. Она с лёгкостью и с большим удовольствием покончила со своей порцией, и спокойно с нами разговаривала. Позже она рассказала, что перед обедом к ней приходил врач и осматривал её. Он сообщил, что после такой сложной болезни чувствовать себя уставшей и ослабленной это нормально. А также он порекомендовал ей не перенапрягаться как минимум две недели для того, чтобы организм полностью восстановился.

Однажды Петя предложил нам с Люси поучаствовать в конкурсе рисунков, которого объявили во время обеда. Мы с неохотой согласили и пошли в общую комнату. Когда мы вышли из соловой, к нам подбежал мальчик и предложил участвовать в конкурсе. Услышав положительный ответ, он схватил Петю за руку и быстро повёл нас к небольшой группке участников. Позже нас распределили на команды по три человека, а затем объяснили правила конкурса и озвучили её тему. По итогам голосования в конкурсе рисунков выиграла команда, в которой были я, Люси и Петя. Хотя некоторые участники возмущались, что два сильных противника были в одной команде, и потребовали матч реванш с новыми командами. Все обрадовались, когда услышали от руководителей конкурса согласие провести ещё один конкурс с новыми правилами. Вскоре конкурс рисунков стал соревнованием с несколькими раундами на выбывание, к которому присоединилось больше участников, и он продлился до самого ужина. Во время соревнования многие пытались мухлевать. Они воровали чужие рисунки, делали вид что рисуют новый рисунок, а на голосование выставляли рисунки из прошлых раундов. Часто спорили с судьями и делали подлянки соперникам. В конце концов всем это надоело, и руководители стали выгонять таких участников с соревнования, а вместо их приглашать других ребят. В финале соревнования остались лишь несколько участников. Ребятам выпала тема космоса. У всех участников получились красивые рисунки, но по итогу голосования победил Петя.