7.
Мы ждали похорон, но их почему-то не последовало. Более того – кто-то противился самому признанию того, что они мертвы.
В вестибюле установили их портреты с траурными лентами. Они были призваны напоминать, какие они были молодые и аккуратно причёсанные, какие остекленевшие и редкостно глупые у них были глаза в момент съёмки.
Эти портреты сами были как смерть – смерть того живого, что осталось о них в нашей памяти. Смерть медленная. Кошмарнее пытки и придумать было нельзя.
Мы собирались завалить их цветами, чтобы даже не видеть, но не успели.
Они исчезли на следующий же день.
На их месте красовались совершенно иные снимки: с одного улыбался Берти в ободке с кошачьими ушами, с другого смотрел поэтичный Грег, сжимая в длинных узловатых пальцах микрофон.
Руководство школы рвало, метало и говорило что-то про позор и неуважение к покойникам. Мы считали позором предыдущие фото и гадали, откуда взялись нынешние. В интернете точно не было – перерыли всё.
И на ноутбуке у Берти не было. Я проверила. Пароль было не очень сложно подобрать.