Глава 14
Экран снова мигнул — «печатает...»
«Извини, что написал так поздно. Просто... хотел поддержать.
Спокойной ночи, Роуз. Удачи тебе завтра. Ты справишься.»
Сердце Роуз сжалось. Такое простое сообщение, но в нём было что-то — тёплое, нежное, почти заботливое.
И от этого стало даже немного грустно.
Он попрощался. Уже пошёл спать.
Она ответила коротко:
«Спасибо. И тебе спокойной ночи.»
Заблокировала экран, отложила телефон на тумбочку и замерла, глядя в потолок.
За окном свет фонаря отбивался мягкими бликами, ложился на белую краску потолка, создавая иллюзию движения — будто медленно проплывали призрачные тени.
Роуз лежала молча, укрытая одеялом, но не чувствовала ни сна, ни покоя.
Завтра. Первые пробы. Новый этап.
А в голове — голос. Его голос. Строчки из переписки. Этот взгляд, когда он смотрел на неё в кабинете. Это лёгкое, тёплое чувство, которое она изо всех сил старалась подавить.
Глупо. Мы едва знакомы. Мы говорили всего пару раз. У него есть девушка.
Но всё это не отменяло того, что она чувствовала.
Смутную привязанность. Словно знала его всегда. Словно где-то — когда-то — они уже были рядом.
Будильник зазвенел резко, почти с криком.
8:30.
Роуз дёрнулась, распахнула глаза — солнце било прямо в лицо, озаряя её яркие голубые глаза, пробегая по растрёпанным рыжим волосам, которые спутались за ночь.
Она села на кровати, прищурившись, потом резко взглянула на телефон.
— Чёрт... полчаса... — прошептала она, вскакивая на ноги.
Быстро заправила кровать, натягивая одеяло почти на бегу.
Дверь в ванную захлопнулась. Спустя пару минут — душ.
Холодная вода, горячая вода — неважно. Главное — проснуться.
Когда она вернулась, капли воды всё ещё скатывались по шее. Волосы — наскоро просушенные — оказались собраны в небрежный, но милый пучок. Немного туши, лёгкий блеск на губах, лёгкое хлопковое платье, сандалии — и всё. Готова. Почти.
Схватила папку с документами, сверку, — всё, что готовила к первой пробе. И тут вспомнила:
— Остин...
Заглянула в соседнюю комнату — младший брат спал, раскинувшись как звезда, поджав одну ногу, обняв подушку.
— Остин! — громко бросила она.
Ноль реакции.
Она подошла ближе, выдернула подушку из-под него и швырнула в лицо. Тот вскинулся:
— Аа?! Что?..
— У тебя тоже проба, гений! Через тридцать минут!
— А... это сегодня?.. — пробурчал он, растирая глаза.
Роуз, не слушая, швырнула в него аккуратно сложенную одежду:
— Давай, пять минут. Не больше!
Остин что-то недовольно пробормотал:
— Лучше бы я остался дома. Это всё бессмысленно...
— Я не слушаю, — отрезала Роуз и уже закрыла за ним дверь.
Она спустилась на кухню, глянула на часы. Времени почти не осталось. Быстро сделала себе тост и яйцо всмятку. Пока хлеб подрумянивался в тостере, она открыла рюкзак.
Тот самый.
С бабочкой, аккуратно пришитой мамой в прошлом году.
Бабочка немного облезла, но Роуз всё равно обожала этот рюкзак.
Аккуратно положила туда документы, блокнот, бутылку воды и ручку, которую она считала "счастливой".
Села, чтобы сделать пару глотков кофе, откусила половину тоста и...
— Остин! — крикнула она наверх. — Через две минуты мы выходим!
В ответ — топот, громкое "я уже почти!" и грохот открывающегося шкафа.