Глава 21.
Авина.
Раньше источники были моим самым любимым местом в городе.
Это было единственное место, где я могла дышать, где кислород не застревал у меня в легких. Единственное место, где я могла просто побыть, не чувствуя, будто на моей груди сидит толстяк. Ручей у источников практически стал моим новым домом через несколько недель после папиных похорон.
Я часами сидела на траве и слушала воду, птиц и тишину.
Мама не знала, что со мной делать.
Она не могла понять, почему я выхожу из себя при одном упоминании о возвращении домой. Некоторое время прогулки сюда помогали мне справиться с тем, что мир продолжает существовать без него.
Потом мне надоело скучать по нему, и это испортило наше место.
Как песня, которую слушаешь так часто, что в конце концов начинаешь ее ненавидеть.
Теперь я приезжаю сюда только в годовщину его смерти и навещаю его на кладбище каждые несколько недель.
Когда грузовик Джейдена остановился перед моим домом в час ночи, я понятия не имела, куда он собирается отвезти меня на наше «свидание». Я нервничала. Трудно оставаться спокойной после того, как его пальцы побывали глубоко внутри меня, но я и подумать не могла, что окажусь на пустынной парковке у источников.
Джей въехал на парковочное место задним ходом, чтобы нам было хорошо видно воду, взял несколько одеял и подушек с заднего сиденья и сказал:
– Ты идешь, Харпер?
Мы уже больше часа лежим в кузове грузовика Джейдена с открытой задней дверью, смотрим в небо, смеемся и обсуждаем все, кроме важных вопросов.
Мы не говорили о признаниях или о моей репутации, которую вываляли в грязи.
Мы просто болтаем на кровати из одеял, жуя трехнедельные Jolly Ranchers, которые у Джея завалялись в машине. Притворяясь, что охота на Ису и Лав не находится в самом разгаре, а вся школа не пытается нас поймать.
– Гребаные облака, – пыхтит Джейден, когда море звезд над нашими головами исчезает за толстым слоем тумана.
– Не проверил погоду на сегодня, да? – поддразниваю я.
С дьявольской ухмылкой на губах Джей поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, и одним вопросом заставляет мою кожу гореть:
– Ты серьезно думаешь, что я был способен думать о погоде после того, как трахал тебя пальцами у стены?
Мои щеки нагреваются до невообразимой температуры.
– Итак… Дьюк, да? – Я откашливаюсь, моя внезапная смена темы только подпитывает сексуальную ухмылку на его лице. – Я полагаю, что баскетбольная стипендия – мечта всей твоей жизни?
– Еще бы, – он снова обращает свое внимание на небо. – Мы с папой говорили об этом с тех пор, как мне исполнилось пять. Не могу представить, чтобы я занимался чем-то другим.
– Я этому завидую, – признаюсь я. – Тому, что у тебя есть цель, страсть. Хотела бы я иметь что-то подобное.
– Ты ждешь, что я поверю, будто девушка, которая знает все, не имеет представления, что делать с остальной частью своей жизни? – насмехается Джей.
– Я серьезно, – я пихаю его локтем. – У меня никогда не было возможности понять, в чем моя фишка, понимаешь? – Мои глаза расширяются. – О боже, а что, если у меня ее нет?
Джей смеется глубоким смехом, от которого у меня сбивается пульс.
– У всех есть какая-то фишка, Харпер, – он смотрит на меня сквозь темноту. – Просто некоторым из нас требуется больше времени, чтобы найти ее.
Я киваю, на моих губах появляется робкая улыбка.
Я очень хочу верить ему.
– А что насчет тебя? – Джейден возобновляет разговор. – Что там с твоей стипендией? Я видел твой дом, Ви. Твои близкие явно неплохо устроились.
– Это их деньги, не мои, – я пожимаю плечами. – С того дня, как мы узнали, что моя сестра умеет петь, я поняла: мне придется самой о себе позаботиться.
– Райли, да? – спрашивает Джейден.
Я выгибаю бровь, задаваясь вопросом, откуда он знает имя моей сестры. Джейден даже никогда не виделся с Райли. Она никогда не присутствовала на наших детских встречах – была слишком занята тем, что выслушивала крики преподавателей по пению.
Джей никогда не видел и моего отца.
Кертис Д’Амур содрал бы с себя кожу, но не стал бы посещать «воскресные бранчи». Он всегда оставался дома, чтобы тренироваться к своей следующей гонке.
Джейден быстро улавливает суть моего недоумения.
Он ухмыляется.
– Я расспрашивал о тебе. Засуди меня.
Мой желудок трепещет.
– Правда? – хихикаю я. – Кого ты спрашивал?
– Брайса, – усмехается он. – Огромная ошибка, между прочим. Он просто не мог заткнуться, рассказывая о твоей сестре.
Я улыбаюсь и сжимаюсь одновременно, вспоминая, как Райли и Брайс пожирают друг друга в ванной Джоша. Понятия не имею, что я чувствую по поводу этих двоих, хотя это не имеет значения.
Даже если бы между ними и правда произошло что-то еще, это никогда не станет чем-то большим, нежели физическая близость. Райли ни за что не подпустит Брайса достаточно близко, чтобы между ними появилось что-то настоящее. Особенно сейчас, когда она так близка к тому, чтобы уехать из города со своим менеджером Робом и покорить музыкальную индустрию.
– Она такая, – киваю я.
– Не хочу быть слишком прямолинейным, но… разве весь смысл иметь знаменитую сестру не в том, что тебе не нужно беспокоиться о деньгах?
Я фыркаю от смеха.
Он точно не знает Эстер Харпер.
– В нормальной семье, возможно. Моя мама считает, что мне нет смысла устраиваться на работу. Если бы это зависело от нее, я бы до конца жизни оставалась девочкой на побегушках у Райли.
Джейден морщится.
– Я так понимаю, что эта стипендия – твой билет на свободу?
– Динь, динь, динь! – подтверждаю я, и он смеется.
Некоторое время мы снова молчим, глядя на небо и миллионы звезд, скрытых плотными облаками. Если бы не несколько фонарных столбов, освещающих местность, мы бы ни хрена не смогли разглядеть. Я чувствую себя спокойно. Умиротворенно. Пока я украдкой не бросаю взгляд в сторону Джейдена. И чувство вины гложет меня.
– Есть кое-что, что ты должен знать, – я чувствую, что обязана сказать. Он заслуживает правды, к черту последствия.
Его взгляд тут же перемещается на меня.
– Я была не совсем честна с тобой ранее… – Мне нужна передышка, чтобы справиться с нервами. – Я нарушила договор. Я поняла, кто ты, задолго до того, как мы договорились встретиться в спальне Джоша.
Джейден садится, черты его лица темнеют от шока и гнева.
– Ты что? – выплевывает он.
– Мне так жаль, – слова льются рекой. – Знаю, что должна была сказать тебе, но это вышло случайно. Я никогда бы не сделала этого специально, клянусь.
Мои извинения нисколько не смягчают его гнев.
– Джей, скажи что-нибудь, пожалуйста.
Твердый как камень, он делает длинный глубокий вдох.
А затем начинает безудержно смеяться.
Какого черта?
– Я просто издеваюсь над тобой, Ви, – задыхается он от слишком сильного смеха. – Я уже давно знаю.
– Что? – выпаливаю я. – Как?
– После того как я поцеловал тебя в гараже Джоша, я начал думать о всех тех случаях, когда твоя личность была прямо перед моим гребаным лицом, и я понял, что ты наверняка знала. Это было единственное, что имело смысл. Возьмем, к примеру, вечер розыгрышей от выпускников, после которого мы застряли вместе. «Лав», – он изображает кавычки в воздухе, – очень кстати начала расспрашивать меня о девушке, с которой я был. Красивая ли она, нравится ли мне. Наверно, ты наименее хитрый человек на земле, Харпер, ты это знаешь?
– Это говорит парень, который не догадывался обо всем до последней секунды!
Он смеется:
– Эй, в свою защиту скажу, что ты вводила меня в заблуждение на каждом шагу. Притворялась, будто не ходила на вечер розыгрышей от выпускников, чтобы запутать меня, и все такое. Я до сих пор не могу понять, как ты вообще узнала, кто я.
– Легко, я пошла на работу.
Его растерянный взгляд обращается ко мне.
– Я работаю в школьной библиотеке, – уточняю я.
– Черт, правда? – он поражен.
– Правда.
– Я так понимаю, ты видела, как я искал книгу?
– Нет, это была моя коллега. Я работаю только в вечернюю смену, – объясняю я. – Так получилось, что она сказала мне, что ты приходил искать книгу… остальное ты уже знаешь.
Он молчит в течение нескольких секунд, словно погрузившись в глубокие раздумья.
– О чем ты думаешь? – спрашиваю я.
– Думаю, что твоя работа в библиотеке многое объясняет. Например, то, что ты всегда могла ответить на мои письма.
– Так ты не сердишься? – я кусаю нижнюю губу. – Из-за того, что я нарушила договор?
– Нет, – пожимает плечами он. – Я говорил тебе, что случится какое-то дерьмо и мы все узнаем, сами того не желая. И я был прав, не так ли?
Я киваю.
Тишина окутывает нас.
Я пользуюсь случаем, чтобы сесть и распустить туго затянутый пучок на макушке. Джейден смотрит на меня, когда мои розовые волосы ниспадают по плечам. Я ловлю себя на том, что некоторое время осматриваюсь по сторонам. Спокойный ручей и знаменитые источники.
– Что-то не так? – замечает Джейден.
– Нет, просто… – Я выдыхаю, скорее принимая ностальгию, чем страшась ее. – Мы с папой постоянно приезжали сюда.
Лицо Джея искажается.
– Твой отец… Это о нем ты говорила в своем признании?
Мое сердце сжимается в груди.
– Да, о нем, – отвечаю я несколько минут спустя. – Он покончил с собой, когда мне было девять.
Джейден бледнеет.
– Мне чертовски жаль, Ви. Я понятия не имел. Ты хочешь уйти?
Его горячая ладонь обхватывает мою, и только тогда я осознаю, насколько у меня замерзли руки, но я бы не стала ничего менять.
Я хочу остаться здесь, на пустой парковке рядом с источниками, с Джейденом Хосслером, держащим мою холодную руку.
– Нет, тут идеально, – качаю головой я. – Не думала, что когда-нибудь буду снова улыбаться в этом месте. Спасибо, что доказал мне, что я ошибалась, придурок.
– Не называй меня так, – он сдерживает ухмылку.
Джейден переплетает наши пальцы, сжимает мою руку и ложится на кровать из одеял. А потом дергает меня за руку, чтобы увести за собой вниз, и кивком подбородка призывает лечь поближе.
Мой пульс учащается, я кладу голову на его торс, наслаждаясь звуком его бьющегося сердца и восхитительным запахом его одеколона. Джей обнимает меня за плечи, прижимая к своей груди.
– Ты жалеешь об этом? – я задаю вопрос, который не дает мне покоя.
– О чем жалею? – он проводит пальцами по моим волосам.
– О признаниях. О Лав, об Исе – обо всем.
– Честно?
Мгновение молчания.
– Да.
Я не ожидала, что подтверждение причинит мне такую боль.
Конечно, он сожалеет об этом.
Это может разрушить его жизнь.
Я могу разрушить его жизнь.
– Я жалею, что написал это гребаное признание о своей маме. Если станет известно, что я Иса, ее могут… – Он не может заставить себя сказать это, но ему и не нужно. Мы говорим о возможном тюремном сроке для директора Хосслер, если Джейдена разоблачат. – Ладно, а ты жалеешь?
– Я определенно жалею, что не была более осторожна, – я горько усмехаюсь. – Не перестаю думать, что, если бы мы просто были начеку, ничего бы этого не произошло и мы…
– Не надо, – он останавливает мое самобичевание. – Это не твоя вина. Мы не могли этого предвидеть.
– Это просто не имеет смысла! Тот, кто слил признания, изначально должен был знать, что мы общаемся. Наверняка он следил за нами, как какой-то сумасшедший сталкер. Узнал наше расписание, чтобы быть в курсе, когда можно получить доступ к книге.
– Да, но это означало бы, что он точно знает, кто мы такие, – замечает Джейден. – Зачем затевать эту дерьмовую кампанию по поиску Исы и Лав, вместо того чтобы просто вывести нас на чистую воду и покончить с этим?
И тут до меня доходит.
Я поднимаю на него глаза.
– Чтобы мучить нас, зачем же еще?
– Думаешь, дело в мести? – он встречает мой взгляд.
– У тебя есть объяснение получше, мистер Популярность?
Он кивает, вынужденный признать, что в моих словах есть смысл.
– Допустим, ты права. У нас все еще нет подозреваемых.
– Это потому, что мы не искали. Так что… ты доводил кого-то недавно?
Джейден ухмыляется:
– Сколько у тебя времени?
Я смеюсь.
– Все не может быть настолько плохо.
– Ну… давай посмотрим. Есть парень, который спал с моей мамой. Я буквально превратил его жизнь в кучу дерьма. Есть Индиана, с которой я переспал, когда был на самом дне, а после полностью ее игнорировал.
Напоминание об этом ранит меня до костей.
Я не могу стереть разочарование со своего лица и разрываю зрительный контакт. Я почти забыла, что Индиана была с ним… в этом смысле. Он потрясающе трахается. Я кончила четыре раза. Я вздрагиваю, вспоминая ее хвастовство, и отстраняюсь.
Руки Джея крепче обхватывают мои плечи.
– Ви… – он морщится от чувства вины, отлично меня понимая.
Я ожидаю каких-то извинений, но вместо этого он ругается себе под нос, одной рукой поднимает мой подбородок и целует меня так, что перехватывает дыхание.
Это приходит из ниоткуда, но я тут же целую его в ответ, придвигаясь ближе, а потом перекидываю ногу через него. Я чертовски хорошо знаю, что означает этот поцелуй. Он доказывает свои чувства, и, когда берет в плен мое лицо, засасывая мою нижнюю губу между зубами, моя кожа покрывается мурашками.
Доказано.
Ему плевать на Индиану.
Он не останавливается на этом, его рука опускается к моей ноге, перекинутой через его живот. Он сжимает мое бедро, помечая кожу. Он в двух секундах от того, чтобы затащить меня на себя, когда я призываю его к порядку.
– Отличное исследование, Хосслер, – насмехаюсь я.
– К черту их, я лучше буду исследовать тебя. – Через мгновение губы Джейдена снова накрывают мои, и я смеюсь сквозь поцелуй. Я не могу насытиться, и мне требуются все силы, чтобы отстраниться.
– Джей, серьезно. Нам нужен подозреваемый, – у меня перехватывает дыхание от желания.
– Хорошо, – ухмыляясь, он целует меня в губы. – Единственный, кто приходит мне в голову, – это Мэдс. Я порвал с ней, как только понял, что был гребаным идиотом, который влюбился в друга по переписке. – Он заправляет упавшую мне на глаза прядь волос за ухо. – У нас остались Jolly Ranchers?
Я совершенно сбита с толку, ошарашенная его способностью так быстро менять тему, будто он не обрушил на меня огромную бомбу.
– Что ты только что сказал? – недоумеваю я.
Джей выгибает бровь.
– У нас остались Jolly Ranchers?
– Нет, другое.
– Я порвал с Мэдс, – он прикидывается дурачком.
Я раздраженно хмыкаю.
– Нет, другое.
Джейден одаряет меня ослепительной мальчишеской улыбкой.
– О, ты имеешь в виду ту часть, где я говорю, что влюбился в тебя?
Мой мозг не спешит распознавать информацию.
Что только что произошло?
Я уверена, что любая другая девушка была бы вне себя от счастья, услышав от него такие слова и пребывая в эйфории от мысли, что она может завладеть сердцем Джейдена Хосслера.
Но я?
Я в бешенстве, даже в ярости. Я напрягаюсь, отстраняюсь от него и сажусь на кровать его грузовика.
– Не делай этого, – предупреждаю я.
Его улыбка меркнет.
– Не делать чего? – хмурится Джейден. – Говорить правду?
– Джей, перестань. Это не смешно.
Мне нужно, чтобы он прекратил, прежде чем нанесет ущерб, который невозможно будет обратить вспять. Я боюсь, что мое сердце не восстановится.
– Ты видишь, что я смеюсь? – говорит он с невозмутимым выражением лица.
Его упрямое поведение выводит меня из себя.
– Я сказала, прекрати! – рявкаю я. – Ты не можешь просто… говорить такое.
Я вскакиваю на ноги и спрыгиваю с грузовика, пользуясь выдвижной подножкой задней двери.
– Куда ты идешь? – Джейден окликает меня, но я не останавливаюсь и просто иду вперед. Все, что я знаю, – мне нужно бежать от него, пока я не совершила ошибку, поверив ему.
Весь город хочет насадить наши головы на пики, и вот он здесь, тонет все глубже со мной. Никто не подозревает, что он Иса. Что Джейден Хосслер может вообще хранить такие темные секреты. Его статус неприкасаемого, популярного парня пока защищает его, но любовь ко мне погубит его, разоблачит.
Когда они узнают, что я – Лав, а они узнают, я не хочу, чтобы он оказался под перекрестным огнем.
Позади меня раздаются шаги.
Он идет за мной.
– Почему я не могу сказать это? – кричит Джейден.
Черт, какой он быстрый.
Дурацкие ноги высокого парня.
– Просто не можешь, ясно? – выпаливаю я, продолжая идти. – Только если ты…
– Только если я не имею это в виду? – заканчивает он.
Я тяжело сглатываю, заставляя себя идти дальше.
Я все еще могу спасти его – я должна.
– А что, если я действительно это имею в виду? – кричит он мне в спину.
Я не могу сделать больше ни шагу.
Джейден, напротив, без проблем пересекает парковку, чтобы добраться до меня. Теперь он всего в нескольких шагах, и мой мозг вопит, чтобы я убегала, но ноги словно приросли к земле.
– Что, если теперь ты – единственное, что имеет смысл? – В его голосе слышится боль, надломленность. – Что, если единственное, чего мне хотелось, когда все пошло прахом, – это убедиться, что с тобой все в порядке? – Я слышу, как он делает шаг вперед, но не оборачиваюсь. – Что, если я никогда ни к кому не испытывал таких чувств за всю свою гребаную жизнь, Ви?
Я вскрикиваю, когда он хватает меня за руку и поворачивает лицом к себе. Не теряя ни секунды, он берет мое лицо в свои руки и, встречаясь со мной взглядом, шепчет:
– Тогда я могу это сказать?
На глаза наворачиваются слезы, но гнев берет верх над теплом, разливающимся в моей груди. Я отталкиваю его от себя и даю пощечину с такой силой, о которой даже не подозревала.
Джей в шоке отшатывается назад, его челюсть сжата, а щеки густо покраснели. Чувство вины и сожаление терзают меня, но я все же пронзительно кричу:
– Я же просила тебя не говорить об этом!
Джейден вздрагивает и ощупывает свою челюсть.
Затем он подходит ближе, возвышаясь надо мной, будто я не замахивалась на него двумя секундами ранее.
– Ну, это чертовски плохо… Потому что я думаю, что я…
– Не смей! – рявкаю я.
– Я думаю, что влюбляюсь в тебя, Авина Харпер.
Мой рот открывается.
Мгновенно моя рука взлетает в воздух, но на этот раз Джей предвосхищает пощечину, перехватывая мое запястье в воздухе, и, не раздумывая, прижимает меня к своей груди. Ни один из нас не двигается и не говорит ни слова в течение нескольких секунд. Мы смотрим друг на друга на темной тихой парковке, как будто играем в гляделки.
Затем губы Джейдена обрушиваются на мои.
И я теряю контроль.
Лучше не скажешь.
Я распадаюсь на части во всех смыслах, бомбардируемая миллионами эмоций, которые я скрывала под гневом. Желание, страх разрушить его блестящее будущее… Любовь.
Боже, я люблю его.
Тирана моего детства, ставшего другом по переписке. Единственного парня, которому я впервые открылась с того дня, как потеряла отца. Я влюблена в него, и прямо сейчас я хочу позволить себе любить его.
Отбросив притворство, я встаю на цыпочки и хватаюсь за его брендовую одежду, как за спасательный круг. Я целую его в ответ с невероятной силой, и Джейден удовлетворенно стонет. Я открываюсь ему, позволяя его языку найти мой, и соединяю наши тела. Мои бедра прижимаются к его. Джей хмыкает, замечая мои намерения, и обхватывает меня за ноги.
Он с легкостью поднимает меня на руки. Я чувствую, как его член пытается вырваться из штанов, когда он несет меня обратно к грузовику, а его ладони крепко обхватывают мою задницу.
Я едва не задыхаюсь, когда он бросает меня на кровать своего грузовика и забирается на меня сверху. На вкус он как вишневые Jolly Ranchers, плохие решения и уязвимость, избежать которой я могу пытаться всю свою жизнь.
Его пальцы сжимают край моего укороченного свитера, и он останавливается, отстраняясь от меня. Его пылающий взгляд находит мой, когда он тихо произносит:
– Скажи мне, что ты хочешь этого.
Я немедленно соглашаюсь.
– Я хочу тебя, – мой голос срывается.
Джей злобно ухмыляется, сжимая мое горло и исполняя мое желание, когда его опытный рот сталкивается с моим. Страх до последней капли покидает организм, когда он стаскивает мой свитер через голову и отбрасывает его в сторону.
Его голубые глаза скользят по моему телу с таким плотским вожделением, которое способно заставить голову девушки кружиться. Джейден рассматривает все: мой голый живот, тонкий лифчик, подчеркивающий мои проколотые тугие соски, хотя я сомневаюсь, что в темноте парковки он многое может разглядеть.
Подождите, мы все еще на парковке.
Мои глаза распахиваются.
– Джей, н-нас могут увидеть, – напоминаю я ему, и меня охватывает странное возбуждение от возможности быть пойманной.
Его глубокий, беспечный смех вызывает у меня мурашки по коже.
– И что?
Я уже собираюсь возразить, когда он стягивает мой бюстгальтер с груди, и звук рвущейся ткани заставляет меня вздохнуть. У меня не было шанса отругать его за то, что он испортил мою одежду, потому что его рот захватывает один за другим мои чувствительные соски, а его большие руки обхватывают каждую из моих грудей, когда он приступает к делу.
Я не могу сдержать стона от ощущения, как его язык играет со штангой моего пирсинга. Джейден ласкает мои болезненно твердые соски, пока я не сжимаю бедра, нуждаясь в большем количестве этой любви внизу.
Судя по тому, как быстро его губы пробираются по моему животу, осыпая мучительными поцелуями всю мою кожу, можно подумать, что я сказала это вслух. Застенчивая Авина грозит вырваться наружу, когда он вцепляется пальцами в пояс моих легинсов, торопливо стягивая их с моих ног и обнажая сиреневые трусики.
Одно дело – когда он ласкает меня пальцами, другое – когда зарывается лицом в мою щель. Ни один парень никогда не был так близок ко мне. Даже Пэйтон.
Я с трудом сглатываю.
Джейден сразу все понимает.
– Ты в порядке? – спрашивает он. – Я могу остановиться.
Его голос хриплый от страсти, от подавленных желаний, но я знаю, что он готов на это, независимо от того, насколько он возбужден.
– Не надо, – успокаиваю я его и себя. – Я хочу этого.
Джейден улыбается, как прекрасный маленький дьявол, которым он и является, а затем стаскивает с меня нижнее белье, прежде чем раздвинуть мои бедра. Он расставляет мои ноги как можно шире, и я четко вижу, как он зажимает нижнюю губу между зубами.
Затем он начинает действовать.
Джейден пожирает меня, как голодающий, наслаждающийся последней пищей. Его настойчивый язык вращается вокруг моего клитора. Быстро. Медленно. Снова быстро. Это совсем не так, как я себе представляла. Это лучше. Моя голова откидывается назад, когда его ладони проскальзывают под меня. Он обхватывает мою задницу, всасывая мой клитор в рот с такой силой, что моя спина выгибается дугой.
Боже правый, он что, ходил на курсы?
Я хватаю его за волосы. Еще одно движение по моему клитору, и я забываю о том, что кто-то может заехать на стоянку и обнаружить нас. Поскольку он полон решимости лишить меня рассудка, Джей решает, что его языка недостаточно.
Я настолько мокрая, что он легко вводит в меня два пальца и одобрительно хмыкает, когда с моих губ срывается стон. Его пальцы, входящие и выходящие из меня, и давление его языка вместе взятые невыносимы. Я никогда в жизни не испытывала такого экстаза, и мне почти стыдно от того, как быстро я начинаю дрожать. Как быстро мои глаза закатываются.
Я сжимаю свои бедра вместе, чтобы не вырваться и не раздавить голову Джея, а он в ответ снова раздвигает мои ноги и продолжает сильно трахать меня пальцами.
– Мы еще не закончили, Харпер, – говорит он хрипловатым голосом и снова прижимает свой рот к моей сердцевине. Я в его власти. Беззащитная, но именно его язык полностью обезоруживает меня.
Его быстрые, мощные касания.
Оргазм накрывает меня, как проливной дождь, и мои бедра подрагивают, когда я наконец принимаю свою судьбу и душераздирающее удовольствие, которое приходит вместе с ней. Я понимаю, что невозможно заглушить стоны, когда я достигаю вершины.
У меня нет слов.
Кроме, может быть, «твою мать».
Джейден дает мне время перевести дух, прежде чем снова подняться к моим губам, разрывая меня на части поцелуем, который на вкус напоминает меня. Его член прижимается ко мне, и мне кажется несправедливым то, что на нем столько одежды, в то время как я абсолютно голая посреди общественной парковки.
Не успев опомниться, я стягиваю с него футболку. Мои пальцы ласкают его гладкую кожу, грудные мышцы, плечи, кубики пресса. Я покрываю его торс медленными поцелуями и понимаю, что хочу целовать совсем другую его часть.
Я удивляю Джея, разворачивая нас и опускаясь на колени рядом с ним. Я так быстро расстегиваю его ремень, что он едва успевает за мной.
– Ви… – шепчет он, когда я стягиваю его штаны с колен. Теперь на нем только трусы, и я быстро снимаю их, чтобы сравнять счет. Его член покачивается между нами, толстый и твердый, и я изо всех сил стараюсь не пялиться.
Не моя вина, что он намного больше Пэйтона.
Даже близко не настолько уверенная, какой выгляжу, я устраиваюсь между его ног и беру его за основание, глядя на него сквозь ресницы.
– Господи Иисусе, Ви, – он стискивает зубы. – Не смотри на меня так, я сейчас взорвусь.
Я ошеломленно моргаю, уставившись на него.
– Но я даже не прикоснулась к тебе.
– Я знаю, – он раздраженно стонет, и я понимаю, что сейчас он смущен. Мысль о том, что он не может сдерживать себя, сводит меня с ума.
Я хочу больше власти над ним.
Больше этого выражения на его лице.
Я ищу возможность помучить его и наклоняюсь вперед, пока мой рот не оказывается в нескольких дюймах от его кончика, а его кулаки не сжимаются так, что белеют костяшки. Я высовываю язык, чтобы попробовать, и обхватываю губами головку его члена. Я даже не начала сосать, когда он срывается:
– Нет, я не могу.
Не успела я и глазом моргнуть, как он уже на мне, его горячая, напряженная плоть пульсирует между моих ног.
– Почему ты это сделал?
– Я не могу кончить, пока не почувствую тебя, – отчаяние в его голосе опутывает меня вихрем эмоций. Я прижимаю его ближе к себе, желая чувствовать его так же сильно, если не больше, чем он меня. Я набираю в легкие воздух, не в силах осознать, что сейчас произойдет, и трусь о него, позволяя своему телу говорить.
– Подожди, – выдавливает Джей, как будто ненавидит себя за то, что говорит это, и хватается за штаны рядом с нами. Он достает что-то из кармана.
Презерватив.
Я не позволяю этому беспокоить меня. По крайней мере, пытаюсь. Я бы сама заговорила о защите, если бы он этого не сделал. Итак, он повсюду носит с собой презервативы. Чего еще я ожидала от капитана баскетбольной команды?
Его рот находит мой, едва он натягивает резинку, и он размещает свой член у моей вагины, накручивая мои розово-золотые волосы на кулак. Он всего в нескольких секундах от того, чтобы заполнить меня, когда до меня доходит.
Мы собираемся заняться сексом.
Я.
Джейден.
Секс.
Это очень важно.
Мы не можем этого сделать, пока не будем на одной волне.
– Джей… – скулю я, и он впивается взглядом в мои глаза, обхватывает мое лицо рукой и проводит большим пальцем по нижней губе. – Пути назад нет, – хриплю я сквозь ком в горле.
Уловив мою мысль, Джей целует меня так, что у меня перехватывает дыхание, а потом шепчет мне в губы:
– Никогда.
Я почти уверена, что ослепла, когда он вошел в меня. Всего на секунду, но это обострило все мои чувства. Он большой – да, я знала это, просто взглянув на него, но ощущения, как он растягивает меня до предела, достаточно, чтобы перекрыть мне дыхание.
Я впиваюсь ногтями в его спину, мои приоткрытые губы и расширенные глаза заставляют его челюсть напрячься. Чистое блаженство разливается по его лицу, и когда он проникает в меня еще глубже, мы задыхаемся вместе.
Джейден замирает, зарываясь лицом в мою шею.
– Черт, детка, – он тяжело дышит. – Перестань сжиматься.
– Я не сжимаюсь, – хнычу я между стонами. Он не двигается с тех пор, как вошел в меня, и у меня такое чувство, что жжение, пронзающее мой живот, не исчезнет, пока он не начнет. Джей отстраняется, его зрачки увеличиваются по мере того, как к нему приходит осознание.
Неверие наполняет его взгляд.
– Черт возьми, Ви… Ты такая… – он шипит, все больше раздражаясь на себя. – Я продержусь пять гребаных секунд.
– Лучшие пять секунд в моей жизни, – уверяю я его, и он смеется, целуя меня так крепко, что я действительно сжимаюсь вокруг него. – Двигайся. Пожалуйста, – умоляю его, выдыхая ему в губы, он слишком большой, чтобы справиться с ним. Джей втягивает мою нижнюю губу в рот и делает толчок.
Второй.
С каждым разом набирая скорость.
Пока он в прямом смысле не вытрахивает из меня всю боль.
Мои внутренности растворяются от непрерывного зрительного контакта. Мы оба с открытыми ртами, полностью поглощены этим моментом, нереальной связью между нами, божественным трением наших тел друг о друга.
Кажется, я могу только стонать, когда его медленные толчки постепенно становятся быстрее. Но когда он закидывает мою правую ногу себе на плечо и начинает трахать меня изо всех сил, я перехожу от сдержанных стонов к…
Давайте просто скажу, что я сама себе прикрываю рот.
Мои глаза закрываются, но Джею это не нравится. Он бесцеремонно отрывает мою руку ото рта, требуя освобождения моих грубых стонов и хватая меня за горло, чтобы трахнуть меня сильнее.
– Посмотри на меня, – хрипит он, находясь в нескольких сантиметрах от моего лица. Я потрясена тем, насколько меня заводит его доминирующая сторона, и вскрикиваю от восторга, когда его большой палец опускается на мой клитор, грубо вращая его, когда он безудержно вонзается в меня.
Затем по его красивому лицу стекает капля воды. В этот момент мы оба потные, возбужденные животные, но это… это не пот.
Это дождь.
– Да вы издеваетесь? – смех срывается с губ Джейдена, когда вторая дождевая капля скатывается по его плечу.
– Вот что случается, когда не смотришь прогноз погоды, красавчик, – поддразниваю я между вздохами, и он самодовольно ухмыляется, снова прижимаясь своими губами к моим.
Легкая морось за считаные минуты превращается в проливной дождь, но Джей игнорирует мать-природу, ни на мгновение не замедляя своих энергичных толчков.
Мокрые черные волосы Джейдена падают ему на лоб, когда наши скользкие тела прижимаются друг к другу. Наши языки сплетаются в тот момент, когда вдалеке раздается раскат грома, почти в унисон с электричеством, бьющимся в моих пальцах. Я до крови прикусываю губу и готовлюсь к головокружительному оргазму, ползущему по ногам.
Джей закрывает меня от ливня своим телом, лаская мой клитор с такой неумолимостью, что я становлюсь жертвой жара в нижней части живота.
– Д-джейден, – издаю стон, царапая ему спину.
– Черт, скажи это еще раз, – рычит он, прижимаясь ко мне бедрами снова и снова. Я бьюсь в конвульсиях под ним, когда моя спина отрывается от кузова его грузовика.
– Джейден! – я вскрикиваю, когда мой оргазм достигает высшей точки. И я не одна. Джей закрывает глаза, его безумные толчки становятся отрывистыми, неровными. Зная, что он вот-вот кончит, я делаю именно то, чего он просил меня не делать.
Я сжимаю его.
Я вкладываю все силы, что у меня есть, сжимаясь вокруг него, пока не получаю его именно там, где хочу.
Его ясные голубые глаза распахиваются, челюсть сжимается, когда он произносит мое имя, его горячее, влажное тело содрогается от спазмов. Секунду спустя он изливается внутрь латекса, растягивая этот драгоценный момент так долго, как только может.
Мы уже полностью промокли, двое влюбленных детей, обнаженных под дождем. В ту секунду, когда мы вновь обретаем связь с реальностью, наши глаза встречаются, и меня охватывает парализующий страх. Все было идеально.
Мы были идеальны.
Я позволила Джейдену Хосслеру опуститься на меня, а затем трахнуть в кузове его грузовика посреди ночи на общественной парковке. Сегодня вечером я отдала ему все лучшее, что было во мне, не беспокоясь о том, что будет завтра.
И это приводит меня в ужас.
Словно мои эмоции напечатаны у меня на лбу, Джей приподнимает мой подбородок, запечатлевает тысячный поцелуй на моих губах и заглядывает в мои глаза так глубоко, что я задаюсь вопросом, может ли он видеть, как рушатся мои стены.
– Пути назад нет, Харпер, – произносит он, повторяя мою фразу.
Все мои сомнения и переживания растворяются в воздухе.
Мое сердце колотится в груди, и я снова целую его, прижимаюсь к его лицу и выдавливаю дрожащее:
– Никогда.