Гости
Заходя домой, я услышала незнакомые голоса в гостиной. Блин, я опоздала, мама меня убьёт. Гости уже пришли.
Как только я зашла в гостиную, мне стало немного легче: я увидела, что они ещё не сели за стол, а, судя по всему, стоят, представляются и знакомятся. Поэтому, как только я появилась в поле зрения папы, он сказал:
— А это моя старшая дочь, Аврора, — и положил руку мне на плечо.
Вторая рука была на плече Мелони — видимо, он тоже только что представил её. Я прямо вовремя.
— Здравствуйте, очень приятно. Можно просто Ави, — сказала я и пробежалась по гостям приветливым взглядом.
Итан и его жена кивнули мне, улыбаясь. Жена продолжила, обращаясь ко мне:
— Меня зовут Нелли... Итана ты знаешь, а это наши дети — Армин и Исак.
Она повторила папин жест, положив руки на плечи своих детей.
— Приятно, — улыбнулась я, глядя на парней.
Судя по всему, младшим был Исак — его выдавали детские черты лица, хотя ростом они были одинаковы. Разница в возрасте у них небольшая — года два, максимум. Исака я тоже видела до этого, хотя и подумать не могла, что он сын Итана, как и то, что Нелли — его жена. Армин — старший сын. Впервые я его увидела в то утро, когда мы с девочками уезжали на карьер. До того дня я вообще его не видела... или просто не замечала.
— Ну, давайте садиться за стол, — пригласила к столу мама гостей.
Расселись мы по разные стороны. С одной — наша семья, с другой — семья Итана. Мама сразу же принялась раскладывать горячее по тарелкам, а Нелли завела разговор:
— Ави, ты чем увлекаешься? — с интересом смотрела она на меня.
— Черлидингом занимаюсь в школе, уже как три года, — улыбаясь, ответила я.
— А я занимаюсь танцами в школе, рисованием, программированием и ещё плаванием, — жуя картошку, встряла Мелони в разговор.
— Ого, и ты всё успеваешь? — подключился к разговору Итан, разрезая мясо у себя на тарелке.
У Мелони был полный рот картошки, и она не смогла ответить, лишь криво улыбнулась. За неё ответил папа:
— Всё успевает, мы сами в шоке, — сказал он, одобрительно посмотрев на Мелони.
Она продолжала криво улыбаться.
— А у нас Исак занимается профессионально хоккеем, — с гордостью продолжила Нелли.
Исак смущённо опустил голову к тарелке.
— А Армин — первый в своей школе по шахматам, — не забыла про старшего сына Нелли.
Армин на своё представление никак не отреагировал. Он просто жевал мясо и думал о своём — возможно, даже не услышал.
— Подумать только, родные братья, а такие разные, — удивилась мама.
Нелли одобрительно кивнула.
— Ну что, давайте за встречу! — поднял папа бокал с вином, призывая всех чокнуться.
— За встречу! — подняли бокалы мама, Нелли и Итан.
Я, Мелони, Исак и Армин тоже подняли бокалы с соком и присоединились к родителям. Все улыбались, стараясь чокнуться с каждым. Когда наши бокалы с Армином соприкоснулись, он посмотрел на меня. Он единственный, кто не улыбался. Я поймала его взгляд и впервые увидела в его глазах что-то живое. Он наконец вернулся из своих размышлений и был с нами. Но как только все поставили бокалы на стол, отпив из них, его внимание снова улетучилось куда-то внутрь, в свои мысли.
Спустя 20 минут светских разговоров Мелони наскучило, и она спросила у папы:
— Можно мы пожарим маршмеллоу во дворе?
Исак и я оживились — мы были рады оставить родителей, их разговоры нам наскучили так же, как и Мелони. Армин же никак не отреагировал.
— Да, конечно, только аккуратно. Ави, возьми шампуры в гараже, — поспешно сказал папа и вернулся к разговору с Итаном.
— Ура! — закричали Мелони, я и Исак, одновременно встали из-за стола.
Армин лишь задумчиво посмотрел на нас — наверное, решал, идти с нами или остаться.
Мы вышли на задний двор втроём. Армин всё же решил остаться с родителями. Мы с Исаком перетащили скамейку к ещё горячему грилю, пока Мелони нанизывала маршмеллоу на шампуры. Мы уселись на скамейку с Исаком, а Мелони притащила себе уличное кресло и села рядом. Горячий гриль приятно согревал нам лица. Каждый жарил для себя маршмеллоу. Около двух минут мы сидели в тишине, но потом я решила её нарушить:
— А тебе сколько лет? — посмотрела я на Исака.
— Мне 16, а Армину 18, — стесняясь, сказал он.
Про брата он упомянул не случайно — наверное, думал о нём и хотел, чтобы тот к нам присоединился. Ему одному было неловко с незнакомыми девочками.
— Мне тоже 18, а Мелони 12, — с той же интонацией повторила я за Исаком.
Он лишь промычал в ответ, стараясь показать заинтересованность. Мелони была увлечена маршмеллоу, но слушала нас и, как только представилась возможность, спросила:
— А почему твой брат с нами не пошёл?
— Не знаю, наверное, стесняется, — голова его опускалась всё ниже и ниже. Ему явно не нравилось, что мы задаём ему так много вопросов.
— Я не стеснялся, просто хотел попробовать ещё один салат. Ваша мама очень вкусно готовит, — словно призрак, появился за нашими спинами Армин.
В руках он держал ещё одно уличное кресло, такое же, как у Мелони. Поставил его со стороны Исака и сел. Исак громко выдохнул и наконец выпрямился — он был безумно рад, что брат присоединился, но старался этого не показывать.
— Можно шампур? — посмотрел он на меня. Шампуры лежали рядом со мной.
— Да, конечно, — протянула я ему один.
И снова поймала его взгляд. Он нанизывал маршмеллоу и, не отрывая глаз от шампура, словно скрывая заинтересованность, спросил:
— Ты же не из нашей школы? Я тебя не видел у нас.
Исак и Мелони, сразу поняли, что вопрос адресован мне — видимо, они встречались в школе. Пока я жевала маршмеллоу, Мелони ответила за меня:
— Ави из другой школы. Когда мы переехали, она не стала переводиться, а я пошла в первый класс уже в этой.
Армин на мгновение снова выпал из реальности. Он о чём-то задумался — такое ощущение, будто в его голове сложился пазл, который он давно не мог собрать.
— Понятно, — сказал он, давая понять, что снова с нами.
В то время, пока Армин и Мелони сидели на креслах, мы с Исаком сидели на деревянной скамейке. Исак начал ёрзать — наверное, думал о том, почему мы сразу не взяли по креслу. Заметив это, я предложила:
— Может, уберём скамейку и возьмём по креслу? — и посмотрела на Исака.
— Давай, — он был рад, что предложила это я, и ему не пришлось первому.
— Почему вы сразу не взяли кресло? — спросила Мелони, как только мы с Исаком встали.
— Я помогу, — сказал Армин и, убрав своё маршмеллоу на столик возле гриля, встал.
Исак и Армин оттащили скамейку к дому, где она и стояла. Исак взял кресло себе, а Армин, судя по всему, — мне. Притащил его к грилю, поставил рядом со мной и сел в своё кресло.
— Спасибо, — сказала я. Он лишь незаметно улыбнулся и снова взял в руки шампур, ничего не сказав.
Мы сидели полукругом возле гриля. Справа от меня сидела Мелони, слева — Исак, а левее Исака — Армин.
Я, Армин и Исак понимали, что разговор у нас не клеится так, как у родителей. И только Мелони ничего не напрягало, и она предложила:
— Давайте поиграем в игру! — её глаза загорелись.
— В какую? — глаза Исака тоже загорелись. Он был рад чем-то заняться, лишь бы не сидеть без дела.
— Одна правда, две лжи, — сказала Мелони.
— Это как? — очень заинтересованно спросил Исак. Армин же был увлечён деревом напротив, разглядывал его, но при этом слушал нас.
— Человек говорит три факта о себе, среди которых две лжи и одна правда, а другие должны отгадать, где правда -объяснила Мелони
— О, класс, давайте! — немного привстал с кресла Исак.
— Не получится, — не отрывая взгляда от дерева, сказал Армин.
— Почему? — раздражённо спросила Мелони. Кажется, он начинал её бесить.
— Ави и ты знакомы с детства, так же как и мы с Исаком. Будет тяжело подобрать факт о себе, учитывая, что родная сестра практически всё знает о тебе, — сказал Армин и посмотрел на Мелони.
Мелони лишь расстроилась, что игра не подходит для их компании.
— Тогда давайте, когда человек говорит факты о себе, родной брат или сестра будет молчать, чтобы не подсказывать остальным, — предложила я.
— О, хорошо, давайте! — снова оживился Исак.
Армин лишь одобрительно посмотрел на меня и вернул взгляд на дерево. Его манера общения тоже начинала меня напрягать, как и Мелони. К чему эта закрытость?
— Я первая, — сказала Мелони и начала: — Я боюсь пауков. У меня есть домашние крысы. И я не люблю тыквенный пирог.
Исак задумался, а Армин перевёл взгляд с дерева на мамины цветы на клумбе позади Мелони. Я, конечно, знала ответ и хитро улыбнулась. Исак посмотрел на меня в надежде на помощь.
— Второе правда, — сказал невзначай Армин и посмотрел на меня с Мелони. Улыбка с моего лица пропала. Исак без слов понял, что брат угадал.
— Да, — немного расстроенно сказала Мелони.
— Как ты угадал? — возразил Исак.
— На кухне стоял пакет с кормом для крыс, — сказал Армин и улыбнулся, радуясь своей победе.
— А почему ты не подумал, что это мог быть корм для моих крыс, почему именно Мелони? — спросила я.
— Вряд ли восемнадцатилетняя девушка будет возиться с домашними крысами, в этом возрасте другие интересы, — в его глазах мелькнула игривость.
— Ты такой внимательный из-за шахмат? — продолжала я задавать вопросы.
— Да, с ним вообще невозможно во что-либо играть, — обиженно сказал Исак и продолжил: — Ави, твоя очередь. — Обида в его голосе сменилась решительностью: в этом раунде он хотел одержать победу.
— У меня плохое зрение. Мой любимый урок в школе — история. Я обожаю мармелад, — сказала я первое, что пришло в голову.
Исак посмотрел мне в глаза, будто пытался по ним понять, хорошее у меня зрение или плохое. Мелони захихикала, потому что знала ответ. Армин просто смотрел на дерево и размышлял.
— Мне кажется, второе правда, — неуверенно сказал Исак.
— Нет, — ответила за меня Мелони и продолжила хихикать. Я смотрела на Армина, ожидая его хода.
— Первое правда, — сказал он, переводя взгляд на меня.
— Да, я ношу линзы, — объяснила я Исаку, и он опять расстроился, что проиграл.
— У меня есть девушка. В будущем я хочу стать тренером. Я не люблю белый цвет, — продолжил игру Исак.
Он был одет в чёрную обтягивающую кофту, которая показывала, что он занимается спортом, и в чёрные спортивные штаны. На ногах — зелёные кроссовки. Я рассматривала его, пытаясь понять, правда последнее утверждение или ложь.
Армин же был одет в бежевые брюки, белое худи и такие же белые кроссовки.
Впервые за вечер я обратила внимание на их одежду. Они были и вправду как инь и ян — такие разные. Но схожие черты лица выдавали, что они братья.
— Первое правда, — сказала Мелони.
— Нет, у меня постоянно тренировки, какие девушки? — последние слова он произнёс с отвращением. Сразу было понятно, что хоккей у него на первом месте.
— Третье правда, — сказала я и ещё раз пробежалась взглядом по его одежде.
— Да, а в будущем я хочу стать великим хоккеистом, а не тренером, — с гордостью сказал Исак.
— Твоя очередь, — сказала Мелони, глядя на Армина.
— Я не особо люблю говорить о себе. Давай лучше Мелони, — сказал он и посмотрел на неё.
Мелони обрадовалась, что сейчас может быть её ход, но я возразила:
— Так нечестно! Ты отгадываешь, где правда, а где ложь, а сам не хочешь говорить о себе!
Но тут зазвонил мой телефон — очень не вовремя. Он лежал на столе, и все увидели, что мне звонят. С интересом наблюдали за моими действиями. Я знала, кто звонит, но всё равно взяла телефон в руки, чтобы убедиться. Конечно, это Малек. Мелони увидела имя на экране и сказала:
— О, Малек! Может, он приедет и тоже с нами поиграет? — по-детски воскликнула она, не думая, что говорит.
Я сбросила звонок, и она спросила:
— Зачем ты сбросила?
Парни с интересом наблюдали за нами. Им было любопытно, кто такой Малек и почему я предпочла разговор с ними, а не с тем, кто мне звонил. Увидев интерес Исака и Армина, Мелони объяснила:
— Это её парень. Они встречаются уже три года, — улыбаясь, сказала Мелони. И, обращаясь ко мне, продолжила: — Так зачем ты сбросила?
Армин и Исак не отрывали от нас взгляд. Наверное, на моём лице была полная растерянность, а на лице Мелони — игривость. Хороший дуэт.
— Мел, не лезь куда не просят, — грубо сказала я и засунула телефон под подушку кресла. Он продолжал звонить.
Армин смотрел на меня, решая какую-то задачку в голове. Вопрос он задать не решался. Исак же особо ни о чём не думал, просто следил за ситуацией. Но как только мы с Мелони замолчали (она отвернулась обиженно и скрестила руки на груди), Исак подвёл итог:
— Вот поэтому у меня нет девушки — одни проблемы от этих отношений.
— Исак! — обратился Армин к младшему брату, давая понять, что эти слова были лишними.
— Ну а что? Ты сам со своей Мишель сколько раз в месяц ругаешься? Семь или десять? — не унимался Исак.
Армин ничего не ответил, лишь злобно посмотрел на брата — жилки на скулах вздулись. Меня взбесила Мелони, а Армина — Исак. В чём-то с Армином мы были похожи.
Спустя две минуты молчания Мелони оживилась:
— Пойдём в бадминтон поиграем!
— Давай, — оживился Исак, но лёгкая обида на брата всё же читалась в его взгляде.
Мы с Армином остались вдвоём. Наши взгляды встретились, но он первым отвёл глаза, снова уставившись на своё "любимое" дерево, которое рассматривал весь вечер. Я проверила телефон — приходили сообщения от Малека:
«Почему ты второй день не берёшь трубку?»
«У тебя всё хорошо?»
«Прости, если обидел. Позвони, как сможешь».
Прочитав и не ответив, я убрала телефон и глубоко вздохнула, привлекая внимание Армина. Он вопросительно посмотрел на меня. Я спокойно встретила его взгляд, и он снова отвёл глаза. Диалог без слов. Но, не выдержав, я спросила:
— Ты не особо общительный, да?
— Да нет, просто не люблю новые знакомства, — сказал он, откинув кудрявые волосы назад, и спросил: — Вы давно здесь живёте?
— Пять лет.
Разговор получался удивительно сухим — казалось, мы говорили только из приличия, задавая банальные вопросы. Я многое хотела спросить, как и он, но мы молчали, боясь показать интерес.
И вдруг во мне что-то щёлкнуло. Все нормы приличия забылись — в голове мелькал образ Малека, от которого хотелось поскорее избавиться. К собственному удивлению, я вдруг выпалила:
— Слушай, а ты пьёшь? Может, выпьем? — привставая с кресла, предложила я.