Демон из зазеркалья

К приезду родителей, я уже умыла, красное и опухшее лицо и даже умудрилась запихнуть в себя немного еды, а то живот издавал такие рулады, что тошно становилось.

Отказавшись от ужина, я засела во всемирной паутине, ища все возможные сайты, с ответом на вопрос, как же, мне выпустить своего демона. Что мне только не предлагали, от прохождения виртуальных игр с демонами, до вызова их же, у меня на дому. Спиритические сеансы, сатанизм, даже формулу вызова, на всякий случай записала, а вдруг поможет, но ничего про зеркало и демона запертого в нем. Я даже вводила его имя в поисковик, но мне выдавалось, лишь общие корни имени, с другими непонятными словами. Что же делать?

Этот вопрос, я задавала себе, на протяжении всей ночи, кутаясь в одеяло на полу, рядом с зеркалом, задавала весь следующий день, пытаясь найти на него ответ. Вечером, родители спросили, готова ли я, на мой недоуменный взгляд, уточнили про учебу. Ну конечно, нам же назначили пары, с первого сентября, чтобы подготовить к зимней сессии, ведь зимой, мы уже будем защищать диплом. Я посмотрела прямо на родителей и ответила «Готова!», - но, совсем на другой, вопрос.

Утром, делая усиленный вид, при родителях, что готовлюсь к учебе, я убедилась, что папа ушел на работу, а мама по своим делам, вернулась в свою комнату. Одела спортивный костюм, широкие штаны, футболку и олимпийку, удобные кеды, которыми лупила своего демона и подошла к зеркалу. Я не могу без него, эти полтора дня, были, как пытка для меня, я хочу его увидеть, обнять и почувствовать, как сильно он любит меня, прижмет к себе и прошепчет свое «рулада моя» перед сладким поцелуем.

Постучала, дрожащей рукой, по стеклу, почти немедля провалившись сквозь зеркало, глубоко вздохнула и быстро шагнула, сквозь стекло. Что ж, одеваться, смысла не было, все равно, как через толщу ледяной воды, олимпийка не спасала, да и кеды тоже, холодно было всему телу.

Очутилась я в прямоугольной комнате, ее углы терялись в темноте, воздух был спертый, словно здесь очень плохая вентиляция. Стены из серых булыжников, нагроможденных друг на друга, на разном расстоянии друг от друга и от пола, и разного размера, в стене были проемы, они светили резким белым светом, но не освещали пространство почему-то. Я подняла голову вверх, деревянные балки, тонкие, как прутики и огромные, как дерево, пересекались меж собой, образовывая пыльную, местами сгнившую паутину из дерева, уходившую вверх и терявшеюся в темноте. Я гулко сглотнула, звук тут же пронесся по помещению, заставляя меня вздрогнуть. Я вдруг ощутила на себе пристальный взгляд, мне тут же захотелось уйти, я почти дернулась в сторону выхода, но перед глазами встала картинка, как Фархан прощается со мной. Ну уж нет, я же пришла сюда, значит должна дойти до конца. Осторожно ступая, по грязному, в каменной крошке и пыли, по́лу, я пошла в дальний угол, где еле-еле угадывалась, какая-то куча. Дойдя, я остановилась, это была куча тряпья, наваленная на полу, смутно угадывался отпечаток тела, он здесь спал, сердце сжалось от жалости. И тут же чуть не выпрыгнуло от страха, когда меня крепко обняли, мужские руки и прижали к груди, не давая обернуться, а шипящий шепот, ворвался в сознание: «Я просил. Я просил не приходить! Зачем, ты сюда зашла?». Я судорожно хватала ртом воздух, смотря на руки, обнимавшие меня, в тусклом свете, они казались черными, с длинными когтями. Я напряглась, а на ухо уже шипели: «Страшно, куколка моя?» - и вот это «куколка моя», все решило, я вздохнула и спокойно (сама удивилась, как у меня это получилось) попросила: «Дай мне обернуться, Фархан, пожалуйста», - демон вздрогнул и медленно отпустил. А я обернулась и подняла взгляд на свой кошмар... и вздохнула, с облегчением. Мне вроде ужас всех ужасов был обещан, я ожидала ящерицу там увидеть, на двух копытах, да с огромными рогами. Фархан стоял предо мной в полный рост, он стал еще выше, в сумраке, казалось что кожа черная, глаза светились, ну вроде и все, не ожидай я увидеть реальное чудовище, наверное испугалась бы, а так, даже бояться перехотелось. Я широко улыбнулась ему. «Ты неподражаема, куколка моя!» - он с облегчением засмеялся и кинулся меня обнимать, покрывая поцелуями, все, до чего мог дотянуться. Я, глупо улыбаясь, прильнула к нему, ощущая, как становлюсь цельной, мне было хорошо, ровно до того момента, как я почувствовала что-то гладкое и горячее, заползающее мне под штаны. Я завизжала, как дикошарая, запрыгивая на руки к моему демону: «Крыса!!! Фархан, здесь крыса! А-а-а, убери ее от меня, убери!» - я пыталась залезть повыше, осматривая пол и силясь рассмотреть, где же эта гадость, чтобы чем-нибудь долбануть, ибо чего в этом мире, боится истинная женщина, конечно мышей и крыс. Я так увлеклась поиском гадкой крысы, что не заметила, как напряженно, мужчина на меня смотрит, удерживая на весу. «Катя, - позвал демон, я затихла, внимательно слушая. - Это не крыса!». Я удивленно посмотрела на него: «Не крыса? - он покачал головой. - А кто?» - он засмущался, а я не верила глазам, большой и страшный демон смутился. Как же мне не хватало сейчас камеры, я бы засняла это, во всех ракурсах. «Это мой хвост», - пробубнил он, я недоуменно на него посмотрела, какой-такой хвост. Страшная догадка мелькнула в голове, если у него везде все трансформировалось, то... я откашлявшись, тихонько спросила: «Хвост, э-э, ну который спереди?» - мужчина зарычал, моментально прижав к себе, ногу обвило что-то горячее, а между ног оказался весьма внушительный бугор, показывая, что это две разных вещи.

Он перенес меня на кучу тряпья, аккуратно ссадив посередине, и уселся рядом, прижимаясь и поглаживая, то плечи, то спину, то просто теребил волосы, будто не веря, что я перед ним, что я настоящая. А я тем временем добралась до хвоста, увидев кончик, осторожно обхватила и потянула на себя, ко мне на колени, тут же улеглась этакая прелесть. Где-то до трех метров длинной, он был весьма толстым, но гибким, его покрывала тонкие чешуйки, гладкие на ощупь, а еще он был горячим, очень горячим. От сосредоточенного рассматривания интересной части тела меня отвлек тихий вопрос: «Ты правда не боишься?». Я внимательно вгляделась в него, темноты я больше не боялась, но меня напрягало, что я не могу его рассмотреть, как следует, чтобы видеть эмоции, что бы понимать, что он чувствует. «Фархан, разве ты не чувствуешь меня? Мои эмоции?» - он улыбнулся, - «Здесь, я не могу ничего чувствовать». Он сказал это, как давно смирившийся, будто нет выхода и выбора, я не могла это так оставить, разве не любимая вдохновляет мужчину? Я расстегнула олимпийку, успела стянуть футболку, пока, наконец, до демона дошло, из-за чего я притихла. «Катя, что ты делаешь?» - спросил он севшим голосом. «Доказываю тебе, что ты можешь здесь чувствовать, что же еще», - проговорила, уже скинув кеды и потянув штаны вниз. Мне тут же помогли, уже целуя и обнимая.

Я почувствовал, как меня призывает тюрьма, видел, как замо́к закрывается, пытался сопротивляться, чтобы еще раз всмотреться в черты ее лица и сказать самые главные слова. Любимая прощай. Меня перекинуло в серые стены, этот воздух душил, я взревел от отчаянья, от боли и кинулся на дверь, царапая когтями, я бился в нее, потом крошил камни стен, пытаясь вернуться к своей женщине. Темница долго не терпела, меня скрутило, прошибая болью, все мышцы заныли, выворачиваясь, меня приподняло и кинуло об стену, хорошенько приложив головой. Не знаю, сколько я валялся, отключившись, но очнувшись, испытал полное опустошение, я не мог вернуться к ней, не мог сломать эти стены, я полное ничтожество. Я подтянулся и ушел наверх, на балки, устроившись там, впал в какое-то нездоровое оцепенение.

Меня разбудил звук, эхом отразившийся от серых стен, я опустил голову и не поверил глазам, моя девочка пришла, вошла в мою темницу, она тихонько пошла к моему лежбищу, переступая каменную крошку, а я спустился и тихо подошел к ней вплотную, сдерживаясь от желания, прильнуть к ней всем телом. Нужно было не спускаться или напугать, чтобы она ушла, но я не мог, я хотел верить, что она примет меня. Я обнял ее, не давая рассмотреть меня, но, не смотря, на мои провокации, моя девочка осталась со мной. Правда, она приняла мой хвост, за крысу. О, Темнейший, мой хвост и крыса! Я касался ее, не веря, что она здесь, может это все видение, воспаленного мозга, от отчаянья?! Малышка, обласкала мой хвост, заставив задать вопрос, правда ли она не боится меня. Моя девочка удивилась, не неужели я не чувствую эмоций, пришлось признаться, что здесь я ничего не чувствую.

Она начала раздеваться, собираясь доказывать мне, как я не прав. Любимая моя!

Он целовал меня, как безумный, разжигая во мне не костер, а настоящее пожарище. Наши языки сплетались в любовном танце, а руки срывали остатки одежды, будто мы не виделись месяцами, а не полтора дня. Он, оторвавшись от губ, проложил влажные дорожки по шее и слегка прикусил ключицу, прежде чем пировать на моей груди. Я дернулась от неожиданности, когда почувствовала на бедрах горячий хвост, он аккуратно поглаживал, позволяя привыкнуть к нему, пока губы демона терзали вершинки груди, а руки гладили нежную кожу живота. Я выгибалась под его ртом, стремясь быть еще ближе, а он, находил самые чувствительные местечки на моем теле и ласкал, заставляя забыть, где я и кто я, растворяясь в ощущениях.
Кожа, как теплый шелк, под моими губами, она выгибалась им на встречу, а я целовал, целовал ее, как безумный, ведь я, уже смирился с тем, что не увижу, не прижмусь к ней. Она давала мне чувство надежды и полного, безграничного счастья. Неожиданно, моя девочка сильно толкнула меня в грудь, я отодвинулся, не понимая, в чем дело, а она уже заставляла переворачиваться на спину.

Уложив демона на лопатки, Катя, усевшись сверху, прошлась поцелуями по лицу, широкий лоб, нос, мягкие губы, волевой подбородок, шея, кадык дернулся, под ее губами, яремная впадинка, лизнулась юрким язычком. Мужчина, слегка приподнявшись, руками и хвостом оглаживая желанное тело. Она похулиганила, прикусив ключицу, так же, как он, некоторое время назад, поласкала языком твердые соски, и влажными поцелуями спустилась на живот, демон замер, его мышцы напряглись, а глаза полыхали, отсвечивая серебристым цветом, расчерченные красным зрачком. Она опустилась еще ниже, уже не скрывая, своих намерений, посмотрела ему в глаза и спустив, с него штаны, легонько потерлась щекой, о член, вырвавшийся из ткани и теперь гордо стоящим, перед ее глазами, он сглотнул и облизал пересохшие губы. Она все так же, не отрывая взгляда, приблизила губы к красной головке и ласково лизнула, посылая острую молнию удовольствия по его телу, демон зашипел сквозь зубы и бедра дернулись навстречу ее губам, а руки сжали ворох ткани, лежащий под ними. Он не мог отвести глаз от нее, а она продолжила пытку, смотрела на него и язычком, пробегала по уздечке, прижималась губами и скользила по всему стволу, целовала бархатную головку, снимая губами, выступающие, прозрачные капли смазки. Наигравшись, она погрузила головку члена в горячий рот, вырвав у демона неконтролируемый стон, он казалось, сам удивился, но не смог сдержать следующего, когда обхватив губами, она медленно взяла его в рот, стараясь вобрать весь ствол, как можно глубже, упираясь в узкое горлышко. Сладкие губы скользили по гладкой коже члена, то сжимая, то полностью расслабляясь, язычок играл то с уздечкой, поглаживая ее, то юрко бегал по всей головке, облизывая, она посасывала член, обхватив одной рукой ствол члена, а другой, ласкала мешочек с яичками, перебирая их, легонько сжимая и посылая волны блаженства по всему его телу. Он вцепился руками в тряпки, чтобы не поддастся искушению, схватить ее за волосы и насаживать сладкий ротик на свой пенис, пока не ощутит, желанную разрядку. Она, кстати, была совсем рядом от ее бесстыдных и таких желанных ласк, но он не хотел кончать один. Ее стоны и крики, в момент, когда она бьется под ним от оргазма, были самой сладкой музыкой, для него. Обхватив ее за талию, хвостом, он слегка потянул девушку от себя, она оторвалась от члена и непонимающе посмотрела на него, затуманенным взглядом, пунцовые влажные губы манили и с хриплым рыком, демон приподнял ее за бедра, насадив на свой член, одновременно впиваясь в губы, страстным поцелуем. Она застонала, ощутив, как он растягивает ее, влажная, жаркая, она была готова, возбудившись от своих же действий, как же приятно было посасывать его член, чувствуя, какое наслаждение приносит ему. Он двигался в ней, резко, яростно тараня узкую пещерку, без нежности, без ласки, врываясь, как завоеватель, доказывая ей, что он хозяин ее удовольствий. Руки крепко обхватили девичьи бедра, задавая темп, она распласталась у него на груди, принимая жесткие удары, с губ слетали стоны, казалось, что пик наслаждения вот-вот настанет, поднимая ее все выше и выше, чтобы в один момент сбросить ее, в океан удовольствия. Она почувствовала, как горячий кончик хвоста, без сомнения, прошелся по месту их соединения, собирая влажные соки и начал, легонько протискиваться в запретное место, девушка дернулась, то ли от неожиданности, то ли от новых ощущений. Мужчина замедлился, давая возможность остановить его, но она, лишь приподнялась и уперевшись руками в его грудь, начала двигаться сама, полностью отдаваясь в его власть, подчиняясь его желанию. Он начал подмахивать бедрами, подстраиваясь под ее темп и продолжая атаку на задний проход. Вот кончик хвоста протиснулся, гладкие мышцы сжали его, посылая волну удовольствия по его телу, он, переждав немного, пробрался дальше и вот, он уже на целый палец внутри. Подавшись назад, хвостик почти вышел и снова зашел, чувствовалось, как за тонкой стенкой, мощно ходит его член, придавая его ощущениям, особую пикантность. От быстрых движений внутри и острого ощущения, проникшего, в запретное местечко, хвоста, медленно трахающего ее, девушка не выдержав долго, вскрикнула, оргазм, накрыл ослепительной волной наслаждения, смывая все посторонние чувства и мысли.
Мужчина почувствовал, как его малышка напряглась, вскрикнув, она распласталась на нем, сжимая и вбирая его, одновременно в двух местах ее стройного тела, демон взревел и стал с силой, насаживать ее на себя еще быстрее, несколько движений и он присоединился к ней, достигнув вершины, вжимаясь меж стройных ножек и изливаясь в нее огненным потоком спермы.

Они лежали, пытаясь отдышаться и отойти, от новых граней в их отношениях. Что начиналось лишь, как поддержка ему, как доказательство их чувств и эмоций, переросло во что-то новое, что-то более глубокое. Оба понимали это, но не знали, как вести себя, после столь страстного, но необычного соития. Хвост аккуратно вышел из ануса, девушка поежилась и бросила смущенный взгляд на его лицо, моментально покраснев и отвернувшись. А он боялся, в первый раз в его долгой жизни, боялся, что зашел слишком далеко в своих сексуальных играх. Она приподнялась, выпуская, полу-опавший член из своих недр и начала судорожно собирать одежду, пытаясь натянуть на себя, хоть что-то. «Прости, я не должен был, так делать. Прости», - он сел, склонив голову, ожидая приговора от нее, ожидая ее бегства. Она остановилась, сердце екнуло от тона его голоса и понимания, что он жалеет о том, что было, но она бежала не от него, а от своего смущения. Ей было жутко стыдно, что в его присутствие, она становилась похотливой самкой, принимая и желая принимать все, что только он мог предложить, вспомнить те же игры в ванной. Но здесь, он не мог чувствовать ее эмоций, не мог успокоить ее, а значит, придется объясняться самой. «Фархан, - позвала демона, вынуждая его посмотреть прямо на нее, - мне стыдно, понимаешь? - он внимательно смотрел, пытаясь понять, чего она стыдиться, ведь это он, зашел так далеко с нежным, девичьим телом. - Я стыжусь, не того, что было, а того, что мне очень понравилось. Что первая мысль, которая посетила меня, после нашего, э-э-э, секса, была о повторении всего этого», - последние слова она уже шептала, закрыв лицо руками. Да, переоценила она свою выдержку, в излитие своих чувств и мыслей. Он рассмеялся, гортанным смехом, в котором слышалось облегчение и радость, и прижался к ней, обвивая всеми конечностями. «Куколка моя, я в восторге от всего, что ты делаешь, но особое удовольствие, мне доставляет видеть, что тебе нравятся мои ласки. Все ласки, - уточнил, пройдясь хвостом по упругой попке, вызывая этим действием, еще больше красок на ее лицо. - Кажется, ты так и не веришь, не понимаешь до конца, кто такая рулада для демона. Катя, ты вся моя жизнь, навсегда. Более, никаких женщин, никого, кроме тебя не будет. Я очень люблю тебя! Твое тело, разум, душу! Все, что ты делаешь, что говоришь, как отвечаешь мне, как наслаждаешься» - он говорил, а слова проникали в самое сердце. Если честно, там, глубоко, в душе, она всегда ждала подвоха, того, что мужчина обманет, эдакий червячок сомнения, который незаметно, но грыз, подтачивая ее веру в него, в его чувства. Но после его признания, вдруг стало легко, она сбросила весь груз, осталось лишь решимость, вытащить своего мужчину из этой вечной камеры и заслуженно находится рядом с ним всю жизнь.