9
Он повернулся к Ронде и , как ей показалось на миг уставился на нее слепыми пластмассовыми глазами. Ей показалось , будто она увидела, как дернулся его нос, когда он легонько кивнул ей. После чего большой , белой , пушистой лапой постучала стеклу рядом с Эрни. Маленькая девочка улыбнулась и открыла дверь машины. Кролик наклонился. Эрни ласково погладила его по голове и , почесав его за ушами , отстегнула ремень безопасности.
Кролик протянул ей лапу. Эрни взяла ее в свою маленькую ладошку , вылезла из машины и перешла к золотистому «Фольксвагену», где без какой-либо борьбы или колебаний уселась на пассажирское сиденье рядом с водителем. Она все время улыбалась.
У золотистого «Фольксвагена» на заднем бампере имелась вмятина. Это все , что Ронда могла сказать полицейским , когда описывала машину. Она сказала им, что сначала подумала , что эта Лора Ли, но, как затем оказалось, она ошиблась. Ей даже в голову не пришло посмотреть на номер.
- Но это же был местный номер? Штата Вермонт , а не , скажем, канадский. Например , Квебека? - спросил один из полицейских.
- Да , штата Вермонт, - ответила Ронда, отругав себя за то , что даже не посмотрела на номер машины , чтобы запомнить его. - По крайней мере , мне так кажется.
- Отлично... Имелись ли у машины какие-то другие приметы? Что-то такое , что бросалось в глаза? Например , ржавчина? Или что-то на заднем сиденье?
- Я не заглядывала на заднее сиденье. А так нет , это был просто золотой «Жук». Ничего необычного , кроме водителя.
- Значит , кролик, - скептически произнес коп. Тот из двоих , что был ниже ростом. На вид лет девятнадцати , не старше , подумала Ронда , практически подросток. Под тенью широкополой шляпы прыщи на его висках были ярко-красными, больше напоминая нарывы.
- Да-да , кролик. - На этот раз голос Ронды слегка дрогнул - сказывались нервы , усталость и раздражение по поводу того , что ей вечно приходится повторять одно и то же . А ещё она знала , что Труди права: то , что Эрни пропала , целиком и полностью ее , Ронды , вина. Она ничего не предприняла , даже не пошевелила пальцем , видя, как маленькую девочку в красном платьице куда-то увозят. Она наблюдала за событиями , словно за инфузориями в микроскоп - пассивный наблюдатель , пуст даже заворожённый зрелищем , что разворачивается у него на глазах.
Но ведь она не пассивный наблюдатель. Она труженик. Она умеет отделить главное от второстепенного. Она методична и смотрит на вещи оставить взглядом ученого. Она в любой ситуации знает , каким будет следующий логический шаг. Но по какой-то причине в тот день она сидела и смотрела словно парализованная. Загипнотизированная белым кроликом.
Второй полицейский разговаривал в другом конце магазина с Труди. Джим вытащил из-за прилавка складной стул с рваным сиденьем и поставил его возле полки с конфетами , рядом с шоколадными батончиками и драже. На пару с полицейскими они подвели к стулу бьющуюся в истерике Труди и теперь , как могли , пытались ее успокоить.
Всего несколько мгновений назад , когда до нее дошло , что Ронда стала свидетельницей похищения ее дочери и при этом даже пальцем не пошевелила, Труди попыталась выцарапать ей глаза своими только что наманикюренными ногтями. С ногтями Труди шутки плохи. Длинные , почти в два дюйма , заострённые на концах , покрытые свежим слоем красновато-оранжевого лака, который своим цветом напоминал Ронде кровоточащий брусок мороженого «Кримсикл». Второй коп, тот, что повыше , взявший на себя главная роль в расследовании , оттащил Труди и повел ее через весь магазин к складному стулу , который Джим достал из-за прилавка. Ронда осталась понуро стоять , прислонившись к холодильнику с пивом.
- Ты ничего не сделала! - крикнула Труди. - Ты сидела на своей жирной з@днице и смотрела , как мою дочь куда-то увозят!