Будь моим.

***
       Ли ненавидит. Стараясь держать лицо, отходит в крошечную гримёрную. Хёнджин не произносит ни слова, но омега слышит его шаги позади и жалеет, что с собой нет перцового баллончика, чтобы поприветствовать его как полагается. Минхо! Он точно поплатится за это. Ли убьёт его! Хёнджин закрывает за собой дверь и встаёт прямо перед младшим. Этот засранец использует свой излюбленный трюк с нарушением личных границ. Он нависает над омегой. Весь такой высокий и широкоплечий. Чёрт бы его побрал! И Феликс ненавидит то, как тело реагирует на эту близость. Зачем он вообще позвал его сюда? Ах да! Собирался наорать на него и послать куда подальше! Однако сейчас, глядя в его тёмные глаза, теряется, как монашка перед стриптизёром.

        — Ты что-то хотел? — низким голосом спрашивает он, и Ли взгляд падает на его губы. — Я весь внимание, — хмыкнув, продолжает Хён.

        Младший ненавидит эту самодовольную рожу!

        — Хотел послать тебя далеко и надолго. — Ли делает шаг назад и врезается бедром в косметический столик. — Не знаю, что именно вы придумали с моим братом, но я тебе не рад, и ты должен уйти.

        Он пожимает плечами, будто соглашается. Ликс прищуривается. Что-то тут не так... И будто в подтверждение мыслей Хёнджин как бы между прочим произносит:

       — Минхо сказал, что тебе нужен телефон. — Он достаёт из кармана джинсов айфон и сразу же прячет его обратно.

        Омега прилагает все усилия, чтобы его челюсть в прямом смысле слова не оказалась на полу. За что родной брат так ненавидит? Младший ему такое устроит!

        — Ничего не напоминает, Ликси? — Хёнджин вновь сокращает расстояние, пользуясь тем, что Ликс в полнейшем шоке, и загоняет его в узкое пространство между ним и долбаным столом. Он нависает над ним, Феликсу приходится задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. — Наше с тобой знакомство началось примерно так же, — на его губах появляется дразнящая улыбка. — И тогда ты мне ничего не вернул.

        Он играет с ним. Чёртов плейбой! Омеге чертовски сложно застать его врасплох, но он постарается. Встаёт на носочки и ласково ему улыбается. Альфа знает его как облупленного. Но всё же от вида младшего улыбки его кадык дёргается. Стоит ли напомнить ему, что Ликс тоже умеет играть в эту игру?

        «Милый, похоже, ты позабыл, что правила устанавливаю я...»

        Ли проводит ладонью по его твёрдой груди и тянется к нему всем телом.

        — Ты очень скучал по мне? — шепчет ему на ухо и аккуратно обхватывает губами мочку.

        Его горячая ладонь ложится младшему на шею, и Феликс застывает. Касание аккуратное, но довольно сильное. Неожиданное и приятное до дрожи. Хоть в последнем пункте Ли никогда ему не признается. От этого по всему телу бежит предательский рой мурашек. Старший ловит его взгляд, и Ликс забывает, как дышать. Глаза цвета кока-колы искрятся, как никогда. Его челюсть напряжена, а пристальный взгляд сводит с ума, стирая жалкие остатки здравомыслия. Тепло альфы тела обдаёт жаркой волной, Хвана бёдра прижимаются к его. Хёнджин стёр ничтожные сантиметры между ними. Но Феликс не позволит мистеру Н. одержать победу в этой битве. Опустив ладонь ему на затылок и обхватив волосы, притягивает его ещё ближе.

        — Просто признайся, что сходишь по мне с ума... Я постоянно в твоих мыслях... Ты писал обо мне песни... Повсюду только я, — шепчет ему в губы и... целует его.

       Да. Феликс целует его. Руки дрожат, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Как только губы касаются его, он понимает, что совершил ошибку. Как бы омеге ни хотелось верить в то, что правила устанавливает он, Ли просто дурачок, который слишком много о себе возомнил. Старший резко поднимает его, и в одну секунду Ликс оказывается лежащим на столе, на который опирался. Хёнджин придавливает его крепким телом, и кажется, что младший никогда не выберется из его объятий. Чувствует пряжку его ремня у себя на животе, и она странным образом обжигает. Он целует Ли медленно, но омега знает, что эта нежность обманчива. Хён просто старается держать себя в руках, и это выходит у него просто отвратительно. Не выдержав, Хёнджин сминает чужие губы в жадном поцелуе. Его язык проскальзывает в рот, и Феликс готов выть от того, насколько он восхитителен на вкус.

       Его руки бродят по телу, и младший теряется в ощущениях. Не знает, что ему нравится больше: мягкие тёплые губы на его или ощущение альфы рук на бёдрах. Он приникает поцелуем к шее, и тёплое дыхание щекочет кожу. У Феликса вырывается тихий стон, ощущает, как старшего губы приподнимаются в дразнящей улыбке прямо во время поцелуя. Самодовольный индюк! Ли тянется к карману его джинсов. Хён напрягается, прекрасно осознавая, что именно омега пытается сделать. Но младший не позволяет ему отстраниться, обхватывает его ногами и находит губами его губы. Их языки снова переплетаются, и Ликс нежно прикусывает его нижнюю губу. Хёнджин отвечает на поцелуй со всей страстью. Альфа запускает руки ему в волосы и пытается вернуть контроль. Этого мгновения достаточно – Ли успевает достать телефон у него из кармана. Как только он оказывается у него в руках, Феликс опускает ноги и резко прерывает поцелуй.

        — Кажется, тебе стоит смириться с проигрышем, — делая рваные вздохи, шепчет Ликс.

        Несколько непослушных прядей падают Хвану на лоб. Идеальные кудрявые завитушки. Резким движением он смахивает их и продолжает напряжённо смотреть на омегу.

        — Кажется, ты слишком быстро делаешь выводы, — хрипло произносит он и встаёт с него.

        Мистер Н. одаривает его тёмным обволакивающим взглядом. Ли понимает, что его шорты задраны, рубашка смята и стянута с плеч. Вскочив со стола, Ликс отворачивается от него. Быстро приводит себя в порядок. Бросает взгляд в зеркало – и готов убить альфу. Подводка потекла, волосы торчат в разные стороны, он красный как рак! Потом присматривается к отражению и ошеломлённо ахает. ЗАСОС! Этот засранец его пометил! У Ликса теперь практически на лбу написано:

        «Дурачился с парнем в гримёрке».

        — Прекрасно выглядишь, — хмыкнув, сообщает Хён и разглядывает своё творение на шее.

        — Заткнись, — рычит Ли и левой рукой прикрывает шею. Вдох-выдох.

        Терпение, Ликси. Не позволяй ему забраться тебе под кожу! Омега всё-таки собирает всю свою волю в кулак и направляется к двери. Надо найти тональник и замазать это безобразие.

       — Ты сделал то, зачем пришёл! — Он трясёт телефоном в правой руке. — А теперь будь добр – исчезни!

        — Конечно. — Хёнджин кивает, голос пропитан наигранным смирением. — Только подскажи, пожалуйста, который час?

        Неприятный холодок пробегает по позвоночнику. Какой ещё сюрприз ожидает? Ли включает телефон, и на экране высвечивается собственная фотография с маркером в руках напротив альфы испорченной рекламной кампании HUGO BOSS. Хван выбрал ту, на которой Ликс показывает язык и делает вид, что облизывает нарисованный на лбу член. Боже, омега обещает себе, что больше никогда не будет пить! Слышишь! Никаких больше виски с колой! И никаких больше мыслей о джине! Но и это не последний сюрприз. Его телефон не выключается через две секунды. Он всё ещё горит.

        — Ты починил его? — озадаченно спрашивает Феликс. — Когда успел?

        — Экспресс-ремонт... Ничего другого не замечаешь? — приподняв бровь, интересуется он.

        И в эту секунду омега видит! Наверху экрана высвечивается надпись: «Для разблокировки введите пароль». Такое ощущение, что его сбросили с десятого этажа.

       — Какой пароль? — тихо спрашивает Ликс и медленно разворачивается на пятках. Если бы он мог убивать взглядом, Хван бы уже валялся у его ног.

        — Пароль? — хлопая глазами, переспрашивает Хён.

        — Пароль, — цедит сквозь зубы.

        — А-а-а, пароль! — продолжает он ломать комедию. — Я участвую в фотосессии, а потом мы идём на свидание.

       — Только через мой труп.

        — Боюсь, это неправильный пароль, — замечает этот клоун. — На твоём месте я бы попробовал мой вариант.

       Неожиданный стук в дверь спасает от совершения убийства в состоянии аффекта.

        — Простите, — запинается Джуд.

        Она смотрит на омегу во все глаза, и взгляд её падает на его прикрытую шею. У Феликса, должно быть, такой всклокоченный вид, что Джуд кусает нижнюю губу и бросает любопытный взгляд на Хёнджина. Зато у того вид такой довольный, будто он сорвал в лотерее джекпот в 150 миллионов!

       — Мне бы хотелось напомнить, что у нас ограниченное время на фотосессию... — произносит Джуд писклявым нервным голоском. — Этьен прибрался и ушёл на лекцию по истории моды. Я тут одна и переживаю, что мы ничего не успеем! Нам же столько всего надо сделать! Как мы всё успеем... А если не успеем? — Когда она нервничает, то много болтает. Хёнджин направляется в сторону двери и щёлкает Ликса по носу.

        — Я нужен тебе, — просто говорит он.

       — Мёртвый и бездыханный, — отзывается омега, и альфа громко смеётся. Придурок думает, что Ли шутит.

        — Пошли, займёмся... — Он замолкает и многозначительно поигрывает бровями, а затем добавляет: — Делом. — И открывает дверь гримёрки.

        Джуд как вкопанная встаёт на пороге и переводит взгляд с Ликса на Хвана. Её глаза широко раскрыты, и в них читается нескрываемое потрясение. Она делает глубокий вдох, прежде чем пискляво спросить:

        — Готовы?

        — Как никогда, — отвечает Хёнджин.

        — Отлично, вы можешь снять майку? — Девушка так нервничает, что начинает путать склонения, а её американский акцент становится сильнее.

       У американцев нет «вы». Это её ахиллесова пята, и проявляется она только тогда, когда Джуд волнуется. Красный румянец ползёт по шее и щекам, Джуд поясняет:

        — Концепция нашей съёмки такова: вы должен надеть украшения на голое тело.

        — Без проблем, — отзывается Хван. — Можешь обращаться ко мне на «ты» и, если тебе будет комфортнее, можешь всю съёмку говорить на английском. — Он обаятельно ей улыбается, и Джуд становится совсем бордовой.

        — Предпочитаю на «ты», — отвечает она по-французски и с опаской поглядывает на Ликса.

        — Ты не переживай, он не из ревнивых, — беспардонно бросает Хёнджин.

        Джуд становится такого цвета, что кажется, её голова вот-вот взорвётся.

        — Он прав! — глядя ему в глаза, произносит омега. — Было бы ещё кого ревновать.

       Джуд громко откашливается и высоким голосом произносит:

       — Пройдёмте, я покажу вам украшения. Ликси всё приготовил и разложил по мешочкам с номерками. Это что-то типа полных комплектов, которые мы будем на вас... — она запинается, — то есть... на тебя надевать.

        Хёнджин без лишних вопросов берёт первый мешочек и аккуратно выкладывает содержимое на стол. Первый комплект из бисера. Оранжевое ожерелье с ярко-малиновой бабочкой в виде кулона. К нему браслет с бабочками и пара колец.

        — Это всё сделал Ликси? — спрашивает он у Джуд.

        — Да, — воодушевлённо отвечает та, — здорово, правда? Это ещё самый простой комплект. Он такое умеет! — хвалит его фотограф. — Закачаешься!

        Хёнджин хмыкает:

        — Мне тоже нравится.

       Он поднимает голову и смотрит на того. Ли остался стоять около двери в гардеробную. Всё ещё скрывает рукой его «подарочек». Какой же всё-таки нахал! Как он посмел! Чем дальше от него будет, тем лучше. Но Хван будто решил доказать ему, что никакое расстояние его не спасёт. Глядя Ли прямо в глаза, он стягивает с себя футболку и, наклонив голову набок, нахально улыбается.

       — Чёрт, — пищит Джуд. — У нас точно получится моя идея с бицепсом!

        Феликс опускает веки и делает глубокий вдох. Пожалуйста, дайте ему таблеточку от этой глупости! Возможно, звёздам стоит пересмотреть Ликса линию судьбы, иначе он чокнется! Слышите? Чокнется... Он открывает глаза и ловит задорный взгляд Хёнджина. Кажется, Ли уже сошёл с ума. Окончательно и бесповоротно спятил! Как ещё объяснить тот факт, что, глядя на него сейчас, он только и думает о том, чтобы повторить поцелуй? Чистое сумасшествие! 

***

       Хван и забыл, как сильно омега любит выигрывать. Чертовка. Косится на альфу на расстоянии, будто боится подойти ближе. Смешной. Целовать не боится, а после поцелуев вечно убегает. Губы приятно покалывает. В голове возникает план: выводить Ликса из себя до тех пор, пока он вновь старшего не поцелует.

        — Эй, я с кем говорю!

        Джуд – забавная американка. Поначалу она показалась Хвану неуверенной в себе и очень неловкой. Но как только подняла камеру, на место заикающейся девчонки пришёл воинственный маршал, который издаёт приказ за приказом:

       — Голову вправо, влево. Подними руку. Пошевелись!

        Это не первая Хёнджина фотосессия, но впервые фотограф столь требователен.

        — А давай ты накрутишь ожерелье на кулак, будто боксёрские бинты? — просит она. 

      — Хорошо, — отзывается Хван и пытается снять с шеи жемчужное ожерелье.

        Джуд нервно постукивает ногой по полу. Одно радует – на старшем сейчас лот номер восемь из десяти комплектов! Они почти отсняли всю продукцию, а это означает, что скоро перфекционистка Джуд оставит в покое. Стоит отдать Ли должное – он талантлив и делает бижутерию из такого количества разнообразных материалов, о существовании которых Хён даже не подозревал. Бисер, керамика, жемчуг, ракушки, какие-то неизвестные камни, блестяшки и даже стекло. Выбор огромен!

       — Ну что ты так долго возишься, — недовольно тянет Джуд.

        — У меня, кажется, заела застёжка, — отвечает Хёнджин. — Она очень маленькая, и я не могу... Пальцы соскальзывают с малюсенькой железяки.

        — Ликси, помоги ему, — командует фотограф.

        Чертовка замирает около двери в гримёрку и бросает на неё суровый взгляд. Джуд густо краснеет и опускает глаза.

        — У меня в руках камера! — защищаясь, напоминает она. — Я и так надевала на него все безделушки, и поэтому мы потеряли много времени! У нас две минуты до того, как придёт Лука и потребует студию. А снимать ещё два лота!

        — Что, шея болит? — с улыбкой интересуется альфа.

       Всё это время младший стоял и прикрывал его засос. Может, Хван и идиот, но чертовски им гордится! Точно идиот. Бородач сверху, это твоя вина. Не нужно было знакомить его с этим омегой. Ликс стреляет в него своим фирменным взглядом, что раззадоривает ещё больше.

        — Что, боишься подойти поближе? — издевательски спрашивает он Феликса и ловит его взгляд.

        Глаза гневно сверкают. Как же старшему нравится злить его! В такие моменты он невыносимо сексуален.

        — Дай угадаю... Даже коленки трясутся? — продолжает подтрунивать.

        Не произнося ни слова, омега грациозно направляется в его сторону. Наконец Ли встаёт прямо перед ним, одаривает снисходительным взглядом сверху вниз и отвечает на язвительный вопрос:

        — Как видишь, нет.

        — Ты подошёл... Как прекрасно.

        — Сбылась ещё одна твоя мечта? — издевательски спрашивает младший.

        — Почти. — Уголки губ приподнимаются – его лучшая улыбка. — Свидание-то у нас после фотосессии.

        Феликс припечатывает взглядом.

        — Может, вы поторопитесь? — скулит Джуд.

        Ли молча поднимает руки. Американка замечает порыв Хвана страсти у него на шее. Глаза фотографа в одну секунду становятся размером с блюдца, но она, густо покраснев, отводит взгляд. Ликс, в свою очередь, возится с застёжкой и изо всех сил старается не прикоснуться к голому торсу. Ожерелье не супердлинное, поэтому Хван наклоняется к нему, будто пытается облегчить задачу. Руки от неожиданности соскальзывают Хёнджину на шею.

        — Ты вообще в курсе, что такое личное пространство? — возмущается Ли.        Застёжка не срабатывает даже в его тонких пальцах. Он злится, а старший продолжает сокращать расстояние между ними.

        — Приблизишься ещё хоть на миллиметр, и я оторву тебе голову, — сквозь зубы шипит Ликс.

        — То есть не делать вот этого? — Хён полностью уничтожает дистанцию между ними.

        Ли руки упираются ему в грудь. У него холодные ладони по сравнению с высокой температурой тела альфы.

        — Ты чего так кипишь? — бормочет он себе под нос.

        — Ты заставляешь меня пылать, — поигрывая бровями, сообщает Хван.

        — Заткнись, — закатывая глаза, бросает омега, — нельзя же быть настолько банальным.

        — Думаю, что сегодня я точно полон сюрпризов, — намекая на своё неожиданное появление с его телефоном, говорит старший.

       Феликс, как всегда, моментально угадывает недосказанное.

        — О да, полон сюрпризов, — ласково шепчет он и резко тянет ожерелье.

        — Мне всё-таки необходим кислород, — хрипит старший.

        — Обойдёшься, — миленько улыбаясь, отвечает он. К сожалению, горе-застёжка в конце концов слушается хозяина. — ЙЕС! — радостно вопит чертовка и делает резкий шаг назад.

        — Давай же, наматывай ожерелье, — приказывает Джуд. — У нас совсем нет времени. Мы всё-таки не успеем отснять оставшиеся комплекты, — раздосадованно произносит американка. Хван быстро накручивает украшение. — Вставай в позу боксёра!

        Хёнджин ухмыляется и выставляет перед собой кулаки.

       — Да! Выглядит очень круто! — радуется Джуд и щёлкает камерой. — А теперь посмотри на меня взглядом, которым Бодер смерил вчера Кендрика! — воинственно кричит она.

        — Ты смотрела бокс? — удивляется Хён.

       — Ещё бы! У меня пятеро братьев. Я выросла на спортивных каналах. — Она подходит ближе и снимает крупным планом. — Джин, мне нужен взгляд, — требует Джуд. Хёнджин кивает и поднимает голову. Смотрит в объектив пару секунд, и она радостно вопит: — Чёрт, у всех просто наступит оргазм от этого снимка!

        Феликс закатывает глаза:

        — Не преувеличивай.

        — Сам увидишь, — улыбаясь, говорит Джуд и радостно подпрыгивает. — Это отлично дополнит не только твою рекламную кампанию, но и моё личное портфолио.        Она ещё продолжает скакать, когда в студию заходит напыщенный и очень сильно надýшенный молодой человек. Воздух наполняется резким и давящим запахом. Надо срочно открыть окно! Парень поправляет полупрозрачную оправу очков и окидывает всех высокомерным взглядом.

        — Вы должны отсюда убраться, — нагло заявляет он.

        Джуд перестаёт радоваться и, понурив голову, начинает быстро собирать вещи. Ликс же прикрывает засос волосами, складывает руки на груди и бросает на него скучающий взгляд:

        — Подождёшь, Лука. Мы почти закончили.

        Лука, он же мистер «я не знаю меру использования одеколона», замирает на месте, и вид у него такой, будто его впервые в жизни оскорбили подобным образом.

       — Что ты сказал? — Он подходит к Ли и тычет в него пальцем. — Может, мне стоит поговорить с директором и сказать, что вы задерживаете съёмку моей коллаборации с Celin? — Наманикюренный палец вырисовывает круг перед лицом Феликса. — Думаю, ему будет интересно, почему мы не успеваем по срокам и срываем все договорённости с брендом с мировым именем!

        Хёнджин встречал подобных людей. Они обладают крошечной властью и обязательно попробуют задавить вас ею. Ненавидит. Чем меньше член, тем больше эго, никак иначе.

       — Две минуты ничего не решают, — спокойно отзывается омега и смотрит на собственный маникюр, всем своим видом давая понять, что он его не напугал.

        — Я понимаю, что проекты такого масштаба тебе и не снились, но ты же не можешь быть идиотом до такой степени, чтобы всерьёз не понимать, что у нас каждая секунда на счету! — чеканит он.

        Решив не дожидаться, пока Ли уничтожит этого заносчивого засранца, Хван резко его обрывает:

        — Следи за языком.

        Его голос гремит на всю студию. Не любит вести себя напоказ, но с этим экспонатом готов стать тем самым альфой.

        — А то что? — Засранец поднимает голову и медленно оборачивается.

        Хён клянётся, его самодовольное лицо за три короткие секунды приобретает болезненно-зелёный оттенок, в глазах появляется неуверенность, которая тут же превращается в фальшивое дружелюбие.

        — Феликс, почему ты сразу не сказал, кто у нас в студии?

        Придурок узнал его. Омега поджимает губы и даже не смотрит в его сторону. Весь его вид говорит о том, как ему неприятно находиться рядом с ним в одной комнате.

        — Лука. — Индюк подаёт руку.

        Они что, серьёзно сейчас будут знакомиться? Нет, Хван знал, что наглость – второе счастье, но не до такой же степени! Поглядывает на его протянутую ладонь, но не спешит подавать свою.

        — Думаю, мы начали с неправильной ноты, — дипломатично произносит он.

        — Да, называть моего омегу идиотом явно было не лучшей идеей, — отвечает Хёнджин и грубо добавляет: — Только если родители в детстве не били тебя башкой об потолок.        Джуд за спиной охает и что-то роняет. Ли приподнимает правую бровь и с любопытством посматривает в Хвана сторону. Лука же выглядит так, будто Хён только что уронил десятикилограммовую гантель ему на голову.

        — Ха-ха, смешно, — глупо и наигранно посмеиваясь, говорит он.

        — А кто тут шутит?

        — Я ведь даже не знал, что он твой омега. — Парень качает головой. — Послушай, это всё мелочи. Уверен, мы сможем избежать всякого рода недопониманий.

        Только Хван хочет послать его, как Феликс подлетает к Хёнджину и ласково обнимает за талию.

       — Да, думаю, Лука прав, — щебечет он, — мы начали не с той ноты.

        Хён заглядывает омеге в глаза с немым вопросом:

        «Что ты делаешь?»

        Ли незаметно подмигивает ему в ответ.

        — Быть может, я тоже могу поучаствовать в коллабе с Celin? — наивно хлопая глазами, обращается он к Луке, который от услышанного принимает такой вид, будто он проглотил живого жука.

        Но этот тип быстро берёт себя в руки, и фальшивая улыбка вновь появляется на раздражающем лице.

        — Конечно, с радостью! Ты можешь быть свидетелем процесса. А в эту субботу приглашаю вас обоих на свой день рождения. 

      — О, мы с удовольствием примем твоё приглашение, — тянет Ликси, — но, боюсь, быть свидетелем мне будет скучно. Я хочу быть одним из стилистов. — Он надувает губы и смотрит на Хвана, задавая следующий вопрос: — Малыш, как думаешь, я могу быть стилистом в этой коллаборации?

        Малыш. Звучит так глупо, что Хёнджину становится ещё веселее. Вот ведь чертовка. Использует его для удовлетворения своих амбиций. Хитро, умно, и альфа впечатлён, как быстро он отсёк всё личное и перешёл на бизнес-уровень с этим индюком. Он нежно целует омегу в щёку и отвечает:

        — Конечно, детка. Всё, что захочешь. Вот только на эту субботу у нас были планы. Уверен, что хочешь пойти на эту вечеринку?

        Ли глаза хитро сверкают, он ласково проводит ладонью по Хвана спине. Кто-то доволен тем, что старший подыгрывает.

        — Будешь стилистом, — выпаливает Лука. Чертовка довольно улыбается.

        — Я очень хочу пойти на эту вечеринку, — тянет младший.

        И Хёнджин еле сдерживается, чтобы в голос не расхохотаться. Лука хлопает в ладоши:

        — Супер, тогда жду вас в двадцать два ноль-ноль в клубе «Потерянный рай». Кодовое слово «Ренессанс». Вечеринка костюмированная! — Он прочищает горло. — А сейчас прошу простить меня. Мне необходимо сделать важный звонок. Вам хватит пятнадцати минут закончить?

        — Более чем, — отзывается старший.        Он выходит из студии, и Ликс мгновенно от Хёна отстраняется:

        — У нас очень мало времени, чтобы подготовить достойные костюмы. К тому же надо придумать парный образ!

        Хёнджин поджимает губы и с любопытством на него поглядывает:

        — Кто тебе сказал, что я куда-то иду?

        Омега застывает:

        — Нет, ты не кинешь меня!

        — С чего вдруг мне туда идти?

        Феликс закатывает глаза, но через секунду обольстительно улыбается:

        — Ты же хотел свидание со мной?

        — Наедине, а не на дне рождения какого-то идиота, — стоит на своём.

        — Что ж, мечты не всегда сбываются так, как мы бы того хотели.

        Хён качает головой:

        — Ошибаешься, мои сбываются.

        — Чего ты хочешь? — цедит Ли. — Просто озвучь.

        — Предлагаю отплатить услугой за услугу, — усмехается старший.

        — Никакого тебе секса, извращенец!

        — Даже не думал! — Хёнджин театрально хватается за сердце. — Как ты мог такое обо мне подумать?! Я невинен, как монашка! Зато теперь стало ясно, что за грязные мыслишки у тебя в голове...

       — Ой, не кривляйся. Какую услугу ты хочешь?

       — Пойдёшь со мной на другую вечеринку, — отвечает старший. — К моим друзьям. Но, разумеется, я представлю тебя как своего омегу.

        — И всё? Просто пойти с тобой на вечеринку и поиграть там роль твоего ненаглядного? — Он недоверчиво косится на альфу.

       — Да, и всё. Ты чего такой мнительный?

        — Подожди, давай уточним. Ты пойдёшь со мной на день рождения и будешь притворяться моим парнем. А я в ответ пойду с тобой на вечеринку к твоим друзьям и буду притворяться твоим омегой?

        — Услуга за услугу! — повторяет Хван.

        — В чём подвох? — Карие глаза внимательно вглядываются в чужие.

        Такое чувство, будто он пытается прочитать мысли.

        — Зачем тебе нужно, чтобы я притворялся твоим омегой?

        — А зачем тебе нужно, чтобы я притворялся твоим парнем? — хлопая глазами, шутливо парирует Хёнджин.

        — Ты у нас знаменитость, — злобно выпаливает Ликс. — Как видишь, статус твоего омеги может быть выгодным.

        — Как, должно быть, круто! Может, тогда и притворяться перестанем?

        — Только в твоих мечтах.

        — Самых сокровенных, малыш. — Хён подмигивает ему, и он качает головой.

       — Так зачем тебе надо, чтобы я притворялся твоим омегой?

       «Затем, что мне нравятся твои фальшивые объятия. Затем, что я смогу обнимать и целовать тебя. Этого уже более чем достаточно».

        — Я жду! В чём подвох? — строго озвучивает очередной вопрос чертовка.

        — Подвоха нет, — старается как можно более беззаботно ответить. — Просто мне нравится, как ты кривляешься, когда играешь роль моего омеги.

        «Подвоха нет, но есть загвоздка... Ведь вечеринка – это свадьба Джи Ён и Джон У. И проходить она будет в Италии, а так как ты будешь моим омегой, спать мы будем под одной крышей. Целых. Три. Дня».

        — Я знаю, что он есть, — шепчет младший. — Ты не проведёшь меня.

        — Тебе же очень хочется побыть стилистом в коллабе с Celin? — ласково напоминает старший.

        Феликс припечатывает его взглядом.

        — По рукам, — глядя на альфу исподлобья, просто говорит он и протягивает руку.

        Хёнджин ловит его кисть и, заглядывая в глаза, нежно целует:

        — Такие сделки принято скреплять поцелуем.

       — И последнее. — Омега прочищает горло. — Пароль!

       Хван открывает рот, чтобы вновь пошутить про свидание. Но Ликс затыкает жестом.

        — Только не вздумай ещё раз говорить о свидании! — отрезает младший. — Скажи пароль, иначе, клянусь, никаких совместных вечеринок. Не испытывай моё терпение.

       Сегодняшний день и так подарил Хёнджину больше, чем он мог рассчитывать.

        — Пароль – это я, — с улыбкой отвечает старший.

        — Хёнджин? — закатывая глаза, спрашивает Ли.

        — Мистер Н., — нахально ухмыляясь, отзывается Хван.

        И, видя, как краснеют сначала у омеги уши и шея, а потом бордовым становится всё лицо, Хёнджин еле сдерживается, чтобы в голос не расхохотаться. Похоже, сегодня 1:0 в Хвана пользу! Безоговорочная победа на всех фронтах!