Последний поворот к тишине.
В машине пахло бензином,от которого немного кружилась голова. Лина прижалась лбом к холодному стеклу,наблюдая,как городские дома постепенно сменяются частными гаражами,а за тем и вовсе исчезают,уступая место бесконечной череде полей.
Отец крутил руль крупными,привычными в бумажной работе руками. Он уже третий раз за поездку поправлял зеркало заднего вида – нервный жест,который выдавал его больше,чем любые слова.
–Хочешь сухарики? -вдруг спросил он,протягивая пакет с заправки.
Лина медленно оторвала взгляд от окна. Пластик хрустнул в её пальцах.
–Спасибо.
Тишина.
Она снова отвернулась,включив музыку в наушниках – что-то тихое,с гитарой и шумом прибоя. Но даже сквозь мелодию слышался ритмичный стук дворников и лёгкое постукивание двигателя.
За окном мелькали:кладбище с покосившимися оградами,где венки под дождём превратились в жалкие пучки проволки; деревня с покрашенной в голубой церквушкой, и старушкой, продающей молоко у дороги; лес который становился всё гуще – ёлки сменялись соснами,а затем и берёзами,их стволы мелькали,как плёнка старого проектора.
Отец кашлянул.
–Ты..как учёба?
Лина приподняла один наушник.
–Нормально.
–А..а друзья?
Она провела пальцем по запотевшем у стеклу,рисуя невидимые узоры.
Отец даже не догадывался что у неё и не было никаких друзей.
–Нормально.
Дождь застучал по крыше сильнее,капельки стекали по стеклу. Ещё 15 минут молчания...
Лина сняла наушник – внезапный порыв смелости заставил её нарушить тишину.
–Почему вы вдруг решили отправить меня на дачу? Я там с детства не была..
Отец напрягся. Его пальцы сжали руль так,что костяшки побелели.
–У меня много работы. Не могу следить за тобой всё лето. Мама тоже занята. Ты же знаешь,солнышко.– он помолчал и добавил – да и..дедушка соскучился.
Лина фыркнула. Дедушка–человек,который в последний их приезд три дня подряд делал вид,что не замечает её новую причёску.
Тишина снова натянулась, как плёнка.
И тогда,сама не понимая почему,она спросила:
–А какое у тебя было детство?
Отец замедлил ход. На мгновение его лицо смягчилось. Лина даже разглядела того мальчишку, которым он когда-то был.
–Мы с пацанами..–он кашлянул, – целыми днями пропадали в лесу. Воровали яблоки у старика Михалыча, купались в запретном карьере..
–А дедушка знал?
–Ха! – отец неожиданно рассмеялся.– Он тогда ещё летал,редко бывал дома.
А когда приезжал..
Он замолчал вспомнив что-то.
–Однажды поймал нас с удочками, у плотины. Думал,сейчас устроит взбучку...А он просто сел рядом и показал,как правильно завязывать крючок.
Лина прислонилась к стеклу. Представить дедушку–этого сурового человека с вечно нахмуренными бровями,терпеливо объясняющим что-то детям..было странно.
–В деревне не так плохо,– вдруг сказал отец. – Свежий воздух,природа..может даже друзей найдёшь. Тем более ты же сама хотела спокойно почитать,ну вот,тебе никто не будет мешать.
Он бросил на неё быстрый взгляд будто проверяя,не засмеялась ли она.
Лина прикусила губу,слушая отца. Его слова о "свежем воздухе" и "новых друзьях" повисли в воздухе, как нелепая шутка.
Она-то прекрасно помнила.
Последний раз,когда они приезжали сюда,деревня напоминала "музей" под открытым небом:
Баба Нюра из соседнего дома,которая целыми днями вязала носки на крыльце и ворчала на кошек.
Дед Михалыч,тот самый, у которого отец воровал яблоки. Теперь он передвигался только с палочкой и вечно пугал раньше детей рассказами о войне.
Тётя Дуня из магазина,которая вечно забывала,сколько стоит хлеб.
Детей здесь не было. Совсем.
Последний мальчишка её возраста – сын местного тракториста,уехал в город ещё пять лет назад.
Школу закрыли из-за недобора. Даже собаки здесь казались старыми и равнодушными.
–Ну да..но ты же знаешь что там никого нет,– тихо сказала Лина.
Отец замер. На его лице промелькнуло что-то похожее на вину.
–Люди..меняются. Может, кто-то приехал на лето, – пробормотал он,но звучало это настолько неубедительно, что даже он сам покраснел.
Машина свернула на грунтовку. Вдалеке уже виднелись первые дома,покосившиеся заборы, заросшие огороды.
–Дедушке будет приятно..,– наконец выдавил отец. –Он..
Лина не стала дослушивать. Она снова прижалась лбом к стеклу.
Где-то там,среди этих полей и пустых домов,её ждало лето одиночества.
Хотя,чему она удивлялась? Обычно она и так всегда была одна. Но уезжать от родной библиотеки..
И только позже,когда они проезжали мимо старого дуба на выезде из деревни,она вдруг почувствовала странное покалывание в груди.
Как будто кто-то уже её ждал.
Кто-то,кого здесь не должно быть.
Лина снова надела наушники. Но теперь за окном было на что смотреть.