4 Глава. Королевская милость
Даниил считал, что знает о морских демонах столько, сколько и полагается о них знать. Разумеется, он понимал, как они опасны. Много слышал об их беспощадной, убийственной, как неистовое море, природе. Даже об их культуре и физиологии имел представление. Но чтобы по-настоящему узнать этих таинственных созданий, другим хранителям приходилось видеться с ними не раз. Даниил же наяву встреч с демонами не имел – только чуял, что где-то рядом гуляет один из них, и тут же убегал в тревоге. Об этих морских обитателях он больше читал да слушал истории тех хранителей, что постарше. Особенно ярко звучало повествование из уст прославленных героев – когда юноша внимал им, то чувствовал, будто напором ледяной воды окатывают его. Но даже это ощущение не сравнимо было с тем ужасом, который испытал хранитель, будучи зажатым в руках Алканоя, словно в тисках. Все оказалось куда страшнее, чем он мог себе представить. Все то, чего Даниил так старательно избегал, наконец настигло его, столкнув лицом к лицу с самым жестоким и смертоносным демоном во всем океане.
Вдруг все его прежние знания перевернулись, треснули, разорвались – совершенно новая истина вклинивалась в них, как топор в полено. Даниил не успел еще осознать что-либо, а семечко этой новой истины уже затаилось в его разуме и ждало момента, чтобы глубоко пустить свои корни. Этому суждено было случиться, ведь синеглазый демон уже потянул хранителя за собой, в страшную неизвестность...
Они шли по темным коридорам, спускались по витым, как морские раковины, лестницам, тайными путями уходили все дальше и дальше. Даниил старался не отставать от Антенора, но тело не слушалось – руки тряслись, а ноги подкашивались. И дышать было так тяжело... Липкие взгляды демонов, обжигающие прикосновения Алканоя – о них хранитель мечтал позабыть, как о страшном сне.
Коридоры все сменялись и сменялись, один за другим они встречали путников обилием украшений. Потаенные уголки мрачного обиталища открылись Даниилу. Нора немыслимых размеров – вот чем оказалось демоническое Логово на самом деле. Это было место со множеством путей и ответвлений, где каждый зал десятком коридоров сплетен с другими залами. Где целыми кланами обитают чудовища. Где сверкают дворцовые стены, среди которых заблудиться не составит труда. Только занимала эта "нора" целый океан и скрыта была глубоко под покровом холодных течений – так осталось невидимым это ужасающее величие.
Снаружи пестрели кораллы, красиво светились глубоководные медузы. Путники отдалялись от владений короля, но каждый следующий коридор казался Даниилу краше предыдущего.
Сколько залов они уже прошли? Десять? Двадцать? Хранитель сбился со счета. Разглядывая причудливые узоры на стенах, юноша не заметил, как Антенор привел его к своему укромному местечку.
Двери покоев затворились, будто отделили хранителя с демоном от грубости, жадности и хвастовства. Мертвая тишина стояла в покоях принца – стоголосый шум до того въелся в сознание, что его отсутствие казалось еще более странным и тревожным. На молчаливого Антенора Даниил глядел робко, с опаской – не зря ведь говорят, что в тихом омуте черти водятся. Он не знал, что демон и сам до безумия взволнован.
Хранитель не сдвинулся с места, осматриваясь. Большая кровать, скрытая под плотным синим навесом. Круглый стол, заставленный маленькими свечками, баночками, колбами и прочей утварью. Больше всего было книг: стопками они стояли на серебристых креслах и возле них, другие аккуратными рядами выстроились на полках, закрыв собой целую стену. Не идеальный порядок, но и не царственный хаос – во всем здесь обитала некая гармония. Но по-прежнему был невыносим холод, пробирающий насквозь.
Взглядом Даниил цеплялся за любые мелочи, пытался увидеть хоть какое-нибудь оружие: копье, клинок или хотя бы кинжал. Но ничего подобного так и не попалось ему на глаза, только мерцали в сумраке маленькие синие огоньки.
Антенор держался от пленника подальше, словно не хотел нарушать невидимую границу. Он решился заговорить первым:
- Проходи, не бойся. Я не причиню тебе зла, обещаю.
Голос юного демона завораживал. Негромкий и спокойный, он проникал в глубины сознания. Даниил не понимал даже, с чем можно этот голос сравнить. Эхо в тумане – единственное, что пришло на ум.
"Не верь", – молвил внутренний зов. "Это ловушка"
Даниил мотнул головой, губы его дрожали.
Антенор взглянул на пленника с искренним сожалением. Впервые принц видел перед собой кого-то настолько испуганного, и такая жуткая вина раздирала его душу, будто не Алканой, а он сам похитил этого несчастного мальчишку.
- Прошу, доверься мне, Даниил. Я вижу, как тебе плохо. Как тебе страшно. Я всего лишь хочу защитить тебя, просто позволь мне это сделать. Все будет хорошо, – плавно лились слова из уст его.
Антенор медленно двигался навстречу хранителю, но не хищно, как Алканой, а мягко и осторожно, словно шел по тонкому льду. Демон манил, притягивал, звал, он обладал особой энергией, которая ему в этом помогала. Он медленно протянул ладонь пленнику, и тот, подталкиваемый неизвестной силой, вложил в нее свою. "Чародей", – догадался Даниил.
Теплой и нежной была ладонь хранителя, Антенор словно держал в руке кусочек солнца, излучающий живительное тепло. А кожа демона была холодной и гладкой, своей матовой белизной она напоминала фарфор.
- Это очень мило, но мне кажется, что наш гость вот-вот околеет, – вдруг раздался женский голос, сладкий, как мед.
Антенор встрепенулся, по спине Даниила пробежал холодок. Их взгляды устремились к зеркалу, возле которого появились три миловидные демоницы – служанки принца. Держались морские девы скромно, хотя любопытства в блестящих глазах им скрыть не удалось.
Щеки Даниила тут же вспыхнули, словно внутри него разгорелся пожар. Изо всех сил хранитель пытался прикрыться перед прекрасными дамами – уж больно легкой была ткань халата.
Демоницы звонко рассмеялись.
- Вы как нельзя кстати. Будьте добры, приоденьте его во что-нибудь потеплее, – с королевской важностью произнес принц.
- Что??? Они??? – пуще прежнего смутился Даниил, но служанки уже взяли его под руки, уводя за ширму.
Теперь настоящий королевич глядел на Даниила из отражения – весь красный от стыда, зато принаряженный. Одели его в богатый серый наряд, обули в маленькие блестящие сапожки. Ткань одеяния была прочной и гладкой, как рыбья чешуя. Она приятно скользила по рукам и ногам, красиво серебрилась в слабом мерцании огоньков, словно водная гладь под луной. Антенор накинул на плечи хранителя толстую мантию, и Даниил почувствовал, как тело медленно наливается теплом.
- Ну вот, так-то лучше, – со своей печальной и в то же время доброй улыбкой, с тем особым меланхоличным выражением, свойственным лишь ему, заключил демон.
Тогда пленник решился заглянуть принцу в глаза, сияющие волшебным ярко-синим цветом. Казалось, в них можно утонуть – это был цвет Атлантического океана, живой и насыщенный.
Даниил растерялся совершенно:
- Я не понимаю... Почему ты так добр ко мне? Почему делаешь все это? Я ведь... Враг. Для вас всех.
И вновь блеснула печаль в больших глазах Антенора.
- Нет. Вовсе нет. Поверь, я не вижу в тебе врага.
Изумление проявилось на лице Даниила, словно рябь на воде. Антенор в ответ посмотрел так, будто скрывал какое-то тайное знание и хотел его раскрыть, но не мог.
- Думаю, будет лучше, если мы продолжим этот разговор утром, когда ты наберешься сил. Ложись спать, я не стану тебя тревожить.
- Спасибо тебе, – только и смог выдавить пленник дрожащим голосом.
Сознание отказывалось думать о чем-либо, разум будто опустел. Хранитель ощущал, как руки ноют, а в голове нарастает тяжесть. Он ужасно устал и чувствовал себя сгоревшим изнутри, словно дерево, в которое ударила молния. Обессиленный, Даниил свалился на мягкие подушки. Юноша крепко заснул, как только тело его коснулось постели и обмякло в сонной неге...
Тронный зал Мермеды. Золотое сияние в голубых стенах, словно в волнах морских. Все вокруг залито ярким светом.
Лики верховных стражей, словно иконы, глядели на юного хранителя сверху-вниз. Огромная толпа выросла перед ним, и Даниил невольно устремился в гущу столпотворения, как в чащу леса, пробираясь прямо через корни деревьев и тернии. Путь преграждали могучие плечи высших хранителей и хранительниц, тревожили глаза их, наполненные слезами.
Наконец впереди он увидел Констанцио – страж, всегда устращающий и грозный, выглядел разбитым. Атлант сидел на полу, что-то светлое виднелось в его больших руках. Приглядевшись, Даниил ужаснулся: худощавого бледного юношу заботливо обнимал страж и гладил по русым кудрям, струились горькие слезы по щекам его. Констанцио оплакивал еще одного потерянного сына.
Хранитель хотел было подойти, но не смог сделать и шага. Он протянул руки вперед. "Ну же, посмотри на меня! Я здесь! Я живой!", – отчаянно пытался Даниил докричаться до стража. Но тот снова не услышал голос своего хранителя.
Терновник оплел сердце, исколол его своими иглами, и по щекам Даниила вновь покатились бусинки слез. Грудную клетку сдавила тяжесть, и с каждым вздохом выносить ее было все труднее...
Посреди ночи что-то разбудило его – всюду расплескалась ночная мгла, и в этой мгле кто-то укрывал пленника одеялом. Едва различимая тень склонилась над ним. Это был Антенор.
- Все хорошо... Все хорошо... – шепот его, как шелест листьев, усыплял разум. Прохладную ладонь демон положил на горячий лоб хранителя, наполняя его голову успокоением. Сущность Антенора ощущалась так, будто не собралась в одном единственном теле, а заполнила собой все вокруг, подобно дымке. Оттого присутствие демона казалось чем-то легким и невозможным для восприятия.
Страх захлебывался в волнах умиротворения – хранитель чувствовал, как сердце бьется все тише и успокаивается мало-помалу. Утерев слезы и укутавшись, Даниил согревался. Кромешная тьма стояла перед глазами, и шум океана убаюкивал сонного юношу.